Post Blue

***

      Просыпалась она долго: рассветное солнце все упорно било прямо в глаза, но Сэн, до поры до времени, удавалось скрыться от него то за подушкой, то под одеялом, а то и спрятавшись в теплых объятиях. Мысли о том, в чьих именно, почему-то в голове, затуманенной сном и алкоголем, не возникало. Гул и сильная боль появились внезапно, пробудив ее за считанные секунды. Жмурясь и потирая виски, девушка с трудом присела, осматривая окружающее ее помещение, не сразу заприметив двухцветную макушку, выглядывающую из-под одеяла, а когда наконец сделала это, в голову тут же хлынул поток крови, от чего она глухо простонала, прикрыв глаза и вспоминая подробности прошедшей ночи.       Мысли путались, все было будто за толстым мутным стеклом, но Шиида помнила, что произошло, хотя, пожалуй, предпочла бы, чтобы это не случилось при подобных обстоятельствах. А ещё лучше — вообще бы не случилось, но, увы, пьяной и оскорбленной до глубины души Сэн не было никакого дела ни до принципов, ни приличия, ни чувств Шото и, тем более, ей начхать хотелось на Ястреба, которому, как раз-таки, и хотелось насолить, чтобы самоутвердиться в собственных глазах.       Тихонько встав, она проследовала в ванную, вымылась, приняла обезболивающего, после чего надела нижнее белье, выйдя в комнату, обмотавшись полотенцем. Как можно осторожней втискиваясь в сильно потрепавшееся платье, она вздрогнула, услышав голос Шото. — Доброе утро.       Застыв, она медленно повернула голову, жутко покраснев при виде Тодороки, спокойно сидевшего на постели с оголенным торсом, и пробормотала приветствие, за долю секунды нацепив на себя одёжку. С нарочито невозмутимым видом возясь с молнией, Шиида задала ему какой-то ничего не значащий вопрос, но тот все молчал, заставив ее подпрыгнуть, подойдя к ней, повязав простыню на уровне бедер. — Давай помогу, — мягко улыбнувшись и не став ждать ее запоздалой реакции, друг легко застегнул молнию, так и не убрав ладони с плеч Сэн. — Все в порядке? — склонившись ближе к ее лицу, спросил Шото, от чего она вся вспыхнула. — К-конечно, — пробормотала Сэн, но от поцелуя в шею ловко увернулась, отпрянув на пару шагов. — Значит, не в порядке, — подытожил он со вздохом. — Ты жалеешь о том, что было прошлой ночью? — видя замешательство и нежелание отвечать, Тодороки продолжил. — Ты была пьяна, но я думал, что ты хотела этого. По крайней мере, на тот момент. Я ошибся? — Давай не будем сейчас об этом, — уклончиво начала Шиида, ощущая себя загнанной в угол. — Поговорим попозже, когда все уляжется… — Ответь хотя бы на один мой вопрос, — от взгляда, которым он ее прожёг, Сэн встрепенулась, кашлянув. — Я не жалею, но… — пытаясь подобрать правильное слово, она на секунду остановилась. — Но это ещё ничего не значит, ведь так? — с грустной улыбкой закончил за нее парень, и она лишь кивнула, опустив глаза. — Ты как всегда… — подойдя, Шото коснулся ее волос. — Надеюсь, этот подходящий момент, о котором ты постоянно судачишь, настанет как можно скорее, — запечатлев поцелуй у нее на лбу, он проводил ее к выходу, проверив перед этим нет ли кого в коридоре.       Спускаясь по служебной лестнице, Сэн пыталась собрать разбежавшихся мысли в стройный ряд, только вот получалось не очень. Дура, какая же она дура! Ну, что стоило не напиваться и не лезть к нему? На тебе: проблем теперь не оберешься… Ещё по три раза на дню истеришь из-за Кейго, а тут прибавилось и это. Отлично, просто великолепно! Будто дел других нет. Ну, и? Стоило мимолётное забвение последствий?       Говоря об оных, ведь ещё есть Таками. Надежды, что он ничего не заподозрил, было мало, так что Шиида не тешила себя, гадая какова будет его реакция: идей по этому поводу у нее не имелось, и девушка молилась, чтобы он по ее приходу спал.       Время близилось к полудню, когда она наконец добралась до их номера. Кейго в комнате не оказалось, и она, будто вор какой-то, стала переодеваться, украдкой оглядываясь по сторонам, боясь, что тот может вернуться в любой момент. Скрип половиц напугал ее, и девушка выглянула на общую для нескольких номеров террасу, заметив Ястреба, развалившегося в плетенном кресле и казавшимся спящим из-за солнцезащитных очков, но дымящая сигарета, которую он периодически прикладывал к губам, говорила об обратном.       Шиида хотела сбежать, ей совершенно точно не прельщал разговор с Таками, но какой-то внутренний позыв не дал ей смалодушничать, и она пересекла террасу, расположившись на соседнем кресле. Реакция на ее появление со стороны парня была минимальной - должно быть, он слышал ее копошения. Мимолётное глянув в ее сторону, Ястреб протянул ей пачку и зажигалку, которые Сэн, неожиданно даже для себя, приняла, хоть и курила очень редко.       В полнейшей тишине выкурив по одной, они взяли еще: никаких слов не нужно было сейчас. Сэн по одной позе, по тому, как он держит сигарету, как медленно и с неохотой выдыхает клубы дыма, читала состояние Кейго, догадываясь, что он знает, где именно она провела ночь, и видела, что он думает по этому поводу. Молчание было странным: одновременно неуютное и неприятное, оно все же наполнялось каким-то спокойствием вперемешку с умиротворённостью, и она с обреченностью ждала окончания этого отголоска взаимопонимания и эмпатии, когда-то царивших между ними в дни, когда им не нужны были слова. И вот, она уступила сигарету, скомкав пустую пачку в руке, и с горечью на сердце пронаблюдала за тем, как оказалась погашена последняя.       Кинув бычок в пепельницу, Кейго выпрямился, снял очки и потер глаза, позволив ей оценить его внешний вид, оставлявший желать лучшего. Подняв голову, он посмотрел на нее и Сэн с трудом удалось сдержаться от того, чтобы не охнуть: покрасневшие глаза, синяки, нечёсаная грива, разбитые костяшки пальцев с подсохшей коркой, которые она тоже смогла разглядеть только сейчас, и, в целом, помятый вид, говорили, нет, кричали обо всем, заставляя ее сердце сжиматься в груди, но, как будто одного этого не было достаточно, Кейго, прокашлявшись, заговорил, и голос его наждачкой проходился по слуху, попадая по самым уязвимым местам.  — Ты спала с ним, — глядя ей за спину, произнес он. — Знаешь, в каком-то смысле это даже смешно. Наконец-то ты сделала то, в чём я обвинял тебя больше двух месяцев назад. — растянув губы в подобие кривой ухмылки, парень нервным движением убрал пряди с лица. — А знаешь что самое смешное? Каждым словом, шагом, действием я сам подтолкнул тебя к этому, — подняв голос на долю секунды, Ястреб прикрыл глаза и сжал руки в кулаки, успокаивая самого себя. — Я был неправ все это время, пытаясь вернуть тебя. Теперь я понимаю: ты просто разлюбила меня, — посмотрев ей прямо в глаза, он продолжил. — Мне хочется думать, что ты любила меня хоть когда-то, но теперь это уже в прошлом. Думаю, нам стоит перестать истязать друг друга, — печально улыбнувшись, проговорил Таками. — В ближайшее время я объявлю о нашем разрыве и более не стану беспокоить тебя, — встав, он подошёл к ней и остановился прямо рядом. — Прости, что мне понадобилось столько времени для принятия этого решения, — выдохнув, он потрепал ее по плечу, и этот жест так сильно взбесил Сэн, что она вскочила, почти вплотную встав перед ним и вперившись в его измученное лицо воспаленными глазами. — Уже слишком поздно для извинений, — надрывным голосом прошептала девушка, ощущая то, как сердце в груди бьёт набатом, заставляя ее учащенно вдыхать и выдыхать. — Ну, до меня всегда туго доходило, — горько усмехнувшись ей напоследок, он уходит, оставив ее одну с грузом непонятных чувств и ощущений, не желавших адекватно накладываться друг на друга.       Когда за ним захлопнулась дверь, Сэн рухнула в кресло, позволив сдерживаемым слезам потоком хлынуть по щекам, рыдая так, как не рыдала даже после их расставания. Это мерзкое чувство отчаяния и обреченности, оставшееся после, казалось бы, столь короткого разговора, изничтожило ее, и Сэн осталась одна с разбитым вдребезги сердцем, понимая то, что все это время упорно отрицала: Кейго все ещё был ей глубоко небезразличен.       Что чувствовал он, зная обо всем, если ей сейчас настолько отвратительно от самой себя? Почему все сложилось именно так? Вот, она добилась желаемого: Кейго более не будет мельтешить перед ней каждый день, но от чего же так херово? Неужели она и вправду думала, что возможно расстаться, не причинив друг другу никакой боли?       На тебе, долгожданная свобода, конец двухлетнего топтания на месте. Она всегда думала, что Кейго, рано или поздно, бросит ее — не мог же он, в конце концов, взаправду жениться на беспричудной. С самого начала она ставила его искренность под сомнение, ждала предательства, а в итоге сама оказалась тем, кто все испортил. Одна ссора, один поступок и все рассыпалось, словно карточный домик от лёгкого ветерка, оставив ее под завалами собственных ошибок, которые не исправить.       Надо бы двигаться дальше, забыть обо всем, жить новой жизнью, но в тот момент в ней надломилось нечто очень важное, и Сэн растеряла всю ту уверенность, которая подталкивала ее. Она потеряла самого важного человека, испортила отношения с лучшим другом, но, что важнее всего, Сэн не могла найти в пучине всех противоречивых эмоций саму себя.