Последнее желание Повелителя Смерти

Драко

      Он лениво пробежался глазами по листку с разнообразными запретами, не вчитываясь в текст. В Хогвартсе никто не обращал внимания на всю эту чушь, разве что сопливые первокурсники. Сначала он выяснит от других студентов, как обстоят дела с этим здесь, а потом уже будет решать, какие пункты действительно стоит соблюдать, а на что можно просто наплевать. Ведь не может же быть такое, что все точно следуют этому нелепому списку правил.       Гораздо больше он заинтересовался библиотекой. Имея в своём распоряжении все книги, собранные его предками, Драко редко заходил в библиотеку Хогвартса. Реальный интерес представляла лишь Запретная секция, но клянчить разрешение на её посещение у учителей… Он был выше этого.       Дурмстранг — совсем другое дело. Длинные ряды стеллажей, тысячи полок с древними фолиантами, свободный доступ к любой из книг. «Самые ужасные деяния тёмных волшебников всех времён» — вот это подходящее чтение перед сном.       Драко перевернул первую страницу и посмотрел в конец оглавления, чтобы убедиться — имя Тёмного лорда здесь отсутствовало. Ничего удивительного, ведь книга была написано раньше, чем тот пришёл к власти.       Драко улыбнулся при мысли, что и сам мог бы написать эту главу. Удивительно, как много можно узнать, когда один из самых известных волшебников, держащий в страхе всю Англию, живёт с тобой под одной крышей.       А вот Грин-де-Вальду было отведено несколько десятков страниц. С этой частью книги следует познакомиться чуть ближе… — Малфой? — удивлённый голос заставил его поднять взгляд.       Грейнджер смотрела на него так изумлённо, будто до этого момента была уверена, что читать он не умеет вовсе. — Тебе что-то надо, Грейнджер? — он захлопнул книгу и предусмотрительно повернул её так, чтобы невозможно было прочитать название. — Не думала, что тебе интересна библиотека, — призналась девушка, отводя взгляд в сторону. Словно смущалась, что вообще заговорила с ним. — Это больше не твоя территория, — усмехнулся Драко. — Нашёл что-нибудь интересное? — Грейнджер перевела взгляд на книгу в его руках, чуть прищурилась, пытаясь увидеть название. Не лезь куда не просят, Грейнджер, если не хочешь прищемить свой нос. — Да, — кратко ответил Драко. — Могу и тебе что-нибудь порекомендовать, если хочешь.       Взмах палочкой, произнесённое про себя заклинание — и вот уже увесистый том материализовался в его руках. Драко хмыкнул, глядя на обложку, и ещё одним взмахом направил книгу в сторону Грейнджер. Это именно то, что тебе нужно.       Она смотрела на него, распахнув свои огромные карие глаза. Потом перевела взгляд вниз, и тут же удивление на её лице сменилось раздражением. — Тысяча причин моего презрения к Гермионе Грейнджер. Автор Драко Малфой, — прочитала она вслух, а потом снова уставилась на него. — И ты создал книгу за пару секунд невербальной магией?       Вот что значит быть настоящей заучкой. Раздражение Грейнджер не имело никакого отношения к названию книги. Она завидовала его способностям. — Она пустая. Чтобы заполнить её текстом, мне потребовалось бы больше времени, — Драко пожал плечами, как будто не чувствовал внутри себя ликование.       Он смог обойти в знаниях золотую девочку Дамблдора! Стоило столько времени тренироваться летом, только ради вот этой досады на лице Грейнджер.       Поморщившись, Грейнджер отбросила книгу на ближайший столик, и она испарилась с тихим хлопком. Драко вышел из библиотеки, крепко прижимая к себе «Деяния тёмных волшебников». Кто знает, может они тоже начинали с безобидного унижения какой-нибудь противной девчонки.

Гермиона

      Когда Малфой успел этому научиться? В невербальной магии не было ничего такого уж сложного, она и сама практиковалась, зная о том, что на шестом курсе без этого не обойтись. Но создание целого предмета, не просто перемещение из другого места, а именно сотворение нового из ничего…       Гермиона отбросила прядь волос, упавшую ей на лоб, и пошла вдоль стеллажей. Даже при беглом осмотре было понятно, что такого понятия, как «запрещено для чтения» в Дурмстранге нет. Просто поразительно, с таким-то числом запретов! Но именно это мне и нужно, верно? Найти информацию про Волан-де-морта. Придумать, как его перехитрить.       Для этой цели Дурмстранг подходил идеально.       Гермиона провела в библиотеке весь остаток дня и даже успела выписать несколько свитков с информацией. «Запрещается выносить за пределы школы любые книги, конспекты и записи без предварительной проверки материала преподавателями. Запрещается писать в письмах информацию, полученную на уроках и вычитанную из книг, кроме тех случаев, когда это одобрено преподавателями», — она вспомнила об этом только сейчас. Значит, ей надо будет выучить всё наизусть. К счастью, у неё хорошая память.       И она не смогла удержаться и перед уходом взмахнула палочкой, концентрируясь на своих мыслях.       Ничего. Не то, что книги, даже простого листка не появилось перед ней. Неужели мне настолько важно быть лучше Малфоя?       Но Гермиона знала, что она в любом случае лучше. Она не судит людей по степени чистоты их крови. Не относится презрительно ко всем, кто в чём-то ей уступает. Она умеет действительно дружить, а не пользуется людьми. Она никогда не станет поддерживать идеи Волан-де-морта. Разве этого мало?       Гермиона расставила все книги по местам, взяла сделанные ею записи и, сверяясь с картой, вернулась в свою спальню.       Холод заставил её закутаться в два одеяла, чтобы согреться, а ведь был конец августа. Оставалось надеяться, что отопление будет более сильным зимой, иначе к концу этого года она превратится в ледяную статую.       Она проснулась очень рано и толкнула дверь, ведущую в ванную комнату, в надежде окончательно пробудиться под струями воды. — Блядь, Грейнджер!       Оказывается, что вид полуобнажённого Малфоя бодрит ничуть не хуже ледяного душа.       Гермиона ойкнула и замерла на месте, хотя должна была скорее убраться из ванной. Но она никогда не смотрела на Малфоя, как на представителя мужского пола. Он всегда был просто досадливой помехой, отпускающей язвительные комментарии в её сторону и в сторону Гарри. А теперь перед ней стоял парень со спутанными волосами, влажной после душа кожей, под которой угадывались очертания мышц, а небрежно обёрнутое вокруг бёдер полотенце… Ты смотришь на его бёдра, Гермиона?!       Она прерывисто вдохнула ставший вдруг странно тяжёлым воздух и быстро перевела взгляд на лицо Малфоя. Ей удалось увидеть отголосок какой-то эмоции, но она сразу же скрылась под непроницаемой маской. — Первый раз видишь полуголого парня, Грейнджер?       Он насмехался над ней. Привычно кривил губы в этой ухмылке. Наклонял голову влево. Забавлялся. — А ты специально не закрываешь дверь?! — к ней хотя бы вернулся дар речи. — Если я кого-то и хотел увидеть сейчас, то точно не тебя, — Малфой изящно приподнял одну бровь, словно ожидая от неё чего-то. Изящно? С каких пор я применяю это слово в отношении него? — Ты не собираешься выйти, Грейнджер? Или хочешь принять душ прямо при мне?       Гермиона выскочила из ванной, громко хлопнув дверью, под тихий смех за своей спиной. Ей кажется или в комнате стало куда жарче?

Драко

Первый раз видишь полуголого парня, Грейнджер?       Он мог бы на многое поспорить, что именно так оно и было. Судя по всему, даже её дружки трогательно охраняли потрясающую невинность этой зубрилы. Может, ему стоило вручить ей анатомический справочник?       Драко повернулся к зеркалу, проводя расчёской по мокрым волосам, но никак не мог отделаться от мыслей о взгляде Грейнджер.       Разумеется, на него всегда смотрели девчонки. Провожали взглядом в коридорах, одобрительным и манящим. Некоторые видели его и абсолютно обнажённым, и тогда их глаза светились восхищением.       Но ещё никогда никто не смотрел на него так. Слишком много мыслей о Грейнджер за два дня, Драко, а ведь второй день только начался.       Но раньше он не находился так близко к ней столько времени. Не разговаривал так много. Вообще редко замечал, если дело не касалось Поттера. А по утрам она более расслабленная, не такая сосредоточенная, как обычно.       Драко резко отложил в сторону расчёску. Грейнджер — воплощение всего, что он так сильно ненавидел. Она просто не стоит его внимания. Он вышел из ванной, накладывая запирающее заклинание. Было очень глупо, что он не подумал о нём раньше, но ему ещё никогда не приходилось делить ванную комнату с девушкой. Интересно, а как бы она смотрела, если бы зашла чуть раньше?       Драко надел форму и внимательно оглядел себя. Красный цвет резал глаза и казался слишком ярким. Он привык к белой рубашке и своему изумрудному слизеринскому галстуку. К обилию чёрных вещей в гардеробе родительского особняка. А теперь ему нужно было привыкать к новой одежде — ещё одна неудобная деталь.       Весь Дурмстранг был для него неудобным. Совершенно чужим и незнакомым. Всё могло быть по-другому, если бы мать согласилась отправить его сюда, а не в Хогвартс, как того хотел отец. Но в конце концов, он всё равно здесь, так что может считать это место по праву своим, разве не так?       Он дошёл по пустынным переходам до обеденного зала и сел за стол в полном одиночестве, сделав выбор между кашей и яичницей в пользу последней. Отсутствие хоть какого-нибудь преподавателя сбивало с толку. Через несколько часов прибудут студенты, все учителя уже должны быть в школе, но где же они, чёрт возьми? Или им всем тоже раздают памятки о правилах поведения с пунктом «запрещается выходить за пределы преподавательского этажа, кроме как для проведения уроков»?       Грейнджер вошла в зал и тут же покраснела, заметив, что он на неё смотрит. Одёрнула форменное платье, будто бы тоже не могла привыкнуть к новой одежде, как и он. Выбрала кашу.       Он был прав: красный цвет и правда делал Грейнджер более заметной, выделяющейся на фоне этих серых каменных стен. Конечно, кроме них двоих тут не было никого, но даже если бы сейчас они вдруг оказались в переполненном Большом зале Хогвартса… Он бы её заметил.       А потом в его голову пришла уж совсем дикая и невозможная мысль. А если бы это Грейнджер забыла бы запереть дверь, пока мылась?

Гермиона

Есть ли хоть ещё один живой человек в этом чёртовом замке, кроме Малфоя?       Коридоры, в которых не было ни души, пустые лестницы, наполненные лишь эхом её шагов, обеденный зал, в котором — ну надо же! — опять Малфой… Это всё выводило Гермиону из равновесия.       А ещё он смотрел на неё. Как-то совершенно по-новому. Словно оценивающе. Неужели он не мог закрыть дверь?       Потому что Малфой был прав: она ни разу не видела ни одного парня в таком виде. Гарри и Рон, переодевающиеся после тренировок, не в счёт. Они ведь всегда были для неё просто друзьями.       Гермиона поёрзала на жёсткой лавке, поправила подол непривычного платья, отправила в рот первую ложку каши и с удовлетворением подумала, что выглядит вполне спокойной. — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, доброе утро! — профессор Рихтер появился так неожиданно, что она чуть не уронила ложку. — Чудесно, что вы уже в форме. Через два часа жду вас в главном зале на церемонии начала учебного года.       Гермиона оставила кашу недоеденной и поспешила на свой этаж. Теперь, когда замок будет наполнен студентами, а она сосредоточится на занятиях и своих поисках, всё будет по-другому. И для Малфоя не останется места в её жизни.       Поднимаясь в главный зал, она уже слышала, как оживает Дурмстранг. Шаги, тихие разговоры, чей-то внезапно оборвавшийся смех…       Около сотни студентов уже стояло в зале чёткими рядами, иногда выглядывая в поисках знакомых. Один из них обернулся в её сторону, толкнул в бок своего соседа, который повернулся тоже, потом третий, потом четвёртый…       Казалось, что все уставились на неё, нелепо замершую возле лестницы. Гермиона ещё раз оглядела всех собравшихся, пытаясь сориентироваться, куда ей встать, и внезапно ей сделалось дурно.       На весь зал — не больше десятка девушек, жмущихся друг к другу. И они были куда младше Гермионы. Я же читала, что Дурмстранг — мужская школа! Как я могла забыть об этом?       Неудивительно, что на неё так смотрят, словно она какое-то диковинное животное. — Шестой курс здесь, Грейнджер, — манерное растягивание слов донеслось откуда-то справа, и девушка с благодарностью выискала в толпе знакомые светлые волосы.       Сейчас она была рада даже Малфою. Во всяком случае, он был ей давно знаком, и она знала, чего от него можно ожидать — ничего действительно опасного.       Гермиона юркнула в нужный ряд, неловко пристроилась с краю, пытаясь не замечать притихших, внимательно изучающих её студентов. — Вы и есть та самая Гейжер? — спросил один из парней, стоявший к ней ближе всех.       Она с трудом поняла смысл его слов из-за чудовищного акцента, а чтобы посмотреть ему в лицо, ей пришлось задрать голову так высоко, что заболела шея. — М-м-м, да. Гермиона Грейнджер. Из Хогвартса. — Юхани Ярвинен к вашим услугам, — юноша сопроводил свои слова галантным поклоном.       А уже в следующее мгновение его имя совершенно вылетело из головы, потому что каждый присутствующий подошёл к ней, чтобы представиться.       Смесь из имён и фамилий, зачастую столь непривычных для английский ушей, превратилась у неё в голове в подобие той каши, которую она ела на завтрак — запомнить хоть что-то было просто невозможно.       Краем глаза она увидела, как Малфой закатывает глаза, но его тут же загородил другой студент с очередным приветствием. — Господа и дамы! — негромкий твёрдый голос пронёсся по залу, и за считанные секунды все вернулись на свои места и замерли. Тишина была абсолютной, совсем не как в Хогвартсе во время речи директора перед началом учебного года.       Из-за спин — они все здесь такие высокие? — Гермиона не видела ничего, что происходило впереди. Даже директор Дурмстранга оставался для неё невидим. — Поздравляю вас всех с началом нового учебного года. Прошу старших товарищей помочь влиться в жизнь школы первокурсников. И хочу сообщить, что в этом году к шестому курсу присоединятся двое студентов из магической школы Британии, окажите им тёплый приём и поддержку. А теперь напоминаю вам о правилах нашей великой школы.       Речь директора продолжалась так долго, что у Гермионы затекли ноги. Она осторожно переступила с ноги на ногу и снова застыла по стойке «смирно». Наверное, так выглядит армия. Наконец, речь была закончена, и началось представление преподавателей. Гермиона ещё раз пожалела, что передние ряды загораживают ей весь обзор. Ещё несколько минут — и студентов попросили пройти в обеденный зал. Гермиона обрадовалась возможности размять мышцы и устремилась вслед за остальными, покидающими зал чёткой цепочкой.

Драко

      Он сел за один из столов вместе со старшекурсниками. Отсутствие преподавателей на обеде, никакого деления по факультетам или по курсам — обстановка должна была быть более непринуждённой, чем в Хогвартсе, но все вели себя так, будто находились под постоянным присмотром.       Драко повертел в руках кубок с темно-багровым напитком и сделал осторожный глоток. Это оказалось что-то вроде вина, но вкус был более терпким и ягодным. Совсем не похоже на те французские вина, которые подавались к обеду в его доме, но на удивление вкусно. Кислота напитка смягчалась едва уловимой ноткой сладости. — У вас всегда так тихо? — спросил Драко у своего соседа, с которым уже успел познакомиться.       Том — спасибо, Салазар, хоть один британец в этой школе — удивлённо посмотрел в его сторону. — Но сейчас тут совсем не тихо. Н-да, в Дурмстранге явно не умеют веселиться.       Должно быть, эти мысли отразились на его лице, потому что Том спустя мгновение рассмеялся и наклонился ниже, перейдя на шёпот. — Преподаватели могут зайти в любой момент, а за шум или неподобающее поведение здесь следует наказание. Но, конечно, мы устраиваем иногда вечеринки, на которых можно не соблюдать никаких правил.       Это звучало куда лучше. — Надеюсь на это, — улыбнулся Драко. — А что насчёт квиддича? — Ты играешь? — спросил Том. — Был ловцом. — У нас тут половина школы хотят быть ловцами после Крама, — усмехнулся Том. — Нам не помешал бы хороший охотник.       Драко пожал плечами. Охотник так охотник, если ему дадут возможность вволю полетать на метле. — А она симпатичная.       Услышав эту фразу, Драко едва не подавился очередным глотком вина. Ему даже не было необходимости поворачиваться, чтобы посмотреть на Грейнджер — он видел её наспех сделанную причёску даже спиной. Потому что все студенты, начиная с четвёртого курса, то и дело бросали взгляды в сторону девушки. — Просто в Дурмстранге нет других шестнадцатилетних студенток, — холодно ответил Драко. — В сущности, в ней нет ничего особенного. — Я посмотрю, что ты скажешь через полгода. Некоторым очень не хватает женского общества.       Он всё-таки чуть обернулся. Ну конечно, она смущённо жалась к самому краю стола, а несколько парней молча пялились на неё, забыв про свои тарелки и кубки. Вот уж не думал, что однажды ты будешь в центре внимания, Грейнджер.       Ему не хотелось её обсуждать. Даже думать о ней не хотелось. — А что насчёт того длинного списка запретов? На какие из них можно забить? — поинтересовался Драко, пытаясь сменить тему. — Всё зависит от того, как долго ты хочешь здесь проучиться. И насколько ты хорош в обмане. Конечно, наш директор уже не Каркаров, но… В некоторых случаях преподаватели не гнушаются применить легилименцию. — Серьёзно? — брови Драко взметнулись вверх. — Ну, с этим у меня проблем нет. — Ты ведь Малфой… Родственник Беллатрисы Лестрейндж? — задумчиво протянул Том. — Тогда думаю, что проблем и правда у тебя не будет. В Дурмстранге любят… таких. — Значит, это место сильно отличается от Хогвартса, — тонко улыбнулся Драко.       Он повернулся в другую сторону, чтобы перекинуться несколькими словами с остальными. До чего же все здесь огромные! Он привык быть высоким — пусть и не самым, но выше большинства. В Дурмстранге же казалось, что каждый ученик смотрит на него свысока. И все были как минимум вдвое шире. Сюда набирают только громил или они становятся такими уже в процессе обучения?       Беглый взгляд на младшекурсников убедил его, что становятся. Кажется, ему придётся тоже накачать мышцы, если он не хочет, чтобы его свалили с метлы во время первой же тренировки по квиддичу. — Запишись на дополнительные занятия у Андреса, — неожиданно шепнул ему Том. — Дополнительные занятия? После такого количество уроков? — он едва не застонал от этой мысли. — Отработка некоторых заклинаний, — парень сделал упор на слово «некоторых». — Поверь, оно того стоит.       И Том с загадочной улыбкой отвернулся, непринуждённо продолжая разговор со своим сокурсником.

Гермиона

— А где у вас общая комната? Ну, чтобы отдохнуть или пообщаться… — Отдохнуть? — переспросил Юхани. — На это просто не остаётся времени. У нас есть библиотека и обеденный зал, этого достаточно.       Ладно, она и так планировала большую часть времени проводить именно в библиотеке.       Гермиона сделала маленький глоток из кубка и закашлялась. Она совсем не привыкла к алкоголю, а этот напиток оказался ещё и очень кислым. — Ягодная настойка, — пояснил Юхани. — Она совсем слабенькая, не больше 10 градусов алкоголя.       Совсем слабенькая?! Гермиона поставила бокал на стол, решив, что не станет напиваться в первый же день. Тем более, что первое занятие должно было состояться уже после обеда.       Зато выбор блюд стал больше, и ей повезло с очень вкусным пирогом, начинка которого была из незнакомого ей мяса. — Ты играешь в квиддич? — спросил один из студентов. К счастью, практически без акцента, так что ей не пришлось напрягать все свои усилия, чтобы разобрать слова. — Нет, я… Мерлин, почему они смотрят на меня так осуждающе?       Видимо, в Дурмстранге квиддич ценился даже больше, чем в Хогвартсе. Гермиона сразу пожалела, что никогда не слушала разговоры Гарри и Рона о новых мётлах, любимых командах и результатах турниров.       Она смущённо замолчала, не зная, о чём ещё можно спросить, а сидеть молча и ловить на себе взгляды со всех сторон было как-то неловко.       Вот у Малфоя явно нет проблем с общением: он увлечённо болтает со своим соседом и выглядит таким непринуждённым. Он был таким и в Хогвартсе?       Нет, Малфой изменился за это лето. Как будто повзрослел. Черты лица стали жёстче, походка осторожнее и этот взгляд…       Он даже говорит с ней иначе — меньше злости в словах, больше насмешки в голосе.       Гермиона поднялась с лавки вместе с остальными и поспешила в свою комнату, чтобы подготовиться к первому уроку зельеварения. Она уже успела пролистать несколько глав учебника и выучить наизусть рецепт зелья из первой темы, но ей хотелось ещё раз освежить в голове свои знания, чтобы не ударить в грязь лицом и доказать, что образование в Хогвартсе на высшем уровне.       А ещё ей нестерпимо нужно было пообщаться со своими любимыми мальчиками. Хотя бы написать письмо, раз другое общение было недоступно.       Гермиона макнула перо в чернила и начала заполнять пергамент аккуратными округлыми буквами. «Гарри, Рон, я уже очень соскучилась. В Дурмстранге всё по-другому, и я с особой теплотой вспоминаю Хогвартс. Напишите, пожалуйста, что сказал Дамблдор в приветственной речи по случаю начала нового учебного года. И я надеюсь, что никто из вас не влип в очередные неприятности. Кстати, меня ждал неприятный сюрприз: вместо Голдстейна в соседней комнате живёт Малфой. Но не волнуйтесь по этому поводу, он…»       Гермиона оторвалась от письма и задумалась, как лучше сформулировать мысль. «…всего лишь Малфой. Я уже нашла много интересных книг в библиотеке и изучаю их. Обязательно напишите, как там Хагрид, Джинни и все остальные. P.S. Напомните Джинни, чтобы не забывала кормить Живоглота».       Гермиона написала в конце своё имя и запечатала конверт с письмом. Совятня была указана на карте на самом верху одной из башен, и она решила пойти туда сразу после зельеварения.       Тяжело вздохнув, Гермиона взяла свою сумку и отправилась на учебный этаж.