Поговори со мною, ангел (Диалоги акульно-зефирных)

— Ангел, теперь, когда мы наконец-то одни… — О-о-о, мой дорогой! Звучит многообещающе! — Прекрати! Я не о том! То есть и о том, конечно, но… Сначала о более важном! — Ну знаешь! Что может быть важнее... — Не путай меня! Я и так за сегодняшний вечер чего только не передумал. Мне нужен ответ, ангел! Честный. — Да? — Только не ври! — А вот сейчас было даже как-то обидно. Вообще-то я ангел, мой дорогой, а ангелам можно доверять… — Ангел! Я знаю тебя шесть тысяч лет! Хорошо знаю! — Какая просто-таки кошмарная несправедливость: шесть тысяч лет безупречной репутации, огромное количество благих вещаний и дел, спасенных жизней и душ, но разве кто-нибудь назовет меня Благовестником или Спасителем? Нет. А стоило только один раз… один-единственный раз! — Ангел! Прекрати! Отвечай! — Хорошо, хорошо. — Ну?! — Но ты ведь так и не задал вопрос. — Что ты с ним сделал, ангел?! — Никак не возьму в толк, дорогой мой… Ты о чем? — Не притворяйся! — ?.. — Куда ты его дел?! — Кого? — Не кого, а что! — Э-э-э... что? — Ангел! — Кроули? — Ты решил взять его заложником? Чтобы меня шантажировать, да? И теперь будешь требовать выкуп? Знай заранее: я на все согласен, ангел! На любые условия, ну ты же меня знаешь! Любые, ангел! — Кроули... — Только не говори мне, что его больше нет! И не будет! Что ты от него избавился! Я этого не переживу!!! — Ох... Кроули… вот, выпей водички. — Не надо! Не утешай меня! Эта мерзкая сиреневоглазая задница победила, да?! Ты его послушался?! И… у-у-у-уничтожил! Мою любовь! Мое обожание! Мое у-у-у-убежище! Кого ты послушался, ангел! Он же у-у-урод! И приду-у-урок! Он же ничего не понимает! Вообще! Ни в чем! Даже в порнографии! — Кроули… я ничего не уничтожал. — Правда?.. — Правда. — Тогда где?! Я хочу его видеть! Немедленно! Я должен убедиться, что с ним все в порядке! — С… чем? — Не издевайся, ангел! Ты знаешь, о чем я! — Да в том-то и дело, что понятия не имею, мой дорогой, а ты… Ты меня пугаешь. Ты весь вечер на меня так странно смотрел… — Ну не мог же я припереть тебя к стенке и потребовать объяснений прямо там, на глазах у всех этих напыщенных пернатых индюков! И наших тоже! Райско-Адский корпоратив, и кому только в голову пришла такая бредовая идея?! — Эм-м-м, мой дорогой… Даже и не знаю, что тут ответить. Хм… Тебе? — Я был не в себе! И вообще, это был не я! А полтора литра бренди! Только они во мне тогда и были на что-то способны! А ты и рад! С Гавриилом! Весь вечер! — Мы говорили о непостижимости Ее Плана. — Четыре часа подряд?! — Ну... План ведь и на самом деле непостижим, и можно высказывать и обсуждать самые разные предположения. — Ладно, ладно, ангел… Всевышняя с ним, с этим напыщенным придурком и его предположениями. Плевать мне на него! Мне важен ты. И твой… твое... Я даже не буду спрашивать, как и зачем ты это сделал, но… Просто верни все обратно… Как было. Пожалуйста! — Я верну, обязательно, не расстраивайся так, милый мой! Просто объясни мне: что я должен вернуть? — Твое пузичко, ангел! Мягкое, белое, милое, теплое, нежное, неподражаемое и единственное в мире волшебное ангельское пузичко! Которое я обожаю! К которому хочу прижиматься всю оставшуюся вечность! Я не хочу прижиматься вот к этому! Жесткому и твердому, словно камень! Я не хочу, чтобы ты становился таким! Пожалуйста, ангел! — Ох, Кроули… это же всего лишь корсет! — Корсет? — Ну да. Первая встреча на таком высоком уровне, ну я и подумал, что надо выглядеть прилично, а Гавриил говорил, что я размяк и потерял форму… — Гавриил! Так и знал, что без этой щипаной белоперой задницы не обошлось! — Ну я и… Но это всего лишь корсет, его легко снять. — Ангел! — Да? — Можно… я его уберу? — Конечно, я и сам собирался… Ох, хорошо-то как! Спасибо. Все-таки до чего же неудобная и обременительная штука, без него намного приятнее. — Плюс-с-с-с пятьс-с-с-сот! Мягкое, нежное, теплое, словно райские облака… Я в раю, ангел, в настоящем раю, а не в том, который там, наверху, и всегда с большой буквы… Не слушай никого, ты в самой лучшей форме из всех возможных! И не смей ничего менять! Не с-с-смей! Яс-с-сно, ангел? — Как скажешь, мой дорогой. Как скажешь...