***
Кажется, в первый раз, лежавшая на футоне молодая особа, с открытыми глазами, не двигаясь, о чём-то рассуждала и не плакала. Встав, девушка кое-что вспомнила. Точнее сказать, вспомнила слова: «Хитоми Накамура... Так?». Ясуда прокручивала это имя у себя в голове множество раз, но никого знакомого с оным она не припоминала. «Кто такая Хитоми Накамура? Она имела в виду меня?» — спрашивала саму себя девушка, но ответ так и не был получен. Ей дали имя Кохэку и всю жизнь она прожила с ним. Тогда почему ни с того ни с сего её называют другим человеком? На эти вопросы тоже пока не удалось найти ответов. «Моё любопытство однажды доведёт меня до греха…» — с горечью подумала про себя Ясуда и вытянула обе руки к верху, разминая кисти и потягиваясь после сна. Одна рука уже спокойно покоилась за головой, но вторая осталась в странном положении и тянулась к потолку. — Почему меня всё время тянет куда-то? Это чувство волнения даже бесит, — с усмешкой сказала черноволосая, повернувшись к двери. На пороге стояла милая девочка и, судя по заколке на чёрных волосах, она тоже из поместья бабочки. Если присмотреться, то она, скорее всего, ровесница Танджиро. Никто не решался начать разговор, но после минутной паузы Кохэку осмелела и из своего любопытства спросила: — Кто ты? Сразу после окончания фразы высокие белые сапоги сдвинулись в позу полной готовности, а рука из под плаща уже покоилась на рукоятке клинка. Честно сказать, только от туманных глаз становилось не по себе, а от осознания того, что один из истребителей тебя сейчас грохнет на месте, стало ещё хуже. Но в голове Кохэку сразу что-то щёлкнуло, и её лицо уже ничего не выражало. — Что ты тут делаешь, демон? — спросила истребитель у демоницы. Вопрос был тут же отсеян в голове Ясуды, и она медленно присела, спокойно повернувшись спиной к девушке. — Хочешь, убей меня, — тихо проговорила Коху, смотря прямо вперёд. — «Кохэку-сан, что вы говорите?» — спросила ошарашенная Незуко в голове Ясуды. Та ничем ей не ответила, лишь снова повторила: «Хочешь, убей». Младшая сестра Камадо сейчас бы трясла за плечи свою сожительницу по телу, если бы только могла. Ни девушка в форме истребителей, ни Незуко не понимали, какого демона сейчас несёт Ясуда. — Хотелось бы, но ты сестра Танджиро и признана одним из нас Оякатой-сама, — милым голоском проговорила незнакомка, стоя на пороге и всё ещё держа катану. Кохэку лишь повернулась к ней лицом с улыбкой, озаряя девушку своей смелостью. Истребительница прищурила свои глаза, ожидая хоть каких либо действий со стороны демона. Но то, что она услышала, никак не сопоставлялось с её ожиданиями. — Я не его сестра, — на одном выдохе проговорила Ясуда, сразу же потеряв сознание. Да кто бы сомневался…***
Открывая усталые розовые глаза, Кохэку сразу же убедилась в том, что она находится в своей комнате, так что можно расслабиться, учитывая прошлый опыт пробуждения… Девушка решила осмотреть комнату с надеждой, что поблизости нет жёлтого хаори. — «Незуко, ты, это… Предупреждай хотя бы, когда ты с ним тут беседовать до самой глубокой ночи будешь», — проговорила обиженным голосом у себя в голове Коху, ясно давая понять, что ей неприятно просыпаться в объятиях шестнадцатилетнего блондина. — «Извините. На самом деле я не совсем это контролирую…», — виновато произнесла Незуко, почесав затылок, делая вид неловкости. Ясуда закатила глаза и легко усмехнулась, давая понять, что уже не сердится. Лёгкий холодок пробежался по спине девушки, что заставило быстро напрячься. Да уж, такого ещё не было после пробуждения. — «Что с вами, Кохэку-сан?» — «Хотела спросить, не почувствовала ли ты тут какую-нибудь незнакомую ауру?» — тревожно спросила у черноволосой Ясуда, осматривая всю комнату по углам. Незуко напрягла всё своё чутьё, но следов присутствия кого-то опасного не обнаружила. Только лёгкая паника, которая была несвойственна ей. Только сейчас появился еле заметный след ауры чего-то. — «Чувствую, и ещё что-то странное», — ответила демоница бывшей секретарше компании. Сзади послышался приглушённый скрип, и, как это бывает в фильмах, когда главные герои идут на звук, показывая свою храбрость, Ясуда медленно повернула свою голову назад. В двух метрах от неё показались яркие глаза, налитые кровью и жаждой плоти. Уже во второй раз самый обычный демон без зазрения совести появляется в самом охраняемом поместье. Или же они были не совсем обычные? Если припомнить, то у других демонов были хотя бы видны радужки, если всё остальное было красным. В случае незваных гостей глаза были полностью красные, а место, где по логике должны быть радужки, идёт слабый алый блик, который светлее краёв. Да и если припомнить хорошенько, то эти двое уж слишком похожи. Демон просто стоял на месте. Просто. Стоял. Это дало время прийти в себя Ясуде, после многочисленных криков младшей Камадо. Холодный пот начал стекать по её лбу, а в горле резко пересохло. — «Н-Незуко? Можешь ли ты сейчас со мной поменяться?!» — умоляла младшую сестрёнку Танджиро о помощи девушка в панике, не соображая, что ей делать. — «Конечно!» После сказанных слов Коху на миг потеряла сознание и готова была упасть, как вдруг розовые глаза резко распахнулись. Не менее резкими движениями Незуко встала в боевую позу, и уже давно забытый бамбук снова держался в зубах. — «Кохэку-сан, с вами всё хорошо?» — спросила обеспокоенная Незуко, неожиданно для самой себя, сохранив свою человечность. — «В-вроде всё нормально, но сейчас, я немножечко в шоке», — ответила дрожащая брюнетка, плотно обнимая себя руками. Сейчас она была не в самом лучшем виде: синяки по всему телу, капли крови на лице и раны, из которых всё ещё может течь кровь. Почувствовав запах металла, девушку чуть не вырвало. Она ненавидела кровь и всё, что с ней связано с самого детства. Ясуда пыталась прикрыть места с кровотечением, но такие раны так быстро не затягиваются, и алая жидкость продолжала сочиться из повреждённых мест. Что уж говорить о её состоянии. «Секундочку…». И буквально сразу после этой мысли пришло осознание того, что вот она — Кохэку, просто стоит рядом с Незуко, в своём теле, ну, или хотя бы голограммой появилась. «Какого…?». Мысли и догадки сочились водопадом, что не давало нормально мыслить, и весь поток мыслей, смятений и простого непонимания поглотили девушку. Незуко сама пребывала в непонимании и смятении. Это был первый раз, когда она в своём теле сохранила полную человечность. Что же касается её соседки, то на неё не хватило времени. Демон издал странный звук и набросился ровно в то место, где стояла Ясуда. Незуко сосредоточила всё внимание на нём и резким ударом ноги откинула его в противоположный угол комнаты. Демон медленно встал, отряхнулся от осколков и снова налетел на демоницу.***
Конечно, такой шум мог разбудить кого угодно, но кто, как не старший брат придёт первым на помощь своей младшей сестре? Танджиро прогуливался по крыше, пытаясь сосредоточиться на дыхании, как вдруг учуял еле заметный запах демона недалеко от него. Он сразу понял, в чём дело, и бросился за катаной. Запах был странным и еле уловимым, что даже для Танджиро было сложно его учуять. Это вызывало много вопросов. Подозрения подтвердились, когда за следующим углом раздался грохот. «Как в тот раз, когда демон появился в поместье. От него тоже был очень слабый запах, что я не смог вовремя среагировать», — думал Танджиро, в спешке хватаясь за рукоятку клинка и приближаясь к комнате Незуко.***
— «Я вижу сзади демона Танджиро. Потерпи ещё немного!» — сказала Кохэку, вглядываясь в знакомый силуэт. Незуко лишь быстро кивнула и снова напала на демона. Девушка подпрыгнула и попыталась ударить демона по шее, но тот неожиданно схватил ногу черноволосой и откинул в сторону. Это был очень сильный удар головой, а резкая перемена владельцев тела способствовала утрате сил, так что девушка уже начала чувствовать слабость и собиралась потерять сознание. Но сдаваться было рано. Из последних сил Незуко начала подниматься. Кохэку, в испуге за свою знакомую, рванула к ней, чтобы хоть как-то помочь, что заставило демона снова броситься на неё. Но это и была его ошибка. Шея демона оказалась открыта для Танджиро. — Первая ката: взмах водной глади! Сочетание звука течения и клинка пронеслись рядом с Кохэку. Незуко же, поняв, что от неё больше ничего не требуется, провалилась в пустоту.