Любовь это...

      Они обнимались долго, пока принцесса не поняла, что сделала с ним. Ей было очень совестно за свой поступок, особенно, за то, что чуть его не задушила. Чарли хотела сказать что-то наподобие извинений, но вдруг почувствовала, что демон больше не мог стоять, а ногах и она упали на пол. — Ал? — но тот не отвечал, она почувствовала, что её платье становится мокрым, это раны радиоприемника, которые в отличие от Шарлотты не зажили.       Вскоре к ней прибежал отец и, убрав с девушки тело ведущего, положив аккуратно рядом, спросил: — Ты как? — Не очень, а с ним что… — хотела она ещё что-то сказать, но увидев, что её платье стало алее, а после устремился свой взор на Ала, у которого открылся ей вид на его сквозную рану, находящихся в грудной клетки. — Милая… — А кто это сделал? — спросила она, не донца понимая всю суть ситуации. — Ты не помнишь? — спросила Лилит, смотря в глаза Чарли, в которых было лишь удивление и непонимание. — Посмотри на свою руку… — вымолвил правитель.       Посмотрев на руку, она ужаснулась, её рука была по локоть в алой вязкой жидкости. Она не кричала и не плакала, принцесса лишь молча смотрела в на руку и словно зависла. Блондинка никак не могла предположить, что она, не обидев ни мухи, что уж там про демонов, ранила, того, ради которого она и жизнь отдаст. Она почувствовала к себе полное отвращение и возненавидела себя, за сделанный поступок.       Хаск с Ниффти тем временем начали осматривать руки радиоприемника, которые в прямом смысле обгорели до плеч, вся кожа потемнела в этом месте, создавая красные ниточки-это его вены, в таком же состояние находилась его шея. С грудной клеткой дела обстоят не менее радужно, она пробита насквозь, вокруг дыры всё в ожогах. Но дышал на удивление спокойно, словно просто спал. Лицо тоже было в ожогах, но не таких сильных как руки, они пройдут примерно через неделю.       Вегги не смогла смотреть на подавленную Чарли, поэтому пошла успокаивать, ведь как никак, а они лучшие подруги. Энжел присоединился к Вегги, ведь Чарли не виновата в этом, а виноват её внутренний демон. Однако они забыли одно, этот демон-часть её самой. Девушка понимала это, не смотря на успокаивающее речи её друзей. Эта горькая правда словно душила демонессу изнутри, давая не забывать об этом.       Под вот таким не очень радостным настроением наши компания решила телепортироваться в дворец, но порталы не работают, как и телепорты, чем очень удивило Люцифера и одновременно расстроило. Они, не долго думая, решили пойти во дворец Аластора, который располагался в самом центре города. Но проблема была в том, что Чарли находилась около центра, то есть, возможно дворец просто расплавился, как и остальные дома. Не взирая на это, они направились туда.       Подойдя туда, они ничего не увидели, здесь не было абсолютно ничего, всё сравнилось с землёй от силы Чарли. Они не знали что дальше им делать пока не увидели огромную стаю, летающих теней, похожие на тех, которые играли на музыкальных инструментах, когда пришёл в отель радиоведущий. Они что-то искали, очень отчаянно искали, пока не увидели их.       Тени мигом к ним подлетели и, увидев Радио-Демона, поклонились. В этот момент тень Аластора оживилась и та, не медля, дала им указанием, а сама начала ходить по пустоши, пока не ударилась об недвижимую стену. Все смотрели на это с неким непониманием.        Тень Аластора их молча позвала, как и теней, которые несли тело Радио-Демона, не причиняя тому боль от дискомфорта. Тень проникла в тело радиоприемника и тот, открыв глаза, которые полностью светились бирюзовым, как и очи тени. Демон подошёл к порталу и, прошептал что-то на латыни, появился огромных масштабов магический купол, за которым можно разглядеть огромный черный дворец с красными флажками на верхушки башен. Вскоре купол спал, образуя вокруг замка красный туман, что придавал ему величественность и таинственность. Тени ловко и быстрым движением подхватили тело радиоприемника, а тень оттолкнуло на несколько метров назад.       Перед дворцом были чёрные ворота, обвитые стеблями с шипами, на верхушке ворот цвели красные, а по краям белые розы. Этот вид завораживал, пленял тебя своим великолепием и красотой. Но не об этом. Тени мигом отправились с телом демона в главную башню, стоящую посередине всего замка, вокруг неё, как ступеньки были маленькие башни.       А наши герои вместе с тенью рогатого тем временем вошли в сад, усыпанного множество различных видов цветов, при этом это выглядело очень гармонично. Пройдя этот сад они поднялись по ступенькам, ведущие к главной двери у дворца. Она была из чёрного дуба и выложена стеклянной мозаикой из красных и чёрных цветов.       Дверь была огромной и когда она распахнулись, то открылся вид на большой зал, где в конце были две лестницы по краям, ведущие в следующее помещение, здесь был завышен потолок, огромная люстра из хрусталя располагалась на зеркальном потолке. Также в углу одной из лестниц можно заметить место, для оркестра (там располагались множество музыкальных инструментов). Однако тень их повела не туда, а в сторону, к огромной лестнице ведущие на следующий этаж. Но перед этим она отвела их в уборную, которая находилась между первым и вторым этажом, чтобы те слегка поздравили свой вид.        На втором этаже располагалось множества комнат, а на стенах были расположены «трофеи» Аластора в виде оленьих голов с рогами. Вот только Люциферу, Лилит и Чарли не было покоя они думали: «почему у него не развешаны его портреты?» Ведь они ни разу не видели не одного его портрета.       Они прошли до конца этого коридора, встав напротив тёмно-коричневой двери, где узорчато были раскрашены узоры золотистой краской. Тень робко открыла дверь, не входя туда, словно приглашая войти гостям первыми, что те и сделали.       Вся комната была довольно просторной: одна большая кровать с раздвинутыми занавесками, рядом по краям были две тумбочки, возле кровати располагался вход на большой балкон, возле входа был мольберт с недорисованным пейзажем, а возле него ещё множества картин, некоторые были обвешаны на стенах, что может показаться слегка странным.       На кровати лежал олень, а маленькие тени тем временем, принеся аптечку, обрабатывали раны господина, при этом тот, даже не обращая внимание на это, продолжал спать. Но, приступив к шее, болезненно зашипел, его тело всё напряглось от невыносимой боли, которую испытывает сейчас. Перебинтовав и продезинфицировав, тени удалились готовить еду гостям.       А наша компания молча смотрели на тело оленя и только Шарлотта смотрела в пол, боясь посмотреть на его изувеченное тело. Вскоре их отвели в столовую, на приём пищи. Проходя столько комнат все начали задумываться, насколько тот был одинок, но при этом всегда улыбался, как обычно, не рассказывая о своих проблемах, переживаниях, радостях и горестях, но при этом, готовый, выслушать чужие и даже помочь от них избавиться.       Вскоре они пришли в столовую, где их встретил огромный прямоугольный стол, накрытой атой скатертью, а по середине поставлена белая ваза в стиле хохломы, в ней располагался букет из черных роз, алых гвоздик и пару веток вербы. Рядом со столом был камин, а нём было маленькое фото, заключённое в светло-серой рамке.       Конечно всем стало интересно, кто там, поэтому подошли к камину, который не горел и стали рассматривать.       На фотографии была изображена счастливая семья: тёмно-каштановый мужчина с голубыми, как небо, глаза, стоя, обнимал, сидящих на кресле чёрноволосую женщину с довольно привлекательной внешностью, её очи были тёмно-карие, на коленях у женщины сидел маленький ребёнок лет шести с тёмно-каштановыми волосами и тёмно-карие глазами. Они были одеты довольно богато и было видно, что они определённо счастливы.       Владыка аккуратно высунул фотографию из рамки и увидел что сзади написано:

«Семья Вонт: Джек-35 лет, Марта-33 года, Аластор-9 лет.

Лето, 1809 год.»

      Посмотрев на фото они не могли поверить, что этот мальчик и есть самый жестокий и второй по силе, известный, как Радио-Демон-Аластор. Они смотрели не долго и поспешили засунуть обратно, чтобы их не спалили.       Они сели за стол и начали разговаривать об этом мальчике, строя свои догадки, но только не Хаск, тот молча сидел и смотрел на окно, где красное солнце бросает свои прощальные лучи, ослепляя кота. И все конечно же обратили внимание на это.       Вегги его спросила, смотря на задумчивое лицо кота: — А ты, как думаешь, Хаск? — Я не буду об этом говорить… — сказал он, продолжая смотреть на адский закат. — Почему, котик? — спросил пошленько Энжел, за что получил от Вегги, копьём, которое чуть не задело паучка. — Это личное…и мне кажется, что он сам должен рассказать… — сказал бармен, посмотрев на всех.       Наступила тишина, которые прервали демонические тени, которые принесли им на подносе их ужин.       На ужин у них была на удивление не оленина, как все тогда подумали из-за пристрастия хозяина этого дворца к этим довольно красивым животным, а спагетти с грибной подливой и черный чай. Всё хоть и было сделано в торопях, но вкус был сказочный, словно ты сейчас находишься и не в Аду вовсе, где еда то ещё дерьмо, лишь в богатых ресторанах нормально готовят, правда, здесь она была в сто раз лучше.       После ужина они пошли готовятся ко сну, каждому выделили отдельную комнату на втором этаже. Всем выдали пижаму, которая магией регулирует размер. Уставшие, измотанные от этого дня, демоны легли на мягкую, уютную и комфортную постель и мгновенно уснули.