I just wanna see you now

Мингю целый год ждал этого момента: скоро он снова сможет читать обычные книги, смотреть фильмы и видеть мир и окружающих его людей. Может быть, не так четко, как раньше, но это в любом случае лучше, чем полная темнота…

***

Парень не знает, почему судьба обошлась с ним так жестоко. Он уже мало что помнит о том дне: вот он едет в машине с родителями, вдруг резкое торможение, машина вылетает с дороги, удар, и он отключается. Потом скорая, больница, врачи… Что они делают? Что происходит? Глаза, кажется, открыты, но вокруг темнота… Полностью очнувшись через какое-то время, Мингю узнает, что он потерял зрение в результате аварии. Рядом с ним его бабушка, он узнал ее по голосу. Она плачет, гладит его по руке и говорит, что все будет хорошо и главное, что он жив и когда-нибудь обязательно поправится… Выписка из больницы, переезд в другой город, обучение на дому, пустота и одиночество. Проходит месяц, второй, а вокруг все та же темнота. Мингю страшно. Такое чувство, будто во сне идешь в темном коридоре, сейчас дотянешься до выключателя и… проснешься теплым и светлым июньским утром. Но это, к сожалению, не сон.

***

- Здравствуйте, бабуля Ким! Вы дома? – кто-то открывает дверь, и Мингю в очередной раз слышит этот голос в их квартире. Раз в неделю кто-то приходит и помогает с уборкой и готовкой. Однако сам парень с этим человеком никогда не общался и не спрашивал у бабушки о том, кто это. Сначала ему было просто не до этого, он старался осознать то, что с ним произошло и привыкнуть к своему нынешнему состоянию. Потом он уже просто не обращал на это внимания и принимал как само собой разумеющееся. Незнакомец тоже не расспрашивал бабушку о внуке, скорее всего, из вежливости. Мингю думал, что этот человек – кто-то типа сиделки, помогающей пожилым людям, у которых не осталось родственников. Парню иногда становилось обидно и совестно за самого себя, за свою беспомощность: он не мог даже банально сходить в магазин или помыть посуду, не разбив чего-нибудь. - Да, я дома, Джонхан-и, проходи. Джонхан? Мингю впервые обратил внимание на его имя, и ему впервые стало интересно узнать об этом человеке хоть что-то. Позже, расспросив бабушку, он узнал, что Джонхан на год старше него, живет он на 2 этажа выше в квартире напротив и что он с детства знаком с его бабушкой и всегда ей помогал. - Думаю, было бы неплохо вас познакомить. Тебе же нужно общаться с кем-то кроме меня, старой и ничего не смыслящей женщины, - она неловко посмеялась, - Мне кажется, вы поладите! - Может быть… Уже на следующий день состоялось их первое знакомство. Сначала Мингю думал, что ничего более неловкого с ним не происходило во всей его жизни, ведь за время своего «заточения» он совсем отвык общаться с кем-либо, употребляя слова кроме «да», «нет» и «все хорошо». Но постепенно разговор начал получаться сам собой, у парней действительно оказалось много общего. Джонхан, несмотря на ожидания Мингю, не задавал ему вопросов о том, что с ним случилось, каково ему совсем ничего не видеть и т.д. Он даже часто запинался на слове «видел», наверное, потому что не хотел обидеть Мингю. Однако парня это совсем не обижало: он хоть и чувствовал себя подавлено, а иногда и откровенно хреново, но понимал, что другие люди не виноваты в том, что могут смотреть фильмы и читать книги, делать фотографии и любоваться природой. Общаясь с Джонханом, парень наоборот хотел больше узнать о том, что тот видел и видит каждый день, чтобы хоть на время вспомнить и ощутить, что за темнотой есть что-то прекрасное, завораживающее, интересное. Слушая, он мог все это представить, ведь воображение у него осталось. Даже когда Мингю слышал рассказ Джонхана о том, как того в детстве отправили в магазин, а он случайно зашел в соседний двор и заблудился, он не находил это скучным или банальным. Сам же Мингю говорил мало, разве что отвечал на вопросы. Так они начали общаться и вскоре стали друзьями. Джонхан не мог часто приходить к Мингю и его бабушке, так как учился в школе и посещал разные дополнительные кружки, ведь родители хотели, чтобы он был идеален во всем. Его заставляли учиться усерднее, хотя он и так не был лентяем. Он помогал Мингю, с тем, что тот не понимал, старался объяснять как можно понятнее. Джонхан не притворялся с ним веселым, если на самом деле ему было грустно. Он просто не мог, ведь Мингю, даже не видя его лица, мог по голосу понять любое его настроение. И Джонхан каждый раз удивлялся этому, спрашивая: - Нет, серьезно, как ты это делаешь? Мингю отвечал, что это секрет (который он и сам, в общем-то, не знал), а Джонхан неожиданно вспоминал какой-нибудь веселый случай из жизни и, пока рассказывал, сам смеялся так, что и Мингю тоже начинал смеяться. В такие моменты младший думал, что у Джонхана, должно быть, красивая улыбка. Подобные мысли казались ему странными. Он пытался отогнать их, но они вдруг снова всплывали в голове сами собой. А вот бабушка наоборот старалась быть всегда веселой или же хотя бы казаться такой. Она понимала, что это очень важно не только для нее самой, но и для Мингю. При нем она ни за что теперь не сказала бы, что устала, или что у нее что-то болит. Парень догадывался, о чем переживает бабушка, но не мог подобрать слов, чтобы ее утешить. С появлением друга, Мингю вновь обрел смысл жизни. Теперь он не чувствовал себя одиноким, ведь исчезла та давящая пустота, которая в его «темном коридоре» загоняла в угол и заставляла оставить надежду на то, что его жизнь как-нибудь наладится. Джонхан вернул ему эту надежду. Вернул веру в то, что у Мингю еще вся жизнь впереди и несмотря ни на что он способен на многое.

***

- …Бабушка Ким, вас что-то тревожит? Вы выглядите очень обеспокоенной… - голос Джонхана звучал приглушенно, доносясь из дальней комнаты. Мингю прислушался. - Правда? На самом деле да… Я не хотела докучать тебе по этому поводу… Но ты наверно последний, к кому я могу обратиться… - голос бабушки дрожал и было ощущение, что она вот-вот заплачет, - я с самого начала знала, что Мингю можно помочь, я обошла уже все клиники в нашем городе, просила знакомых из других городов… И наконец нашла, где могут сделать операцию. Н-но это очень дорого. У меня есть часть суммы, я заняла уже у всех своих знакомых, но этого все еще недостаточно. Ах, я так хочу, чтобы мой Мингю снова мог видеть. Он ведь еще так молод… Она больше не могла сдерживать слез. Осознавая, как много делает для него бабушка, Мингю почувствовал, как сжимается сердце. - Я поговорю со своими родителями. Я… тоже хочу помочь Мингю, - Джонхан говорил абсолютно серьезно. - Пожалуйста, я буду очень им благодарна… но пойму, если они откажутся. Мингю сначала не мог понять, почему бабушка не говорила ему об этом, но потом подумал, что она просто не хотела давать внуку ложную надежду, если ничего не получится. Он решил делать вид, что все еще ничего не знает. Несколько дней спустя бабушка неожиданно зашла в комнату Мингю и крепко обняла его.

***

За день до отъезда Джонхан решил заглянуть к другу, чтобы подбодрить его. Он был очень взволнован и одновременно счастлив, Мингю чувствовал это. Они обсудили поездку, поговорили как обычно, и старший невзначай сказал, что скоро Мингю сможет увидеть его и ему нужно будет как следует привести себя в порядок. - Но… я хочу посмотреть на тебя сейчас… - Что ты имеешь в виду? – Джонхан вопросительно посмотрел на него. Вместо ответа Мингю взял его за руки. От этого неожиданного прикосновения у Джонхана по спине побежали мурашки, а щеки стали красными. Мингю начал медленно проводить ладонями вверх, до плеч, касаясь почти невесомо. - Ты такой низкий? – с удивлением спросил парень, похлопывая Джонхана по плечам. - Это просто ты высокий. И вообще, что ты делаешь? - Хочу попробовать «увидеть» руками, - он виновато улыбнулся, а потом смутился – Не пойми неправильно! Только лицо... Можно? - Хорошо… - Джонхан закрыл глаза и тихо выдохнул, стараясь расслабиться. Получив разрешение, младший нерешительно повел руками дальше, проводя по ключицам, а затем по шее. Он осторожно коснулся ушей, ощутив рядом что-то мягкое и щекочущее. - У тебя такие длинные волосы? – Мингю протянул руку чуть дальше, легко проводя по прядям, собранным в хвост. Джонхан на это лишь улыбнулся, ведь ответ был и так понятен. Затем Мингю коснулся его лица. Он осторожно очерчивал пальцами скулы, брови, подрагивающие веки, тонкий нос. Когда он коснулся губ, то почувствовал какое-то странное, непонятное ему, но в то же время приятно чувство. Он несколько резко отдернул руки и убрал их за спину. На пару секунд у него в голове все перемешалось, а когда он очнулся, то услышал, что дыхание сбилось не у него одного. Повисло неловкое молчание. - Мингю! – Джонхан решил прервать его первым, - ну, что думаешь, я красивый? - Честно сказать – не знаю. Н-но думаю, что да… - Скажу по секрету: правильно думаешь… - Ребята, пойдемте кушать! – позвала бабушка с кухни. - Идем!

***

Следующие несколько дней пролетели так быстро, словно кто-то в спешке пролистал страницы книги. Сборы, поездка, консультации у врача, и, наконец, операция. И вот Мингю просыпается и чувствует повязку на своем лице, хочет ее снять, но медсестра говорит, что пока еще рано, он должен немного подождать. Всего несколько часов. А потом несколько дней носить темные очки и избегать яркого света. Когда Мингю наконец снимает повязку, первые люди, которых он видит – врач и плачущая, но улыбающаяся бабушка, которая хочет скорее его обнять. Он плачет вместе с ней и благодарит ее всеми самыми теплыми словами, которые знает. Он просто не в силах иначе передать то, что сейчас чувствует. Парень долго не может привыкнуть к тому, что вокруг больше нет темноты – вокруг столько всего, о чем он хочет узнать, чему хочет научиться, все живет и движется. Зрение хоть и вернулось, но оно не идеальное, поэтому ему, конечно, придется носить очки. Примеряя их в магазине, он смотрит на себя в зеркало и думает, всегда ли был таким красавчиком. Только не мешало бы подстричься: длинная челка лезет в глаза, а волосы сзади щекочут шею. Одежду тоже нужно сменить на что-то более современное…

***

Мингю возвращается домой поздно ночью. Он сильно устал и хочет спать, но думает о том, какой будет его встреча с Джонханом. Как он его встретит? Как он выглядит? Так же, как он и представлял?.. Следующее утро встречает парня теплым весенним солнцем, пробивающимся сквозь занавески, и пылинками, витающими в воздухе. Мингю лежит и завороженно смотрит на них какое-то время, пока не слышит стук в дверь, а затем голос бабушки, которая говорит, что он еще спит. Парень тут же смотрит на часы, встает с кровати и бежит умываться и приводить себя в порядок. Бабушка сказала Джонхану зайти попозже, и Мингю с нетерпением ждет звонка в дверь. Он не может усидеть на месте ни минуты. Парень моет посуду, когда слышит, как дверь открывается, и такой знакомый и уже даже родной голос говорит: «Бабушка Ким, Мингю, это я!». Мингю тут же оставляет тарелки и чашки и скорее бежит в коридор. Он поправляет очки и замирает: перед ним стоит невероятно красивый парень с длинными темными волосами, блестящими на солнце. Старший смотрит на него смущенно, и на его лице появляется такая милая улыбка, что Ким не может не улыбнуться в ответ. Карие глаза с пушистыми ресницами по-кошачьи прищуриваются, Джонхан хочет что-то сказать, но вместо этого обнимает Мингю, который думает, что это лучшее, что он видел и чувствовал в своей жизни. Ему уже все равно, насколько странными кажутся ему его мысли, он лишь так же солнечно улыбается, обнимает Джонхана в ответ и ощущает, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. На несколько секунд дыхание перехватывает, и он не может вымолвить ни слова, но потом, сделав глубокий вдох, говорит тихое, но такое теплое: - Спасибо…