***
— Хэй, утырки, есть кто живой?! — крикнул Кацуки. А Кейго тем временем молча ходил по белому помещению и осматривался. По всюду были разные колбочки и контейнеры. Таками протянул руку к одной из колбочек с какой-то синей жидкостью. — Только прошу тебя, ничего не трогай, — прошипел Кацуки. — Тут такие дотошные амёбы работают. И если ты что-то испортишь тебе несдобровать. — Я вообще-то не идиот, — фыркнул Таками, пряча руки в карманы. — Твою мать, ну где же они! — в конец разозлился Бакуго. — Не ори, Бакуго! — послышался женский голос, после чего какой-то приглушённый звук удара и очередной крик Бакуго. — Какого хуя?! — воскликнул альфа. — Не смей выражаться и орать в моей лаборатории! — крикнула на него в ответ девушка. — А кто это с тобой? — внезапно её тон смягчился и она обратила внимание на Таками. — Да так, временная замена Деку, — фыркнул Кацуки. — Кейго Таками. А это Мина Ашидо — она судмедэксперт. Девушка улыбнулась и протянула второму альфе руку. Кейго с радостью ответил на рукопожатие. Мина Ашидо, как было сказано выше, судмедэксперт, помогающий в расследовании. Мина темнокожая девушка, волосы у неё были выкрашены в ярко-розовый. Глаза у неё были такого же цвета, как у Таками — жёлтые. По вторичному полу — бета. — Как я поняла, ты за результатами экспертизы? — поинтересовалась Ашидо и проследовала к одной из полок с бумагами. — Не хочу тебя расстраивать, но та копоть со стены была бесполезна, — она достала самой верхней полки какую-то тонкую папку и протянула её Кацуки. — Никаких горючих средств нет. Можно сказать, всё сделали, как в древние времена. Взяли горящий предмет и поводили им вверх вниз. Так же этим предметом была, скорее всего, зажигалка, так как никаких частиц: резины, дерева или ещё чего-то в этом роде выведено не было. — Получается, я зря ковырял эту блядскую стену? — хмыкнул Бакуго, забирая папку из рук Мины. Он открыл её и начал читать результаты. — Не совсем, — Ашидо прошла в другой конец кабинета и взяла одну из колбочек, а после вернулась к Кацуки. — Смотри, что я нашла в этой чёрной дряни. Бакуго забрал у неё из рук колбу и пригляделся. Внутри лежал чёрный волосок. — И чё? — И чё?! И чё?! — возмутилась Мина и выхватила из рук Кацуки склянку с волоском. — Бакуго, иногда ты поражаешь меня своей тупостью. Ты понимаешь, что это ДНК? — У меня к тебе встречный вопрос, ты понимаешь, что жертвой был брюнет и что это его волосы? — Бакуго скрестил руки на груди. — Извините, можно вклиниться в ваш продуктивный диалог? — подал голос Таками. — Раз мы все ничего не понимаем, может, Мина закончит своё объяснение? — предложил он. Бакуго закатил глаза, но промолчал. — Спасибо, — улыбнулась бета. — Так вот. Благодаря моим химическим способностям, я узнала, что волос не чёрный, а белый. Скорее всего это было не из-за копоти. Простая краска. В колбе лежит оставшийся чёрный кусочек. И знаешь что? Я смогла вычислить ДНК этого человека. Бакуго сам того не заметил, как улыбнулся и на эмоциях подбежал к девушке, обнимая её. Ашидо тихо захихикала. — Правда, есть одно но… — неуверенно начала она. Альфа отпустил её, и в ожидании продолжения стал сверлить её взглядом. — Это ДНК человека, который погиб… — Что за хуйня? Мы что, гоняемся за призраками? — поинтересовался Кейго. — Можно сказать и так. — Как его звали хоть? Пробьём его в базе данных и посмотрим, когда он умер и при каких обстоятельствах. Может сможем что-то понять. Возможно его смерть и этот волосок, как-то связаны, — пожал плечами Бакуго. — Тойя Тодороки, — спокойно ответила Мина. Услышав это имя, Кейго сменился в лице. У него внезапно закружилась голова и он упёрся о металлический стол. — Эй, ты чего? — обеспокоено спросил Бакуго. — Я просто… — тихо начал говорить Таками. — Просто я знал его… Мы вместе учились, можно сказать, были друзьями. — И как я могу понять, ты не знал, что он умер? — спросила Ашидо. Кейго качнул головой. — Нет, я знал. Просто… Он умер, когда ему было четырнадцать. Погиб во время пожара. Глаза Кацуки округлились. Он ошарашено смотрел на Таками и не мог поверить тому, что услышал. Он что-то припоминал, о том случае. Только, если ему не изменяет память, этот парень погиб при автокатастрофе. А в том пожаре вроде как никто не пострадал. — Ну-ка, пташка, нам надо срочно ехать в офис, а после наведаться к семейству Тодороки. Ашидо, я скорее всего сейчас попрошу что-то невозможное, но не могла бы ты выявить какой марки эта краска, — сказал Бакуго и пулей вылетел из кабинета Мины. — Ну почему он меня так недооценивает, — злобно проскулила бета. Кейго с улыбкой на лице пожал плечами и попрощался с Ашидо, пытаясь догнать Бакуго.***
Изуку стоял в дверном проём и не мог сдвинуться с места. Он не мог перестать смотреть на гостя и этот гость он… Он очень сильно испугал омегу. Да, конечно, такую реакцию у беременного Изуку мог вызвать любой незнакомый альфа, но в любой другой ситуации он бы смог что-то сделать. Но при виде этого парня, омега будто бы прирос к полу. Мидория надеялся больше никогда не увидеть этого человека, но видимо судьба решила добить его окончательно. — Давно не виделись, шлюшка Деку, — хриплым голосом сказал мужчина со светлыми волосами. Хоть цвет и длина волос изменились, но эти шрамы на губах и уставшие глаза Изуку запомнил на всю жизнь. Тенко… Что он тут делает и как он смог его отыскать? Ведь приют, в котором они встретились, был в другом городе, да и после усыновления Изуку не поддерживал с ним связь. — Знал бы ты, как я соскучился по тебе, Деку, — хрипел альфа. — Мы с Каем частенько о тебе говорили в последнее время. Слышали, что ты теперь ментяра. Он сделал один шаг вперёд, проходя в дом. Мидория дрожал всем телом и не мог пошевелиться или что-то выдавить из себя. Он не мог даже закричать: просто стоял, открывал и закрывал рот, как рыба. После упоминания Кая, Мидория испугался ещё больше. Его внутренний зверёк забился в самый тёмный угол и не собирался помогать своему хозяину. Ведь они оба боялись, что помимо Тенко пришёл и Кай. И вот тогда Изуку уже ничего не сможет сделать, да он и сейчас еле дышит, чего уж там говорить о появлении второго альфы из тёмного прошлого. — А ты ничуть не изменился, — хмыкнул Тенко, — но судя по запаху тебя уже кто-то обрюхатил. Всё-так, и ты ещё та шлюшка, Деку, — он потянулся своими жёсткими руками к лицу Мидории. И стоило Изуку почувствовать эти омерзительные прикосновения на лице, как он словно оттаял, закричал и поспешил спрятаться в какой-нибудь из небольших комнат своей квартирки. Тенко рванул за ним. А малыш Хати, когда почувствовал страх исходящий от хозяина, залился злобным лаем и попытался укусить Шимуру. Изуку инстинктивно забежал в самую, как ему показалось, безопасную комнату. Но как же он ошибся. Внутреннему омежке спальня показалась самым безопасным местом, потому что именно здесь в свободное время он мог по настоящем расслабиться, не беспокоясь за свою жизнь и личное пространство. И возможно, в какой-то мере, эта комната действительно была самым безопасным и уютным местом в его доме, но только не в данной ситуации. Стоило Изуку пересечь дверной проём своей комнаты, как он сразу же споткнулся о валяющиеся на полу вещи и упал. От страха у него тряслось всё тело, его конечности вновь не слушались и он не мог подняться, лишь отползал всё дальше и дальше, пока не упёрся в небольшую деревянную тумбочку. Стоило ему почувствовать твёрдую преграду, как омега не задумываясь обхватил руками свой живот, пытаясь таким образом его защитить. Если бы Мидория мог сейчас нормально мыслить, удивился бы такой реакции. Ведь он не хотел этого ребёнка, а тут готов защищать его от этого ужасного альфы ценой собственной жизни. — Изуку, ты так хочешь снова почувствовать меня в себе, что сам привёл меня в спальню, — хрипел Тенко. Маленький щеночек продолжал лаять и петлять между ног Шимури. Альфа злобно на него посмотрел. — Как же ты меня достал! — рыкнул Тенко и пнул маленького пушистика. — Хати! — дрожащим голосом крикнул Мидория. Щенок лежал на полу и тихо поскуливал. Его бока медленно поднимались и опускались. Он не двигался. Только тихо и медленно дышал. Изуку очень за него переживал, ведь Тенко ударил его слишком сильно, а щеночек ещё недостаточно окреп в свой месяц. — Ой, да ладно тебе. Я тебе другую шавку куплю, — сказал альфа и присел на корточки. — Ну же, Деку, не бойся меня. Тенко в очередной раз потянулся к лицу омеги. Глаза Мидории постепенно стали наполняться слезами. — Помогите… — прошептал омега. От страха он закрыл глаза. Изуку не хотел видеть это омерзительное лицо. Не хотел видеть то, что он с ним намеревается делать. Не имел желания вспоминать то, что он тогда с ним сделал. Но подсознание всё равно подкинуло ему воспоминания связанные с мафией и детским домом. «Почему мне так не везёт?» — подумал Мидория. После он услышал какие-то шаги, а чуть позже и возмущённые возгласы Тенко. Но он всё равно очень боялся. В голове крутились мерзкие мыслишки о том, что это мог быть Кай, а возможно и Оборо. Хотя последнего Шимура не упомянул, но животный страх был сильнее здравого разума, поэтому Изуку прижал к себе колени и ещё сильнее вжался в деревянную тумбу. — Изуку… — послышалось буд-то из-под воды. — Изуку! Омега почувствовал, что на его плечи легли чьи-то ладони. Мидория резко открыл глаза готовый закричать. Но стоило ему увидеть обладателя этого голоса, как он заплакал, поддался вперёд и обнял человека, что сидел сейчас перед ним. — Шото… — прошептал Изуку, сильнее обнимая альфу.***
После разговора с Хитоши Тодороки был вне себя от злости. Он не мог поверить, что какая-то сошка посмела так с ним обращаться. Но что его злило ещё больше, так это то, что Шинсо был прав. Альфа ходил по своему кабинету и не мог успокоится. «Чёртов Шинсо, — думал он. — Да кем он себя возомнил! Кто он такой, чтобы так со мной разговаривать! Это я дал ему то, что у него сейчас есть!». Тодороки сделал глубокий вдох, пытаясь тем самым успокоится. Шинсо и Денки сидели на первом этаже и обсуждали идиотский, по мнению Каминари, поступок Хитоши. — Чего шушукаетесь? — фыркнул спустившийся к ним Шото. Когда Денки его увидел, то от удивления буквально открыл рот. Шото стоял в том самом сером костюме и парике. — Радуйся, Каминари, — начал альфа. — Я пойду к твоему ненаглядному Мидории. И за это тебе стоит поблагодарить Хитоши. Услышав это Шинсо ехидно посмотрел на Денки, словно говоря: «Вот видишь, я был прав.» Каминари лишь раздражённо закатил глаза и откинулся на спинку стула.***
Шото прекрасно помнил дорогу до дома Мидории, поэтому доехал минут за двадцать. По счастливой случайности именно в этот момент из подъезда выходила какая-то парочка и Тодороки смог проскользнуть внутрь. Он поднялся на нужный этаж и застыл. Дверь в квартиру Мидории была открыта. Альфа ускорил шаг и рванул к открытой квартире. Найти Изуку было проще простого, в таком-то маленьком помещении. Шото замер, когда забежал в нужную комнату. Прямо перед ним сидел Изуку и дрожал, а напротив него с хитрой улыбкой сидел альфа в черной толстовке. Тодороки не знал, что на него нашло. Его просто захлестнул гнев. Он схватил альфу за капюшон и они оба вышли из квартиры омеги. Всю дорогу парень упирался, орал, но Шото был сильнее. Когда они уже были за пределами владений Изуку, Тодороки прикрыл дверь и впечатал альфу в стену. — Что ты тут забыл, — прорычал Тодороки. — Шигараки? Тенко усмехнулся. — У меня к тебе тот же вопрос, Тодороки. Не уж то ты уже занял этого милашку? — с наигранной грустью спросил Шигараки. — Хотя нет, ты не мог. Тодороки Шото никогда не обзавёлся бы постоянной омегой или… — он начал смеяться. Тодороки молчал. Злость просто била через край. Он сжал одну из своих рук в кулак и ударил Шимуру по лицу. Тенко почувствовал ужасную боль, у него из носа потекла кровь, но улыбка не сходила с его лица. — Или может ты наконец-то захотел взять ответственность за все свои поступки? Шото сам того не замечая начал рычать, как настоящее животное. Непонятное чувство тяжести разрывало его изнутри. А ведь действительно, зачем он сюда пришёл и почему так среагировал на Шигараки? Возможно, Томура прав. Быть может, Шото действительно решил поменяться ради этого омеги? Тодороки качнул головой, отгоняя эти глупые догадки. Он вернулся сюда только с одной целью и он не позволит Шигараки опередить его. — Вали отсюда. И чтобы я тебя больше здесь не видел, — прошипел он. Шигараки самодовольно хмыкнул. — Без проблем. Я вернусь тогда, когда тебя не будет рядом и ты меня не увидишь, — усмехнулся Томура. Тодороки злобно оскалился и пихнул альфу в сторону лестницы. — Проваливай! — рявкнул Шото. Шимура усмехнулся и нехотя поплёлся вниз по лестнице. «Его мне ещё не хватало, — подумал альфа. — Что эта крыса здесь вообще забыла? И откуда он знает Изуку? Точно, Изуку!» — спохватился Шото и поспешил вернуться к омеге. Мидория сидел в том же положении с закрытыми глазами. Его пушистые черные ресницы поблёскивали от выступивших слёз. Тодороки медленно приблизился к нему и сел на колени. — Изуку… Он положил свои руки на плечи омеги. — Изуку! Внезапно глаза Мидории открылись. И он заплакал, прижавшись к альфе. — Шото… Как же я рад, что ты пришёл, — шептал он. Тодорки сперва не понял, что происходит. Он ещё никогда не успокаивал плачущих омег и уж тем более не проявлял к ним какую-либо нежность. Шото неуверенно переместил свою руку на спину Изуку и он прижался к альфе ещё сильнее. Тодороки начал осторожно поглаживать Мидорию, пытаясь его тем самым успокоить. Постепенно омега перестал дрожать, а тихие всхлипы прекратились. Он поднял свои заплаканные глаза на Тодороки. — Шото, спасибо тебе. Я так испугался, — после этой фразы он тихо хмыкнул. — Да уж, хороший из меня полицейский. Испугался какого-то бродягу, но я ничего не мог с собой сделать. Если бы это был кто-то другой то я бы постарался отбиться, позвонил бы в полицию или Каччану, но… Я не думал, что когда-нибудь снова его увижу, — прошептал он. — Ты его знаешь? — удивился альфа. Изуку неуверенно кивнул. — Когда я был ребёнком, я потерял родителей и жил в одном приюте с Тенко и его дружками. Голос Мидории вновь стал дрожать. Шото сильнее прижал его к себе и попытался успокоить. — Не надо. Не вспоминай. Не вспоминай этого, если тебе это причиняет боль. — спокойно говорил альфа. «Что за хрень я несу?! — возмутился Тодороки. — И что я творю? Что это за мерзкий приступ нежности? Этот уродец на меня плохо влияет, я становлюсь мягче…» — Давай поговорим о чём-то другом. Мы же так давно не виделись, — мягко сказал альфа. — Ты так изменился. Поправился что ли? — усмехнулся он. «Идиот!» — наорал на себя альфа. Глаза омеги опять наполнились слезами. И он, конечно же, заплакал. Шото готов был убить себя, за такую глупость. «Но ведь если бы я у него не спросил, то он бы что-то заподозрил, — размышлял альфа. — Хотя он, возможно, и не обратил бы на это внимания. При этом, я сейчас окажу ему поддержку и всю эту хрень, а если учесть, что он омега, то всё у меня будет просто отлично.» — фыркнул он, поглаживая Изуку по пушистым волосам. — Прости, не хотел тебя задевать, — тихо извинился он. Изуку покачал головой и поднял на альфу заплаканные глаза. Он слегка улыбнулся. — Всё в порядке, — омега вытер слёзы, с покрасневших глаз. — Я уже смирился со всей этой ситуацией, — он усмехнулся и положил свою голову на плечо Шото, вдыхая его приятный запах. Хотя феромоны Шото и того мафиозника были похожи, они очень сильно различались. Шото пах спокойствием, безопасностью. Его аромат был таким нежным и буквально вводил омегу в приятное опьянение. Именно такого ему не хватало на протяжении этого бесконечного месяца беременности. В то время, как у второго альфы запах был тяжёлым и удушающим. Он внушал страх, Изуку буквально не мог вздохнуть, когда глава мафии зашёл в ту комнату. Его запах давил на лёгкие Мидории. Забавно, казалось бы, у этих двоих феромон был практически зеркально одинаковым, но при этом они были словно небо и земля.