00:03
Жара. Под сильно давящим солнцем тяжело сосредоточиться на выполнении каких-либо упражнений. Будь это физическая нагрузка или умственная. Разницы не имеет. Полное отсутствие облаков на ярко-синем небе угнетает, заставляя смириться с мыслью о принятии продолжительной тренировки под пеклом. — Я больше не могу, — шепчет девушка и откидывает тяжелый меч в сторону. Её руки дрожат от таскания тяжестей по меньшей мере трех часов, а ноги гудят от усталости, что окутывает все тело. Когда-то опыленное легкой бронзой лицо покраснело, а на лбу выступили испарины пота. Маленькие непослушные волоски, что выбились из-под тугого высокого хвоста, прилипли к мокрым и истощенным щекам, пухлые губы пересохли, а дыхание срывалось на рваные вдохи. — Если ты хочешь выжить, то должна понять стратегию, — сухо выбрасывает беловолосый спутник, поднимая упавший меч и протягивая его девушки. Она испепеляет его фигуру янтарными глазами, что на солнце становятся такими же желтыми, как и у ведьмака. Он откидывает широкой ладонью такие же непослушные мокрые волосы назад, наблюдая как девушка поднимается с аккуратных колен и берет оружие в руки. Тонкие пальцы искусно обнимают твердую рукоять, поднимая несколько килограммовый меч в воздух. В карих глазах читается усталость и недовольство, что отражаются в ее действия когда британка начинает нападать на ведьмака. Стелла повторяет несколько недавно выученных движений, пользуясь большей ловкостью и хитростью. Она не намерена больше проигрывать, но истощенное тело подводит её, как только ведьмак откидывает её меч подальше на поляну, подходя в плотную. Они слышат рваное дыхание друг друга и ловят его кончиками своих губ, что почти соприкасаются от близости. Она смотрит в его желтые глаза, пытаясь найти в них какие-то чувства, пока он занят лишь своими мыслями, что роем гудят в его голове. Момент. И она накрывает его тонкую линию губ своими, притягивая еще ближе. Руки быстро находят изгибы талии, откидывая ненужное холодное оружие подальше, пока ладони девушки опускаются вниз. Шатенка умело вытягивает нож из кобуры, разрывая их поцелуй и подставляя его к горлу ведьмака. — Я мог догадаться, — усмехается Геральт, облизывая все еще сладкие от поцелуя губы. — Но твоя техника так же ужасна как и у 5-летнего ребенка. Он недовольно бурчит складывая все оружие в нужные чехлы, пока девушка просто лежит между травы, пытаясь справится с мыслями. На её лице застыла улыбка, которая отражается солнцу, что нещадно печет все тело, щеки по-прежнему горят, но уже не от тренировки, а от каждой новой волны воспоминаний, что дрожью накрывает девичье тело. Обычный поцелуй еще никогда не вызвал настолько сильных ощущений, которые словно засасывают её в пучину неизбежности. В животе завязывается узел при воспоминание об Аароне и парочка мелких слез выступает на глазах, пока она не осознает неправильность собственных действий. Но настолько ли они неправильны?
Новый день пробуждает шатенку непослушными лучами солнца, что пробиваются сквозь высокие лесные деревья и падают на длинные ресницы. В надежде она быстро поднимается, осознавая, что принимать действительность совершенно не хотелось. Она так сильно надеется, что однажды открыв глаза, она окажется возле того камня с горсткой фиолетовых цветков зажатых в руке, отряхнется от пыли, что прилипла к белому платью и быстро побежит назад к машине. И все будет нормально. Она поцелует Аарона, что все также сидит за монтажем фильма, съест кисло-сладкий виноград возле его ноутбука и упадет на мягкий матрас кровати. Но вместо этого Стелла ощущает как её спина предательски ноет из-за твердой земли, что служила ей кроватью на эту ночь. В спутанных волосах она находит пару листьев и мелких веточек, тело болит из-за ссадин и синяков оставленных в моменте падения, а голова раскалывается и кружится. Первым что она видит после пробуждения это весело шагающего Лютика в ярком розовом костюме, держащим в руках музыкальный инструмент. Он перебирает струны, начиная свою песню, восхваляющею доброе утро, солнце, птиц и живых насекомых. И конечно же приветствует незнакомку. — Проснись и пой? — выгибая правую бровь спрашивает девушка, разминая затекшую шею и руки. Она все также мельком замечает застывшую грязь, что еще осталась в некоторых местах. В мыслях все еще надеется на хорошенькую горячую ванну с морской солью, что расслабляет тело, но сердцем понимает, что нужно найти хотя бы пруд. — Тебе бы привести себя в порядок, дорогуша. Не может же моя муза выглядеть словно избитая стрыга, — смеется Лютик, указывая на побитые ноги. В ответ он встречает заинтересованный и непонятный взгляд карих глаз, что явно не понимают о ком он говорит. Мысль о том, что живущая на Континенте девушка ни разу не слышала о стрыгах быстро покидает его голову, списывая все на шок и усталость молодой особы. — Я бы очень хотела найти какой-то водоем, — проговаривает Стелла, оглядываясь вокруг. Сквозь стройные хвои она не замечает ничего, кроме лабиринта петляющих сосен. Бард понимает её с полуслова, собирая мантию еще какие-то тряпки с пола и проводя девушку к небольшой реке, где она замечает занятого ведьмака. Он все продолжает закидывать и вытягивать сети, явно не зная, что рыбу ловят не так. Стелла взглядом благодарит попутчика, намекая, чтобы он отвернулся. Купаться нагишом не было в новинку, правда опыт прошлых раз не опирался на утро, трезвую голову и двух прекрасных мужчин рыбачащих в нескольких метрах. Но желание чувствовать себя свежей и чистой было сильнее. Стелла легко снимает платье, оголяя ровный стан и фигуру. Взгляд еще пару раз метается в сторону Лютика и Геральта, которые были слишком увлечены спором, чтобы обратить на неё своё внимание. Поэтому она отстегивает бюстгалтер и снимает нижнее белье, заходя как можно дальше в прохладную воду, что приятной материей охватывает все её тело, словно слушая желание. Блаженное купание прерывает свист ветра, что проносится сквозь всю реку и сгущает ранее яркое небо. Страх окутывает сильнее и она выбегает из воды пряча свое тело в белье и прикрываясь грязным платьем. Взгляд сразу же встречается с желтыми глазами, что смотрят на неё недоуменно, пока придерживают Лютика. Стелла на ходу надевает платье и кеды, подбегая к мужчинам. На шее музыканта виднеется явно не доброкачественная опухоль, что приобретает синий оттенок, глаза помалу закрываются, а дыхание прерывается. — Нужно к магу, — проговаривает Геральт, поднимая друга на руки и неся его к лошади. Стелла остается стоять, поверженная в шок. — Ему нужно к врачу, а не выкатывать порчу яичком! — отвечает девушка, следуя за ведьмаком. Сознание не собирается мириться с тем, что Геральт отправляет друга на верную смерть к какому-то чародею. — Это сделал Джин, а не болезнь. Знахарь ему не поможет, а лишь ухудшит ситуацию, — отрезает Геральт, закидывая друга на Плотву, он также помогает девушке залезть и садится сам, берясь за поводья. — Джин?! Тот что из лампы? Из милой детской сказки, да? — она все еще пребывает в недоумении от происходящего. Пелена сказочности происходящего полностью отличается от всего, что она учила о мире. — Именно он. И если мы не поторопимся он может умереть, — огрызается беловолосый, давая направление лошади. Стелла придерживает барда, от падение на протяжении всех скачек. Ей еще никогда не удавалось быть верхом на коне. Только второй день в чудном мире, а воспоминаний на всю жизнь. Через добрых полчаса они находят какие-то палатки с людьми. Ведьмак врывается в одну из них, укладывая Лютика перед эльфом, что лишь в бессилии направляет их в городок, где живет мощный маг. — Еще и эльфы. Чудесно. Может и Мордор существует, и армия орков сейчас собирается напасть на нас? — в саркастической истерии спрашивает девушка, берясь за голову и оттягивая каштановые волосы назад. Все казалось настолько нереальным, что граничило с сумасшествием. Еще спустя некоторое время они добрались до города, что в точности напоминал Цинтру, только без огромного внушительного замка. Геральт быстро нашел чародейку, что помогла Лютику, добавив сонного зелья для выздоровления. Стелла же осталась с парнем, пока ведьмак ушел за могучей женщиной. Она казалась слишком знакомой, темные локоны волос, спадающие по хрупким плечам, фиолетово-синие глаза, что также горели как и у Мишовура, пухлые губы и темная кожа. Чародейка была особо красивой и вызывала восхищение у мужчин, поражая не только знаниями, но и женственностью. Стелла проводила пальцами очертаниям белого лица Лютика: его скулы и подбородок, что четкой линией окольцевали античный тип лица, тонкий ровный нос и пухлые бледные губы, что все время растягивались в привлекательной улыбке. Неприятное чувство скорби образовавшееся возле груди, сжимало сердце. Она чувствовала его уходящую энергию, что с каждым рваным вдохом покидала молодое тело. Вместе с сумерками, что тихой пеленой опустились на город, пришла Смерть. Она черной материей просочилась сквозь окна, наполняя темной энергией всю комнату. Она душила своей мрачностью и холодом, будя шатенку ото сна. Смерть тянулась своими длинными паучьими пальцами с безобразными черными ногтями к телу Лютика, что лежал недалеко. — Нет, — тихо молвила Стелла, обращая её внимание на себя. Безликий вид, прикрытый черным дымным капюшоном повернулся на девушку, насмехаясь над её безрассудной храбростью. Сегодня в царство мертвых уйдет две души. — Он не умрет, — твердо констатировала британка, поднимая карие светящиеся глаза. Исходящий свет наполнил комнату божественной и неизвестной силой, что была в разы мощнее самой Смерти. Послышалось дрожание посуды, мебели и стен огромного дома, что казалось поднялись в воздух. — Звееездааа… — протянула загробным голосом гостья, пробуя его на вкус. Тело девушки неестественно засветилось и поднялось ввысь, танцуя со Смертью прощальный танец, пока последняя не испарилась. Ослабленное тело Стеллы упало назад на кровать, где Лютик с восхищением смотрел на происходящее. - Лютню мне в отцы, что это было? - удивленно спросил Лютик немного остерегаясь девушки, что делила с ним кровать. Британка, наполнена новой силы, поднялась, смотря на него. - Кажется, спасла тебя от Смерти, - сказала девушка сама не веря в произнесенное. Она легко усмехнулась от осознания происходящего. Она только что словно патронус прогнала дементора, который готов был высосать душу и жизнь из её попутчика. Она засмеялась от своих мыслей. - Я, блять, только что встретила Смерть и прогнала её каким-то светом из меня. Что я такое? Нервы были натянуты до предела, когда Стелла повторяла это снова. Скептичный мозг не признавал происходящего, пытаясь найти научное объяснение, но любые сведение, которые она когда-либо пыталась найти разбивались о пучину новых приключений. - Я просто сошла с ума. Этого ничего не существует. Ты, - она пальцем указала на Лютика, сползая с кровати, держась подальше от него, - галлюцинация. Ты выдумка моей больной фантазии, что решила подшутить надо мной. Это не реально. Ведьмаки, чародеи, джины - все это лишь сказки. Вас не бывает! Люди не могут переноситься во времени и пространстве когда им вздумается. Это что? Шизофрения? Болезнь Паркинсона или деменция? - Стелла, я думаю тебе нужно успокоится, - тихо говорит музыкант, пытаясь подойти поближе. Девушка выставляет руки, что защитится, но из-за страха самой себя из них вылетает ударная волна, что заставляет ведь дом содрогнуться, словно от мощного землетрясения. Она откидывает Лютика к стене, впечатывая в висящую картину. Осознание приходит спустя какое-то время и шатенка прячет руки, обнимая свое дрожащее тело. Мысли безумной строкой бегут в её голове не давая слезам успокоиться. Они обжигают щеки, скользя вниз. Стелла обещала не плакать, но все её обещания смываются волной истерии, что накрывает её. Девушка не замечает как её обнимает Лютик, пытаясь успокоить, она слишком занята осознанием собственной опасности и сумасшествия. - Отойди, - тихим шепотом отдаются ей слова сквозь слезы. Она больше не хочет ранить или устроить погром, собственными чувствами и эмоциями, что безумной силой рвутся из неё. Она кое-как поднимается, стараясь больше не задеть парня. Окидывает комнату печальным взглядом, даря прощальный шепот Лютику и скрывается за массивной дверью, что ведет её в коридоры. В памяти остается последнее воспоминание: сидящий на одном колене шатен, что пытается достучаться до её разума. Он слишком слабый, чтобы бежать за ней и тем более сражаться с нравственным характером девушки, поэтому остается сидеть в комнате, надеясь, что однажды предназначение еще сведет их. Стелла была не обычной дворянкой, принцессой или магом, она была чем-то больше. Светом, магнитом и погибелью. И это чувствовали все: Геральт, Лютик и тем более Йеннифер, что ощущала сильный всеразрушающий хаос гости. Бежав по городу, она казалось слишком сильно привлекала внимание жителей своим откровенным нарядом и отчаянием. Возле очередного поворота Стелла увидела платья, висящие возле прилавка. Кража - была последним делом, которое хотела бы совершить девушка, но денег у неё не было и привлекающий шум драки как раз отвлек продавца. - Стража схватите воровку! - крикнул обозленный мужчина с редкой рыжей бородой, на что несколько правоохранителей кинулись за девушкой. - Твою ж мать! - выругалась девушка, заворачивая за очередной темный угол. Её взгляд был устремлен назад, что и спровоцировало падение. Как оказалось она врезалась в стальную грудь ведьмака, что уже поджидал её. Стелла заметила его затуманенный взгляд и агрессию, с которой он накинулся на стражу. Он явно был не в себе. Последним она увидела как стража обезвредила беловолосого, а затем и Стелла почувствовала оглушающую боль, закрыв глаза.
