Лёд и сталь

Миртл смотрела на солнце, скрывающееся за стенами. Вот оно дотронулось до стены своим сияющим ребром, а вот уже половина светила исчезла за высокой постройкой. Рядом с кроватью Миртл стояла деревянная тумбочка, на которой был небольшой букетик ромашек в стеклянной банке. Эти цветы ей принесли Микаса и Саша, которые решили навестить девушку и поболтать с ней обо всём. Рядом с цветами лежала недочитанная книга, которую принёс Армин в тот момент, когда Миртл, Микаса и Саша разговаривали. Светловолосый парнишка присоединился к разговору девушек и они долго болтали о том, о сём. О своих мечтах, о нудных тренировках, о смешных моментах из кадетского корпуса, о страшном из вылазок, о напряжённых миссиях, в общем, обо всём. Когда ребята ушли, девушка поняла, насколько скучно ей находится в четырёх стенах эту неделю, и что она лежит здесь в то время, как все остальные тренируются и просто проводят время вместе. Медсестра, которая ухаживала за пострадавшей, была милой блондинкой с золотистыми глазами, постоянным румянцем на щеках и милой доброй улыбкой. Девушку звали Сьюзи. Сьюзи была невысокая, худая и загорелая молодая девчушка, с добрым и милым характером, однако, когда надо, она становилась упёртой и настаивающей на своём медсестрой. Иногда она заходила вечерами поболтать с Миртл, приносила две кружки чая и немного печенья, которые были редкостью, но не у врачей. Однако, этим вечером Миртл легла спать без этой беседы. Она не могла уснуть и, долго смотря в потолок, вслух рассуждала о том, что ей не хватает общения. За всю неделю это был единственный раз, когда Микаса, Саша и Армин пришли к ней. Два дня назад к ней лишь один раз заглянула Ханджи, но чисто, чтобы поздороваться, так как она разговаривала со Сьюзи. В соседней палате лежала Маргарита с растяжением обеих ног, но та уже шла на поправку и на следующей неделе её должны были выписать. У Вульфсон лишь вчера зашили рану, а швы достанут через неделю, а выпишут вообще через две недели. Так и не сумев заснуть, Миртл встала с кровати и подошла к белой стене палаты и начала рассматривать каждый её миллиметр. Только спустя полчаса поняв, что она делает, девушка вернулась в кровать и продолжила смотреть в окно. Зрение у девушки было не очень, но она чётко видела бледно-жёлтый коготь луны и холодно мерцающие звёзды. Под окном палаты росли декоративные деревца и были разбросаны красивые клумбы различных цветов. Вот слегка подул ветер: Миртл поняла это по колыханию листвы и бутонов растений. А вот в конюшне зажёгся свет: дежурный солдат обходит свой участок дежурства на ближайшие 3-4 часа. Миртл так захотелось выбежать туда, на улицу, к этой колышащейся траве, лечь на землю и искать на звёздном небе созвездия. Но этого она себе позволить не могла, от чего девушке стало очень горько. Она пролежала ещё несколько десятков минут, прежде чем заснула. *** –Зачем ты меня звал, Эрвин?-Леви зашёл в кабинет главнокомандующего. 10 минут назад к капитану зашла Ханджи, с новостью о том, что заберёт на следующий день Эрена на тренировки по кристаллизации и передала, что Леви звал Эрвин. Когда Зоэ ушла, Аккерман вымыл кружку, из которой пил чай, взял ключ, чтобы закрыть кабинет и направился к Смиту. –У нас через месяц вылазка. Твоим новобранцем придётся также пойти. –Два молодых солдата в больничном отсеке, у одной порван бок у другой растянуты обе ноги. Как они отправятся в вылазку? –Ханджи сказала, что они обе выпишутся через 2 недели,-сказал Эрвин. –А тренировать мне их не надо?-спросил Аккерман. –С твоими-то умениями, Леви, ты натренируешь их за один день так, что обе будут равны с тобой силой. И ещё переживаешь,-с сарказмом сказал Смит. –Я не переживаю, я говорю, как есть,-сказал Аккерман. –В общем, приказ есть приказ,-протянул Эрвин.–Держи, это карта построения. Это документы, которые нужно заполнить за 2 недели. А это примерное расписание тренировок. Кстати,-добавил главнокомандующий.–Ты же в курсе, что расписание перед вылазками меняется, поэтому поручи какому-нибудь солдату раздать всем новое расписание на ближайший месяц. А теперь можешь идти. Аккерман, взяв огромную стопку бумажек, вышел из кабинета и пошёл по длинному коридору в своё крыло. Капитана раздражало то, что работа с бумажками вновь вернулась, но это было частью его работы. Одной рукой отомкнув кабинет, а другой держа огромную стопку, Леви зашёл в кабинет и сразу же положил на стол кучу бумажек и ключ, после чего подошёл к двери и закрыл её. Внезапно раздался грохот. Когда капитан развернулся, его глазам предстала неприятная картина: бумажки упали со стола, так как Леви положил их на самый край. Бумага валялась по всеми кабинету. –Ёпрст,-чертыхнулся Аккерман.–Теперь это всё нужно перебирать. Леви, присев на корточки собрал все документы и сложил их в стопку на стол. В этот раз капитан несколько раз перепроверил, чтобы листы лежали не с краю, а ровно посередине стола. Теперь предстояла долгая и не очень приятная работа: рассортировка бумаг. Предвкушая будущие час-полтора работы, Аккерман взял свою кружку и пошёл заваривать чай. Тут с Леви произошла ещё одна неприятная ситуация: его любимый чёрный чай закончился. "Блин! Да что ж такое?"-возмутился у себя в голове Леви. В столовую за чаем не особо хотелось идти, поэтому пришлось сесть за работу без тёплого напитка. *** Полночь такое таинственное время. Луна в зените, а начинается новый день. В городе ни души. В окнах не горит свет. Редко дует лёгкий ветерок, шелестя листьями деревьев и травой. Закончив бумажную работу, Леви решил пойти лечь спать. Взяв полотенце и ключ, и выйдя из кабинета, капитан замкнул его и пошёл в душ. Душевые находились в другом крыле, где собирались все солдаты. В том крыле были столовая, спортзал, склады, библиотека, что-то типо актового зала и многие другие "общественные" места, в том числе и душевые с туалетами. На втором и третьем этажах того же крыла были спальни, где спали солдаты. У разведчиков, которые имели собственный кабинет, была вторая комната в как раз-таки этом же кабинете, которая была предназначена для спальни. Однако душевые и туалеты решили оставить в общем крыле, что некоторое время напрягало Аккермана. Зайдя в ванную комнату, Леви оставил одежду в шкафчике, а сам пошёл в душевую кабину. За пару минут приняв душ, капитан вышел из душевой, вытерся полотенцем, оделся, обулся и пошёл обратно в своё крыло. Так вот. В штабе было всего 4 крыла: крыло общих мест; больничное крыло; крыло капитанов и людей, выше званием, чем "солдат"; четвёртое крыло считалось улицей, т. е. это места тренировок, конюшни, место для тренировки силы титана (после появления Эрена даже такое оборудовали). Однако я не упомянула так называемое "тюремное крыло". Этим крылом особо не пользуются, последний раз туда заходили, когда Эрена держали в темнице, поэтому его уже и не считают за отдельное крыло. Зайдя в кабинет, Леви замкнул его изнутри и пошёл в свою спальную комнату, не забыв закрыть светящийся кристалл (этот кристалл имелся почти у каждого в доме, как лампа или свеча, после смерти титана Рода Райса). Сняв фирменную куртку, ремни и сапоги, Аккерман, поняв, что не может уснуть, сел в своё кресло и стал смотреть в окно. Луна медленно плыла вниз, звёзды мерцали в ночном небе, ветерок постепенно усиливался, нагоняя тучи. "Завтра будет гроза",-подумал капитан, прежде чем уснул.