II. Стеклянная кровь

Добравшись до лагеря и оставив покалеченного Джейсона в палатке, Питер тут же подбежал к Эдмунду и с великой радостью узнал о том, что зомби окончательно побеждены: и нарнийцами, и тархистанцами. Пока велись ухаживания за ранеными и сборы в Кэр-Параваль, Люси решила наведаться к пострадавшим и дать им каплю эликсира, если это требовалось. Она изо всех сил старалась отвлечь себя от мыслей о смерти Дерека, которая казалась каким-то далеким необъяснимым кошмаром, будто бы случилась давным-давно. Однако эти страшные картины не переставали преследовать, возникать перед глазами и терзать душу. Эйлерт всячески помогал Люси и пресекал разговоры и расспросы о том, где она была. Всё успеется позже. — Кажется, мои предупреждения о том, чтобы ты был осторожным, не помогают, да, Джей? — рассмеялся Каспиан, увидев вусмерть избитого друга. Хоть это и нехорошо — смеяться над раненым. — А мои предупреждения о том, чтобы ты брился, тоже? Я даже таким выгляжу лучше, чем ты, — бросил в ответ Джейсон, когда увидел кучу мелких царапин и ушибов на теле Каспиана. — О Аслан, да заходите уже! — приказала Лилиандиль, ввела Джейсона в палатку, в которой Кэрол и Стефани создали почти что летнее тепло, и усадила на кушетку, а затем принялась расстегивать его рубашку. Лилиандиль, своим примером вдохновляя всех целителей и санитаров, не брезговала простыми военными и с нежностью ухаживала за каждым. Кэрол шутила, что это начали проявляться материнские инстинкты, на что Милосердная королева лишь отмахивалась и закатывала глаза. Однако рыцари, особенно парни, не переставали восхищаться Лили и одарять ее различными комплиментами. — Настолько сильно болит? — нежно спросила у Джейсона Лилиандиль, промывая рану на его плече и видя, как он стонет от боли. — Да бывало и хуже, терпимо, — Джейсон изо всех сил закусил губу. Ему казалось, что эти считанные минуты — вечность, которая никогда не закончится. На этом моменте вошла Кэрол. Она еще не видела своего брата и ужаснулась от того, что с ним творится. — Это что, Таш тебя побери, такое?! — выругалась Кэрол и подбежала к Джейсону. — Это как опять получилось?! — Ой, не начинай, — улыбнулся Джейсон и лишь отмахнулся здоровой рукой. — Со всяким может случиться. — Ох, ну да, конечно, — Кэрол сложила руки на груди. — Это кто тебя так? Аргон? — Рендал, со спины напал. Не забивай голову. — Вот сволочь белобрысая, клуша поносная, тварь, тархистанское отродье!.. — Кэрол начала перечислять всяческие ругательства, искренне презирая своего давнего знакомого. У нее наступило облегчение только тогда, когда она узнала о его смерти, однако пожалела, что не сама выжгла ему сердце. — Так, спокойно! Ты можешь его подлечить? — прервала сквернословие Лили и взялась за перевязку. — Я бы с радостью, но боюсь, что сейчас только наврежу. От магии я отвыкла, заклинания пока не очень хорошо получаются. Прости… — с сожалением вздохнула Кэрол и поцеловала брата в наиболее целую щеку. — Тогда сходи, пожалуйста, за Сьюзен, мне нужна будет её помощь. Когда Кэрол покинула палатку, Лилиандиль продолжила промакивать все раны и ссадины Джейсона, стараясь причинять ему как можно меньше боли. Она перевязала ему плечо нормальным бинтом и подала чистую одежду, велев дожидаться Сьюзен. — Лилс, мне нужно поговорить с тобой кое о чем. Ты ведь знаешь Аламбиль и Дискордиандиль? Ты когда-нибудь общалась с ними? — Еще бы мне их не знать! Они одни и самых известных звезд на небосклоне, а еще совершенно разные, — Лили как-то странно улыбнулась, вспоминая свою жизнь на небесах. — А что? — Они обе приходили ко мне, вытащили из воды, но Дискорд сказала мне, что ждет не дождется, пока заберет меня и проводит к Таш. Скажи, она это просто так сказала или у нее есть на меня виды? Ты случайно не знаешь? — К сожалению, я знаю её хорошо и с уверенностью могу сказать, что она может однажды явиться к тебе под видом простой девушки, — вздохнула Лилиандиль и развела руками. — Она известна своей любовью к «плохим мальчикам», спускается на землю и устраивает хаос да разборки соблазнениями, такое вот у нее любимое занятие. А Аламбиль потом ходит и по возможности исправляет всё то, что натворила сестра. — Думаешь, Дискорд и за мной может прийти? — Непременно. Твоя задача — не подкупаться и не верить ей. По крайней мере я буду следить, чтобы к тебе она не подходила, — Лили скупо улыбнулась. Она почти не спала, помогая раненым, и выглядела очень уставшей. — Спасибо, что предупредила и что помогаешь, — одарил ее благодарной улыбкой Джейсон и увидел, как в палатку вошла Сьюзен. — Звали? — Помоги ему переодеться, пожалуйста, его руке надо чуть подзажить, чтобы он мог шевелить ей без особой боли. Пока ей лучше находиться в покое, — Лилиандиль показала на ширму и помогла Джейсону встать, а потом и вовсе вышла из палатки, чтобы навестить Кассандру. Джейсон и Сьюзен, оставшись вдвоем, чувствовали некоторое напряжение от того, что очень давно не могут побыть вместе по-человечки. Королева помогала своему жениху с одеждой и хотела о чем-то поговорить, но не знала, с чего начать. — Прости, что снова довел тебя до истерики, Сью, — первым заговорил Джейсон, разглядывая свои ранения и её показавшееся ему прекрасным лицо. — Я не знаю, как Кэрол с тобой еще не поседела. Постоянно куда-то влипаешь, — она просунула его руку в рукава рубашки и принялась застегивать её с третьей пуговицы, как обычно. — Но я сегодня ужасно испугалась, что не найду тебя. Думала, что с ума сойду. — Обычно я выбираюсь из передряг, так что тебе не стоит постоянно так переживать. — Да не могу я смотреть на тебя такого, понимаешь? — Сьюзен подняла свои голубые глаза с негодованием и жалостью. — У меня сразу ощущение, что это мне больно, а не тебе. А теперь я даже не знаю, как тебе прикасаться, чтобы ты не чувствовал себя настолько ужасно. — Я понимаю, Сью, поэтому прошу прощения. Я знаю, как ты за меня волнуешься, но я не мог не прыгнуть за Эйлертом, иначе он бы погиб, — Джейсон усадил Сьюзен рядом с собой и начал поглаживать по волосам вопреки тому, что они цеплялись за ссадины на костяшках. — Я очень скучал по тебе всё это время. — Я тоже по тебе очень сильно скучала, — расчувствовавшись, Сьюзен положила его голову к себе на плечо и взяла за руку. — Страшно, когда ты так близко, но рядом с тобой быть нельзя, я каждую ночь кое-как засыпала без тебя в холодной постели и просто ждала, когда это кончится. — С меня еще ведь не сняли обвинения, помнишь? — согревая теплым дыханием ухо невесты, проговорил Джейсон и оставлял поцелуи на её лице разбитыми губами. — Тем более ко всему прочему сейчас добавят и побег. — Я обязательно тебя вытащу. Хочу, чтобы на Рождество ты был рядом. — Буду, обязательно буду, а там и до свадьбы недалеко. Я её уже безумно жду, — эти слова вызвали у Сьюзен яркую улыбку. — Хотел спросить, а правда, что ты меня аж трижды, пока искала, назвала своим муже? — Да, Джей, правда, — раскраснелась Сьюзен, не имея смелости взглянуть на него. — Мне с тобой хорошо, ты очень надежный, я чувствую себя с тобой ото всего защищенной и очень тобой горжусь. Я просто люблю тебя, и в знак этого счастлива называть тебя своим мужем. — А я просто рад, жена моя, что ты настолько легко стала произносить эти три слова. И я тоже тебя люблю, — пальцами Джейсон поднял подбородок своей королевы и поцеловал её в уголок рта, а она, не сдержав пыла, слила их губы вместе, нежно, без нажима, чтобы боль была приятной. Не успели они сделать и четырех соприкосновений, как в палату вбежал Каспиан и сказал, что всем срочно нужно быть на улице.                                 

*****

Лежа в постели уже сутки, Кассандра чувствовала, будто у нее отняли позвоночник. Она уже настолько его отлежала, что соблазн перевернуться на бок был велик, однако лекарь это запретил строго-настрого. На фоне ранения началась горячка, а в её порыве Кассандра думала о родителях и о том, будут ли они мириться первыми. Ответ очевиден — нет. Рогнеда и Далиэн мириться первыми никогда намерены не были. Часто, в детстве, они манипулировали чувством вины своей дочери, ссылаясь то на здоровье, то на слезы, то еще на то, что они желают ей только лучшего. Тогда Кассандра, будучи маленькой, приходила извиняться и плакала, потому что переживала, что расстроила маму. Однако в юношестве она просекла эту фишку и стала отвечать камнем на камень. Родители мечтали создать из Кассандры идеальную леди, для этого отдали ее в аристократическую школу для девиц в Орландии и уже тогда начали подыскивать ей подходящую партию среди членов элитной верхушки, однако случился небольшой казус в виде переворота, в результате котрого к власти пришел Каспиан и восстановил прежнюю Нарнию. Сама же Кассандра с детства проявляла отнюдь не традиционно женские наклонности: выбирала штаны вместо юбок, играла с мальчиками в войну и терпела от них насмешки, но всегда выходила с победой. А настоящим примером для подражания для нее стали красивые и воинственные древние королевы Нарнии, которые сражались за свою родину наравне с мужчинами, а когда объявили набор в королевские полки, Кассандра поехала туда. Под громкие протесты родителей и угрозы с их стороны Кассандра обзавелась лошадью и по дороге остригла свои пышные волосы, доходившие ей ниже поясницы. Так стало проще и удобнее. Так и началась её карьера, которая в её двадцать лет выросла до невероятных высот. — Не спишь? — в палатку, неожиданно для Кассандры, вошел Клинт. — Могу зайти? — Да, конечно проходи, — неловко отозвалась Кассандра и приподнялась на локтях. — Как себя чувствуешь? — Клинт подал стакан воды и присел рядом, потрогав её лоб. — Не очень. Но всё обошлось, благодаря тебе. Спасибо, — Кассандра нащупала прядь выбивающихся волос и заправила их за ухо. Она заметила, как у Клинта едва заметно дрогнули уголки губ. — Что такое? — Ам… нет, ничего… Я рад, что ты жива и… ты была великолепна в сражении… Я восхищаюсь тобой. — Ах… Я даже не знаю, что на это ответить. Мне приятно слышать такое. Повисла неловкая пауза. Клинт опустил взгляд и на нервах начал тереть друг об друга ладони. Очевидно, что им обоим непременно хочется сказать друг другу очень многое, но они никак не решаются, боясь выглядеть глупыми. — Касс, я думаю, что… — Ребят, всем нужно быть на улице! — наспех позвал Каспиан и скорее поспешил оповестить и других. Клинт помог Кассандре встать, но она настаивала на том, что может всё и сама, и чуть было не упала, но её вовремя подхватили. Несколько мгновений они без отрыва смотрели друг на друга, оказавшись настолько близко. Кассандра пришла в себя первой и слегка оттолкнула его, а потом вместе они вышли на улицу.                                

*****

Эдмунд и Стефани помогали сворачивать палатки и собираться. Из дворца приехало несколько повозок, чтобы забрать раненых и вещи. Всё необходимо было уложить туда. К Справедливому королю то и дело подбегали воины и поздравляли его с победой. В глазах каждого искрила гордость за своего правителя, который не достиг даже совершеннолетия. — Делаешь успехи, — усмехнулась Стефани, передавая Эдмунду различные предметы утвари, которых он загружал в повозку. — Ты был великолепен. — Не-а, по части великолепия надо идти к Питеру, а я лишь был небольшой заменой ему. Больше этого не повторится. — Я же говорила, что ты справедлив ко всем, кроме самого себя, — Стефани вскинула брови и тяжко вздохнула, а потом положила ладонь ему на плечо и начала поглаживать по спине. — Ты хороший воин и замечательный полководец. Армии повезло с тобой, но я была в шоке от того, что Питер сам поручил тебе вести войско. — Кажется, притупились его отцовские замашки, — улыбнулся Эдмунд и обернулся, когда его позвали по имени: — Король Эдмунд, вы прирожденный полководец. Я бы доверила вам свою жизнь и свою… — девушка метнула взгляд на Стефани, раскраснелась и тут же скрылась. Её длинные волосы, заплетенные в косу, развевались на ветру, а стройные ноги изящно изгибались в беге. — Прости, я знаю, что тебе неприятно всё это слышать. Но всё-таки я единственный неженатый король, с этим много проблем, — в полуприсяди Эдмунд обнял Стефани за плечи, которая поникла тут же поникла. Вроде не случилось ничего особенного, но приятного было мало. — Ненавижу, когда так на тебя пялятся, тем более при мне. Ощущение, будто вообще как соперницу не воспринимают, будто я даже этого не стою, — Стефани сжалась в клубок и головой облокотилась на плечо Эдмунда. — Обо мне при дворе, мне кажется, такое мнение, что я какая-то простушка с улицы, которая надолго здесь не задержится. Просто вот Кэрол довольно жесткая и видная красавица, истинная королева, по Джейсону сохнет большинство девчонок, он химик и в целом очень умный и способный парень, а я… Это просто я. — Ты чего, дурочка моя? — усмехнулся Эдмунд и поцеловал её в висок. — Ты уже не та Стефани из школы, которую дразнили из-за всего подряд и которая нуждается в моей защите, теперь ты девушка, которая учится, развивается, которая ведет полк, которая уверена в себе и в своих силах и которая через несколько лет станет моей королевой. — Ты действительно этого хочешь? — губы Стефани тронула легкая улыбка. — Даже если весь мир будет считать тебя такой, какой ты себе представляешься в глазах других, а это ведь не так, для меня ты всё равно будешь самой лучшей. Я люблю и верю в тебя, верь и ты. — А если встретишь кого-то лучше и красивее? — Даже если будет такая, я её просто не замечу, потому что у меня есть ты, а больше мне никого не надо, — Эдмунд вспомнил гарем в Тархистане и некоторое время думал, стоит ли поделиться тем, что произошло, но решил, что нельзя этого скрывать, и несмело заговорил: — Знаешь, там… Когда мы уезжали на бал Самиры, я познакомился с одним юношей, его зовут Фарид, мы рассуждали о женщинах… — Так… — напрягаясь Стефани и внимательно прислушалась. — Он завел меня в гарем. Я не успел зайти, как увидел очень много девушек, еще совсем молоденьких. Они тут же окружили меня и несколько минут целовали в шею, в щеки, пытались в губы, — Эдмунд поднял на Стефани виноватый взгляд и продолжил, облизав губы: — Я тогда не смог сориентироваться, понять, что вообще происходит, а когда Фарид начал стонать, я тут же выбежал оттуда, а уже через минуту пришло твое письмо. Стефани не сказала ничего. Она молча собрала остатки вещей по сумкам, которые здесь были, и встала, стараясь сдерживать слезы и всхлипы. Эдмунд тут же вскочил на ноги, схватил её за запястье и развернул её к себе. — Подожди, Стеф, не нужно из-за этого плакать, — Эдмунд попытался обнять её, но Стефани тут же его оттолкнула. — Говорить о том, что я для тебя самая лучшая, а потом рассказать такое — просто замечательно! — Стефани вырвала свою руку и побежала, стирая с лица идущий снег и слезы. Больно. Очень больно, когда так предают. И даже дело не в этом, а в том, что Эдмунд позволил себя туда завести, позволил себя целовать, зная, что у него есть девушка. Хоть сама Стефани в нем никогда не сомневалась, сейчас ей было невыносимо тяжело это осознать. Она споткнулась об какую-то корягу и упала на снег. Больше не встала. Просто сжалась маленьким клубочком и зарыдала так, как плакала давным-давно. Эдмунд хотел было ринуться за ней, но его тут же призвали на помощь Питеру, который загружал оружие наравне со всеми остальными. Верховный король не переставал хвалить своего брата и поздравлять его, но тот не слушал. Эдмунд всецело был в мыслях о том, как загладить свою вину и извиниться. Он чувствовал себя ужасно виноватым, и это выгрызало его изнутри. — С тобой всё хорошо? — неожиданно спросил Питер, поняв, что брат его совсем не слушает. — А, нет, не очень, давай обсудим это позже, хорошо? — Как скажешь, можем сразу после того, как приедем. — Да, спасибо… — Эдмунд хотел было сказать еще что-то, но его грубо прервали. — Ребят, заканчивайте, нам всем нужно быть возле леса, там кое-что важное, — Лили схватилась за спину и поморщилась. Кажется, у нее вновь началась изжога, как это часто бывает во время беременности, — я вас провожу. — Да, конечно, идем, — Кэрол радостно спрыгнула с лестницы и едва было не упала, Питер даже успел испугаться. — Любимый, не делай такое лицо, всё со мной нормально.                                  

*****

Тем временем Юстас всё еще находился в обличии дракона и думал, как ему перевоплотиться обратно. Джил сначала испугалась этого чудовища, но, приглядевшись, в глазах-бусинках распознала взгляд своего друга. — Знаешь, Вред, ты чокнутый, — с улыбкой говорила Поул, обрабатывая повреждения на драконьей коже, до которых могла дотянуться, — сотворить с собой такое… Не каждый решится. В ответ раздался довольный рык, который был похож на смех. Юстас пытался сказать, что ему это невпервой. Хотя в прошлый раз было ужасно больно снимать с себя кожу слой за слоем, отчищаясь от своих грехов. — Вред, я бы хотела сказать, что я… Ах… — Джил выдохнула теплый воздух, взглянув на дракона. — То есть, пока ты молчишь и не можешь меня прервать… В общем, ты для меня стал значить очень многое, гораздо больше, чем… Но Джил закончить не успела. Возле нее и Юстаса начала собираться куча народу, а вернее вся семья Певенси и остальные. Такой расклад событий, может быть, даже был на руку, так что Поул не расстроилась. Когда наконец собрались все, на фоне прекрасного зимнего заката показался зверь. Сначала показалась золотистая лапа, а потом добрая львиная морда. — Аслан! — с улыбкой воскликнула Люси и бросилась к нему. — Приветствую вас, короли и королевы Нарнии, а также остальные, — сдержанным рыком заговорил Аслан. — Поздравляю вас с еще одной победой, вы молодцы. — Да, но почему ты не помог? — Питер поднял осуждающий взгляд и вышел вперед. — Вы должны и сами учиться справляться со всеми проблемами. Тем более это была война Люси, и лучше нее никто бы не справился. На это Отважная королева не ответила ничего. Аслан позвал её за собой кивком головы, и она просто пошла за ним, еле передвигая ноги и смотря вниз. — Это твоя победа, Люси. Ты была смелой, — с одобрением улыбнулся Аслан и остановился возле королевы. — Я бы всё отдала, чтобы этой победы не было, — Люси старалась не заплакать, но ей это мало удавалось. — Мне не нужна такая победа, потому что отчасти Дерек был прав. Он всем хотел счастья, только не понимал, в чем же оно состоит конкретно для нарнийцев. Он рая хотел, а в итоге чуть было не устроил ад. — От этого твой поступок выглядел еще отважнее, чем ты даже сама его видишь, — Аслан ласково лапой прижал к себе Люси и позволил ей пускать слезы на свою гриву. — Отныне благодаря тебе в Нарнии мир. — Скажи только, он в твоей стране? Или попал к Таш? — Он там, где ему надлежит быть, а тебе этого знать не нужно. Когда-нибудь, но не сейчас. — Я понимаю, — Люси вытерла слезы и пошла прочь, в объятья Эйлерта, который искренне сожалел о смерти Дерека, несмотря на то, что он любил его девушку, а также на всё остальное. Сам же орландский король был намерен ехать в Орландию уже через час. Вслед за Люси Аслан подозвал к себе Джил. Она несмело вышла вперед и робко последовала за львом. Он выразительно смотрел на нее, без какой-либо ласки, и Поул показалось, будто он вот-вот её съест. — Сэр?.. — Скажи, дитя, как ты сюда попала? — Эм… С помощью Юстаса Вреда, сэр. Он позвал меня с собой, и я согласилась, мне хотелось поведать другой мир. — И ты безоговорочно поверила, когда мальчик Юстас позвал тебя в Нарнию? Не колеблясь? — Поначалу я не очень поверила, но мне показалось, что Вред мне не врет, и я решила, что ему можно поверить, — под натиском выразительного взгляда Джил начала теребить платье и очень сильно нервничать. — Что ж, тогда я не ошибся, — уже более ласково заговорил Аслан и лег на снег, отчего стал казаться еще более красивым и более золотистым. — Послушай, дитя, ты появилась здесь не зря. Тебе предстоит важная миссия, и вот знаки, благодаря которым я буду направлять тебя. Первое: как только мальчик Юстас вступит на территорию Диких Северных земель, ему встретится старый друг. Его нужно тут же поприветствовать, это поможет. Второе: вы должны идти на север от Нарнии, пока не окажитесь на развалинах древнего города великанов. Третье: на одном из камней вы найдете надпись и последуете туда, куда будет указано. Четвертое: вы узнаете пропавшего человека, если, конечно, разыщите, по тому, что он окажется первым за всё ваше путешествие, кто попросит вас о чем-то моим именем, то есть именем Аслана. — Большое спасибо, я поняла, — улыбнулась Поул. — Нет, постой, ты не всё так хорошо поняла, как думаешь. Попробуй повторить. Джил повторяла несколько раз, пока не выучила каждое слово наизусть. Она получила наказ и должна была повторять эти знаки утром и вечером, дабы не забыть, ведь это очень важно. Про себя Джил подумала, что должна записать их, чтобы наверняка. — Хорошо, молодец, а теперь можешь идти. — Сэр, а вы вернете Вреду его прежний облик? — несмело обратилась к нему Поул. — Конечно. — А ему не будет больно? — На этот раз нет. Стоило только Аслану подойти к массивному дракону и одарить его своим дыханием, как Юстас начал безболезненно принимать прежний облик и наконец сделался человеком. Все бросились поздравлять его и обнимать, а также благодарить, и не заметили, как Аслан покинул их и ушел к себе, за море.                                 

*****

— Обещаю, на Рождество я приеду, — Эйлерт успокаивал Люси, поглаживая её по волосам, — ты и опомниться не успеешь. Только не плачь. — Я очень рада, что ты вернул себе страну, но как представлю, что снова буду видеть тебя редко, плохо становится, — Люси крепко прижала его к себе и не желала отрываться. — Мои люди во мне нуждаются, понимаешь? К сожалению, некоторое время мне придется разрываться между тобой и Орландией, но это не так уж и надолго. Лишь до тех пор, пока ты не станешь моей королевой. — А ты этого хочешь? — Больше всего на свете. Я не хочу больше никогда тебя терять, и обещаю, что не потеряю. С этим Эйлерт обнял по очереди каждого из своей семьи и поблагодарил за спасение и помощь, которую они предоставили. Отдельная благодарность выпала на долю Джейсона, как человека, который едва не пожертвовал собой. Эйлерт вскочил на лошадь и, задержав взгляд на всех своих друзьях, поскакал прочь, в сторону Орландии.                                 

*****

Собрав все вещи до конца, войско двинулось в сторону Кэр-Параваля. Все делились своими впечатлениями и рассказывали про ход боя. В строю слышались веселый смех, громкие беседы, счастливые восклицания. Питер, ехавший во главе всей этой процессии, наслаждался радостным настроем и вкусом очередной победы, пусть в этот раз его личные заслуги и были не такими значительными. Эдмунд то и дело пытался как-то заговорить со Стефани, но та делала вид, что его не замечает, или резко начинала разговаривать с кем-то, иногда даже с посторонними. Справедливый король надеялся, что во дворце ему удастся наконец поговорить о случившемся. А вот кому было не до веселья, так это Сьюзен. Она с ужасом понимала, что приближение к Кэр-Паравалю означает скорое расставание с Джейсоном, который, напротив, был необычаянно весел, шутил и рассказывал что-то товарищам. Но, возможно, все обойдется в этот раз?.. Каспиан и Лили ехали на одной лошади и всё без конца рассуждали, как им назвать будущего ребенка. — Знаешь, если будет девочка, то я хочу назвать её Кассандрой, — Каспиан метнул взгляд на свою подругу, за которой ухаживал Клинт. — Тем более что это имя похоже на мое. — Ладно, хорошо, но если будет мальчик, мы не назовем его Каспиан, — запротестовала Лили. — Это еще почему? — с видом бескрайнего возмущения отозвался Каспиан, взглянув на жену. — Потому что я не хочу звать одного, а чтобы прибегал другой. Никакого Каспиана Одиннадцатого не будет, понятно тебе? — Ох, не всё так трудно! — Да конечно! Я вот представляю, что твоя мама звала тебя, а прибегали её муж, а вместе с ним твой дед. Чокнуться можно! — Ну да, есть такое дело… Но это тельмаринская традиция! — А мы в Нарнии, а не в Тельмаре, между прочим, так что для девочки имя выбираешь ты, а для мальчика я. — Какой ты бываешь иногда вредной. — Это ты вредный! — А может ты? — А может ты? — Нет, а может ты? — Всё-таки они хорошая пара, — умиляясь, прошептала Кэрол Стефани на ухо, как бы между делом. Ворота в Кэр-Параваль были уже открыты. Все, подкидывая шапки и насвистывая, встречали монархов с радостью и чествованием их новой победы, только вот Люси до сих пор не было от нее никакой радости. Уставшие от постоянного напряжения короли и королевы слезли с лошадей и направились в свои покои, однако наткнулись на неожиданное препятствие… — Ваши Величества, приветствую вас, — леди Кайли присела в реверансе и исподлобья взглянула на Питера, — как добрались? — Нормально, спасибо, — сухо отозвался Верховный король, но с места не сдвинулся. — Мистер Кэмбел сбежал из тюрьмы, мой король, вы не хотите отправить отряд на поиски? — Дир с удовольствием смотрел на то, как дернулась Сьюзен. — Я вообще-то здесь, урод, — Джейсон вышел вперед с привычно наглой ухмылкой, — вернулся. — Да, но до этого ты сбежал, так что до завтрашнего суда ты должен быть в темнице, и поверь, гораздо более надежной, чем та, из которой ты сбежал. Может, назовешь сообщников? — от этой фразы Джил дрогнула. Она не хотела быть замешанной в преступлении. — Мечтайте дальше, — к счастью Поул, Джейсон даже бровью не повел в её сторону. — Тогда проводите его в темницу, всё равно расколется. — Вы что, рехнулись? — вступилась за брата Кэрол, испепеляя взглядом Дира и Кайли. — Вы не видите, в каком он состоянии? Вместо лишних слов Дир указал стражникам на Джейсона, и они скрепили запястья у него за спиной наручниками, отчего тот поморщился. Ему всё еще нельзя было двигать плечом, потому что было ужасно больно и шов, так старательно наложенный Лили, мог разойтись. Джейсон, подгоняемый к башне, обернулся. Он нашел глазами Сьюзен и улыбнулся ей, обнадеживая, что всё действительно вот-вот будет хорошо. Она завороженно смотрела на него издалека и с трудом вновь отпускала от себя, боясь, что на завтрашнем суде его могут признать виновным, отправить в ссылку или, что еще хуже, приговорить к смертной казни. Такой радости Сьюзен им не доставит, а потом она собиралась снова перекапывать все законы и думать о том, как вытащить Джейсона из темницы, если его действительно захотят казнить. Эдмунд взял Сьюзен за руку, чтобы успокоить и чтобы сдержать в случае, если она поддастся порыву побеждать вслед за Джейсоном. Всё решится завтра.