Улыбнись, Супермен!

США. Тихоокеанское побережье, штат Калифорния, двадцать км к северо-западу от Метрополиса, бывшая база ВВС США Punto sur. 2008 год. 21 июля. 00:07

***

— Я же просил меня не беспокоит. — Привет, Аль Са-Хир! Это Джей. — Narr? — Бинго! Рад, ты всё ещё меня помнишь. И удивлён, что ты всё ещё называешь меня тем прозвищем. — Трудно забыть наше… сотрудничество с… месье Дюкардом в Мюнхене. — Да… ностальгия. А до тебя дошли слухи из Метрополиса? — Ты причастен к этом. Ты ведь знаешь, что я достану тебя даже из твоего личного котла в Аду, если Томми мёртв? — Знаю-знаю! Он живее всех живых. Ну разве, что он слегка в депрессии и с парой синяков, чтобы вышел из истерики. — Чего ты этим хотел добиться? — Я хотел заставить тебя сделать выстрел из лука. — И ради этого ты похитил моего сына? — А ты бы согласился выстрелить в Супермена просто так, по старой дружбе? — Иногда я забываю, что ты сумасшедший… Неужели нашёл себе достойного противника? — Пока не знаю. Но весело должно быть. Когда ты будешь в штатах? — Я над Атлантикой. — Что же… конец связи. И начинай тренироваться. Наверняка форму растерял… Постарел, потолстел, поседел… может ты ещё и полысел? — До встречи, псих. Малкольм Мерлин положил трубку и скрипнул зубами. Чёртов психопат. Он всегда умел впутывать Мерлина в неприятности. Память, да и здравый смысл подсказывали Малкольму, что одни выстрелом из лука в Человека из стали, их с Джокером новые дела не ограничатся. Но всё-таки… семья — это главное.

***

Джокер положил трубку и широко улыбнулся. Мерлин не изменился. Разве, что убивает реже и не сам. Угу. Но главное он всё также любит свою семью. И ради неё он готов на всё. Даже убить бога. Даже это. А как тебе Харли? На удивление неплохо. Её… арх… план с ЭМИ был довольно неплохо, пусть и почти полностью был основан на надежде, что Пиро появиться до того как её убьют. Но смысл задания был в том, чтобы она применила полученные навыки в реальности, а не в том, чтобы она разрабатывала… кхак… планы. Да. А ещё в том, чтобы она научилась убивать. Тогда нам нужно было послать её в Нью-Йорк. Как нам и говорил Жан. Он даже ей билет до Бруклина отдал. Предусмотрительный гад. Начинает подбешивать. Так да или нет? Да. У неё не должно быть прошлого. Вот славно. И так, что будем дальше делать? Задумка остаётся прежней, Лекс уже согласился, приглашения отосланы, Томми похищен, Колдун тоже согласился сделать выстрел. Все условия соблюдены? Чем-то напоминает охоту на Харви. Именно. Зачем нам кстати Колдун? Отвлечь его. А не слишком сложно для одного выстрела? Стрела — единственное оружие, которое я могу применить. Для повреждения тела криптонцов, судя по записям Лютора, должна быть большая поверхность соприкосновения… Меч, но мало материала. Копьё? Да, но его некому применять. Ну, разве что Бэтс, но его тут нет. Поэтому стрела с миниграната с криптонитовой пылью должна быть идеальна. К тому же деньги Колдуна и его связи нам ещё понадобиться. А он согласиться? А куда он денется? — Мистер Джей. Я принесла вам кофе. Что ты там про прошлое говорил? Ага. — Спасибо, Арлекинчик, — Джокер отпил из чашки, — Как ты? Не пострадала? И кофе просто божественный, прямо как я люблю. Фальшивая доброжелательность и забота… Как же это прекрасно! И я люблю чай, а не кофе. Мерзость. Ему понравился мой кофе! Он заботиться обо мне!!! Как это мило! Уже пять минут Квинн отвечала на вопрос «Как ты?». Мне кажется или её заносит? Подожди секунд тридцать, и у неё кончиться воздух. Почему она это делает? Хочет подольше оставаться с нами. Всё таки она не так часто с нами видеться. Ну по крайней мере как ей хотелось бы… — Арлекинчик, — вклинился в паузу Джокер, — как ты относишься к полётам на самолёте? — Вроде бы, хорошо. А что? — У тебя есть билеты до Бруклина, тебе их в «Thrillkiller» подарили. Слетай до Нью-Йорка, навести родственников. С тобой поедут Валески. Сделаешь? — Конечно!!! Для вас всё, что угодно!!! Ура!!! Новое задание лично от Мистера Джея! Полярный лис завыл от ужаса и обнял меня лапками… какой фанатизм… Мы переборщили. Ага, но лучше так… …чем ни как. Соглашусь. — Вот и хорошо. Отправляйся, когда сможешь. Удачи. Джокер проводил взглядом Харли. Мы устаём от неё. Немного. Но вспомни Кролика. Она была мелкой, ей можно. Ментально Харли тоже ребёнок. Но от Кролика хоть какая-то польза была, в отличии от этой. Мы избаловались. В те времена помощь нам оказывали, только конченые психи, которые едва-едва слюну не пускали, а тут разумный и верный помощник. Как тебе её сообщение? Дочка, блин! Кому такое в голову могло прийти? Найти и уничтожить. Найти и уничтожить! НАЙТИ И УНИЧТОЖИТЬ!!! ПРИСЛАТЬ МНЕ ЕЁ ГОЛОВУ!!! Так и отпишемся. Где она сейчас? В Вашингтоне, политиков вербует. Ага. Переводчик скрытого смысла подсказывает мне, что это значит «садит их на иглу». Бинго. Кстати, надо отправить Томми Кролику, чтобы Мерлин не рыпался. С него станется перекупить Дестроук и натравить на нас. А судя по рассказу Ван, эта смесь Терминатора и Рэмбо может эту базу с вертолётов и из миномётов расхреначит. Причём только ради итальянки. Дааа. С людьми Ванессы отправим его в Детройт. А Рир доставит Кролику письмо.

***

США. Восточное побережье, штат Нью-Джерси, Готэм-Сити, полицейский участок. 2008 год. 24 июля. 12:46

***

Офицер Рене Монтойя потянулась и решила сходить кофе-аппарату, сделать себе эспрессо. У аппарата ей встретился её коллега и новый напарник Харли Буллок, которого в очередной раз вернули в родной город из Филадельфии. В руках у офицера Буллока, помимо стаканчика с кофе, была толстая папка. — Офицер Монтойя, — поприветствовал Харви свою напарницу, — я как раз хотел пойти поискать тебя. У нас новое дело. — И какое же? — поинтересовалась Рене, тыкая на кнопки автомата. — Дело «Лабиринта». Слышала? Конечно, слышала. Об этом весь город слышал. — Но разве «братьев» Валеска не поймали? А точно! Они ведь с Джокером сбежали, верно? Очередную «игру» устроили? — Правильно. Ты разве не слышала? Это было где-то чуть больше полугода назад. — А… нет. Я примерно тогда была в Филадельфии. А потом было не до этого. Ледяной Виктор сбежал, помнишь? — Ну, да, понятно. В новостях, это особо не освещалось, только в Готэмских. Как обычно не позоримся перед другими… Тебе рассказать, что там за игра была? Знаю, ты не любишь официальные бумажки. — Ну, давай. Всё равно скука смертная. — Ладно. В общем «игра» происходила на заброшенном заводе «Ace Chemicals». Участники: Карла Софен, психолог и в прошлом психиатр, Хейли Фицпатрик, студентка педагогического факультета Готэмского Университета, Бартоломью Квинзель, безработный и в прошлом успешный фокусник, Бёрни Баш, тренер по акробатике, последняя, Харлин Квинзель, психиатр Аркхэма и личный врач Джокера. Все пятеро друзья, Барри — брат Харлин, а Баш — её парень. Карла сгорела заживо в сжимающейся комнате, Хейли попала под огонь пулемёта M-2. Бёрни вынес себе мозги из обратного дробовика. Харлин пропала, её ищут до сих пор. Причём даже ФБР. На заводе так же были найдены останки сожжённой заживо доктор Мицуко Ардан, заморенного голодом санитара Лауренса Гордона и выпотрошенного санитара Джона Кора. — А что с Барри? — А вот это самое интересное. А главное нетипичное для Лабиринта. Тело нашли в городе, в одном из домов и лишь потому, что его остатки засорили канализацию. В одной квартире дома так же нашли видеозапись его смерти. На записи ещё один из сдержавших психов, Ванесса «Пиро» Сервас, криминальный авторитет Юга и Мексике. Эту итальянку ФБР искало пять лет, а два года назад всё-таки поймали и посадили в Аркхэм. С её появлении начинается фильм не для слабонервных. По видимому, во время самой «игры» Барри сломал себе обе ноги и лишился полового органа. Пиро отрезала ему ноги, предварительно снимаю с них кожу. Она сняла кожу с его живота и спины, после чего использовала её как кляп. Потом Сервас засунула его же ногу ему же в задний проход, конечно, позаботившись о том чтобы Барри оставался в сознании. А в конце отрезала болгаркой нижнюю половину туловища, забыв вынуть ногу, следя за тем, чтобы. Всё это она сопровождала, цитирую, «классическим линчи» и вопросами «Что такое безумие?». Кстати, зад Барри Пиро завернула в подарочную упаковку и отослала Квинзелям-старшим с запиской «от любящего вас Барри». После этого Шерон Квинзель слегла в больницу с инсультом. — Жутко, — выдавила наконец Рене, — а что именно здесь нетипично для Лабиринта? — Всё, — буркнул в ответ Буллок, доставая сигару, — То что он сотрудничает с такими психами, как Сервас и, очевидно, Джокер. Плюс никогда не трогал выживших и семей своих… «игроков». — А семья тут причём? — А, точно. Забыл. Семья Квинзелей… Хоть это и Бруклин, но всё равно это имеет отношение к нашему делу.

***

Все смешалось в доме Квинзелей. Харлин пропала, а её брат… лучше этого не вспоминать. Её искали уже почти год, но никак следов ФБР найти пока не смогло. Поэтому Шерон Квинзель, мать Харлин и Бартоломью, находилась в жуткой депрессии и покидала дом только для того чтобы отправиться к психологу или на могилу Барри. Ну, а Ник Квинзель с головой ушёл в работу и прямо ночевал в своём директорском кабинете цирка «Хэйли». Ну, а Никки и Дженни, сын и дочь Барри, заперлись в своей комнате и не выходили оттуда. В общем, каждый в семье переживал горе по-своему. 22 июля. Дверной звонок звенел просто оглушительно. Миссис Квинзель решила поступить так, как делала последние полгода, то есть проигнорировать гостя и дождаться пока он не уйдёт. Длинный, короткий, короткий, длинный, длинный, короткий. Знакомое сочетание. Так обычно звонила Харлин. И только из-за этого Шерон решила встать и открыть. Вот дверь открывается и… Шерон поняла, что пора перестать принимать антидепрессанты, а то уже начались галлюцинации. Например, сейчас ей кажется, что перед ней стоит её любимая Харлин. Только вот кожа у неё была мертвецки бледной, а волосы стали обесцвеченные, почти белые, а на концах двух косичек были покрашены в красный и чёрный. — Привет, мама, — Харлин помахала рукой и обняла мать, — не пугайся, я не глюк. Я действительно живая и действительно здесь. Шерон пару мгновений находились в ступоре, а потом разрыдалась. И она даже не обратила внимание на то, что её дочь была одета в пальто не по погоде, а в шагах десяти от неё стоял некий рыжий мужчина среднего роста в сером пиджаке и держал в руках массивный чемодан. Возвращение блудной дочери. Какая милота! Даже как-то жалко её, но… Ты хочешь сказать, что «таков приказ мистера Джея»? Бинго. — Ну, всё-всё, мамаша, хватит, — привлёк к себе внимание рыжий, — Я агент ФБР, Майкл Си Морган, вот моё удостоверение. Пройдёмте в дом. Не забудьте позвонить своему мужу. — Д-д-да! Конечно! — кое-как оправившись от шока Шерон поспешила сообщить счастливую новость внукам и мужу.

***

Пять часов спустя. Николас Квинзель на всех парах нёсся к дому, вдавив педаль в пол. Его дорогая Харлин нашлась!!! Радость, то такая!!! Нужно быстрее попасть домой!

***

— Харлин, а ты не знаешь, где мама? Я не мог до неё дозвониться. Данный вопрос Ника последовал после воссоединения семья, объятий, приветствий, поцелуев, во время обеда и поедания котлет. — Как где? — в голосе младшей из Квинзелей было искренне удивление, — она здесь, — и указала на стол. Ник был в замешательстве. — А ты не понял? Ну понятно. Кто же с первого раза отличит человечину от свинины. — Теперь дошло? — подал голос рыжий агент ФБР за спиной Ника, — Если нет, то поясню, ты только, что ел котлеты из своей жены. Ну, как? Не вкусно? А Харли старалась, делала… эх… жаль, — тут у Ника ударило током в шею.

***

— Вот зачем ты его ударил? Через пять минут вырубился бы от снотворного в колтетках, — Харли запустила эту самую котлету себе в рот. — Джером: Ну… это было забавно. Джеремайя: Это не только, кхм… «весело», но и практично. От шока он избавился бы максимум через тридцать секунд, дальнейшие его действия были бы непредсказуемыми, поэтому мы приняли решение обезвредить его раньше, чем он смог бы привлечь внимание. — Логично, как всегда, Джеремайя. Нелогично, как всегда, Джером. Это мне в тебе и нравиться. Слушай, Валеска-старший, а у тебя ведь есть медицинское образование? — Джеремайя: Да, мы окончили медицинский факультет Готэмского университета, а после занимались нелегальной практикой. — Как думаешь, можно у человека вытащить кишки и повесить его на них, так чтобы он при этом был в сознании и умер как на виселице? — Джеремайя: Если постараться, и если я тебе помогу, то получиться. А что насчёт твоих племянников? — Заперты в своей комнате с кляпами. Ты же присутствовал при этом. Неужели у тебя склероз? Хотя это вроде тоже психологическое заболевание. — Джером: Заткнись, Харли. Джеремайя: Поддерживаю. Что ты будешь с ними делать? — Ну… я ещё не решила… — Харли надула губки, — и торопить женщину с решением не вежливо. У меня столько вариантов… ты столько инструментов с собой взял… — Харли открыла чемодан, — у меня аж глаза разбегаются. Что же выбрать?.. Может паяльник? Плоскогубцы? Пила? Бита? Фига себе! Груша? Ты её из музея украл, что ли? Вот это мы точно опробуем. Но чуть позже.

***

— Повтори, будь добр. — Ника Квинзель был повешен на собственных кишках. Причём, как сказал судмедэксперт Кьюмак, умер он именно от удушения. Шерон, скорее всего, незательево покромсали на кусочки, сделали из неё фарш, зажарили в котлеты и накормили ими Ника, — Рене поперхнулась кофе и схватилась за рот, сдерживая рвотный позыв, — да-да… как мне рассказывали, примерно такая реакция была у всех, кто нашёл эту семейку. Но позволь продолжить. Никки и Дженни, дети Барри, пропали и до сих пор ищут. Судя по следам крови в их доме, то детей Барри пытали, а потом увезли.

***

— Не слушаю, не рада слышать. — Ну, Ван… я же сейчас обижусь… — А, Харли! Это ты?! Предупрежу сразу, на будущее. Тех кто звонит мне в семь часов и раньше, когда я сплю, я нахожу, засовываю проводной телефон им в лёгкие и звоню до тех пор, пока они мне не ответят или не задохнуться. Я так уже шестерых убила. — Представляю, как ржали копы. Но я запомню и буду звонить только в экстренных случаях. — Окей. Что хотела? — Ты занимаешься работорговлей? — Ну… я время от время имею дело с работорговцами. Иногда покупаю, если узнаю про какого-нибудь красавчика или красотку. Иногда продаю, при тех же условиях. А откуда такой интерес? — Да, у меня тут брат и сестра. Оба красавчики, в отличном качестве, только слегка побитые и после пары пыток. Ему четырнадцать, ей тринадцать. Можешь кинуть клич парочки педофилов? — У меня ноутбук рядом. Пришли фотки мне на почту. Посмотрим, может они мне понравятся и я их оставлю себе. — Повиси на линии. Тааак… Никки, Дженни улыбнитесь-ка, — минутное молчание, — Выслала. — Секундочку… ещё пара секунд… и ещё… Ммм… — даже через телефон было слышно как итальянка облизнула губы и сглотнула, — Красааавчики… они мне нравятся. Мальчик наверняка быстро, где-то через месяц, надоест и выкину его какому-нибудь, а вот блондиночка… с ней можно и подольше поиграть… с годик или ещё дольше. Но если я толкну их извращенцам, то деньги пополам. — Люблю тебя, извращенка. — Надеюсь не в том смысле о каком я подумала. Просто Джей — жуткий собственник, насколько я успела его узнать. А то мне нужно ещё годик другой нужно пожить. — Странная фраза, но ладно. Слушай, а не подскажешь, как мне с двумя сопротивляющимися брёвнами? — В паре километров от Бруклина у меня есть аэропорт. Валески знают где. — Спасибо. — A presto! Buon viaggio! Пиро положила трубку и с наслаждением потянулась, вставая с кресла в котором она спасала. День, который обещал быть испорченным ранним звонком, резко стал многообещающим. Но пора за работу. Надо разобраться с задержкой корабля со слоновой костью из ЮАР в Венесуэлу, переговорить с представителем сомалийцев в штатах по поводу перевозки оружия на Чёрный континент. Да и не помешало бы приготовить комнату для новых игрушек.

***

США. Тихоокеанское побережье, штат Калифорния, двадцать км к северо-западу от Метрополиса, бывшая база ВВС США Punto sur. 2008 год. 23 июля. 11:37

***

Как и любая уважающая себя, да и просто любая база ВВС США, Punto sur имела взлётно-посадочную полосу. И на этой самой полосе стояли, дожидаясь самолёта из Нью-Йорка, двое. Смуглая, черноволосая девушка с ирокезом лет двадцати на вид, на щеке зашитый порез. А за её плечом в двух шагах стоял полуседой, смуглый мужчина лет под пятьдесят с военной выправкой и вечной ехидной улыбкой. Оба в милитари и с оружием. — Никого? — Никого Минутное молчание. — Никого? — Никого. — Хватит поддакивать! Молчание. — Разрешите обратиться? — Давай. Мог бы и не спрашивать, мы лет десять знакомы, команданте. — Знакомы-знакомы. Поэтому и спросил, ведь кое-кого это бесит. Так вот вопрос, чисто профессиональный. Что тебе обещал Джокер за всю эту авантюру? — Рейнальдо достал пачку сигарет и закурил. — Тебя беспокоит финансовая сторона или репутация? — Ванесса повернула голову ко второму человеку в своей организации. — И то и другое. Конечно, 90% всех ребят пойдут в ад, уничтожат лимб и возьмут рай штурмом только из-за твоей персоны, но остальные десять работают за деньги. Да и не все будут готовы пойти против Штатов. — А ещё «Гон» приобретёт нежелательную репутацию психов-террористов, и мы лишимся полуофициальных заказов, верно? — Ну, мы и так имели несколько… специфичную репутацию. Но теперь с нами будут работать только открытые враги США… Китай, твоя любимая Россия, страны Ближнего Востока… — Насчёт награды не волнуйся. Летит, кстати, — ткнула итальянка пальцем в небо, после чего выдернула из его рта сигарету и затянулась, — у Джея есть кое-какие сбережения. — В каких количествах? — В достаточных, — Ван подняла руку в успокоительном жесте, параллельно наблюдая за посадкой Super King Air 350, — И сделай лицо попроще. Я прямо затылком чувствую твоё лицо-кирпичом. Наручники и мешок взял для игрушек? Вот и чудно. — Никогда не понимал твоей любви к малолеткам, — слегка поморщился Рейн, однако через секунду его лицо вновь приобрело обычное ехидное выражение. — Я тоже, — широко улыбнулась Сервас, направляясь к трапу, и поморщилась от боли в щеке, — Слэйд — bastardo. — Ты назвала его так, только из-за пореза на личике? А трещины в шести рёбрах, сломанные искусственные зубы, выбитый клык, слегка отбитые внутренние органы и куча синяков тебя не смущают? — Это мелочи, я так после каждого задания возвращаюсь. А вот с парезами никогда. — После каждого третьего. — Fottiti! — Мы и так в ней.

***

— Рад видеть тебя, Аль Са-Хир! А ты изменился, — Джокер поднялся из кресла на встречу старому другу. Малкольм Мерлин был высоким, мускулистым и широкоплечим брюнетом с голубыми глазами. За несколько лет в отставке он несколько потерял свою физическую форму, но назвать его неспортивным просто язык не поворачивался. — В отличии от тебя, Narr. Сколько тебе? Тридцать? Сорок? — Не знаю, — Безумный Клоун ехидно засмеялся, — честно. Я не знаю, сколько мне лет, не когда я родился, ни сколько лет я этим занимаюсь. Но это лирика. Тебе как обычно кофе с молоком, три ложки сахара и лимон? — Да. А у тебя как обычно чёрный, крепкий чай с пятью ложками сахара и ещё чем-нибудь сладким? — Ага. Ван, слышала? Сделай будь добра. Ну, а теперь дела. Садись, Колдун. Мне кое-что от тебя нужно. Они сели в кресла. — Ван? Ванесса Сервас? Пиро? — Да. Знаком? — Да. Мне даже посчастливилось встретить её, когда она была ещё лидером небольшой группки наёмников, а не главой одного из крупнейших незаконного вооружённого формирования на территории Мексики и США, в придачу торгующего редкими животными. Она даже убить меня пыталась. Это было в Гонконге. Она и её друзья выпустили около двадцати тысячи пуль и взорвали чуть меньше сотни килограмм взрывчатки. Погибли все мои телохранители, шесть из девяти друзей Пиро, два десятка полицейских и три десятков мирных жителей. Одно из самых ярких моих воспоминаний. — Любопытная информация. Проблем с Пиро нет? — Нет, я даже нанять её три года назад. Ну, а теперь к нашему делу… что тебе нужно, Narr? Ты уже говорила про выстрел в Супермена, но судя по тону это не единственная твоя «просьба». — В точку. Мне нужно вот столько C4, — он взял листик и карандаш, начал писать, а после протянул его генеральный директор Merlyn Global Group. — Джокер, ты в конец ах… — сделал свой вывод Малкольм, — вот скажи мне, как я смог бы провести в город СТОЛЬКО взрывчатки, если бы согласился на это?! И почему ты вдруг решил попросить об этом меня, а своих друзей, что обеспечили тебя ЭМИ-бомбами? Ну или «Гон» той безумной итальянки. — «Красному спецназу» больше нет смысла в этом участвовать, да и у меня с ними натянутые отношения, а помогли они лишь Пиро за компромат на одну крысу. — Да и не сильны они в Америке, могут лишь относительно мелкие партии огнестрела перевозить, а не тонны взрывчатки, — снисходительно кивнул головой Малкольм, — понятно. — Ты не совсем прав, ведь они не только ЭМИ мне привезли, но эту карту рано задействовать. А «Гон» не может в такие короткие сроки перевести из своих основных хранилищ в Мексике столько взрывчатых веществ. Всё таки их конёк это люди и морские перевозки. А ты, насколько я знаю, имеешь выход на братьев Фукс. Насколько я слышал, они хранят самый большой негосударственный запас взрывчатки в стране. — Что-то мне не верится, что у тебя нет на них выхода. С твоей-то любовью к динамиту, — в комнату вошла Ванесса, неся чашки с чаем и кофе, а также тарелку с двумя кусками вишнёвого штруделя, — рада тебя видеть, Мерлин. Попробуй штрудель, я его сама пекла. И если вы не скажите, что это вкусно, я вас обоих чайной ложечкой зарежу. Окей? — Ванесса села на подлокотник кресла Джокера. — Сотрудничал я с братьями, Ван, лет десять назад. Только примерно тогда их чуть не убили, после чего порвали все контакты, а искать их мне было незачем, — Джокер с лёгкой опаской откусил кусочек, — знаешь, вкусно. А теперь ты, Аль Са-Хир. Ты согласен? — Что ты будешь делать с этой взрывчаткой? — голос Мерлина уже звучал обречённо. — Догадайся. — Начинать эвакуировать мои предприятия? — Как хочешь, но это будет слишком подозрительно. — Но не подозрительнее чем переход полтысячи боевиков НВФ из Мексики в США, известного по всему миру. — Не обижай моих детишек, они всё-таки профессионалы и умеют заметать следы. Так что, fottiti! И не смотри так на меня Джей. Все переговоры с заказчиками вёл Рейн, а со мной встречались лишь те, кто очень этого хотел и был готов. — Я свяжу тебя с Фуксами, — произнёс Мерлин, — скорее всего они соберут его в Хило в течении недели, может больше, может меньше. — У меня на Гавайях стоит контейнеровоз, — Сервас взяла бумажку с цифрами, — Ну и не фига себе у тебя запросы, Клоун. Это же примерна вся грузоподъёмность моего корабля. — А откуда у тебя вообще корабль? — поинтересовался Носитель Хаоса, отхлебнув чай. — Я долгое время занималась, да и продолжая заниматься, пиратством в Южно-Китайском море. Это приносит нехилый доход, между прочим. Плюс в том, что при этом я имею флот из десятка кораблей. «Король Франциск» в Хило как раз один из таких, крупнейший. Он перевозил груз оружия для моих друзей из якудза на Гавайях. И, Колдун, даже не смей настучать своим друзьям из Каморры. Если на мой груз нападут, то я тебя лично покромсаю и пофиг на Джея. И почему ты до сих пор не ешь мой штрудель? — Я могу увидеть своего сына? — проигнорировал итальянку Колдун. — Конечно, нет, — Джокер улыбнулся во все свои шрамы, — так ты будешь знать, где он и попытаешь освободить, а это нарушит наше сотрудничество. Томми, к тому же, уже вообще не в городе. Ему незачем быть здесь. Но он в любом случаи останется в живых. Обещаю. Я же человек слова… — Но не обещания. Я знаю. Свяжусь с Фуксами. До встречи, Narr. Малкольм Мерлин вышел из подвала, где находился кабинет Джокера. — Джей, — обратилась к психопату Ванесса, пересаживаясь в кресло, где раньше сидел Малкольм, — что будем делать дальше? Ждать доставки C4, а потом закладываем в городе? — Бинго. Ждём и закладываем. А там посмотрим. Надеюсь Супс меня не разочарует. Так с подготовкой я не напрягался даже с Бэтсом. — То есть ждём две недели и устраиваем шоу? — Да, — Джокер потянулся, — будет весело.