Семь вёрст до небес

Впервые Билли заметил его на рейсе Нью-Йорк — Париж. С полувзгляда было ясно, что пассажир доставит хлопот. Интуиция не подвела, намётанный глаз бортпроводника с пятилетним стажем не сбоил. — Эй, красавчик! Да, вот ты, высоченный и кучерявый. Будь зайкой, плесни мне виски до взлёта. Привыкший к порой откровенно скотскому поведению пассажиров бизнес-класса, Билли сцепил зубы и досчитал до трёх. — Сэр, прошу прощения, но раздача напитков начнётся после того, как самолёт наберёт высоту. Сейчас я прошу вас пристегнуть ремень, привести спинку кресла в вертикальное положение и прослушать инструктаж о технике безопасности. Мужчина, нервно заёрзавший в кресле, схватил собиравшегося удалиться Билли за руку и выдавил из себя улыбку. — Может быть в виде исключения? Пару глотков. Зачем мне ваша техника безопасности, всё равно мы все умрём, если самолёт упадёт. Девушка, сидящая рядом с беспокойным пассажиром, зашипела как рассерженная кошка, но по колену шлёпнула игриво, надувая губы. — Что ты такое говоришь, Ричи? Не пугай меня, нам столько часов летать. Мужчина побледнел и заторможенно кивнул, пробормотав себе под нос: — Столько часов лететь… А после снова перевёл взгляд на бортпроводника. — Ну так плеснёшь? Покачав головой и осторожно отцепив руку блондина от своего рукава, Билли налил ему виски, понимая, что иначе тот не уймётся. Этот, по крайней мере, не начал сходу угрожать всеми земными карами, как часто делали пассажиры бизнеса. Впрочем, лучше бы он угрожал… *** Вторая встреча произошла спустя пару месяцев, и Билли даже не вспомнил мужчину, если бы не его повышенный интерес. — Похоже сегодня полёт будет нескучным! Блондин, первым вошедший в салон под руку уже с новой красоткой, которая была выше его на полголовы, остановился напротив Билли, широко улыбаясь. Судя по тому, как блестели его глаза, на грудь он принял ещё в аэропорту. — Ты же Уильям, я правильно запомнил? — Мужчина склонился к табличке на груди Билли и, убедившись в том, что прав, хлопнул себя по бедру, явно оставшись страшно довольным. — Сэр, прошу вас занять своё место и не мешать другим пассажирам, иначе я буду вынужден принять меры. Блондин задрал голову, глядя на Билли, которому едва доставал макушкой до подбородка, снизу вверх и медленно провёл кончиком языка по верхней губе. — Я буду только за, если меня накажет такой красавчик. Билли вспыхнул, растерявшись от нетипичного поведения пассажира, а тот, воспользовавшись его заминкой, шмыгнул на своё место. Это был самый долгий рейс из Лондона на памяти Билли. Лучше бы он сразу высадил этого засранца! *** В третий раз Билли первым заметил назойливого коротышку и постарался минимизировать их общение. Но тот был непривычно тих и с головой погружён в работу на ноутбуке, зато покоя не давала его спутница. — Скажите, у вас не появился клубничный сок? — новая девушка блондина спрашивала об этом уже в третий раз. Наученный сохранять вежливость в любой ситуации бортпроводник в очередной раз ответил: — Клубничного сока нет и не будет. А вот вылакавший уже три стакана виски блондин был не так вежлив. — Ты что думаешь, они сейчас тебе клубнику вырастят или воздушной почтой из Турции пришлют? Девушка захлопала длинными ресницами и постучала коготками по плечу блондина: — Ну вдруг у кого-нибудь есть сок, а они просто не хотят делиться. Мужчина фыркнул. — Ну конечно, а у главного пилота припрятана бутылка «Макаллана 18» а мне наливают «Джек Дэниэлс». Девушка нахмурилась и бросила осуждающий взгляд на Билли, который с трудом держал лицо. — Так и знала, что даже в бизнес-классе на всём экономят. Молодой человек, вы всё же уточните ещё раз, нет ли у кого-нибудь клубничного сока. *** Четвёртый раз был настолько шокирующим, что произошедшее долго не укладывалось в голове. Билли знал, что некоторым его коллегам женского пола приходится терпеть подобное обращение, но чтобы это произошло с ним… Билли смотрел вслед проходящему на своё место блондину, который вёл под локоть очередную дамочку модельной внешности, и хлопал глазами. Можно было предположить, что это сделала девушка, но перед тем как сесть, блондин поймал взгляд Билли и подмигнул, а бортпроводник так и остался стоять столбом, потирая бедро, за которое его ущипнул мужчина. Впрочем, уже через четверть часа Билли представилась возможность отыграться. — Прошу прощения, но мы не подаём алкоголь на рейсах в ОАЭ и ряд других стран, запрещающих употребление алкоголя. Блондин даже привстал в кресле, изумлённо открыв рот. — Но я же не мусульманин! И мне не запрещено употреблять алкоголь! Билли вежливо, но самую малость ехидно улыбнулся. — Мы не имеем права брать алкоголь на борт, ничем не могу помочь. Мужчина нервно сжал пальцами подлокотник и поднял на Билли несчастный взгляд. — Сколько часов нам лететь? — На данный момент осталось одиннадцать. Блондин застонал и пару раз стукнулся головой о кресло. *** В пятый раз Билли заметил его ещё в аэропорту. Как, впрочем, и весь персонал, а также пассажиры, уже начавшие включать камеры на смартфонах. Девушка, конечно же новая, стоящая напротив нервно теребящего ворот рубашки блондина, орала практически на ультразвуке. — Сволочь! Мудак! Что значит ты взял меня с собой просто так?! А съёмки? Билли сам не заметил, как подошёл ближе, чтобы расслышать ответ. Уж больно ему было интересно, что заставляет блондина летать так много, да ещё и с разными спутницами. Держался его беспокойный пассажир неплохо, перестал теребить ворот, и приосанился. — Я сказал, что еду на съёмки, но я не говорил, что буду снимать тебя! Если бы я каждый раз пихал в клипы тех, кто падает мне на хвост, со мной бы уже перестали работать. Расслабься, отдохни в Италии, всё за счёт заказчика. Билли показалось, что девушка сейчас либо лопнет от злости, либо прихлопнет блондина. От удара по лицу его спас только небольшой рост и молниеносная реакция. Ловко уклонившись, так, словно для него это было не впервые, мужчина отскочил от разъярённой фурии, которая подхватила ярко-красный чемодан и устремилась в сторону выхода. Блондин же, переведя дух, огляделся и, заметив не успевшего отвернуться Билли, развёл руками. — Вот поэтому я предпочитаю мужчин. Ответ ему явно не требовался, потому что, окинув Билли внимательным взглядом, он взял прямой курс на бар, оставив бортпроводника в абсолютном недоумении. *** Шестой раз был не примечателен ничем, кроме отсутствия спутницы у блондина. Билли понимал, почему он мог принять решение никого не брать с собой, но всё равно удивился тому, как непривычно мужчина смотрится без вечного модного приложения. Он видел блондина только мельком: на этот рейс Билли поставили в эконом из-за конфликта с руководством компании - и всю дорогу до Нидерландов его мысли были заняты только тем, что скоро придётся искать новую работу. *** Зато седьмая встреча встряхнула так, что Билли убедился в правильности решения завязать с полётами. К тридцати годам романтика работы в небе поизносилась, а обслуживать эконом за зарплату без бонусов не было никакого желания. Заметивший, что Билли снова не в бизнесе, блондин половину полёта донимал старшего бортпроводника, можно ли поставить им второго стюарда, причём «непременно во-о-он того высокого красавчика». Билли, слыша это, фыркал, но ощущал странно-приятное покалывание в области грудины, и вместе с тем смутное сожаление о том, что больше с блондином они не увидятся. Всё-таки их знакомству был уже год, а Билли даже не узнал, как его зовут. — Дамы и господа! Наш самолет находится в зоне сильной турбулентности. Просим вас соблюдать спокойствие и оставаться на своих местах с застегнутыми ремнями безопасности, до выключения табло «Пристегните ремни». На время прохождения зоны турбулентности обслуживание полностью прекращается. Билли едва успел проверить пассажиров своего сегмента на соблюдение правил безопасности, как самолёт тряхнуло с такой силой, что он въехал лбом в багажную полку. Вовремя схватившись за спинку кресла, он отделался лёгким ушибом, но осознал, что до хвостовой части, чтобы сесть на своё место и пристегнуться, он не доберётся. Самолёт продолжало трясти и Билли быстро пошёл в начало салона. Летавший теперь в одиночку блондин выкупал оба места, поэтому рядом с ним было свободно. Опустившись в кресло и пристегнув ремень, Билли почувствовал, как на его предплечье сжались пальцы. Блондин был цвета первого снега и мелко дрожал. — Мы падаем, да? Билли вздохнул. Он подозревал, что у мужчины аэрофобия, но не думал, что всё настолько запущено. — Не беспокойтесь, это всего лишь зона турбулентности, мы пройдём её, и всё будет в порядке. Пальцы блондина на его руке уже причиняли боль, а его дыхание становилось всё судорожнее. Только приступа им на борту не хватало. Нужно было отвлечь мужчину чем угодно. — Сэр, расскажите мне о себе. Я давно гадаю, кем вы работаете, почему летаете так часто. — Увидев, что мужчина не реагирует, Билли решил вывести его на контакт во что бы то ни стало. — Меня впечатлила сцена в аэропорту, вы со всеми такой откровенный? Трясти начало чуть меньше, и блондин отмер, разжимая пальцы по одному и бросая мутный взгляд на Билли. Понимание у него в глазах проступало постепенно. И, в конечном итоге, на губах расцвела хитрая улыбка. — Раз уж мы начали знакомиться, начнём с имён, красавчик. Я Ричард. А ты Уильям, я помню. Два благородных королевских имени, это судьба. А теперь, пока эта адская машина не упала с небес, я должен успеть рассказать о себе, а ты меня поцеловать, на том и сойдёмся. Ричард провёл ладонью по плечу Билли, и продолжил. — Короткая анкета, как на блиц-свидании. Мне тридцать семь, работаю клипмейкером, в отношениях не состою, нахожусь в активном поиске. Предпочитаю высоких спортивных мужчин с вьющимися каштановыми волосами, работающих бортпроводниками. И непременное условие: имя должно быть королевским. Самолёт снова тряхнуло. Билли, у которого от откровений Ричарда покраснели уши и шея, снова почувствовал хватку на своём предплечье, а голос блондина стал подрагивать. — У нас осталось полторы минуты, если самолёт падает. Мне в тебе заранее всё нравится, можешь не рассказывать, просто целуй! Билли пару раз моргнул, видя, что Ричард даже не думает успокаиваться, накрыл ладонью его затылок и притянул к себе, утыкая мужчину носом в плечо. Закончилось всё только через двадцать минут, которые Ричард просидел практически в одной позе, только хватаясь во время особенно сильных встрясок за руки Билли. Из транса его вывело объявление о том, что пассажиры могут свободно перемещаться по салону. Ричард поднял на Билли взгляд и сказал так, что возражать не захотелось: — Когда приземлимся в Нью-Йорке, мне нужно будет выпить. И если ты, Уильям, не выпьешь со мной, я сочту это оставлением человека в опасности. Мысль о том, что Ричард слишком много пьёт, Билли оставил при себе. В конце концов он не имел никакого права корректировать поведение пока чужого ему человека. *** Вытянувшись во весь рост, Билли упёрся пятками в подлокотник дивана и прогнулся в спине. Тело было приятно расслабленно, и только поясница немного побаливала после вчерашнего марафона. — Эти диваны делают для лилипутов, — Билли по сбившемуся дыханию понял, что Ричард уже не спит, и подгрёб его ближе к себе. — Нет, их делают для нормальных людей, а ты великан. До сих пор не понимаю, как ты ни разу не проткнул макушкой потолок в самолёте. — До сих пор не понимаю, как не задушил тебя после того, как ты прилюдно ущипнул меня. — Я и сейчас могу прилюдно тебя ущипнуть, так что держи себя в руках. — Лучше я буду держать в руках тебя, потому что если не заткнуть тебя вовремя, я сойду с ума. — У тебя всегда есть действенный способ, Уильям. Даже два. Сейчас продемонстрирую.