Сборник драбблов по Kuroshitsuji

Море. До самого горизонта простирается великолепное светло-синее море. Мелкая рябь по поверхности воды и блестящая дорожка солнечных бликов. Ветер пахнет солью и сыростью. Высокая влажность делает жару ещё невыносимее — становится почти тяжело дышать. Слышен шелест волн и даже мягкий переливчатый шепот листьев в апельсиновых садах недалеко от пляжа. Там сейчас как раз время сбора урожая: фрукты немного кисловатые, но сочные. Маленькие оранжевые солнышки так и просят, чтобы их сорвали с веток и сжали в руке. Песок раскаленный; по нему невозможно ходить босиком. Лето растекается по южному побережью горячей липкой патокой, заключая каждого в тесные жаркие объятия. — Молодой человек, а не угостите ли вы девушку мороженым? — задорный искрящийся смех. Уильям отрывает взгляд от книги в мягкой обложке, поднимает голову. Грелль довольно улыбается. Стоит рядом, облокотившись на спинку шезлонга. На нем узкие красные плавки, волосы забраны в высокий свободный хвост на затылке, а ресницы покрыты несколькими слоями водостойкой туши. По бледной коже, слегка тронутой загаром, стекает вода. Грелль тянется за полотенцем. — Ну так что насчет мороженого? — Иди и купи, если хочешь. Ты знаешь, где бумажник, — Уильям возвращается к чтению. Спустя секунду книгу вырывают у него из рук. — Нет, так не пойдет! — ломкий изгиб тонких бровей. — Я хочу, чтобы ты мне его принес. Понимаешь? — Да. Понимаю. Опять эти твои капризы, — нарочито сердито бросает Уильям. Но все же берет бумажник и, шагая по ужасно горячему песку, направляется к магазину. Солнечные лучи метко бьют в глаза, а Уильям думает о том, что никак не может отучить себя от вредной привычки казаться немного скованнее и раздраженнее, чем он есть на самом деле. Но этого ничего. Приторно-сладкое ледяное мороженое, как ни странно, поможет искупить его вину. Грелль удовлетворенно улыбнется, показывая, что уловил всю романтику ситуации и очень за неё благодарен. Иногда с ним бывает так легко