Обычный день в Вародурке

Самые буйные борцы, а именно Тойота, Делит и Жужжащенькая, стояли в смирительных рубашках у входа в столовую. В огромном зале стояла удивительная тишина, которую изредка нарушал стук ложек об тарелку или стаканов об стол. Между столами ходил Мейсон, сложив руки на груди, и следил за каждым. Кот был взбешён сегодняшним поведением пациентов и готов сдать дутокрысам любого нарушителя дисциплины. И хотя такое бывало в дурке каждую неделю, никто не осмеливался открыть рот не по делу. Долго же освобождали Львиноцапа, который по своей же глупости настолько затянул узел на смирительной рубашке, что пришлось отрезать рукава, а иначе никак. Спустя некоторое время все уже поели. Сияние и Малик стояли около стола работников психушки и ели печеньки, громко шурша пачками, чтобы подразнить наказанных больных. Пеструшка и Мейсон выпроводили пациентов и довели их до самых палат. Сегодня никому даже в душ не разрешили сходить, всех сразу после ужина заперли в палатах и приказали ложиться спать. — Продолжим игру, девочки, — прошептала Ятори, включая фонарик — Только не в дурака! — Давайте в болото, — снова предложила Рыжая. Каждый раз она предлагала эту игру, ведь никогда в ней не проигрывала. — Сейчас лучшая игра — это кто быстрее уснёт, — буркнула Шубка и укрылась одеялом с головой, чтобы спрятаться от света. — Мы вообще-то секретиками делились, продолжим, — шепнула Королева-Императрица Тойота и хотела отобрать у Ятори фонарик, но вспомнила, что она в смирительной рубашке. Кошечка поёрзала руками, стараясь освободиться, но быстро сдалась, слишком уж туго затянута. — Теперь очередь этих! — кошка махнула хвостом на угол, где стояли кровати шпионок, которые провели тихий час в коридоре. — У меня секретов нет, — сразу отговорилась Жужжащенькая. Она повернулась к Рыжей, та что-то писала. — Рыжая-бесстыжая, ты любишь Мейсона и это правда, признай. Рыжая кошка тут же оставила своё занятие и села завёрнутая в одеяло так, что только мордочка торчала. — Нет, — твёрдо и равнодушно ответила она — Злой дядя Миша просто хороший кот. — Не ври! — А ты любишь Мухича, так? — Не правда! — Это ты врёшь, всё правда. — Нет. — Жужа и Рыжа — вот настоящий канон, — воскликнула Ятори, будто бы забыв, что они уже должны были спать. — Фу, сборище шипперов, — шепнула Шубка и снова спряталась. — Рот свой замолчи, — обиженно сказала Рыжая и утонула в одеяле по уши. — Жужерыжа, Жужемухич, Водогоко, — Ятори начала шипперить всех, кого можно и нельзя. И говорила кошка в полный голос, не обращая внимания на просьбы замолчать. Внезапно замок дважды щёлкнул и дверь в палату отворилась. На входе стояли Песрушка и Мейсон. Ятори тут же замолкла и спряталась под одеялко. — Они снова спать не дают! — пожаловалась Шубка. Усталый главврач вздохнул. — Может, мне правда вас на лоботомию Майору отдать… — Ме-ей, — перебила главврача Жужжащенькая — А обнимашки перед сном? — Не заслужила. — Ну пожалуйста! Жужа состроила милую грустную мордашку, даже слеза по щеке пробежала. Хорошая актриса. — Не будь таким букой, — мурлыкнула Пеструшка и обняла внучку, обогнув кота. Мейсон несколько секунд простоял неподвижно, но всё-таки подошёл и обнял кошек. Тяжёлый день подходил к концу. Созвездие Цикады и Сияние вместе собрались и отправились домой на такси. Крем всё-таки выпросила у Мейсона выходные на недельку, чтобы отдохнуть от всего этого. Майор Кузнецов пришёл просто посмотреть как там его любимая дурка без него. Он перекинулся парой — а с некоторыми и больше, чем парой — слов с каждым санитаром и пациентом, рассказал, что работает сейчас на заводе и вскоре поехал домой на Жигули. Асфальт и Серебролапа решили подраться перед сном просто потому что обе бесили друг друга. Кошки пустили в ход когти, но всё обошлось небольшими царапинками и надеванием смирительных рубашек. После всего произошедшего вечером эль Виноцап спрятался в кабинете Мейсона и по-тихому бухал семицвет, чтобы прийти в себя, главврач был не против, ведь это санитару Малик посоветовал. В комнате котов звучали тихие песенки. Делит рассказал Пуфыстику новый стишок про санитаров, который он сегодня сочинил и они вместе пели его. Водо сейчас был Анонсрачем, он сидел на своей кровати и смеялся, как маленький ребёнок. — Может, теперь споём «Натурального блондина»? — предложил Пуф, когда они допели очередной стишок. — Да! И погромче! Коты вместе заорали песню. Пеструшка приоткрыла дверь и рявкнула на них, чтобы те вели себя тихо, после чего ушла вместе с Мейсоном в его кабинет. Пить кофе, чтобы немного взбодриться после такого дня… Скоро уже наступила тишина. Вародурка погрузилась в сон.