Золотая Звезда

Эла, озадаченно моргнув, не отрывала взгляда от спины Трандуила. Она прекрасно понимала, что сейчас Владыка оставил в этом сундуке едва ли не половину своих богатств. - Кажется, остроухий и правда раскаивается. Что произошло в Лихолесье, милая? - Ничего необычного, Торин. Я тоже удивлена поведением Трандуила. Гном, вздохнув, перевёл взгляд на подходящую к ним Галадриэль. Владычица Лотлориена с мягкой улыбкой протянула узбаду вытянутую шкатулку. - Смею надеяться, Ваше Величество, что мой подарок придётся вам по вкусу. Переглянувшись с женой, гном осторожно приподнял крышку и восторженно выдохнул. Эла, недоумённо выгнув бровь, сунула любопытный нос внутрь и подняла совершенно дикий взгляд на эльфийку. Внутри, на тёмно-синем бархате, лежали два венца. Один, поуже, был сделан из серебра и незнакомого девушке материала, который тонкими прожилками рассекал светлый металл. Второй, который явно предназначался Торину, был шире и выполнен был из того самого неизвестного материала, только вот жилки были серебряными. - Это чёрная сталь - самый редкий металл в Средиземье. Реже него только загадочный имиранг, хрустальное железо. И серебро, которое вы оба так любите. - Благодарю, Владычица. Это… Это бесценный дар. - Бесценны ваши чувства, Король-под-Горой. Всё остальное вполне имеет цену, пусть даже и запредельно высокую, - Галадриэль повернулась к златоглазой. - Я желаю вам счастья, дорогие мои. Пусть Эру и Валар хранят ваш союз. Молодожёны склонили головы в почтении, принимая поздравления. Эльфийка, улыбнувшись, кивнула и отошла в сторону. Торин, на миг позволив себе небольшую слабость, погладил венцы пальцами и, решительно закрыв шкатулку, поставил подарок на отдельный столик. Следующим подошёл Элронд. Лорд Имладриса как и всегда был строг, но в глазах полуэльфа Эла заметила непривычно лукавые искорки. По знаку Элронда к новобрачным поднесли большой сундук. Откинув крышку, Лорд скрыл довольную улыбку, видя удивление на лицах Торина и Элы. - Это - лучшие клинки, которые когда либо ковали эльфы. Тебе, Эла - парные, поскольку ты привыкла к таким. Торину мы выбрали меч, похожий на Оркрист, и к нему сковали щит. Король-под-Горой только хмыкнул, глядя на выполненный в виде дубовой ветви матовый щит из стали. Златоглазая с восхищением разглядывала похожие на её мечи. Только вот по клинку шла изящная вязь, а не руны. Поблагодарив Лорда за ценные дары, Торин и Эла принимали поздравления и подарки от остальных, после чего развернулись друг к другу. Арта и Двалин, держащие каждый по шкатулке, шагнули вперёд одновременно. Молодожёны, забрав подарки из рук помощников, замерли, не решаясь начать первым. Торин, улыбнувшись, тихо спросил: - Вместе? - Вместе! Одновременно они открыли шкатулки, являя свои дары друг другу. И не сдержали смеха. Не сговариваясь, они всё же сделали одно и то же - кольца. Украшение, которое Торин сделал для своей избранницы, переливалось всеми цветами радуги. Окантовка из тонких полосок мифрила и серебра заставляло камень, который был в центре, сиять ещё ярче. - Это один из камней, которые мы нашли вместе с Аркенстоном. Практически его младший брат. Ты - мой свет и моё Сердце, Ареллен Лауренель. Эла, улыбаясь, протянула мужу руку, для того чтобы он надел кольцо ей на палец. После чего взяла в руки подарок для Торина. Если кольцо на её пальце было светлым, то это было его противоположностью. Тёмный камень, тёмный металл. И в центре - переливающиеся золотом нити, будто впаяные в прозрачный алмаз. - Я долго думала, из чего тебе делать подарок. Это чёрный сапфир и гномье железо, закалённое моим огнём. А в центре - алмаз и… - Твои волосы… - Торин восхищённо разглядывал кольцо, которое девушка надела ему на палец. - Это восхитительно, золотко. Обняв жену, узбад осторожно поцеловал её в приоткрытые губы, счастливо улыбаясь. Гости в очередной раз взревели. Оторвавшись от любимых губ, Торин повернулся к толпе и, не скрывая своего довольства, объявил пир.

***

- Коронацию проведём через неделю-полторы. Ты не против, милая? - Даже если я против - что с того? - А ты против? - Нет, но всё же… Торин, не прекращая улыбаться, чуть сжал пальцы златоглазой в своей ладони. Сейчас, наверно, ничто не смогло бы испортить узбаду настроения. Эла тоже улыбалась, но немного отрешённо. Девушка наблюдала за гостями и замечала то, чего раньше не видела в упор. Например, переглядывания Фили и Арты. Или то, как трепетно смотрит Кили на свою рыжеволосую эльфийку. Разглядывая невзначай гостей, которые были заняты каждый своим делом, Эла наткнулась на внимательный взгляд Трандуила. Который, впрочем, почти сразу отвёл свои льдисто-голубые глаза. На секунду задумавшись о том, что никогда не видела теплоты в этом взгляде, девушка легкомысленно выбросила странное поведение Владыки из головы и повернулась к мужу. Трандуил, дождавшись, пока Эла отвлечётся, украдкой бросил на неё ещё один взгляд. Златоглазая никогда не поймёт, почему он смотрит на неё. Никогда не узнает, что на душе светловолосого Владыки. Потому что он никогда об этом не расскажет.

***

Гномы, люди, эльфы - никто в этот день не ссорился и не ругался, если не вспоминать старого Фрира. То и дело вставал кто-то из гостей, чтобы произнести тост в честь молодожёнов. Но вдруг с места поднялся до сих пор молчавший Двалин. Все затихли, ожидая слов гнома. - Узбад! Мы с тобой прошли не одну битву! Каждый раз, в каждой захудалой драке я прикрывал твою спину от врага, как и ты мою. Я считаю, что ты - лучший король, который только может быть в Эреборе. И я поздравляю тебя с тем, что ты смог обрести своё счастье, - Двалин перевёл взгляд на Элу. - Золотко… Когда ты свалилась на наши головы - никто не мог бы предсказать, что всё повернется вот так. Теперь ты наша соратница, та, что защищала наши спины в бою, не жалея себя и своего огня. Я не буду ничего желать вам, друзья мои. Потому что всё, что вам нужно, уже у вас есть. А всё остальное вы достанете сами. За вас! Гости, взревев, вскинули кубки вверх. Гномы, не сговариваясь, одновременно присосались к кружкам, отчего над столами повисло молчание, то и дело прерывающееся руганью на кхуздуле. Эла, счастливо улыбаясь, молча кивнула Двалину. И все снова замерли, потому что на середину зала вышел Бильбо Бэггинс. Смущённо улыбаясь и краснея, хоббит подошёл к сидящим молодожёнам и протянул им небольшой свёрток. - Знаете, когда я покинул Шир - я был просто Бильбо Бэггинсом, ленивым хоббитом, который ценил только уют дома, сытную еду и чистые носовые платки. Сейчас я с гордостью могу сказать, что прошёл Эреборский поход плечом к плечу с самыми смелыми воинами, которых только видело Средиземье. Торин, береги Элу. Пусть она и ведёт себя как бравый вояка, сердце у неё мягкое, как у хоббита. Я не мастер громких речей, Торин, Эла. И я не могу подарить вам золотых слитков или драгоценных камней. Поэтому я дарю вам частичку моего дома, - златоглазая, озадаченно моргнув, развернула свёрток, оказавшийся чистым носовым платком хоббита. - Это каштаны и жёлуди из Шира. Большего я не могу подарить, простите. Торин и Эла, переглянувшись, встали из-за стола и, обойдя его, заключили хоббита в объятия. Златоглазая чмокнула Бильбо в щёку и тихо поблагодарила. Полурослик, красный, как мак, ушёл на своё место под одобрительное гудение гномов из отряда. А Торин закружил свою молодую жену в лихом танце. Гэндальф, который не знал о последних приключениях златоглазой, запускал свои знаменитые фейерверки. Элронд кружил в танце Тауриэль, Галадриэль отплясывала с Леголасом. А новобрачные, о чём-то пошептавшись, ускользнули из зала едва только перевалило за полночь. Впрочем, все, кому было интересно, заметили и переглядывания, и румянец на щеках Элы, и нервно прикушенную губу Торина. Поэтому Арта и Двалин последовали за ними, стоило только паре скрыться за дверями.

***

- Чёртовы шнурки! Чтоб вас… - Не нервничай, Эла! - неслышно подошедшая Арта отодвинула руки девушки и ловко распустила шнуровку. - Ты же не на битву собираешься. - Угу… Я собираюсь на кое-что более страшное, чем обычная заварушка. Гномка, тихо рассмеявшись, усадила златоглазую и принялась снимать украшения. Эла выкручивала пальцы, изгибая их под самыми немыслимыми углами и старательно себя накручивала. В голове панически билась мысль, что она сейчас всё испортит. - Эла, говорю же, успокойся. Тебе может настой дать? - Нет, нет… Я сама как-нибудь. Скептически хмыкнув, Арта молча продолжила своё дело. Помогла девушке избавиться от тяжёлого платья и испачкавшегося за день нательного белья. И аккуратно уложила украшения в секретер. - Арта… А это как вообще? - Что именно «как»? - Ну, это… - Златоглазая покраснела, но шёпотом закончила, - С мужчиной быть... - Да уж, ты умеешь спросить… Арта, задумчиво почесав затылок, на несколько минут замолчала. Сама она ни с кем ещё ложа не делила, но вот рассказов наслушалась немало. То подруга «по секрету» расскажет, то ещё где услышит. Но как рассказывать такое златоглазой, которая такая же, как и она? Ситуацию спасла Дис, которая уже некоторое время стояла в дверях. - Это не описать, Эла. Когда тебя касается любимый мужчина, когда тебе хочется всё большего. Когда его ласки - самое естественное, что может быть в твоей жизни. Поначалу может быть больно, особенно тебе, - Дис мягко улыбнулась, видя шок в глазах девушки. - У тебя тело другое, глупенькая. А гномы хоть и невысокие, но достаточно… кхм… могучие. Главное - не бойся, милая. Как бы это не звучало, но Торин опытный мужчина. И не молчи. Если больно, говори. Златоглазая тяжело сглотнула, переводя взгляд в зеркало. Глаза шало сверкали, несмотря на бледность лица и прикушенную губу. Позволив гномкам переодеть себя в лёгкое платье, девушка накинула на плечи тёплую шаль. - Я сама дойду, ладно?

***

- Торин, ну ты прямо как мальчишка… Не впервой же тебе с девушкой постель делить! - Ты не понимаешь, Двалин! Она же… Она… - Ну будь осторожнее, ласки побольше, не торопись. Она ещё и не гномка, к тому же. - Да будто я только гномок… Гномы, переглянувшись, хмыкнули. Двалин молча хлопнул узбада по плечу и вышел за двери.

***

Робкий стук в дверь заставил Торина вздрогнуть. Прочистив горло, узбад пригласил гостью войти. Вид девушки, показавшейся в дверях, заставил гнома замереть от восхищения. Если на свадьбе Эла блистала неприступной, королевской красотой, то сейчас она скорее походила на богиню, невесть зачем спустившейся вниз. Глаза сияли, наполненные каким-то глубоким спокойствием, на губах - мягкая улыбка. Жена уже переоделась в не такое вычурное, практически будуарное платье из тонкого шёлка. Антрацитово-серая ткань обтекала стройную фигуру, подчёркивая все достоинства златоглазой. - Привет… - голос Элы дал петуха и девушка смущённо закашлялась, после чего заговорила уже нормально. - Ты не против? - Глупости говоришь, милая. Вина? Златоглазая только молча кивнула, понимая, что без этого ей не обойтись. Руки тряслись, перед глазами всё слегка плыло. Как будто на казнь собралась, а не делить с любимым постель. Торин, прекрасно видя состояние девушки, проводил её к жарко полыхавшему камину и, усадив на мягкий диванчик, отошёл за вином и кубками. Нечего ей видеть, что у него руки тоже трясутся, как у юнца безусого. Приняв от узбада напиток, Эла приложилась к кубку, будто к живительному источнику, на что Торин тихо рассмеялся. - Ты решила напиться в первую брачную ночь, золотко? - Мне страшно, Торин… Очень страшно. - Правда? - гном сел рядом с девушкой, притягивая её к себе. - Зря, Ареллен. Я не кусаюсь… Почти. Сделав ещё один глоток вина, Эла повернулась к узбаду. Внимательно вгляделась в черты лица, будто видела его впервые. И стоило ей встретиться с Торином взглядом, как девушка почти сразу успокоилась. Потому что в глазах любимого плескалось столько нежности, что страх просто исчез в ней, растворился в глубокой синеве. Поставив кубок на столик, Эла потянулась за поцелуем.

***

Торин гладил волосы любимой, покрывая её лицо поцелуями. Его смелая девочка… Столько отчаянной страсти в её порыве, что воздуха не хватает в лёгких. И ведь видно, что боялась до последнего, только вот чего именно - не понятно. Главное сейчас не показать, что он боится точно так же. Что боится причинить боль или сделать что-то не так. О, Махал, почему так сложно? А руки уже сами по себе, гладят нежную кожу плеч, открытых вырезом. Рассыпавшиеся по изящной спине волосы чуть искрят, выдавая с головой настроение хозяйки. Улыбнувшись, Торин подхватил любимую на руки и понёс к ложу, не прерывая поцелуев. Уложив девушку, гном осторожными, ласковыми движениями стянул с Элы туфли. Сейчас главным было не торопиться. А девушка уже про себя молила Эру, Валар, земных богов - лишь бы Торин не медлил. Тело горело от нетерпения, дыхание то и дело сбивалось. И сердце стучало так, будто сейчас выскочит. Чуть приподнявшись на локтях, Эла наблюдала, как Торин медленно стягивает с себя рубашку. И по тягучим, почти хищным движениям узбада поняла, что пытка нежностью и лаской будет продолжаться ещё долго. Гном, вытянувшись рядом с любимой, снова притянул её к себе, перевернулся на спину, отчего девушка оказалась на нём. Чуть двинув бёдрами, чтобы улечься поудобнее, Эла почувствовала всю напряжённость Торина. Прикусив губу и покраснев ещё больше, девушка уткнулась лбом в плечо мужа, заставив того тихо рассмеяться. Опустив руки на бёдра Элы, Торин одним движением усадил её удобнее. На его взгляд, естественно. И, заметив отголосок возмущения во взгляде златоглазой, только нахально ей подмигнул. Возмущаться долго у Элы не получилось - гном попросту не дал ей времени на это. Девушка вновь оказалась втянута в долгий, полный нежности поцелуй, и сама не заметила, как Торин умудрился освободить её от платья. Стеснение отошло не то что на второй план. Оно испарилось, стоило гному провести горячими ладонями по рёбрам вверх. Тонкие пальцы златоглазой скользнули по груди Торина, огладили крепкий пресс. Эла еле слышно хихикнула, вспомнив, как пыталась понять, что же скрывается под плотным кафтаном. «Пивное» пузико или всё-таки подтянутое тело? Торин, благоразумно не обращая внимания на хихиканье девушки, резко перевернулся, подминая Элу под себя. Ласки стали более откровенными. Казалось, гном поставил себе задачу изучить каждый изгиб тела златоглазой, попутно доведя её до исступления. Поцелуями спустившись от губ до обманчиво хрупких ключиц, Торин коснулся сначала языком напряжённого соска, а затем слегка прикусил его, отчего Эла не сдержала тихий стон. Не прекращая одной рукой ласкать грудь девушки, гном, бросив взгляд на лицо любимой, опустил вторую ниже. Ладонь скользнула по рёбрам и бедру. Про себя Торин поблагодарил неведомый ему мир за то, что Эла так и не смогла привыкнуть к белью гномок и, доведя швей до истерики, заставила тех пошить совершенно другое. И в целом бельём это кружевное батистовое нечто язык назвать не поворачивался. Эла будто впала в некий транс, отдаваясь без остатка новому для неё чувству. То и дело изгибаясь, девушка пыталась как можно теснее прижаться к мужу. И когда почувствовала, как ладонь Торина остановилась, наткнувшись на преграду из кружевных шортиков, заменяющих привычное бельё, просто подняла бёдра повыше. Не став долго раздумывать, Торин избавился и от этого, пусть и очень пикантного, элемента. После чего сел между ног девушки, внимательно разглядывая её. - Ты такая красивая, Эла… И снова - поцелуи, нежные ласки. Златоглазая даже представить не могла раньше, насколько мягкими могут быть руки узбада. Лёгкие, ласковые прикосновения, похожие на касание пёрышка. Дорожки из поцелуев спускались всё ниже. По ключицам, груди, рёбрам. Не пропуская ни одного участка нежной, бархатной кожи. Эла изо всех сил прикусила губу, чтобы не раскричаться от нахлынувших ощущений. Торин, устроившийся между ног девушки, поднял на неё взгляд, не прекращая ласк. Если бы кто-то сказал узбаду, что он будет наслаждаться тихими, робкими стонами девушки, мечущейся на простыне, он бы рассмеялся в лицо этому глупцу. Торину всегда казалось, что его привлекают более… Раскрепощённые. Но, как оказалось, всё познаётся в сравнении. Вот и сейчас он не мог оторвать взгляда от раскрасневшейся Элы, которая совершенно не понимала, что творится с глупым телом. Оторвавшись от ласк, Торин снова навис над девушкой, довольно улыбаясь. - Я… - Ничего не говори, милая. Я буду осторожен. Скажи, если будет больно, хорошо? Златоглазая кивнула. Сев на пятки, Торин потянул шнуровку на штанах, непроизвольно зашипев сквозь зубы. Эла, помимо воли опустив взгляд вниз, тяжело сглотнула. Теперь стало понятно, о чём предупреждала Дис. Но почему-то страшно не было. В груди разлилось странное, тягучее томление. Торин, не отрывая взгляда от лица любимой, осторожно двинул бёдрами. Тёплые ладони заскользили по животу и талии, отвлекая от возможных неприятных ощущений. И когда девушка задержала дыхание, будто боясь пошевелиться лишний раз, гном замер. Тихо выдохнув, Эла еле заметно двинула тазом, поражаясь своей смелости. Но намёк был понят. Так же осторожно и нежно, как и до этого, Торин снова двинулся. - Сейчас может быть больно, милая. - Продолжай. Еле слышный вскрик, тут же сцелованный с припухших губ. И восторженная улыбка узбада. Его. Полностью, без возврата. Торин еле сдерживал свой темперамент. Тело требовало уже не нежности и осторожности. Но сегодня надо быть аккуратным…

***

Утро началось совсем не так, как привык Торин. Но не менее приятно. Ведь что может быть лучше, чем твоя собственная жена, которая абсолютно беззастенчиво уселась на тебя сверху с вполне определённой целью?