Демон Полянии

Под окном птиченька, Под окном серая, Под окном гнездышко Свила. Берегла маменька, Берегла девоньку, Берегла доченьку, Берегла* - Мардук, я... Я так благодарна вам! - сиплым от сдерживаемых эмоций сказала она. Он перебил ее. - Не надо повсюду вставлять имя Мардука, - презрительно усмехнулся он, - Ничего особенного этот Колдун не совершил. Разве только мастерски выводил всех из себя... Она посмотрела на него с опаской. Он говорил о Верховном боге, будто о старом знакомом. Этот Колдун производил странное впечатление. С длинными волосами, собранными в высокий хвост, темными глазами в неверном свете фонарей и угловатым худым лицом... Созданный будто из ломаных линий. Он и пугал, и восхищал. - Спасибо, что спасли мою дочь, - тихо выдохнула она. Что бы в ее душе ни происходило, она обязана была поблагодарить. - Ее не первый раз пытаются украсть, - с тяжестью на сердце выдавила она, - Очень красивая. Отец, наверное, был хорош собой... - Наверное? - вскинул точеные брови он. - Ну да, - пожала плечами она, - Никогда его не видела. Я проводила ритуал. Сама не рожала. Попросила одну знакомую Целительницу дать мне генетический материал очень красивого человека... Мне даже не важно было, Колдун ли он. Сама-то я натерпелась из-за своей внешности и не хотела, чтобы мой ребенок страдал... А в итоге, Рози все равно страдает. Она прижала спящую дочь к своей груди крепче. - Мы всегда получаем не то, что хотим, - спокойно парировал он, - Не стоило так расстраиваться из-за внешности. Счастье - не в красоте. Забудь об обидах прошлого. Лучше думай о дочери. То, что я встретился тебе на пути, - это везение. Одна ты бы не справилась. Так что расти свою силу. Защищай свою дочь. Если в следующий раз рядом никого не будет, ты потеряешь ее. Он свернул на ближайшую улочку и начал отдаляться от нее, так и не попрощавшись. Она пару секунд смотрела ему вслед, а потом крикнула: - Спасибо! Меня зовут Лилинг Син! Он остановился, а затем медленно обернулся. - У меня много имен, - спокойно проговорил он, - Но можешь называть меня Энки. Просто Энки. Фамилии у меня никогда не было. И Колдун растворился в ночи. - Какое странное и красивое имя! - Лили поцеловала Рози в лоб, - Первый раз такое слышу! Наверное, было бы чудесно, назвать так мальчика... *** Они находились в захудалом баре на окраине Шумара - столицы Бабили, и Лилинг страшно нервничала. Рози осталась дома с дедом. Да, он не даст дочь в обиду. Но Лили привыкла к тому, что Рози всегда находилась рядом с ней. Лилинг хотела обратно в свой надежный дом. В свою крепость. Но Глория, Целительница и по совместительству ее лучшая подруга, взмахнув белыми кудрями, сказала - тебе надо развеяться, и вытащила ее из уютной норы. - Ну, спой, спой... Лили! - клянчила Глори, сверкая карими глазами, - Спой! Лилинг не любила петь. Не считала, что у нее хорошо получается. Но друзья обожали ее голос и мучили Лилинг. Постоянно! А ей уже скоро будет сорок! Какое пение в таком возрасте? Работать и за семьей смотреть надо! Но Глория, вручив Лилинг гитару, вытолкнула подругу на небольшую сцену, где до этого вяло перебирал струны какой-то подвыпивший музыкант. Лили тяжело вздохнула и распахнула нервно зажмуренные глаза. Сердце ее дрогнуло - в бар зашел мужчина в длинном плаще. Темно-бордовые, вишневые очи встретились с карими, почти черными глазами. Слова полились из уст Лилинг ранимой музыкой. А сердце девичье горит огнем, По сердцу ей милый паренек. На сердце любовь ярче солнца днем, Под сердцем дитя.* *** - У меня будет мальчик! Мальчик! - сияя от счастья, положила Лилинг ладонь на пока еще плоский живот, - Я назову его Энки. Как и отца. Выглядела она устало - под ее глазами залегли синяки. Но очи Лилинг сверкали. Глория села на краешек кровати подруги. - Лили... - тихо произнесла она, - Вокруг плода клубится какая-то странная сила. Я такое первый раз в жизни вижу! Она не защитная, а атакующая! На таком раннем сроке, вообще, непонятно, Колдун ли ребенок. А тут... Тут демонщина какая-то! Мальчик появится на свет не просто магически одаренным - его мощь будет разрушительна. Кто отец этого ребенка? Где его носит? Лилинг низко опустила голову, пряча взгляд. - Он не может быть рядом со мной, - едва слышно выдохнула она, - Мы встретились слишком поздно. На самом закате его жизни. - О боги! - всплеснула руками Глория, - Звучит ужасно и дико! Ты это понимаешь? Ты должна сделать аборт! Ты можешь умереть! Плод убьет тебя! - Нет! - яростно крикнула Лили, сжимая кулаки, - Я рожу нашего сына, чего бы мне это ни стоило! Он будет жить! И будет счастлив! - Подумай о Рози, - качнула головой Глория, - Кто о ней позаботится, если... Если что-нибудь случится? - Мой дед, - грубо отрезала Лили, - Глория, обещай, что сделаешь все, чтобы спасти нашего сына! Его, а не меня. Высоко солнышко, Широко морюшко, Далеко до осени До весны. Не успел миленький Ни одной строченьки Написать девушке С войны.* *** Никого спасти не удалось. От роддома остались лишь обломки. Сквозь сон он почувствовал, что его Лили мертва. Но когда он, собирая последние силы, приполз к ней, то понял, что погиб и его сын. Их Энки зажало бетонной плитой. У него в голове звенели прощальные мольбы его любви: - Спаси... Спаси... Спаси нашего Энки! И он спас. Роняя слезы, которые всегда были ему чужды, он обхватил холодное тельце их ребенка и отдал всю свою жизненную силу ему. Он выдернул его из-за черты, выгрыз из лап смерти, а потом рассыпался черной пылью, уснув на несколько лет. Последний раз он очнулся лишь для того, чтобы увидеть их повзрослевшего сына и умереть на его руках. Пересекал черту он счастливым. - Не ругай любовь, сын мой, - шепнул он напоследок, - Как можно ее ругать, когда она дала мне самое ценное сокровище - тебя? *** Энки подскочил на кровати, просыпаясь. Волк рядом что-то ворчливо простонал, притягивая его ближе к себе. Энки, тяжело дыша, опустился на подушки, жадно прижавшись к нему. Воспоминания, которые передал ему отец много лет назад, обрушились на него лавиной. Очень вовремя. Только их и не хватало! Даже смешно. - Под окном птиченька, Под окном серая Не свила гнездышко, Не свила. Берегла маменька, Берегла девоньку, Берегла дочку... Не сберегла*, - едва слышно пропел Энки, а потом устало прикрыл глаза. Волк во сне обхватил своей рукой его запястье, словно знал, что ему больно, и инстинктивно поддерживал. - Я больше не ругаю любовь, папа, - прошептал в пустоту Энки, а потом чуть обернулся к Волку, целуя его в лоб, - Надеюсь, ты простишь меня, Волчонок! Пожалуйста, прости... Молю! Просто так надо. От судьбы и от долга не убежишь. * Слова очень красивой песни Зверобой - Птиченька