Шрамы

Гермиона сидела на кухне в квартире близнецов и слушала. Пространство вокруг нее было наполнено самыми разными звуками: за окном шумел людный Косой переулок, внизу, в магазине, был слышен смех Джорджа, а за стеной ходил из угла в угол озадаченный Фред. Билл ушел около часа назад, но обещал скоро вернуться и все объяснить. И Гермиона терпеливо ждала, не обращая внимания ни на болящие руки, ни на нарастающее чувство тревоги. Фред не проронил ни слова с тех пор, как она пришла в себя, передвигался очень тихо и только иногда делал резкий быстрый выдох, выдававший его беспокойство. — Фред, — шаги в комнате стихли. — Знаю, что ты занят мыслительным процессом, но я не обойдусь здесь без твоей помощи. Если, конечно, тебе жалко вашу кухню. — Чем могу быть тебе полезен? — голос Фреда звучал совершенно незнакомо после длительного молчания. Гермиона в ответ приподняла стоявшую перед ней кружку: “На официанта ты не похож, но все-таки попрошу тебя налить кофе. И, если хочешь, составить мне компанию.” Фред тупо уставился на кружку, которую забинтованными пальцами сжимала Грейнджер. Он все утро старался не находиться рядом с ней, потому что его все еще потряхивало при воспоминаниях о произошедшем ночью. Стоило взглянуть на Гермиону, как несуществующий запах крови заполнял комнату, а в ушах звенело от ее крика. Но и оставлять ее совсем одну было нечестно, ведь не Фред несколько часов назад пережил болезненный приступ. — Кофе так кофе, — пожал плечами Фред, забирая кружку. — Слушай, а магглы правда любят кофе с лимоном? Папа где-то услышал, и теперь по-другому кофе делать отказывается. Я жду, когда мама начнет бунт. Гермиона представила, как все Уизли, кроме Артура, с удрученным видом сидят за столом и смотрят в свои кружки с кофе, где плавают кусочки лимона, и рассмеялась. Фред в это время гремел туркой и шуршал пакетом с кофе. — У всех есть странные вкусы. Мои родители почти не пили кофе, от него желтеют зубы, а в семье дантистов это недопустимо. Да и не тебе жаловаться, кто в “Трех метлах” запивал сливочным пивом кислый мармелад? — У всех есть странные вкусы, — эхом повторил за Гермионой Фред, поставив перед ней кружку свежего кофе. — А ты, кажется, любишь сливочное пиво с имбирем. В кофе имбирь не добавишь, но я позволил себе вольность с корицей. — Да, чувствую, чудный запах, — Грейнджер шумно втянула носом воздух и с наслаждением принялась за горячий напиток. Фред устроился напротив и тоже потягивал кофе, не отрывая взгляда от стола. Звуки вокруг не стихали, будто становясь громче, пульсирую в чувствительных после полнолуния ушах. Но из общего фонового шума Фред смог выделить знакомый звук тяжелых шагов на лестнице магазина. — Детишки, а вот и я! — Билл открыл дверь и, осмотревшись, прошел на кухню. — Гермиона, как себя чувствуешь? — Пальцы еще немного болят, но кровью вроде больше не пахнет, — Грейнджер осторожно сжала-разжала кулаки и поморщилась. — Если совсем честно, то меня вчера будто разобрали и собрали заново, но перепутав все местами или забыв несколько гаек. Чувствую себя не то плохо, не то странно. Сложно объяснить. Билл хмыкнул, кивнул сам себе и сел рядом с Фредом. — Я ходил в Гринготтс, к своим коллегам, за советом. Но пока никакой ясности, ситуация сложная. Может, у тебя самой есть какие-то соображения? Пищи для размышлений достаточно. Гермиона откинулась на спинку стула и уперлась невидящим взглядом в потолок. Фред и Билл переглянулись и почти синхронно пожали плечами. — Ты сказал, что я жаловалась на волчью кровь, — задумчиво протянула Грейнджер, все еще говоря в потолок. — Значит, нужно эту кровь как-то нейтрализовать, сделать вид, что ее и нет вовсе. На время полнолуния, разумеется. И мы все знаем, что для этого нужно... — Это очень плохая мысль, немедленно перестань ее думать, — Фред не дал Гермионе продолжить, слишком громко опуская кружку на стол. — Ты сама говорила, что аконит — опасное растение, да мы и так в курсе. Что, если зелье не поможет, а только сделает хуже или, Мерлин помилуй, окажется ядом? Конечно, безоаром мы тебя накормим, но дальше-то что? — Я говорила про аконит с Биллом, — усмехнулась Грейнджер. — Снова Удлинители Ушей? — Конечно, куда же без них, — смущенно пробормотал Фред, чувствуя, как краснеют кончики ушей от глупого прокола. — И все-таки я настаиваю, аконитовое зелье пробовать не стоит. Должен быть другой способ, безопаснее и надежнее. — Фред, не обижайся, но здесь я приму сторону Гермионы, — влез в разговор Билл, заработав неодобрительное сопение со стороны брата. — По поводу зелья лучше проконсультироваться с Люпином и Слагхорном, они кажутся мне наиболее подходящими кандидатурами. С Ремусом я свяжусь сам, а Горация оставлю Гарри — у них хорошие отношения, он уговорит профессора помочь. — Звучит как стоящий план, — Гермиона поднялась со стула. — Пора возвращаться в Нору. Фред, спасибо за гостеприимство. Еще увидимся. Билл с ухмылкой хлопнул Фреда по плечу и встал следом за Грейнджер: “Нам действительно нужно идти, пока мама не начала волноваться. Береги себя, Фредди!” Фред почувствовал, что эти двое сейчас просто уходили от спора, который не считали нужным продолжать. Но не мог же он виснуть на Гермионе и голосить, что он протестует. Поэтому оставалось только проводить Билла и Гермиону к выходу из магазина. Как только они исчезли из виду, Фред пошел отвоевывать Джорджа у стайки молодых ведьм. Ему нужны были сразу две думающие головы. *** — Билл Уизли и Гермиона Грейнджер вернулись домой! — на два голоса сообщили домашние часы. Молли вышла из кухни и направилась к камину, торопливо вытирая руки цветастым фартуком. Билл помог Гермионе отряхнуть сажу с одежды и поднял глаза на мать, помотав головой. Молли понимающе кивнула и опустилась в ближайшее кресло. — Привет, мам, — Билл увидел Томми, который топтался у лестницы, и поманил его пальцем. — Отведи Гермиону в комнату. Упырь прихрюкнул, протянул лапу Грейнджер и повел по привычному маршруту. Когда за Гермионой закрылась дверь ее комнаты, Билл сел прямо на ковер рядом с креслом Молли и уперся головой в подлокотник. — Как прошло полнолуние, сынок? Все в порядке? — Бывало и лучше, — честно признался Билл, чувствуя, как мать гладит его по отросшим волосам, и блаженно зажмурился. — Проклятье дало знать о себе, причем очень неприятным образом — у Гермионы был приступ. Я еще не до конца понял его природу, нужно время.Если моя версия верна, то в следующий раз это произойдет через месяц, снова в полнолуние. С Фредом все в порядке, немного дурно себя чувствовал, но вел себя как хороший мальчик. — Чем мы можем помочь? Может, Артуру обратиться к коллегам в Министерстве? — Не думаю, что от них будет польза. Я уже побывал у своих в Гринготтсе, на днях отправлюсь к Люпину. И, может, напишу пару писем, — Билл запрокинул голову и с улыбкой посмотрел на Молли. — Не волнуйся, мам, она в хороших руках. Сегодня просто дайте ей отдохнуть. *** Гарри Поттер никогда бы не подумал, что почти поселится в Министерстве. Его рвали на части, тащили из одного кабинета в другой, брали показания для судов, вызывали свидетелем, требовали высказывать мнение по каким-то отвлеченным вопросам. И Гарри казалось, что голова его закипает с характерным свистящим звуком. — Мистер Поттер, вы слушаете меня? — пришлось силой открыть слипающиеся глаза. Перед Гарри сидел адвокат, имени которого он не помнил, и пытался разъяснить тому какие-то нюансы наследования по завещанию Сириуса. — Я слышу вас, — ответ был достаточно честным, но адвокат все же недовольно поджал тонкие губы. Гарри взлохматил волосы и собрал все оставшиеся силы, чтобы не уснуть прямо перед ним. — Если вы меня слышали, то должны сейчас смотреть не на меня, а на стол. Вам буквально минуту назад передали письмо от Уильяма Уизли. — Уильяма? — потерянно переспросил Гарри и тут же чуть не приложился головой об стол от своей глупости. — Благодарю, сэр. Пытаясь не обращать внимания на неловкую ситуацию с именем Билла, Поттер схватил белевший на деревянной столешнице конверт. Адвокат взмахом палочки собрал в одну стопку все подписанные сегодня документы и поторопился покинуть кабинет, полушепотом ругаясь на бестолковых молодых волшебников. В письме Билл просил Поттера о двух вещах: пригласить на встречу в Нору или Ракушку профессора Слагхорна и проверить списки убитых во время Битвы за Хогвартс Пожирателей. Гарри потер шрам, убрал письмо в карман джинсов и направился в архив. Признаться, он ждал более пугающих и сложных поручений от Билла, но нельзя сразу расслабляться - неизвестно, чем все в итоге может обернуться. Пожилой хранитель архива, который казался старше Дамблдора примерно на еще одного Дамблдора, несколько очень долгих минут всматривался в лицо Поттера мутными глазами, а затем в один момент приосанился и расплылся в приветливой улыбке. — Мистер Поттер, Патрик Дэнг, большая честь увидеть вас здесь. Чем могу быть полезен? — Добрый вечер, мистер Дэнг, — Гарри пожал старику руку. — Мне нужны данные по погибшим на войне Пожирателям. И, желательно, список известных нам Пожирателей, для сравнения. — Продолжаете охотиться, мистер Поттер? — Патрик издал звук, похожий на скрип старой калитки. Гарри предположил, что это был смех, и сдержанно кивнул. Мистер Дэнг указал на стол, где тот мог расположиться, и отошел куда-то в глубь бесконечных рядов полок. Поттер не успел осмотреться, когда перед ним уже возникла кипа пергаментов, а мистер Дэнг прокряхтел: “Удачи, молодой человек. У вас есть полтора часа до моего ухода.” Прикинув объем работы, Гарри с помощью простых чар создал копию списка всех известных Министерству слуг Волдеморта и принялся за дело. Когда мистер Дэнг перед уходом зашел окликнуть его, Поттер уже закончил и не мог оторвать взгляд от имени, обведенного столько раз, что скопированный пергамент порвался в нескольких местах. — Спасибо вам за помощь, сэр. Всего наилучшего, — сухо бросил Гарри, убегая из архива в сторону каминов. Когда через полчаса он почти вывалился из камина в гостиной Норы, то смог сказать взволнованно глядящим на него Уизли всего два слова. — Антонин Долохов.