Нет цели, только путь

«Ой-ой-ой! Головушка моя! Что ж я так с тобой?» — была моя первая, отнюдь не сакральная мысль, когда я очнулась. Кстати, а что, собственно, произошло? Я в обморок свалилась?! Да не должна была, вроде как, с детства со мной ничего такого не происходило. А, стоп, почему так болит голова? Разлепив глазёнки и тут же сощурившись из-за слишком уж яркого света, который слепил и не давал возможности разглядеть что вокруг меня происходит, я вновь ощутила головную боль, которая лишь нарастала. Что-то мне это совсем не нравится, а ещё мутить начало в придачу! Может, позвать кого-то на помощь? Авось, кто-нибудь да придёт? А то, чувствую, что сама я не справлюсь и буду лежать пластом до второго пришествия. Только моим, отнюдь не Наполеоновским планам не суждено было сбыться, так как по моей левой руке пробежала вибрация и что-то зачирикало, отвлекая меня от основной мысли. В голову с новой силой ударила острая боль и я беззвучно застонала, не в состоянии даже пошевелиться. И тут же на меня напали воспоминания, того, что, собственно, со мной случилось. Меня бросил мой жених, за неделю до нашей помолвки. Точнее, я его бросила — но это лирика, потому что бросила за дело. Ох, за отвратительное дело. Он изменил мне, на нашей, считай супружеской, постели с… Не абы с кем! А с моей лучшей подругой! Перед глазами никак не желал уходить образ разомлевшей пары, бурно ласкающей друг друга на наших новеньких простынях, которые я только нынче утром заправила. Помню, помню. Я не стала дожидаться конца сего действа и, ничуть не стыдясь, пылая праведным гневом, выставила этих предателей в чём мать родила, за порог квартиры, кинув им их вещи, прямо в офигевшие лица. К слову, выставила я их из моей квартиры, которая досталась мне от почивших родителей. Дальше воспоминания довольно смутные. Помню лишь то, что напилась до состояния морской свинки, а после решила высказать всё своему неудавшемуся женишку. Но нет, не позвонить! Это же так мелко для такой фаталистки, как я! Я решила добраться до нашего общего друга, у которого этот человеческий отброс скорее всего остался отлёживать диван в гостиной, и устроить своему неблаговерному настоящую выволочку! С фейерверком и дракой, как на настоящей свадьбе, которая уже не состоится. Как известно, пьяному и море по колено. А пьяной, обиженной женщине и того — всего лишь по ступню! Поэтому, каким-то Макаром, я решила отправиться в это сомнительное путешествие на своей ласточке. Нет бы, Балда Ивановна, такси вызвать! Или ещё лучше, дома остаться, отоспаться, а потом уже творить разную дичь. Но нет же! До общего друга я так и не добралась, не посмотрела в глаза той скотине, которую я по собственной ошибке любовью всей своей жизни считала. Не удалось нам поговорить, так как я встретилась со встречным столбом, поцеловавшись с ним до зубов. И, как оказалось, фатально так поцеловавшись. Эх, зря я люблю всё до конца доводить, очень зря. Может быть, если бы не эта, отнюдь не дурная по многим причинам привычка, я бы до сих пор была жива, здорова…и в своём теле. Может быть даже с Игорем помирилась, ведь любила я его, что греха таить. Да и мужчины — создания весьма не моногамные, в редком своём исключение. А исключения, как всем известно — лишь подтверждение правилу, которое всем известно. Только, если бы да кабы… В первый раз я очнулась в полной темноте, совершенно трезвая, и без головной боли. Знаете выражение, что перед смертью вся жизнь перед глазами проносится? Так нет, господа дорогие, нифига подобного. Я, наверное, довольно долго пыталась вспомнить кто я, что я и что со мной случилось, прежде чем мой мыслительный процесс нагло прервали. — Эй! Эй, поднимайся! — меня совсем некультурно дёрнули и пришлось подчиниться. Перед глазами тут же появилась какая-то незнакомая девочка, которая тут же заскакала вокруг меня, как белка перед горсткой орехов. А я тогда поняла, что темень вокруг меня отступает, и нахожусь я в месте весьма освещенном. В каком-то зале, с высоким потолком, колоннами и старинными лепнинами на стенах, без окон и, как мне показалось, без дверей. Пока я осматривалась, девочка-белочка остановилась и совсем не по-детски выругалась. — Ой-ёй, тебе мама не говорила, что хорошеньким девочкам не пристало так выражаться? — Тут же ожила я, смотря на ребёнка лет десяти перед собой. На очень красивого и хорошо одетого ребёнка, к слову. Да, девочка выглядела как ангелочек — длинные светло-рыжие волосы, тоненькие черты лица и огромные голубые глаза, в которых читалось явное презрение, направленное на меня. Я тут же почувствовала себя неловко, не понимая, чем заслужила такой взгляд, и отношение в целом. Ну да, наклюкалась. С кем не бывает? Особенно, когда узнаёшь о предательстве самых дорогих тебе людей… Именно в тот миг меня и накрыло воспоминаниями и я, совсем некультурно, разрыдалась, скручиваясь на полу огромного зала от осознания. Я мертва, вашу Машу! И я была в этом уверена, так как повторюсь — поцелуй со столбом был фатальный. Как и всё, что происходило в моей минувшей жизни. И этот «поцелуй» я отчётливо запомнила, если так можно сказать, в деталях. — Смертные, — как-то пренебрежительно отозвался ребёнок, брезгливо поджимая тоненькие, розовые губки, наблюдая за тем, как я размазываю по лицу слёзы и сопли. В груди тут же вспыхнула обида, ну да! Не картина Да Винчи! Но и не каждый день умираешь, сразу же после предательства! Но высказаться мне не дали, потому как ребенок продолжил. — И за что мне такое наказание? Моё лицо исказило возмущение, и я уже было хотела отчитать зазнавшуюся малявку, как девочка отчаянно вздохнула и, внезапно, улыбнулась. Её личико тут же изменилось, став по-настоящему очаровательным. — Добро пожаловать в Пандемоний, Тарья! — ребёнок развёл руки в стороны, из-за чего длинные рукава её зелёного платья тут же колыхнулись, открывая свету тоненькие запястья. — Я Богиня поэзии, ремёсел и врачевания. Моё имя Бригитт. Я тут же распахнула глаза и неверующе уставилась на девочку, которая отлично игнорировала мой неверующий взгляд и продолжила свой монолог: — Ты призвана мной, смертная, из Лимба, чтобы понести светлую миссию, отправившись в параллельный мир, чтобы… — Это шутка такая? — Несколько нервно прервала я поток мысли десятилетки, начав подниматься на ноги. — Лимб? Богиня? Миссия? Где-то здесь скрыты камеры и нас снимают? Несмотря на свой шутливый тон, я была в ужасе, а девчушка, представившаяся Бригитт, тут же нахмурилась. — Если это розыгрыш, то давай закругляться! Не верю я ни в бога, ни в дьявола, а уж тем более во всякие там параллельные миры. — Выпрямившись и отряхнув собственную одежду от невидимой пыли, я попыталась улыбнуться. — Понимаю, перепила, врезалась в столб на машине, но это как-то уже не смешно. Тебя Лёшка подговорил? Это его задумка? Эй! Лёш, выходи! Шутка удалась, я почти поверила, что умерла! — Позвала я друга, к которому, собственно, и направлялась в ту ночь на машине. Повертелась вокруг своей оси, и ещё раз позвав друга, я тут же разочарованно выдохнула. — Вот ведь паразит, не выходит… Эй! Ты чего?! Девочка, стоявшая чуть в стороне от меня, внезапно оказалась рядом и с силой ударила меня по предплечью, из-за чего я чуть было вновь не свалилась на пол. Вот ведь силища! Правильно говорят: Сила есть, ума не надо! На мой крик рыжая бестия лишь поморщилась и возвела свои ясные очи к высокому потолку. — О, сёстры, за что мне это? — тихо, но различимо прошептала девочка и тут же уставилась на меня немигающим взглядом. Почему-то по коже тут же пробежался табун мурашек. — Это никакая не шутка, глупая смертная. Ты мертва. И это факт. Я вылупилась на юную стендапершу, не мигая, пытаясь разглядеть в её глазах хотя бы что-то, что подтвердило бы, что рыжая шутит. Но нет, в голубых глаз не читалось и намёка на юмор, из-за чего меня вновь начала накрывать истерика. — Да нет, быть того не может…– как сумасшедшая, зашептала я. Хотя это было недалеко от правды, я действительно чувствовала себя поехавшей. Да уж, не думала, что по мне так ударит предательство, что налакаюсь до прихода белочки, которая сейчас взирала на меня голубыми очами. — Нет, нет! Я не умерла, я не могла… Загробная жизнь? Боги? Я ведь не верю во всё это… — Но так ведь было не всегда. — Жёстко перебила меня девочка-не-совсем-белочка, не давая впасть в транс. — Ты верила, я знаю точно, что ты верила и в богов, и магию… Чёрт! — Внезапно прервалась она, а я расстроенно уставилась на богиню. Самую настоящую богиню, которая сейчас ругалась сквозь зубы. Мне до сих пор не верилось, но что-то заставляло поверить в слова десятилетки. — Нам нельзя здесь больше находиться. — Сурово произнесла юная богиня, подходя ко мне и вздергивая за край рукава пиджака, в котором я, собственно…умерла. — Пойдём. Здесь больше небезопасно. Расскажу тебе всё по дороге. Мне хотелось спросить, а где безопасно? И, вообще, если я на самом деле умерла, то какая разница, безопасно тут или нет? Но промолчала, покорно следуя за ведущей меня за руку девочкой-богиней. Она, резким взмахом свободной руки, открыла перед нами портал, который выглядел как чёрная дыра посреди зала без дверей. Собственно, о том, что это портал, Бригитт пояснила, уже вытаскивая мою бренную, мёртвую тушку за собой. Я бы, наверное, удивилась и испугалась, только после прерванной истерики я словила какую-то непонятную апатию и смиренно следовала туда, куда меня ведут. Мысли совершенно не вязались, и я покорно переступала с ноги на ногу. Мы перенеслись в чащу леса, тёмного, лишённого света и словно бы сказачного. По ощущениям, по крайней мере, точно сказочного. Я даже на мгновение словно бы вновь ожила, осматриваясь по сторонам в удивление, но как только за нами послышался хлопок закрывающегося портала, тут же потеряла всякий интерес к местности, где оказалась, как и к происходящему. Рыжая бестия как-то ехидно посмотрела на меня и вновь потащила в неизвестном направлении, перехватив удобнее за руку. И начала говорить. Она являлась одной из «лик» трехликой богини, которую знали даже в моём мире, правда под разными именами, в разных странах и временных отрезках. Но это было не столь важно, а важно было другое — почему она призвала мою, так и не упокоенную душу из Лимба. Пандемоний — мир богов и богинь, в котором те жили веками в гармонии и мире, недавно вкусил настоящее восстание. По словам Бригитт, многие божества не до конца понимали серьезность ситуации, так как считали, что войны и восстания это лишь глупости, которым подвержены люди, в мирах, за которыми следили эти самые божества. Считали, что их божественные собратья просто не способны на подобное и были слепы к начавшейся катастрофе. А Бригитт, вместе со своими сестрами, которые, как и юная богиня передо мной, тоже не верили в подобное до последнего, но столкнулась не так давно с теми, кто начал восстание. Да, не так давно, всего-то тридцать лет назад — но по словам Бригитт, это словно вчерашний день для божества. Я слушала, не перебивая, и лишь упорно работала ногами, пока мы не дошли до какой-то небольшой постройки, которую невозможно было разглядеть из-за царствующей вокруг тьмы. Ведомая за руку, я вошла в эту постройку следом за рыжей богиней и тут же свет ударил по моим уже неживым глазам. Проморгавшись, я увидела, как Бригитт держит на своей ладони небольшой огонёк, который и ударил своим светом по моим мигалкам. Хотелось заворчать, что она могла бы сделать это и раньше, пока мы шли по лесу. Но отчего-то, не из-за страха, нет, я не стала этого делать. А Бригитт, не смотря в мою сторону, продолжила свой рассказ. Столкнувшись с восставшими против Верховной Богини, благодаря которой в Пандемонии царили мир и гармония на протяжении многих столетий, их с сёстрами жёстко начали перетягивать на свою сторону. Среди «повстанцев», к великому сожалению юной богини, были и их старые друзья. Но они с сёстрами решили встать на сторону Верховной, так как не видели смысла во всех переворотах и смене власти. И тогда на них началась охота. — Боги, к несчастью, до сих пор не до конца понимают, что наш мир находится в шаге от войны, — Нехотя ответила Бригитт, когда я спросила, почему же тогда Верховная не заступилась за них и вообще, почему не начала усмирять своих недоброжелателей. — И Верховная, увы, тоже не до конца понимает и принимает это. Хоть она и мудрейшая, но и боги, порой, ошибаются. А ещё, Бригитт с сёстрами, за всё это время, так и не смогли напроситься на аудиенцию к Верховной Богине, даже несмотря на то, что занимали отнюдь не низшую ступень в иерархии божеств. О, да. Даже у богов бывает иерархия. Так вот, возвращаясь к нашим баранам. А точнее к божественным повстанцам. Не так давно, опять же по меркам почти бессмертного создания, коим и являлась Бригитт, десять лет назад один из тех, кто раньше был им товарищем, поймал среднюю из сестёр, которая также являлась одним «ликом» трехликой богини. Он заключил её в одном из своих миров, за которым присматривал, скрыв её от двух остальных сестёр, помешав им освободить одну из них. И на мирные переговоры, естественно, не шёл. Фрайд, старшая из сестёр, несущая образ старухи, почти что решилась присоединиться к повстанцам, лишь бы тот бог наконец вернул им Брайд, среднюю сестру. Потому что Фрайд, не смотря на свою преданность Верховной Богине, в первую очередь думала и заботилась о людях, чьи жизни были в их с сестрами руках. Она не столь волновалась о Брайд, сколь о смертных, потому что после пропажи средней сестры, на миры, которыми управляли три сестры единолично, обрушились беды. Да, даже на наш мир, где они были одними из множества других божеств, почти забытые, тоже отразилась пропажа Брайд. Я даже на секунду восхитилась, потому что почему-то считала, что богам нет дела до смертных. А оказалось, что одна из богинь была готова попустить собственные принципы ради каких-то «жалких человечков». Это… воодушевляло. — Но… Но, — начала я, непонимающе моргая. Мы с юной богиней дошли до какого-то темного зала, и та оставила меня возле входа, сама направившись в центр зала, зажигая свечи, утыканные в древний канделябр. — Зачем Вам я? Рыжеволосая девочка-богиня тут же обернулась ко мне лицом, а её длинные волосы плавной волной поднялись в воздух из-за резкого движения. Свечи загорелись как по волшебству, освещая зал, который был значительно меньше того, в котором я очнулась. Потолок был так низко что я, со своим небольшим росточком в метр шестьдесят семь, спокойно могла достать кончиками пальцев до него, если бы подпрыгнула. Но это был именно зал, потому что был очень широкий, и я даже не могла разглядеть дальних стен. — Не знаю, — наконец выдала богиня, досадливо прикусывая губу. Я же охнула и непонимающе на неё уставилась, а юная богиня продолжила говорить. — Ты не воин, Тарья Смирнофф. Не гений и не военный стратег, как я на это рассчитывала. Ничем непримечательная личность, просто серая заурядность. Меня, наверное, должны были оскорбить слова Бригитт, но я лишь виновато улыбнулась и качала головой. Да, я не воин — я даже драться не умею. Не стратег, точно. Пытаясь научиться играть в шахматы, я лишь сильнее запутывалась каждый раз, а мой бывший жених, который пытался обучить меня данной игре, каждый раз ржал надо мной, как конь. О, да, я не гений. Это уж точно. Здесь тоже спорить не приходилось. Только всё равно, было немного обидно осознавать, что являешься никем и ничем. Особенно, когда это говорит столь юная девочка, даром что Богиня. — Но у тебя доброе сердце. — Внезапно заговорила вновь Бригитт, одарив меня снова очередным неясным взглядом. — И невероятная сила воли. Поэтому, думаю, для наших планов ты подходишь идеально. Я недоуменно приподняла брови, а девочка подозвала меня к себе жестом. Несколько нехотя, я подчинилась и подошла ближе. А она вновь начала рассказывать. Как только она поняла, что старшая сестра готова сдаться и перейти на сторону предателей, она решила действовать. Она решила самостоятельно вернуть сестру. Но из-за несколько более корыстных целей, нежели старшая богиня. Бригитт понимала, что если Брайд вернут в Пандемоний таким образом, сдавшись предавшему их божеству, то та явно будет не в восторге от того, что ей придётся поддержать сторону врага. Брайд, хоть и была весьма миролюбива, но не смогла бы стерпеть подобного отношения. И несмотря на её любовь к смертным, три «лика» бы навсегда перестали существовать как одно целое. Но теперь не из-за того, что их разлучили. А потому, что между сестрами больше никогда бы не возникло понимания и необходимого доверия. Да и Бригитт не скрывала того, что не верила, что им бы вернули Брайд, если бы они с Фрайд перешли на сторону повстанцев. И она начала действовать, проникая в миры предателя с помощью своих аватаров, ища хоть какое-то упоминания о сестре или же паранормальное явление, случившееся совсем недавно, которое, как она была уверена, привело бы её к Брайд. Миров было много, не счесть. Но ни упоминания о Брайд, ни каких-либо явлений, ей не встречалось. Бригитт не сдавалась, упорно ища сестру и уговаривая Фрайд подождать. И, на удивление, старшая из сестёр прислушивалась к ней. И вот, когда богиня почти что отчаялась и была готова к изначальному плану старшей сестры, сдавшись на милость предателю, она нашла мир, в котором, скорее всего, и была заточена Брайд. Нашла она его два года назад. Этот мир, как один из старых миров, принадлежал не только предателю. В нём как раз-таки и было многобожие. И даже сестёр здесь знали, но под другими именами. И именно в том мире действительно произошло паранормальное явление, которое прозрачно намекало на то, что именно там могла быть спрятана Брайд. Бригитт тут же решила сообщить о своей находке Фрайд, попросив дать ей ещё времени на поиски сестры. Только Фрайд не была также рада данной новости, как и Бригитт. Миры, которые были под защитой трёх сестёр умирали. Катастрофы, стихийные бедствия, войны отбирали жизни тех, кто был вверен в руки трёх богинь и Фрайд искренне страдала от горя смертных. Она дала Бригитт время, тринадцать лет — по словам юной богини, этого было слишком мало для спасения их сестры. Ведь, вполне вероятно, она могла ошибиться и тот мир мог и не быть темницей Брайд. А миров, которые она не проверила, было слишком много. Да даже если и тот мир действительно оказался бы тем самым, она бы не смогла без божественного вмешательства найти сестру и вытащить её из заточения. А явиться в тот мир, не используя тела аватаров, рыжеволосая богиня не могла — не имела права. Но она не сдавалась. Не могла сдаться. И она искала выход из данного положения, в которое попала. Тут то в её голову и пришла идея — воспитать героя, который будет готов на подвиг, а сама она бы направилась в другие миры, на поиски сестры, пока герой будет искать, а возможно и вызволять, Брайд в этом мире. Но на воспитание тоже нужно было время, как и на поиск подходящего для героя смертного. Времена Геракла прошли, а в том мире и не наступали вовсе — были легенды и мифы, но, по сути, пришедшие из других миров. И пускай, тот мир имел особую Силу, наполняющую некоторых смертных, но найти необходимого человека Бригитт не могла какое-то время. Но ей повезло. Относительно повезло. Год назад она нашла девочку-смертную, которая притянула её внимание к себе своими мольбами. Бригитт, хоть и была занята поисками подходящего кандидата в герои, но не смогла не отозваться на столь ярую просьбу. Она спасла эту девочку, явившись перед ней. Девочка была болезной, перенесла множество операций и просила лишь об одном — чтобы всё это прекратилось. Она звала смерть, ждала её, а Бригитт хоть и не была Фрайд, которая провожала многих смертных в их последний путь, но решила выяснить почему столь юная особа жаждет встречи с её сестрой. Выяснить и помочь той, если это будет в её силах. Бригитт даже и не знает почему отозвалась на зов этой смертной, не знает, почему решила попытаться переубедить ту, что так сильно желала умереть. Но она пришла и, начав говорить со смертной в её снах, «спасла» её таким образом. Она узнала о девочке, о её жизни и, если честно, была в ужасе от той информации, которая открылась ей. Хотя, обычно, подобные истории её не трогали. Девочка была наполнена Силой того мира, в котором возможно находилась Брайд, чистой и несокрушимой, и, если бы судьба повернулась иначе — она бы подошла на роль героя идеально. Только… Только девочка не хотела жить, даже после их встреч и того, как Бригитт уняла её боль. Девочка не была больна, о нет. Она была здорова и была, как уже говорилось ранее, весьма сильной. Но вот отец девочки старался всеми способами выжечь из той её Силу. Он проводил разные операции на ребёнке, за спиной своей супруги, ставил опыты на собственной дочери и не было этому конца и края. И девочка, на зов которой пришла юная богиня, просто хотела всё это прекратить. Навсегда. Тогда в голове богини сформировался странный, не поддающийся никакой логике план. Ну, мне как обычной смертной, этого было не понять. Она предложила девочке перерождение в одном из миров, которые были под её присмотром и защитой, обещая счастливую судьбу, лишённую подобных издевательств со стороны родителей. Только той пришлось бы умереть, отдав своё тело другой душе. Моё лицо вытянулось, когда Бригитт озвучила это, но богиня не заметила моего замешательства, потому что что-то чертила на полу зала с низким потолком, повелевая странным мелком с помощью телепатии. Мне казалось, что это как-то… Неправильно? Ведь миры, которые были под опекой трёх сестёр умирали. А девочка хотела покоя. Да и всё это «попаданчество» я тоже не понимала. Какой в этом смысл? А смысл, как оказывается, был. Бригитт мне, как недалёкой смертной, решила это пояснить. Девочка была сильна. И именно эта Сила была нужна Бригитт для поисков и спасения сестры. Но душевно девочка была слаба и сломлена — она бы не смогла стать тем самым человеком, который смог бы спасти из заточения Брайд. Да и девочке нужен был покой, который она могла дать, ведь не все миры, которыми заведовала Бригитт, были подвержены упадку. В некоторых, где главной богиней была именно она, без остальных сестёр, царили гармония и покой. И она решила «убить двух зайцев разом» — помочь нуждающейся и получить в своё распоряжение заготовку для героя. Оставалось лишь выцепить из Лимба подходящую душу и направить в тот мир, где была пленена Брайд. И она нашла меня, точнее — мою душу притянуло на её зов, когда она погрузилась в сети Лимба. Преданную невесту, глупо погибшую в автомобильной катастрофе, по собственной вине. Ни гения, ни война, ни стратега. Зато с добрым сердцем и несгибаемой волей. Самой, если честно, смешно. Какой уж из меня герой? Да и, если про доброе сердце я ещё понять могу, но что говорить о воле? Нет её, Бригитт явно ошибалась. Ни несгибаемой, ни обычной воли у меня не было. Я даже была готова простить предателя! Но говорить об этом богине я, естественно, не стала. К чему и так подтверждать свою никчемность, если уже всё, по сути, решено? Хотя перспектива стать «Героем» меня пугала, если честно. Даже не так, приводила в ужас. — А тот мир, — осторожно начала я, пристраиваясь рядом с задумавшийся богиней, которая молчала уже некоторое время. — Какой он? Бригитт непонимающе на меня уставилась, словно бы я спросила какую-то глупость, а потом рассмеялась. Её смех был похож на перезвон колокольчиков, такой лёгкий и нежный, тёплый, что хотелось его слушать и слушать. На душе тут же стало спокойно, хотя минутой ранее я была готова поддаться панике. — О, прости, я совсем забылась и ничего не объяснила, — сквозь смех выговорила рыжеволосая девочка-богиня, протирая своими тонкими пальчиками несуществующие слёзы от смеха. — Тот мир, в который ты отправишься, на самом деле не сильно отличается от твоего родного. Нет, конечно, есть некоторые несостыковки и отличия, но ничего особенного. Там сейчас современная эпоха, технологии, насколько я могу судить, не сильно отличаются от тех, что есть в твоём мире. Политика мира тоже не особо другая, как и порядки. Да, у некоторых людей есть Сила, с помощью которой они могут совершать нереальные, для твоего мира, вещи. Но таких людей не то, чтобы много, так что в основном в этом мире живут обычные люди, какой была ты сама, до недавнего времени. Почему-то слова богини меня немного успокоили, и я облегчённо выдохнула. Тем временем Бригитт закончила чертить на полу невероятную фигуру и вновь зажгла на ладони немного яркого пламени. Я непроизвольно отшатнулась в сторону под насмешливым взглядом огромных голубых глаз. — К тому же, — богиня решила не комментировать мою трусость и прошла в центр нарисованной фигуры, в которой находился небольшой круг, охваченный треугольником. Бригитт зажгла поочередно каждый конец геометрической фигуры и внимательно осмотрела своё творение. — Ты, возможно, даже слышала что-то в своём мире о том, куда отправляешься. Многие мифы и легенды — это не реальные истории какого-то определенного мира, а истории из других миров, просочившиеся в мировую историю. К примеру, в твоём мире точно была Медуза Горгона, а вот победил её герой, имя которого стёрлось из памяти смертных твоего мира. Зато имя Персея пришло из мира, который был по соседству с твоим. И именно его помнят, как победителя Медузы. Мне стало немного грустно от того, что какой-то безымянный герой спас людей и победил чудовище, а вся слава досталась тому, кто даже этого не сделал. Даже рядом не стоял и факел не держал. Хотя… Кто знает? Может, в своём мире Персей действительно победил Медузу Горгону и именно так, как рассказывается в легенде. А тот, кто победил её уже в нашем мирке, может и не заслуживал известности? А что, выиграл бой нечестным путём и закрыл себе проход в мировую историю. Хотя, учитывая времена и порядки, когда это произошло, то вряд ли бы кого-то смутила «нечестная игра». Бригитт, наконец-то удовлетворившись результатом, тут же обернулась ко мне и поманила к себе вытянутым, тоненьким пальчиком. А я замерла, уставившись на богиню как олень в свете фар, смотрящий на машину, которая несётся на него. Огромными глазами и не способная двигаться, оцепенев от нехорошего предчувствия. — Ну чего ты? — Немного недовольно проворчала богиня, спустя пару минут, опуская руку. — Давай, мне тебя нужно отправить в твой новый мир. — А что будет, если я откажусь? — тут же резко пошла на попятную я, в действительности, не сдвигаясь с места. Ноги будто бы приросли к старым плитам пола. Богиня немного нахмурилась. — Не получится. Я тебя всё равно отправлю, не смотря на твои отказы. Но если попробуешь, то я просто сотру тебе память о прошлой жизни, лишив индивидуальности. Я в ужасе расширила глаза, стоя на месте как вкопанная, вглядываясь в лицо богини, не веря в то, что она так поступит со мной. Да, я умерла, и при следующем перерождение, в которое не вмешались бы высшие силы, я скорее всего и потеряла бы все свои воспоминания, как и сформировавшийся характер, но… Мне совершенно не нравилась перспектива забыть себя и всю свою жизнь вот так! Богиня кинула на меня странный взгляд, но после небольшой заминки, всё же добавила: — Если ты уйдешь в тот мир добровольно, то твоя память и личность не будут тронуты. А также будут некоторые приятные бонусы. — А если я не справлюсь? — Никак не унималась я, и о чудо! Смогла сделать робкий шажок назад. В глазах Бригитт словно бы полыхнули искры, но я тут же отогнала эту картину, посчитав что это лишь всполохи пламени, отразившиеся в голубых глазах. — Не попробуешь, не узнаешь. — С некой угрозой в голосе, из-за которой мне резко стало не по себе, отчеканила богиня, делая маленький шаг вперёд, в мою сторону. — К тому же, повторюсь: я могу и ошибаться, и моя сестра не находится в том мире. Но это не значит, что я тебя не отправлю туда. Это крохотный шанс на успех, и я воспользуюсь им, глупая смертная. — А как же… Как же та девочка?! — Внезапно, даже для самой себе завопила я, смотря на рыжую бестию с недоверием и нескрываемой опаской. — И её родители? Они точно заметят подмену. Да и как быть с экспериментами её отца?! Богиня поморщилась, но больше не делала шагов ко мне на встречу. Мне бы бежать со всех ног, прятаться в том самом лесу, который мы недавно прошли, но мои конечности в очередной раз отказались меня слушаться. — Я смогла запечатать силу девочки на время, так что её никчемный родитель считает, что его опыты принесли результаты.– Явно нехотя стала пояснять юная богиня.– Из-за постоянных операции, девочка была крайне замкнутой и необщительной, мать вообще думает, что её ребёнок был смертельно болен и только недавно смог излечиться. Да и, о бонусах, которые тебя ждут — все знания и умения девочки передадутся тебе. Так что не думаю, что изменения хоть кто-то заметит. А если и заметят, то ничего страшного! Не стоит забывать про подростковый возраст, а ты попадешь в тело подростка. Тогда дети действительно меняются до неузнаваемости, даже без особых на то причин. Гормоны штука сложная. Я открыла и закрыла рот, а после и вовсе уронила голову на собственные руки. Тогда я поняла, что никакие мои доводы не остановят богиню, которая всё решила и отступать не собирается. Либо меня отправят в новый мир с моей памятью, либо без неё. — А что будет со мной? — внезапно вскинулась я, осознавая, что Бригитт ничего не сказала о том, чем закончится для меня сия история. — Если я найду и каким-то чудом смогу освободить твою сестру, что меня ожидает? Я вернусь в свой мир? Или что? Юная богиня слегка поморщилась, но не из-за моих вопросов, а скорее из-за моего фамильярного обращения к ней. — Ну, легенду вряд ли о тебе сложат, — немного подумав, ответила Бригитт, проводя указательным пальчиком по собственной щеке. — Будешь жить в мире, в который я тебя отправлю. О своей старой жизни можешь забыть сразу, я не смогу тебя воскресить в мире многобожия, да и не стала бы, если бы могла. Некоторые вещи, как смерть и жизнь — слишком сложные, поэтому поменять ход событий, особенно не имея права использовать божественное вмешательство, невозможно. Ты мертва для тех, кто знал тебя. И, если я верну тебя в твой мир — ты воскреснешь, но будешь напоминать скорее зомби, чем обычного человека, так как твоё тело будет какое-то время не функционировать. Люди, для которых ты погибла, скорее всего, не смогу понять и принять новую тебя. Будут опасаться, избегать. Разве ты хочешь такой жизни? Или ты хочешь вернуться в Лимб, после завершения своего задания? Меня прошибло на холодный пот, а во рту тут же пересохло. Значит, я никогда не вернусь в свой мир? Никогда не увижу друзей? Не смогу поговорить с Игорем?.. Бригитт как-то странно посмотрела на меня и, тяжело вздохнув, заговорила: — Пойми, Тарья, так будет лучше. Это редкий шанс, когда смертный может переродиться с воспоминаниями о своей прошлой жизни, да и не в теле младенца, а в более сознательном возрасте, когда уже имеет право выбора. В том мире, из которого ты пришла, у тебя ведь ничего не осталось. Ни родителей, ни друзей, даже любимый человек… тебя предал. Я понимаю, что это сложно. Но лучше считай, что это второй шанс. Шанс прожить жизнь с чистого листа. Попытайся смириться и наслаждайся данной тебе возможностью. Конечно, если по завершению своей роли ты захочешь отправиться в Лимб, я препятствовать не стану, но тогда будет не ясно, в каком из миров ты переродишься. Я лишь покачала головой, всё ещё находясь в прострации. Да, как бы больно не били слова юной богини, но она была права. В моём мире у меня и правда ничего и никого не осталось, ради чего стоило бы жить… Как бы печально это не звучало. Я всегда держалась особняком, а после смерти родителей у меня кроме Игоря и пары-тройки близких друзей, и правда не было дорогих сердцу людей. Но почему-то, после слов Бригитт, мне начинало казаться, что они и не были мне друзьями. Наверняка ведь знали о романе моего жениха, знали, но молчали. Да, у меня был собственный, только недавно начатый бизнес, но это было не только моим делом, но и Игоря с Инной, той самой подругой, с которой решил мне изменить мой несостоявшийся женишок. Добиться чего-то, став полностью самостоятельной, не попади я в ту аварию, я, наверное, вряд ли смогла бы сразу. Если бы вообще смогла. Я была разбита, и не только потому что встретилась со столбом, а из-за предательства дорогих сердцу людей. Кто-то может сказать, что это глупо и, наверняка бы этот кто-то смог с лёгкостью справиться со всем, попади он в подобную ситуацию. Но такая уж я, слабачка. Не понимаю, о какой силе воли может идти речь, если останься я в живых, то начала бы медленно плыть по течению, не способная справиться с невзгодами, навалившимися на мою голову? Бригитт внимательно наблюдала за мной, пока я отчаянно размышляла над положением дел, а потом покачала головой и, выйдя из круга подошла ко мне. Из-за прикосновения чужой руки к своей я отчаянно вздрогнула, но подняв голову наткнулась взглядом лишь на подбадривающую улыбку. — Не кори себя за слабость. — Спокойно произнесла богиня, вглядываясь в мои глаза. — И не считай себя слабой или никчемной. Мне виднее, я могу сказать точно, что ты сильная. И я уверена, что останься ты в своём мире, то наверняка бы со всем справилась. Но так уж случилось, что ты здесь. И ты нужна мне и моим сёстрам. Нам нужна твоя помощь и только ты справишься с этой миссией. Я неуверенно, но благодарно улыбнулась, слегка кивнув в ответ на слова Бригитт. А та, выпустив мою руку из захвата, похлопала меня по плечу. — Пойдём, тебя ждут славные дела! — С гордостью произнесла богиня и двинулась в сторону центра начерченной фигуры. Я неспешно последовала за ней. Встав в центре круга, я начала заметно нервничать, но старалась не подавать виду, только бегала взглядом по периметру зала, пока Бригитт заканчивала зажигать огоньки на оставшихся геометрических фигурах, окружающих круг. Когда богиня закончила, она подошла ко мне, остановившись перед треугольником, снаружи круга, и мило улыбнулась. Я кивнула ей, с нервной улыбочкой, безмолвно давая понять о том, что готова к переносу в тот неведомый мир. — Ох! Совсем забыла! — Всплеснув руками, рыжеволосая богиня и тут же полезла в скрытые карманы на юбке своего платья, а я удивлённо уставилась на неё. Наконец она что-то достала и протянула мне. — Вот, надень это на левую руку. Я посмотрела на протянутый предмет и непонимающе приподняла брови. Это был…фитнес-браслет? У меня в прошлой жизни был почти такой же! Небольшой чёрный экранчик на чёрном, силиконовом браслете, с заклёпкой на ремешке. Что это? Зачем это? Но я всё же приняла данную вещь, не спеша надевать его на запястье. — Это наш с тобой способ связи, — ответила на мой молчаливый вопрос богиня, слегка улыбаясь, наблюдая за тем, как я разглядываю полученный предмет. — На экран будут приходить задания, которые помогут тебе в главном деле, а также необходимая информация. Ещё ты сможешь синхронизировать коммуникатор с телефоном, что тоже будет весьма полезно — тогда ты сможешь больше прочесть о полученном задании и сможешь отправлять мне сообщения. Только не части, у меня и без того много других дел. Заряжать коммуникатор не нужно. Он водоотталкивающий и на него нельзя воздействовать огнём, а также нереально разбить. Его невозможно взломать. Старайся носить его, не снимая. Мои глаза удивлённо расширились. Это весьма полезная штука! А что ещё за задания? Я едва подавила желание рассмеяться. Почему-то теперь всё происходящее напоминало мне компьютерную игру. У меня, как у персонажа, есть главная миссия и квесты, которые необходимо выполнить, для достижения цели. Ох уж, а игры я ведь люблю! В студенческие годы столько ролевых и ММО прошла! Не счесть. Но больше тянуть я не стала, слишком было интересно, нацепив на левой запястье выданный браслет, и он тут же изменил свой внешний вид. Мамочки! Это что ещё такое?! Теперь «божественный фитнес-браслет» выглядел как обычные часы с весьма большим, белоснежным циферблатом, на светло-розовом, широком ремешке. Да они даже время показывали! Наверное, я выглядела весьма комично в своём недоумение, потому что богиня тут же рассмеялась. — Проведи пальцем по циферблату, от двенадцати часов до шести, — сквозь смех попросила, не приказала богиня и я тут же последовала её просьбе. Проведя подушечкой указательного пальца по стеклу циферблата, я в ожидании замерла. Ничего. Немного нахмурившись, я уже хотела повторить действие, как циферблат залило чёрным цветом, а на тёмном фоне появились светлые надписи: «Задание» и «Информация», под ними находился счётчики, которые сейчас были по нулям. Я ещё раз провела пальцем сверху вниз, но ничего не произошло, а потом снизу вверх и циферблат вернулся к исходному виду. Хотелось провести ещё раз от двенадцати до шести, но меня прервал задорный смех богини. — Потом ещё наиграешься, — с ехидством во взгляде сказала Бригитт, уперев руки в бока, а я неловко покраснела. Хотелось сказать, что я не играюсь, а лишь проверяю технику, но почему-то не стала, смущённо потупившись. — В дальнейшем интерфейс будет меняться, к примеру, подключив телефон, появится строка сообщений. Нажав на «Задание», ты сможешь изучить весь список, как новые задания, так и уже выполненные, тоже самое и с «Информацией». Ещё, когда ты попадёшь в мир, появится меню настроек, но там ты и сама справишься. А теперь, не стоит медлить. Я растерянно кивала аки китайский болванчик, который раньше сидел на панели приборов в моей машине, смотря на часы на своей руке. Это ж какие-то продвинутые «умные часы»! Вся хандра от моей смерти и вынужденной, предстоящей миссии, словно бы слетела с меня шелухой. Хотелось поскорее разобраться с этими чудо-часами, покопавшись и рассмотрев их со всех сторон. Уж такой я была — любила новую технику, и ничуть этого не стыдилась. Поэтому, пребывая в некоторой прострации от предвкушения «поиграться» с новой примочкой, я чуть ли не прослушала всё то, что говорила мне Бригитт. –… и запомни, как только ты попадёшь в новый мир, найди дневники Джури. Она вела их этот год, по моей просьбе. Это поможет тебе адаптироваться на новом месте, потому что ты хоть и получишь её знания, но не память. — А? — Несколько потерянно переспросила я, отрывая взгляд от часов. Бригитт лишь устало покачала головой, а потом слабо, но крайне вдохновляюще улыбнулась. — Ты справишься. — Слегка помедлив, уверенно произнесла юная богиня. А потом подняла ладони к потолку, разжигая на них языки пламени. — Не снимай коммуникатор, найди дневники бывшей владелицы тела и следуй заданиям, которые появятся на экране коммуникатора. Позже я свяжусь с тобой. Удачи, Тарья Смирнофф, и помни, что ты сильнее, чем думаешь! — Подож…диии! — Попыталась прокричать я, остановив богиню, ведь я могла прослушать что-то важное! Вдруг, я чего-то не знаю?! Но не успела. Пламя, мирно горевшее на ладонях, девочки-богини тут же взмыло в потолок, а потом меня затянула чёрная воронка. Мне даже опомниться не дали, не дали в последний раз высказать своё веское «фи». Просто выпнули в другой мир. И я очнулась. Во второй раз. Разлепив глаза в очередной раз, всё ещё ощущая дикую головную боль, я смогла заставить себя сесть. Наконец-то тело начало меня слушаться, но зрение всё ещё подводило… Если честно, то, наверное, я должна была испытать шок. Ну или отреагировать как-то более экспрессивно? Только, поздно пить боржоми, когда почки отказали. Хотя, в моём случае, наверное, печень? Ха-ха. Дурацкая шутка. М-да, мой юмор даже после «перерождения» остался таким же глупым. Вдруг я ощутила вновь вибрацию на своей левой руке, а после тихое чириканье, и уже осмысленно поняла её причину. Я тут же подняла руку и поднесла её поближе к глазам, чтобы разглядеть то, что значилось на циферблате. Всё двоилось и у меня явно текли слёзы. Разглядев стрелки и циферки, я несколько раздражённо провела пальцем по стеклу циферблата. На черном фоне тут же появилась огромная надпись, закрывая собой строки заданий и информации. Какие-то иероглифы. Проморгавшись от выступивших слёз, я внезапно поняла, что отлично понимаю, что там написано, хотя в прошлой жизни точно не учила ни японский, ни китайский, ни корейский. Или…это какие-то другие иероглифы? Всё же, мир-то этот совсем другой. Вдруг тут совсем другие национальности и расы, несмотря на заверения Бригитт? Ай, не важно. Сейчас со всем разберусь! Только хорошо бы избавиться от этой головной боли, а то никак сосредоточиться ни на чём не могу. Ха-ха, Герой с мигренью прибыл на выполнение Божественной Миссии! Берегитесь недоброжелатели, спасайтесь, глупцы! Ещё раз пробежавшись по надписи глазами, я слегка неуверенно улыбнулась, потому что там было написано следующее: «Добро пожаловать, Герой! Неси с честью свою роль в назначенной судьбой Миссии! Помни о важности своего предназначения. И помни, верь в чудо! С уважением небесная канцелярия её Святейшества Бригитт Файерблосс». Вот так-так, ничего себе приветствие. А ещё больше пафоса нельзя было добавить? Не знаю, должна ли я была проникнуться каким-то особым, геройским настроем и тут же вскочить на ноги с криками Д’Артаньяна, но я лишь прыснула от еле сдерживаемого смеха, протирая сжатыми пальцами в кулак выступившие от смеха слёзы. Причём вполне настоящие и видимые. Ощутимые. Отсмеявшись, я смахнула надпись в сторону, которая тут же исчезла. Значит, механика чуда-часов вполне похожа на сенсорные телефоны из моего мира, а это неплохо. Вряд ли бы я быстро разобралась, если бы управлять часами пришлось бы, к примеру, при помощи заводной головки. Вверху я тут же обнаружила новый значок в виде шестерёнки, который не прозаично намекал на меню настроек, о котором говорила Бригитт. Но я решила сразу не лезть в настройки, потому что мой взгляд уже зацепился за новые надписи, появившиеся на экране. Под строкой «Задание», как и под «Информацией» изменился счётчик и появилось по единице под каждой строкой. Кстати, надписи тоже претерпели изменения — были написаны на иероглифах, но, как и с приветствием, я всё понимала. Интерееесно. Грамотно рассудив, что я не смогу выполнить какое-либо задание, без хоть какой-то информации, я тыкнула пальцем на правую строку и циферблат вновь изменился. Теперь открылось меню информации, где было несколько строк: «Профиль», «История» и «Инвентарь». Меня вновь накрыло волной смеха. Теперь ощущение, что я нахожусь в какой-то странной игре, с открытым миром, создавалось ещё больше. Я точно не сплю? Может, я перепила с горя и теперь мне всё это снится? Но долго продолжать веселье я не стала, тыкнув на строку «Профиль», рядом с которым как раз и высветилась бледная единица. Открылось очередное меню, в которой было множество строк, но только самая первая была белого цвета, с надписью «Личная информация». Остальные же строки были какими-то серыми, с многочисленными знаками вопроса вместо наименования и нажиматься не желали. Вздохнув, я всё же нажала на строку личной информации и принялась читать.

Имя: Кацуки Джури. Возраст и дата рождения: 13 лет; 25 апреля. Национальность: Японка с итальянскими корнями со стороны отца. Сильные стороны: Память; Знание английского, японского и итальянского языка; Художественная гимнастика; Компьютерная техника. Слабые стороны: Коммуникабельность; Паранойя; Слабый характер. Статус: Мёртв. Отправлен на перерождение.

Имя подселенца: Смирнофф Тарья. Возраст и дата рождения: 13(фактический), 23(реальный); 25 апреля (фактическая дата и реальная). Национальность: Русская с немецкими корнями со стороны матери. Сильные стороны: Знание русского и немецкого языка; Доброта; Сила воли; Вождение различных транспортных средств; Ментальная защита. Слабые стороны: Умение водить машину; Вспыльчивость; Развитая неуверенность в себе. Статус: Мёртв. Перерожден.

Мне резко перестало быть весело, потому как прочитанная информация, хоть и была подана в некой «игровой» форме, но била точно в цель. Я мертва. Теперь я точно была уверена, что всё происходящее не сон. Хотя, сколько раз за прошедшее время с моего появления в зале Пандемония, я так думала? А всё равно, надежда где-то была. Но теперь… На душе тут же заскреблись кошки, а мне захотелось взвыть. Было так паршиво, как никогда в жизни! Да, фактически, я жива и даже, вроде как, здорова. Но это… Это не мой мир. Не моё тело. И не моё место. Я заняла чужую жизнь, так глупо умерев, в самом рассвете сил. А девочка, чью «шкурку» я заняла, что с ней теперь? Что с ней стало? Почему она решила сдаться? Как…она умерла? Вспоминая слова богини о проводимых операциях над девочкой собственным отцом, меня пробила сильная дрожь. Монстр. Чудовище, которое недостойно даже называться родителем! Меня сжигал изнутри гнев и страх. С одной стороны, хотелось плюнуть в лицо человеку, который довёл своего же ребенка до подобного состояния. А с другой мне было страшно. Ведь, пускай, сейчас душа той бедной девочки отправилась на перерождение и в дальнейшем, если верить словам Бригитт, ей не угрожает опасность, теперь её место заняла я. Да, Бригитт сказала, что она запечатала силу девочки, из-за которой над ней и измывались, но ведь печать не будет стоять вечно. Наверняка, богиня снимет её, как только придёт время. Бессильный герой ей ни к чему. И тогда… Тогда мне нужно будет действовать как можно скорее. Потому что я совсем не горю желанием ложиться на операционный стол, становясь подопытным кроликом для мужика, который даже не был моим реальным отцом. Да, он был родителем Джури, но не моим, не смотря на то, что её заменила я. Но, к слову, мой бы родной отец точно никогда бы не совершил ничего подобного со мной, даже если бы я была какой-то «не такой», аномальной. В этом я была уверена на все сто. Посидев совсем немного в размышлениях и даже не вглядываясь в обстановку комнаты, я решила, что нужно всё же посмотреть, какое там у меня первое задание. Смахнув личную информацию и повторив это действие несколько раз, я вышла на главный экран и тыкнула на строку заданий. Открылось меню задний, где было всего две строки: «Новые квесты» и «Завершенные квесты». От наименований я вновь усмехнулась, но уже скорее иронично, нежели искренне. Нажав на «Новые квесты», я тут же впилась взглядом в надпись. > Остановите кровотечение и спрячьте порез от родителей. Что?! Остановить кровотечение?! Я тут же в панике начала рассматривать своё новое тело на предмет каких-либо увечий и прочих травм, даже забыв свайпнуть задание, чтобы вернуть циферблат на место. Это было не важно! Даже если сейчас кто-то зайдёт, то вряд ли увидит долбаные часы! Вашу ж Машу! Эта дуреха себе вены вскрыла! На правом запястье красовалась глубокая рана, из которой вытекала кровь. Наблюдая за тем, как ярко-алая жидкость стекает по бледной коже, пачкая при этом тоненькую ткань шифоновой блузки, меня накрыла настоящая паника. Вот не хочется, совершенно, умирать второй раз за день! Или за сутки? А! Какая разница?! Подскочив на ноги, я чуть было вновь не упала на твердый пол, один чёрт, что обит он был мягким ковролином. Заметавшись по комнате с беззвучным криком, я не нашла рядом ничего подходящего, поэтому недолго думая, одним резким движением оборвала запачканный кровью рукав блузки и тут же зажала тканью рану. Сцепив зубы, я застонала от боли. Как я раньше не заметила, что было что-то не так?! — Джу-чан! — Внезапно послышался женский голос где-то в отдаление, а я в страхе замерла на месте. — У тебя всё в порядке? Я слышала какой-то шум. Голос был смутно знаком, скорее всего это была матушка дурехи по имени Кацуки Джури, которая решила вскрыть себе вены на полу собственной комнаты. Так, спокойствие, только спокойствие. Как там говорил Карлсон? Если я не реву, значит и ты не реви! Нужно бы что-то ответить женщине, иначе она зайдёт в комнату и тогда-то никакого спокойствия не будет. — Всё хорошо, ка-сан! — Не слишком убедительно проблеяла я, обращаясь к женщине на японский манер чисто на автомате, и вздрогнула от звука собственного голоса. От звука своего нового голоса. Такого тоненького, тихого, словно детского. Да что это я? Она ведь, по сути, и была ребёнком! — Я случайно книжки уронила! Ответа не последовало, а я уже было приготовилась прятать пораненную руку за спину и оглядывать комнату, вдруг что-то выдаст моё положение? Зараза! Ковролин! Недалеко от места, где я несколько минут назад лежала, на светлом ковролине багровело яркое пятно уже подсыхающей крови юной самоубийцы. Спрятать быстро не удастся, если всё же мама решит заглянуть ко мне на огонёк. Я уже приготовилась упасть пластом на пол, чтобы перекрыть собственным телом пятно, а заодно начала молиться всем известным мне богам, начиная с Бригитт, как, также издалека, послышался голос женщины. — Будь осторожнее, Джу-чан! И заканчивай со своими делами, скоро будет готов обед! — Хорошо! — Более уверено отозвалась я, но на самом деле ничего хорошего не было. Мне стало душно, а перед глазами начали появляться чёрные точки, которые намекали на то, что если я ничего срочно не придумаю, то могу грохнуться в обморок. Нет, вряд ли мне дадут умереть. Скорее всего, если я не спущусь к обеду, то обеспокоенная женщина пойдёт за мной. Рану и промоют, и зашьют, но будет это всё происходить в больнице, а после меня, скорее всего, будет ожидать тяжёлый разговор и вопросы, зачем я это сделала. Но не могу же я сказать, что это не я, а их настоящая дочь решила провести опыт по вскрытию лягушки на собственной руке! А то ещё по психологам затаскают. Хотя…это же Япония, верно? Точно затаскают, под каким-нибудь левым предлогом. И фиг тебе, а не божественная миссия по спасению высшего существа! Поэтому, как бы не было заманчиво упасть картинно на пол, теряя сознание, я переборола слабость и двинулась на выход из комнаты. Нужно срочно в ванную, кажется, большинство японцев именно там хранят аптечки? Я это ещё по прошлой жизни помню, после просмотра кучи аниме-тайтлов. А любила я их не меньше, чем компьютерные игры, может, даже больше. Однако как только я повстречала Игоря, который не любил ни игры, ни японскую анимацию, забросила это дело. Ведь Игорь всегда мечтал о женственной девушке, о настоящей хозяюшке, а не о гике, который рубится в приставку с утра до ночи… Но, так, не о том я сейчас думаю, ой не о том. Осторожно выглянув из комнаты, я облегчённо выдохнула. В небольшом коридоре не было никаких препятствий в виде людей, поэтому я гуськом выползла наружу и замерла, не зная, в какой стороне находится ванная комната… Часы вновь пиликнули и завибрировали, словно бы напоминая о том, что стоит поторопиться, а я кинула на них полный злобы взгляд. А то я не знаю! Но кое-что я действительно не знала, а точнее — где в этом доме находилась ванная. А на данный момент от этого, не побоюсь этих слов, зависела моя жизнь. Вдруг ноги, словно на автопилоте зашагали в сторону, а я выпала в осадок. Это ещё что за чертовщина? Но остановиться я не могла, хоть и пыталась, поэтому оставалось лишь идти туда, куда меня вели непослушные ступни. А вели меня они, как оказалось, как раз в ванную комнату. Видимо, из-за пережитого стресса, проснулась мышечная память или Бригитт взяла над моим новым телом управление, как над каким-то Симсом. Но сейчас не было времени ни удивляться, ни злиться по поводу данного факта. Попав в небольшую, светлую комнатку с душем и унитазом, я закрыла дверь на защёлку и тут же ринулась в сторону умывальника, над которым висел небольшой ящичек с зеркалом на дверце. О, вот она, родимая! Аптечка! Достав перекись, вату и бинты, я зависла над иголкой со специальными нитками. Интересно, а зачем они здесь? Неужели, в этой семье часто приходится зашивать раны? А смогу ли я? Я ведь никогда этого не делала! Да и не думаю, что четырнадцатилетняя девочка тоже этим занималась. Но для начала нужно промыть рану, да… С тихим шипением я при помощи перекиси смогла промыть творение рук юной самоубийцы. Больно было до слёз, поэтому я, не стесняясь, плакала. Беззвучно, прикусывая нижнюю губу. Рана оказалась не настолько глубокой, как мне показалось на первый взгляд, даже удивительно, что было так много крови и настоящая Кацуки Джури умерла из-за этого. Или здесь вмешались высшие силы? Но сейчас это была хорошая новость. Значит, мне не придётся тренироваться в кройке и шитье. Ха-ха. Опять мой глупый юмор. Наложив повязку, я наконец смогла выдохнуть спокойно. Прошло не так много времени с того момента, как я говорила с «ка-сан», но нужно было торопиться. Вряд ли мама Джу-чан оценит, если на обед её доченька выйдет в драной блузке и в пятнах крови. Убрав всё ненужное в аптечку, а её саму на полку подвесного ящика, я закрыла дверцу и придирчиво осмотрела себя. Нет, мне конечно было интересно, как теперь я выгляжу, но больше меня волновало, что на мне могли бы быть какие-то другие повреждения, кроме пореза на руке. Из зеркала на меня смотрела щуплая девочка с каштановыми, отдающие лёгкой рыжиной, волосами, обрезанными под каре и небольшой, косой чёлкой, прикрывающей лоб, а передние пряди слегка прикрывали худые щёки и были чуть длиннее основной массы волос. Вполне обычная внешность, разве что не совсем японская. На бледной коже виднелись еле заметные веснушки, которые я вообще смогла разглядеть лишь благодаря яркому свету в ванной. Это выглядело необычно, но отторжения не вызвало. Бывают ли у японцев веснушки, вот интересно? Разрез глаз, хоть и был слегка узковат, но всё равно — шире, чем у обычной японки. Да и цвет глаз был не карие или чёрный, как было типично у азиатов, а ярко-зелёные — почти изумрудные, а такое чаще встречалось у европейцев, нежели у японцев. Что там говорилось в личном профиле? Есть итальянские корни со стороны отца? Во как, ну что ж, хотя бы за глаза этому идиоту спасибо, конечно, почти как мои. Только мои были цвета грязной тины или же, более поэтично, цвета слегка пожелтевшей листвы, как говорил Игорь. Тоже зелёные, но не такие яркие. Некстати вспомнилось, что это не единственное наше «сходство», у нас с этой дурехой и день рождения ещё в один день было, десять лет разницы, правда, но это лирика. Ах, что-то меня опять не туда несёт. Осмотрев себя внимательней, я не заметила никаких других увечий или чего-то лишнего. Разве что глаза были немного красноватые, говорящие явно о том, что их хозяйка недавно плакала. Быстро умывшись и приведя несколько потрёпанный волосы в божеский вид, я прихватила использованную вату и кусок ткани, который раньше был рукавом блузки, и поспешила в свою комнату. Теперь уже точно свою. Залетев за дверь, я обнаружила, что на ней нет никакой защёлки или щеколды. Немного нахмурилась. А это уже плохо. Почему-то мне казалось, что ночевать с открытой дверью под одной крышей с человеком, который ставил на своей дочери какие-то мутные опыты — плохая идея. Но, пока что, я ничего не могу изменить. Нет, прибить какую никакую щеколду я и сама смогу, но вот как объяснить это родителям… Ох, точно! Совсем скоро нужно спуститься на обед! Зайдя в глубь комнаты, я критично огляделась по сторонам, быстро осматривая новые владения. А что, миленько. Комната довольно большая, с нежными обоями на стенах и обустроена вполне красиво — сразу видно, что здесь живёт девочка. Куча подушек и мягких игрушек на весьма широкой, но односпальной постели. Книжный шкаф, стоящих неподалёку от постели, забитый до верху книжками, пара натюрмортов на стенах, тумбочка, стол с компьютером и стулом. О, у неё есть личный компьютер? Вот это да! Если бы у меня в её возрасте была подобная техника, я бы круглосуточно торчала за монитором, превращаясь из человека обычного в помесь совы и серой моли. Единственное, что портило картину, это было яркое пятно крови на полу, почти что в самое центре комнаты. Зараза! Это же мне придётся оттирать… А учитывая то, какого материала было покрытие и его цвет, до конца от пятна мне не избавиться! Но не сейчас, не стоит пороть горячку. Обернувшись, я увидела, что со стороны двери находился весьма презентабельного вида шкаф, в котором наверняка хранилась одежда. Вот ты то мне и нужен, голубчик! Стянув порванную блузку через голову, я тут же открыла дверцы шкафа и замерла. Мать честная, да тут сплошные рюшечки и платьица! Аргх, ненавижу. Что там говорила Бригитт? Подростковый возраст? Вот врублю бунтаря, натащу в дом кожаных штанов с косухами, будете знать, как над ребенком эксперименты ставить! Это я, конечно, погорячилась, я не фанат кожаной одежды — в ней жарко и неудобно. Но вот банальные джинсы и футболки здесь точно не помешали бы! Да и, неужели, девочка подросток и дома обязана ходить в повседневной одежде? Так, с гардеробом я ещё разберусь. Наведу шороху, это уж точно! Выбрав из висящих на вешалках плотную рубашку с длинным рукавом, я тут же нацепила её, снова же через голову, расстегнув всего пару верхних пуговиц. Остатки старой блузки и использованную вату я убрала в шкаф, решив, что избавлюсь от улик, как только выйду из дома. Вернёмся к нашим баранам. А точнее, к пятну крови. Почесав затылок, я припомнила, что нужна холодная вода и, кажется, всё та же перекись водорода. Но я не успела ничего предпринять, как по коридору вновь раздался знакомый, женский голос. — Джу-чан! Почти готово! Вот чёрт! Пятно крови я точно не успею очистить. Поэтому, недолго думая, я положила на пол довольно крупного, благо что из темной материи, медведя, который до этого сидел на кровати. Так. Уже лучше, если кто-то и зайдёт в комнату, то увидит лишь мягкую игрушку, а не кровавое месиво. В очередной раз пригладив волосы, мысленно пытаясь успокоиться, я кивнула самой себе и почти что вышла из комнаты, как вспомнила о часах. Они до сих пор являли собой темный экран, а никак не циферблат. Даже не всматриваясь в новые надписи, я вернула часам их изначальный вид и теперь уже вышла из комнаты, навстречу судьбе и трапезе. Кухня, на которой, как оказалось, и находилась «ка-сан», была на первом этаже. Спустившись по лестнице, которую я не заметила, когда ринулась на поиски ванной комнаты, я натянула миленькую улыбку на лицо. Так, парни, улыбаемся и машем. Улыбаемся и машем. Это всего лишь обед. Мы не должны ударить в грязь лицом. Кухня была огромной и ничем не отделена от прихожей, и находилась она сразу за лестницей. Женщина, такая же худая, как и новая я, с волосами точно такого же цвета, во всю возилась у плиты, слушая новости по маленькому телевизору, поэтому не сразу заметила моего появления. Ух ты, а они не бедствуют. Хотя, ничего удивительного, судя по комнате девочки, деньги у семьи были. Но я никогда не понимала, зачем нужен на кухне телевизор. Он же отвлекает от процесса готовки… Ну, да ладно. Как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Я осторожно присела за стол, на котором уже стояло несколько блюд японской кухни и неловко завозилась на месте, чувствуя неясную тревогу. Нет, я понимала, что мне придется встретиться с родителями Кацуки Джури, но не ожидала, что это будет так скоро. И, если матери бедной девочки я даже была рада, несмотря на волнение, то с главой семейства не хотела встречаться как можно дольше. Женщина наконец обнаружила меня и тут же засуетилась вокруг. — О, Джу-чан, ты уже спустилась! Подожди немного, почти всё готово, хочешь чаю? — В её темно-карие глазах плескалась нежность и любовь, из-за чего я смогла улыбнуться чуть более искренне, было заметно что женщина любит своего ребёнка. На кружку чая я согласилась, подумав, что лишним не будет. И уже спустя пару минут передо мной стояла кружка с зелёным чаем. Что уж японцы его так любят? — Спасибо, ка-сан, — неловко поблагодарила я женщину и уставилась взглядом в кружку с напитком. Женщина лишь улыбнулась, покачала головой и тут же вернулась к готовке. Было слегка неловко, может стоило предложить помощь? Но я ведь совершенно не знала, что нужно делать. Поэтому молча начала пить чай. Диктор на экране телевизора говорил о каких-то акциях, непонятной компании, а со стола приятно пахло едой, но я, не смотря на голод, решила дождаться последнего члена семьи и окончания готовки. Допив чай почти до конца, я начала наблюдать за женщиной, которая довольно улыбалась и помешивала что-то в кастрюле. Она была так молода, что её вполне можно было бы назвать старшей сестрой Кацуки Джури, но никак не матерью. Мне снова стало неловко и совестно. Ведь, по сути, я заняла место её ребёнка… — Вот, это твой любимый Джу-чан! — передо мной появилась круглая супница с каким-то японским яством, а женщина присела напротив меня. Я немного приподняла брови, в удивление. Неужели мы приступим к трапезе, не дождавшись отца семейства? — Ка-сан, а разве ото-сан не присоединится к нам? — Немного нервно поинтересовалась я, мысленно молясь своей богине, которая забросила меня в этот мир, чтобы «ото-сан» не появлялся на горизонте как можно дольше. Женщина, которая до этого довольно улыбалась, тут же взгрустнула, и её улыбка померкла. — Ох, Джу-чан, он ведь до сих пор в командировке, — несколько расстроенно протянула женщина. — А когда вернётся, не знаю… Он пока мне не говорил. Я кивнула, мысленно пропев хвалебную оду Бригитт, потому что, видимо, мои мольбы были услышаны и взяла лежащую рядом ложку. Правая рука слушалась немного плохо, но ничего, я никуда не спешу. Зачерпнув ложкой бульона, я тут же вспомнила о манерах и громогласно выдала: — Итадакимас! Женщина тут же рассмеялась, тоже пожелав мне приятного аппетита и добавила: — Ты такая активная сегодня, Джу-чан, — я довольно разулыбалась, начав кивать, вызывая у женщины счастливые искорки в карие глазах. Видимо, Бригитт была права, что некоторые изменения будут только плюсом. — Что ж, это замечательно! И мы приступили к трапезе. Я почти донесла ложку со вкусно пахнущим бульоном ко рту, как услышала вновь заговорившего диктора. –…и к последним новостям. Сегодня в центре Намимори открывается новый торговый центр, строительство которого длилось вот уже несколько лет. В связи с этим торжеством, во многих магазинах нового центра будут высокие скидки, а на его территории будет проходить праздничное представление… Ложка полетела в супницу, так и не достигнув своей цели. Да ладно… Да быть этого не может! — Всё в порядке, Джу-чан? — тут же взволнованно подалась вперёд «ка-сан», а я пыталась скрыть нервную улыбочку, резво закивав головой и хватаясь за выпавшую ложку. Начала тут же поглощать пищу, но при этом не чувствуя вкуса, потому что реальность шокировала меня внезапным открытием. Вашу ж Машу! Я в аниме! Я в мире Мафии!