Разрушитель - Падение звезд.

Лето №3

— Просто поразительно, сколько всего интересного можно узнать, просто содрав с человека кожу… — Сметвик презрительно окинул взглядом покалеченную фигуру мракоборца. Сидевший на стуле, в углу камеры Браун согласно кивнул. Его не смущала жестокость, за дочь он был готов пойти на что угодно. В камере было тихо, только Муди хрипло выпускал воздух из тяжело поднимающейся груди. Мотивы Муди были просты: он ненавидел тех кто успешнее, сильнее и богаче его. А после того, как потерял ногу, нос и глаз, ему сорвало крышу окончательно. По соседству от него висели с выпученными от страха глазами Шеклболт и Диггл. Эта парочка являлась подручными Муди, их интересовали только деньги. — Этих в расход, — бросил своим людям целитель. Приговоренные не успели даже пикнуть, а зеленые лучи уже впечатались в их тела.

* * *

Выпитое зелье оказалось без вкуса и запаха, определить его предназначение мне не удалось. Даже приблизительное. В моем случае, такой подвиг никто не сможет совершить. Сомневаюсь, что справился бы и Фламель, не говоря уже о Слагхорне и Снейпе. Зелье подействовало, хотя надежда на мантию была. Думаю, здесь сыграл фактор: Добровольный Прием Заведомо Вредного Вещества. С последним глотком, в глазах потемнело и реальность стала уплывать. Ощущение магии стало каким-то другим. Более родным. В голове словно прояснилось, мыслить стало намного легче. И словно этого было мало, пришло осознание, что и состояние тела изменилось. Оно стало сильнее, быстрее и крепче. Неожиданный поворот! Хочу еще этого зелья! Радость продлилась не долго. В районе левой руки ощущалось нечто постороннее. Предмет, скорее всего какой-то артефакт, пульсировал перегоняя мою кровь через себя. Переработанная кровь покидала артефакт явно измененная, ее цвет немного отличался, она была не такая яркая, можно сказать тусклая. Словно гром меня поразила мысль, что эта пакость работала в паре. Мой взор пробежался по всему телу и к облегчению ничего постороннего не обнаружил. Единственное обьяснение, дубликат раньше находился в правой руке. Даже не знаю, плакать или смеяться, но Цербер откусивший руку на первом курсе помог мне просто невероятно… Неожиданно, мои размышления были прерваны голосами откуда-то сверху. — Не может быть! Вы уже… Теща? О чем это она? — Мама! Нет! Лаванда? Что вообще происходит? Голос стал немного ближе, видимо я подсознательно тянулся к родному. Теща, родное? Надо разобраться. Там, где миссис Браун, по близости должна быть и Лаванда! Точно! Вот и обьяснение! Фуххх! — Этого не может быть, диагностические чары не врут… Сметвик! Ну кто бы сомневался! Где Брауны, там и он. Интересный разговор получается. Теща: подозрение, разбавленное радостью и надеждой. Лаванда: возмущение, с толикой сожаления. И как вишенка на тортике, Сметвик: насмешливое одобрение. — Он очнется? — Раздался взволнованный голос Спраут. Вот ведь профессор! Такой интересный разговор прервала. — Я могу отталкиваться только от магловских методов наблюдений, — неуверенный Сметвик, для меня это что-то новое. — Сколько?! Амелии Боунс я уже не удивлялся. Похоже все в сборе и обсуждают меня любимого. Приятно. — Он придет в себя не раньше июля. Щассс! — Не дождетесь, — просипел я, обведя их мутным взглядом. — Целитель… Сметвик, — тяжело ворочая языком продолжил я. — В левой руке… артефакт… он что-то делает с моей кровью… Фухх… Это было выматывающе. Никогда не думал, что от слов можно устать, словно разгружал вагон чугунных батарей. Был у меня такой опыт в прошлой жизни, поэтому знаю о чем говорю. Невероятная слабость обрушилась на все тело. Странно, ведь там в темноте ощущалась сила. Проморгавшись, сбрасывая муть из глаз, присмотрелся к своим рукам, лежавшим вдоль тела. Открывшейся вид мягко говоря шокировал. Мои руки были похожи, на туго обтянутые кожей кости! Кое-как сбросил с ног покрывало, желая увидеть свои ноги. — О-о-ммм! — Застонал я от открывшейся картины.

* * *

Лето стремительно подходило к концу, а я изнывал от безделья. Сметвик запретил пользоваться магией до самого приезда в Хогвартс. Весь план по изучению Рун накрылся медным тазом. Вернее сказать практика, т.к учить Руны мне ничего не мешало, ну кроме лени конечно. И только по прибытии в школу это ограничение теряло свою актуальность. Так же не придавало радости отсутствие доступа, к моей прелести — книге-библиотеке. Требовалось регулярное наблюдение целителем, а пускать в имение я никого не собирался, по крайней мере в ближайшем будущем. После пробуждения, под напором кудахтающих в беспокойстве за мое здоровье волшебников и волшебниц, пришлось позволить провести диагностику моего состояния, и дать мантии команду о снятии защитных функций. Результат всех поверг в шоковое состояние и я не стал исключением. Сильнейшее магическое истощение. После дальнейшего изучения моих параметров выяснилось, что магия уходила на улучшение физического тела. Артефакт обнаружили не сразу, больно хитро он был замаскирован чарами и рунами. Магические способы его изьять не приносили результат. Сметвик хватался за голову, с таким он столкнулся впервые и от этого растерялся. Пришлось предложить поступить так же, как и с правой рукой. Не в смысле сунуть руку в пасть Цербера, а провести ампутацию и вырасти руку заново. Рука-лицо у Сметвика, получилась очень громкой.

* * *

Целитель поселил нас с Лавандой, в своем лесном домике. Хотя домиком его можно назвать условно. Чары расширения пространства. Не перестаю уставать повторять — творят чудеса. Затерянный в лесу домик на двенадцать комнат, в старинном английском стиле. И это только спален, не считая гостиной, библиотеки и много-много других, как нужных, так и не особо, помещений. Все это время, с момента пробуждения меня откармливали обычной пищей купленной в неволшебном мире. Влияние всего магического было противопоказано. Но тут они по моему мнению гонят. Руку мне выращивали с помощью зелий, а теперь типа ни-ни… Нет, я понимаю колдовать нельзя. Но запрет на употребление магически выращеных продуктов, это слишком. Каждый день нас навещали родители Лаванды, в компании Сметвика. Целитель проверял состояние моего физического здоровья, которое к его удивлению давно пришло в норму. В отличии от магического. Последствия магического истощения прошли через неделю. Правда малейшее колдовство, сразу приводило к истощению. Приходилось ждать и терпеть. Благо были и приятные моменты…

Воспоминание приятных моментов

Просыпаюсь и ме-е-едленно, от души потягиваясь, открываю глаза. Лаванда обнаружилась под боком. Ничего не было. Просто Сметвик накануне, ушатал нас своей диагностикой в хлам.  — Мррям, — сонно отреагировала Лаванда на мои нежные обьятия. — Уа-а-ау, — зевнув, она каким-то чудом умудрилась так потянуться, что не разорвала мои обьятия и продемонстрировала свои притягательные холмики, спрятанные под натянувшейся сорочкой. — Доброе утро, — проворковала эта прелестница. — Согласен! Секунду назад утро было так себе и в миг стало добрее, — с довольной улыбкой плотнее прижимаю к себе девушку и мягко целую. — Мм? — Пошла реакция у еще не проснувшейся красавицы. — Гарри! Охальник! — Шутливо начала отбиваться красавица. — Да, я такой! — Ее игривые попытки освободиться, привели к тому, что она оказалась плотно прижатой ко мне своей грудью. Пристально на нее посмотрел… молча. И само-собой залюбовался невестой. За такое чудо, которое досталось мне, я готов от души поблагодарить Амелию Боунс, за ее выверт с перепиской перед вторым курсом. Не будь нашей размолвки и скорее всего сейчас я встречался бы с ее племянницей Сьюзен. После пробуждения, нежились в постели около часа, потом завтрак и на прогулку. — Невероятный лес, — с небольшой опаской восхитился я. Мы прогуливались под ручку, по тропинкам виляющим вокруг домика. — Не то слово, — задумчиво согласилась Лаванда, мечтательно разглядывая кроны деревьев. Утренний 'разговор' на интимную тему, привел невестушку в мечтательное состояние. Ей было не до леса. А лес впечатлял! Между деревьями мелькали юркающие туда-сюда мандрагоры. Будущие мать их Энты. Эти живые деревья обитали здесь в большом количестве, но определенную границу не пересекали, что очень радовало. Было видно, как они старались пробить невидимый барьер своим криком. Мелкие падляньщики. Выкусите. Мы стояли в обнимку и наблюдали за этими нехорошими буратинами. Все бы ничего, но с их стороны транслировалась угроза — Пойдем? — Встрепенувшись, настойчиво потянула за руку Лаванда. — Пойдём, — кивнул я. — От них уже в ушах звенит. — В ушах? — с недоумением переспросила Лаванда. — При чём здесь уши? Они мозгоклюи. Внимательней надо быть на гербологии. — Ай, — махнул я свободной рукой. — Неважно где, главное звенит. — Ну-ну, — усмехнулась она ехидно. — Неважно ему. Посмотрела бы я на тебя, если бы звенело в пятой точке. Подтрунивая друг над другом мы продолжили утренний моцион.

* * *

На отшибе от главной дороги из Хогвартса в Хогсмид, одиноко стояло двухэтажное заведение, носящее название Кабанья голова. Трактир принадлежал старшему брату Альбуса Дамблдора, Аберфорту. Дешевая забегаловка, пользующаяся дурной славой. При входе попадаешь словно в хлев. Хотя это будет оскорблением столь славному строению, где обитает скотина. Убогий грязный зал, пропахший козлятиной, окна в разводах едва пропускают дневной свет. Сырые опилки на полу добавляют свое амбре, к общему аромату. В глубине, за стойкой виднелась дверь, за которой скрипучая лестница вела на второй этаж. Поднявшись по ней, попадаешь в длинный коридор, с потертым ковром и множеством дверей. Аберфорт, помимо продажи выпивки сдавал комнаты, в основном мутным личностям на подобии Наземникуса. Самая первая дверь, отличалась от всех остальных, расположенной на ней портретом светловолосой девочки. Выпученные глаза в пространство, напоминали юную мисс Лавгуд. Но только глазами. За дверью, с портретом Арианы Дамблдор, а это была не кто иная, как сестра Альбуса, располагался проход, ведущий в кабинет директора Хогвартса. Не зря гоблины устраивали в этом здании, штаб-квартиру последнего своего восстания. Альбус Дамблдор сидел в кресле и мрачно наблюдал за спорящими магами, попутно опусташая вазочку с лимонными дольками. Прошедший год был худшим из всех. Даже потеря поста Верховного Чародея Визенгамота была не настолько болезненной, как смерть Флитвика и Муди. Настроенный на последнего артефакт говорил об этом однозначно. Мысленно сплюнув в сторону Молли Уизли, в очередной раз пожалев, что поддался на уговоры опоить Поттера. Теперь спина болит, зрение ухудшилось, суставы ломит и появилась лысина. Хотя виновата не она, а Люпин, но мертвого обвинять пустая трата времени. Окинув отеческим взглядом раскрасневшихся магов, Дамблдор окончательно утвердился в мнении, что его окружают идиоты. Поттер его уже не волновал, Турнир закроет эту проблему, ему главное отбиться от Попечительского Совета, который нацелился снять его с директорского поста. Он до ужаса в подгибающихся коленках боялся потерять Хогвартс. Для него пост директора был наиважнейшим. Он бы с легкостью отказался от очередного декоративного поста, председателя Международной Конфедерации Магов, но с Хогвартсом расставаться категорически не хотел. Потеря контроля над школой это крах всего. Такого допускать нельзя. Резко наступившая тишина ударила директора словно обухом по голове. Волшебники, с красными мордами лица, доспорились до очевидной с самого начала вещи. Потеря сразу трех ветеранов света, сильно ударила по боеспособности ордена. Общее мнение — счастье одной предательницы крови, того не стоило. Потеря Кингсли Шеклболта, Дедалуса Диггла и самое неприятное Аластора Муди, больно ударило по Ордену Феникса. — Дамблдор, такое никак нельзя спускать! — Экспрессивно воскликнул Амос Диггори. — Поттера нужно проучить! — Мальчик мой, — настроение Дамблдора скакнуло вверх, коронное обращение не подвело и кислая рожа Диггори была наградой. — Вот тебе и карты в руки. — Что вы имеете ввиду директор? — Заинтересованно подобрался Амос. — В новом учебном году, в Хогвартсе будет проходить Турнир. А ты мой мальчик отвечаешь за контроль над магическими животными, — назидательно стал обьяснять Дамблдор. — Мальчишку получится запихнуть в турнир? — Поинтересовался Диггори, но наткнулся на тяжелый взгляд директора Хогвартса, которому явно не понравилось его сомнение. Сидящие неподвижно в кабинете волшебники, словно очнувшись зашевелились. — Из Шармбатона прибудет вейла, — словно вбив гвоздь в крышку гроба, сообщил Дамблдор. — Поможет? — Диггори сам себе удивлялся, но не отступался. — Если этого мало, — на осунувшемся лице директора появилась усмешка, — то из Дурмстранга прибудет Каркаров. — Этот выкормыш? Волшебники чуть придвинулись к своему лидеру. На их памяти он впервые так подробно делился планами. — Хм-м-м… — Словно по команде одновременно выдохнули они. Сидящие переглянулись. Диггори откинулся на жесткую спинку массивного кресла, обдумывая предложенный вариант. — Многообещающе. Может и получиться. — Чего этот щенок тебе сделал, что ты так на него взьелся? — Подал голос бывший декан Слизерина, Северус Снейп. Диггори вспыхнул от гнева словно спичка. Вытащил из-под мантии свернутую в рулон газету и швырнул ее в зельевара. — А ты прочитай, — с ненавистью выплюнул он. Газета прилетела бы точно в крючковатый нос Снейпа, не подхвати тот ее магией. Шнобель у последнего был зачетный, позавидовал бы и Пинноккио, поэтому зельевар его берег. Газета оказалась свежим, сегодняшним Магическим словом. Она появилась год назад и очень быстро набрала популярность, составляя конкуренцию Пророку. На первой полосе, как и всегда, рекламировался очередной шедевр этого напыщенного индюка Локхарта. — Ты дальше, смотри дальше, — продолжал плеваться Диггори. Снейп перевернул страницу и мысленно усмехнулся, и было от чего.

Министерский работник оказался нюхлером под обороткой.

Многообещающий заголовок. Умеют эти прохиндеи привлечь внимание.

Руководитель отдела по Контролю над магическими животными тащит все, что блестит…

Статья осветила жадность чиновника во всей красе. И сделала это в очень унизительной форме. Будь иначе и о писанине забыли бы на следующий день, но газетенка постаралась на славу. Магам понравилось. Очень. Не позавидуешь герою статьи. Губы сами собой разьехались в улыбку. Директор Хогвартса не утерпел увидев такую реакцию Снейпа и заглянул в газету. Благо зельевар сидел по правую руку и это не составило труда. — Хах, — не удержался Дамблдор. Заинтересованные теперь реакцией своего шефа, вскочили и остальные. Диггори разразился отборным матом. Он нутром чуял, что здесь не обошлось без Поттера. Доказать не мог. На все запросы Локхарт куртуазно его посылал. Сволочь.

* * *

В доме не осталось ни одной целой вещи. Абсолютно все было сломано и перегрызано. Стены до самого потолка располосованы когтями. Фенрир Грейбек сидел в углу и прислонившись спиной к стене, всхлипывал от смеха. Оборотень даже не сомневался кто виноват, в смерти Ремуса Люпина. Поттер! Мальчишка умудрился убить опытного волшебника, который благодаря своей особенности, во много раз превосходил обычного мага. У него даже мелькнула бредовая мысль. Может это Поттер виноват в смерти гоблина и трех рыжих предателей крови? Бред! Но ведь Люпина убил! Люпин, его очень сильно подвел. Он послал своего лучшего оборотня в Хогвартс, в надежде найти очень важную для Риддла вещь. Настолько важную, что благодаря ей, он сможет прижать этого полукровку. Чокнутая Беллатрикс, в свое время все уши прожужжала о том, как ей доверяет повелитель. Немного сомнений в ее адрес и эта высокомерная тварь не смогла удержаться от хвастовства. Так ему стало известно о неких вещах, полученных Малфоем и Лестрейдж. В угаре высокомерия и промелькнули слова, что повелитель что-то спрятал в Хогвартсе, когда изображал желание устроиться там преподавателем. Это был шанс. Риддл обманул оборотней в прошлый раз, обещав равных прав. В итоге все спустил под хвост мантикоре, подставив всех оборотней. Теперь все усложнялось. Люпин мертв. Нужно искать варианты, как выпутаться из этой задницы не простой ситуации. Фенрир не был наивным и понимал, что Риддл узнает для чего в Хогвартс проник оборотень. Радовало только одно. Этот недолорд заподозрит Дамблдора, который любит все делать чужими руками. Но к круцио надо быть готовым. Еще рано показывать реальное положение дел. Оборотни не готовы…

* * *

В подземельях банка Гринготтс, среди Урукхов шел горячий спор. Гоблины Альбиона решали, кому выпадет честь привести приговор в исполнение. Прошло уже девять месяцев, а исполнителя до сих пор не выбрали. Осталось совсем мало времени, каких-то тринадцать месяцев. Как только закончится Кубок Огня, время истечет и гоблины Гринготтса потеряют честь. После такого позора им ничего не останется, как совершить ритуальный Гиблетс*. Директор Хогвартса завязал на себя проведение турнира Трех Волшебников. Виновный в смерти Дамблдора во время проведения турнира, получит такой силы откат, что мало не покажется. Остается ждать… И выбрать Урукха, что б его гиблетсы сьели черви!