5.
1 апреля 2020 г., 20:44
Том сидел и наблюдал за Каулитцем вот уже около десяти минут. Брюнет что-то снова писал в своей загадочной тетради, закрывшись волосами, и не замечал ничего вокруг. Даже то, как нагло на него сейчас пялился Шульц. Том вздохнул, прикусив сережку в губе. Прошлым вечером, когда он отвез Билла до дома, тот строго-настрого запретил ему подходить близко во время учебы. Это расстроило Тома, но ведь не значило, что смотреть нельзя. Вот он сидел и смотрел, сам не понимая, зачем это делает. Ему просто необходимо знать, что все в порядке и нет никакой угрозы.
Сегодня после учебы Том снова собирался отвезти Билла до дома и уже знал, что тот начнет протестовать, но Том надавит и он не сможет долго сопротивляться. Шульцу казалось, что Билл уже почти начал ему доверять. И все же, со вчерашнего дня очень многое прояснилось. Одногруппники врали. Нагло в глаза наговаривали на Билла, обвиняя во всех смертных грехах, наверное, придумывали на ходу и думали, что в этот бред еще кто-то поверит. Вот и Том не верил и оказался прав, ведь на деле все оказалось совершенно иначе.
Он снова взял тетрадь и написал "Что надо сделать, чтобы у блондинки загорелись глаза?" и подвинул ее к Биллу. Он видел, что брюнет сначала задумался, а потом улыбнулся и начал что-то отвечать, но, внезапно, его отвлекла одногруппница.
- Привет, Томми. Скучаешь? – рядом с ним села девушка. То ли Катрина, то ли Анна.. Том даже имени ее не помнил.
- Типа того, - он отвлекся от разглядывания брюнета и повернулся к ней, - Ты что-то хотела?
- Ты пойдешь на вечеринку к Марку в пятницу?
- Нет.
- Да ладно тебе, пойдем. Они простили тебя, все в порядке.
- Они? Простили меня? – Тома это искренне рассмешило. Нет, ну это просто капец.
- Что смешного? – она улыбнулась, - Так ты пойдешь?
- Теперь тем более не пойду. Нахрен.
- Тогда, может, сходим куда-нибудь вечером?
- Послушай, как там тебя..
- Джинни, - она обиженно надула губки.
- Джинни, точно. Я не могу, у меня уже есть планы. И вообще.. сейчас уже пара начнется, слезь со стола, - он слегка подтолкнул ее и девушка, немного обидевшись, ушла в самое начало аудитории.
Билл подвинул к Тому тетрадь, где, на его вопрос, был лишь нарисован вопросительный знак. Он и правда не знал ответ.
Том улыбнулся и написал "Посветить ей фонариком в ухо"
Отодвинул тетрадь обратно к Каулитцу и услышал, как тот тихо засмеялся.
Том охренел, когда увидел, когда Билл вышел из здания с подбитой губой. Он тут же подошел к нему, чтобы не успел скрыться, - Кто это тебя так?
- Не важно, - он вздохнул, - Я же просил тебя не подходить ко мне.
- Пошли, я отвезу тебя домой, - Том взял его под локоть и повел к своей машине и даже удивился, что Билл не сопротивлялся. Видимо, понял, что бесполезно.
- Рассказывай, - он сел рядом и завел машину.
- Нечего рассказывать. Том, все, к чему я прикасаюсь, превращается в дерьмо. Не лезь и не порти себе жизнь.
- Не говори глупостей. Я испорчу себе жизнь, если буду смотреть на все это и ничего не делать.
- Какой же ты упёртый баран, - он приложил ладонь ко лбу.
- Весь в тебя, - тут же ответил Том, взглянув на брюнета, - Говори, кто.
- Я не собираюсь жаловаться, пойми наконец.
- Я уже понял, что ты мазохист со стажем. Не боишься, что однажды их «безобидные» приколы выйдут из-под контроля?
- Не нагнетай, - Билл снова напрягся и весь ощетинился, - И вообще, куда ты меня опять везешь?
- К себе домой. Не появляться же тебе в таком ужасном виде дома.
- Нормальный у меня вид. Подумаешь, губа разбита.
- Конечно. Едем ко мне и точка, - произнес он тоном, не терпящим возражений, и Билл не стал спорить. Все же, Том был прав. Не стоило приходить в таком виде и расстраивать мать.
Приехав домой, Том тут же пошел за аптечкой, а Билл остался один в гостиной и стал оглядываться. Вчера он толком ничего не успел рассмотреть. Билл подошел к зеркалу у стены и посмотрел на себя в отражении. Выглядел он и правда неважно. Когда Том вернулся с аптечкой, Билл взял оттуда вату и антисептик и стал обрабатывать свою рану. Щипало адски, но он не мог позволить себе издать хоть малейший звук. Том и так считал его слабаком, не хотелось позориться еще больше. Он вдруг опешил, так и замерев с ваткой на губе. С какой стати ему вообще есть дело, что о нем подумает Том? Он ему никто был, есть и будет никем. И то, что он пару раз заступился и дал аптечку еще ничего не значит.
Пока Билл возился с раной, Шульц в это время поставил чайник и разогрел поесть. Наверное, Билл был голоден. Том вот был и даже очень. Хотя, смотря на брюнета, казалось, что он совсем ничего не кушает. Длинный и тонкий, его толкни – сломаешь.
- Я все, - Билл пришел к нему с аптечкой в руках и выгнул бровь, увидев накрытый стол.
- Есть хочешь? Садись, - Том забрал аптечку и подвинул к нему стул поближе, чтобы не было времени на размышления.
- Я не хочу есть, - поморщился Билл, отрицательно помотав головой.
- Хотя бы чай выпей. У меня мама делает отменные пирожки.
- Ну, раз отменные.. то давай, - он хмыкнул и все же опустил свою попу на стул.
Что сказать.. Шульц был доволен. Билл сточил аж два пирожка за один раз и заявил, что объелся, заставив Тома усмехнуться. Еще бы. И быстро выпив чай, Билл даже будто расслабился, хотя раньше был напряжен, словно струна. Том бы еще предложил ему пойти прогуляться, да передумал, решив, что на сегодня это будет явно слишком. Нужно радоваться тому, что есть, пусть даже в маленьких порциях. Он отвез брюнета домой и тот даже сказал ему тихое «спасибо», окончательно добив сегодняшний день. Что сказать, Том был в шоке. Возможно, это могло значить, что они почти приблизились к стадии «друзья», но и загадывать заранее не хотел, а то Билл снова спрячется в свою конуру и будет огрызаться. Во всяком случае, день точно прошел не зря.
Позже Том сел за свой ноутбук и вспомнил, что у него уже давненько не было секса и это нужно было срочно исправлять. Он так забегался с этим Биллом, что совсем обо всем забыл. Не жизнь, а сплошной стресс. И собрав своих старых-добрых друзей, Том поехал с ними развлекаться в клуб. О своем новом знакомом решил ничего не рассказывать. И сами прекрасно со всем справятся. Сейчас были дела и поважнее проклятого универа, о котором Шульц очень хотел забыть хотя бы на этот вечер. Одни проблемы от этого Билла.
Этим же вечером Билл сам с себя был в шоке, но ему вдруг стало интересно, что из себя представляет надоедливый Шульц. Прицепился, как клещ, ей-богу. Фотографий в его профиле было очень много и Билл собирался просмотреть каждую. Вот фото, где Том с друзьями, а следующее – с маленькой девочкой, видимо, с сестрой, которая сидела у него на плечах и смеялась. На другой фотографии Том стоял, опершись на капот своей машины, и с хитрой ухмылкой смотрел в камеру. Но одну фотографию Билл рассматривал дольше положенного. Ту, где он смеялся. Билл и сам не заметил, как тоже улыбнулся, переняв настроение снимка. Возможно, Том и был хорошим парнем.. Но у Билла не было причин верить ему. Да, он ведет себя, как прилипала, защищает, изворачивается, как может, из кожи вон лезет.. Но на Билла это не произвело никакого эффекта. О его мотивах оставалось только догадываться. А в том, что была какая-то причина, Билл не сомневался. Тому определенно что-то было нужно. Но дело было в том, что у Билла нечего было просить от слова совсем. Он ничего не мог предложить никому и уже устал повторять, что заводить дружбу с ним не собирается. Но посмотреть фото ведь можно было.. Все равно об этом никто не узнает. И в процессе просмотра фотографий Билл пришел к неутешительному выводу, что Том относится именно к той категории людей, которых он терпеть не может всей своей душой. Билла бесили слишком общительные люди, которые везде все успевают и при этом остаются лучшими в чем угодно. Такие люди являются друзьями для всех, но могут так же внезапно исчезнуть, как и появились. Они могут найти общий язык с любым человеком, подстраиваются под каждого, скрывая свое настоящее «Я». И поэтому никто не знает, кто они на самом деле, что у них на уме и что творится на сердце. Именно это Билла и раздражало. Маски. Ведь сам он был человеком, у которого всегда все на лице написано. Он всегда был слишком прямолинейным, слишком честным и часто это оборачивалось плохо для него самого. Билл не умел врать. Не умел водить за нос и не умел подстраиваться. Даже ради собственной выгоды. Он не раз видел, как люди предавали своих друзей, как делали больно тем, кого обещали никогда не обидеть. Да даже его семья была идеальным примером того, что никому нельзя доверять, кроме себя самого. Нельзя ни на кого надеяться. И привыкший с детства к одиночеству Билл не слишком расстраивался от этой суровой реальности. И никакая выскочка-прилипала по имени Том не нарушит его правил, выстроенных годами. Ведь Билл точно знал, что Шульц как внезапно появился, так же внезапно и исчезнет.
Он улыбнулся, когда на мониторе появилось очередное фото, где Том совсем маленький сидел в тазике с очками для плавания на голове. А на следующем снимке он стоял перед зеркалом в одних штанах с голым торсом. Самовлюбленный взгляд, сильные жилистые руки, на которых Билл конкретно завис. Это всегда его завораживало. Но осознав, что он слишком «засмотрелся», парень закрыл вкладку и вздохнул. Нет уж, они слишком разные и точно друзьями не будут. Кто он и кто Билл. Даже сама мысль казалась абсурдной и смешной. И вообще, Биллу никто не нужен. Ему хорошо самому. Уж лучше быть одному, чем с кем попало.
Он начал дальше тыкаться на фейсбуке и увидел висящий уже несколько дней запрос в друзья.
- Том.. - тихо произнес он одними губами и не решался нажать на "принять"
Наверняка, не стоит так быстро впускать не пойми кого в свою жизнь. Хотя нет, в жизнь Том и сам уже "впустился", даже не спросив мнения самого Билла.
Брюнет решил ничего не делать и оставил заявку висеть так, как есть. Он не хотел его отшивать снова, но и принимать, тоже. Может, когда-то Том все поймет и сам отстанет..?
В комнату тихо постучала мать, - Билли, ты даже не притронулся к ужину, - она расстроено посмотрела на него.
- Я не голоден, мам. Спасибо, - он закрыл ноутбук и убрал его на стол.
- Нельзя так. У тебя и так уже одни косточки остались.
- Обещаю, завтра утром позавтракаю, - он заткнул уши наушниками, включив музыку.
Женщина только поджала губы и ушла. Каждый раз Билл говорил это, но на утро завтрак оставался нетронутым. Она видела, как ее сын постепенно угасает и не понимала, за что их семье такое наказание. В последний раз она видела улыбку сына очень.. очень давно. И не понимала, что он творит с собой сейчас. Специально заставлял её страдать после всего того, что они пережили? Она видела, что ее солнышко уже давно потеряло интерес к жизни и это заставляло сердце матери обливаться кровью. Она делала все, чтобы помочь сыну, но он упорно продолжал мучать и себя, и её. И женщина только надеялась, что однажды все изменится и её Билли вернется.
