Скетчбук

— Ч-что? — шокировано стоит парень, пытаясь осознать и переварить услышанное. Грудь часто вздымается, сердце бешено бьётся. — Она бо-ле-ет, — как для ребёнка, будто издеваясь, повторила девушка. — Когда? Что с ней? — У неё рак лёгких, — холодно заявила девушка — это поразило парня ещё больше. — Она сказала, что хочет тебя увидеть, мол, ты ей важен и всё такое, — брюнетка вытащила из сумки какие-то ключи и протянула какой-то листок с номером и адресом. — Что это? — не понимал парень, смотря на ключи и листок. — Ты реально такой тупой или притворяешься? — раздражённо спросила она. — Она сняла тебе квартиру на месяц, если всё-таки решишь поднять свою задницу и приехать в Японию, то будешь жить там, если нет, то я буду здесь до завтра, у тебя есть время обдумать всё. Если откажешься, то принеси мне завтра ключи в отель Radisson Royal. Всё понял, или повторить? — с неприязнью посмотрела она на Гелию. — Да, я… я понял. — Отлично, — она подошла к лифту. — Не понимаю, что она в тебе нашла, — так же недовольно произнесла она, нажав на кнопку. — Подожди, а как ты вошла в дом? — Ты думаешь, мне сложно подделать ключи? — ухмыльнулась она, вытащив из кармана копию ключа Гелии и бросив ему в руки. — Они мне всё равно больше не пригодятся, — дверь лифта открылась, и она ушла. Гелия опёрся о дверь и скатился, закрыв лицо руками. «Что же делать?» — подумал он, взглянув на ключи. «Поехать? Но денег у меня совсем нет. Даже свидание нормально оплатить не могу, а тут сразу билет в другую страну. Ну, почему именно сейчас, когда всё шло так хорошо? Что сказать Валтору? А друзьям? На какие деньги вообще ехать?» — он вздохнул. — «Я ведь так давно её не видел. Я скучаю по ней. Может всё-таки поехать?». Плечи затряслись, Гелия начал себя успокаивать: «Надо всё обдумать до завтра». Парень встал с места, взяв ключи, зашёл обратно в квартиру. — Гелия, я, конечно, понимаю, что она твоя сестра и всё такое, — сразу начал Ривен, — но ты скажи ей, чтобы в следующий раз не курила в чужие кружки, и вообще… — он взглянул на подавленного друга. — Ты в порядке? Что она сказала? Гелия, — позвал он друга, видя, что тот его не слушает. — Моя мама заболела… у неё рак, — тихо сказал Гелия, не веря своим же словам. «Она же скоро умрёт!» Мысль неприятно растекалась по всему телу. «Нет… она не может!» Гелия не мог принять это в той же степени, в которой и не хотел. «Ты просто в какой-то момент остаёшься один на один на её могиле и смотришь на фотографию,» — вспомнил слова Валтора Гелия. Это резало изнутри, выворачивая все чувства. Он не может представить себе это. Это так страшно. Плечи вздрогнули. В горле застрял ком. Ужасный и огромный. Казалось, что ещё хоть слово и он расплачется. Сердце бешено колотилось, отдаваясь звоном в ушах. Несмотря на то, что он с ней давно не общался, он хотя бы думал, что она жива, надеялся, что с ней всё хорошо. — Гелия, — вновь услышал он своё имя и почувствовал руки на своих плечах. Гелия поднял взгляд, встречаясь с обеспокоенными взглядами своих друзей. Из-за чего-то всё, что он видел, постоянно размывалось: — Ты плачешь? — спросил Ривен. Гелия помотал головой: — Но у тебя идут слёзы, — парень остановился, дотронувшись до своего лица. Действительно. Слёзы. Так вот что мешало смотреть на друзей. — Я… — говорит он и голос тут же срывается на плач. Плечи трясутся, а из глаз течёт ещё больше слёз. «Почему она? Именно она? Она не достойна такой участи. Она будет мучиться!» — Всё в порядке, — запрокидывает он голову, закрывая трясущимися руками лицо. — Да ни хрена не в порядке, — Гелия сел на корточки. — Я должен к ней поехать, но денег совсем нет. — Гелия, успокойся. Вдохни поглубже. — Что мне делать? — Может, позвонишь Валтору? — предложил Тимми, оставаясь холодным и рассудительным, хотя сильно беспокоился за друга. — А ему-то мои проблемы зачем? Он живёт нормальной жизнью, я не хочу ему мешать. — Гелия, проспись, — сказал Ривен. — Ты устал. Завтра на свежую голову поразмыслишь, — пытался он успокоить друга. Неожиданно зазвонил телефон. Гелия вытащил его из кармана плаща и, пожалуй, только что понял, что всё ещё не снял с себя верхнюю одежду. Хотя это сейчас не очень его волнует. Он посмотрел на дисплей экрана и разглядел в общем-то ничего. Всё расходилось пятнами, и парень не мог сконцентрироваться. — Да кто это может быть в такое время? — взбесился Гелия. Подняв трубку, он ещё заплаканным голосом ответил. — Алло? — Гелия? Ты плачешь? — услышал парень до боли знакомый голос Валтора. В животе появилось неприятное чувство. Зачем он поднял трубку? Мог же просто оставить. Теперь ему придётся искать отговорки. Парень закусил губу. — Н-нет, я просто… — к горлу поступил ещё один ком. Одна часть говорила, что ему нужно всё рассказать, другая говорила, что будет глупо вновь просить у него денег. Но выхода нет. Гелия чувствовал себя ужасно. Сидя на корточках у входа, плачет перед друзьями и пытается сказать Валтору, что всё в порядке. Плечи ещё раз вздрогнули, к глазам вновь подступили слёзы. «Я должен её увидеть,» — крутилось в голове. — «Мне стыдно…» — У меня тут кое-что случилось, — голос сорвался, вспоминая, что именно случилось, и мозг моментально представил, как она умирает в окружении огромного количества медицинских оборудований. Гелия несколько раз вздохнул, пытаясь успокоиться: — М-можно я тебе перезвоню, когда успокоюсь? — уже их последних сил держался парень. Не дождавшись ответа, он быстро отключил телефон и отбросил его. «Это было ужасно. Боже, как же жалко я, наверное, выгляжу.» — Гелия… — начал Ривен, но понял, что кроме обычного «успокоиться», ничего не скажет. Он никогда не видел, чтобы у Гелии была такая истерика. Такой отчаянный, что сейчас льёт горькие слёзы, будучи не в силах как-то повлиять на ситуацию. — Почему она? — рыдал он, закрыв лицо руками. — Почему именно сейчас? Что она сделала не так? — Встань, тебе нужно пойти в спальню и проспаться, — Ривен легонько взял друга за локоть и потянул. Гелия медленно встал с места и поплёлся за другом, шмыгая носом и пряча лицо. Было так стыдно смотреть на своих друзей. «Такой жалкий.» Зайдя в спальню, Гелия просто упал на кровать. Сил не было, чтобы банально снять пальто. Японец еле-еле стянул с себя одежду и лёг на кровать, приняв позу эмбриона и продолжая плакать. Проснулся он ночью. За окном на тёмном небе виднелись редкие звёзды, мягкий снег медленно опускался на землю, а Гелия, что лежал на кровати, просто смотрел на это, будучи обессиленным что-либо сделать. Голова и глаза страшно болели. Парень чувствовал себя опустошённым. От ощущения пустоты хотелось провалиться. Было трудно дышать, будто эта комната была обкурена. Тело было тяжелым настолько, что требовалось приложить больше сил, чтобы встать с места. «Ужасно,» — думал Гелия. — «Просто ужасно. Расплакался перед друзьями, перед Валтором. Валтор. Я должен ему позвонить, хотя мне ужасно стыдно. Я должен хоть как-то объясниться.» Гелия потянулся за телефоном и набрал его номер. «Он опять предложит помочь с деньгами,» — думал парень, держа палец над кнопкой звонка. Выдохнув и собравшись силами, он нажал на неё. Преподнося к уху, он секунд тридцать слушал медленные гудки, во время которых парень думал, что это всё ужасная затея. Хотелось отключить вызов и бросить телефон в дальний угол, зарывшись под одеяло. Но вот. Мужчина поднял трубку, и с того конца провода Гелия услышал сонный и успокаивающий голос. — Гелия? Ты в порядке? — где-то в груди растекалось теплое светлое чувство. «Я должен рассказать,» — подумал Гелия. — Привет, — спокойно сказал Гелия. — Прости, я сегодня был не в духе и не мог нормально разговаривать, у меня тут кое-что случилось… — парень задумался о том, как сказать это мягче. — В общем, у моей матери диагностировали рак и… — Гелия вздохнул. — Мне нужно к ней поехать, но я абсолютно не знаю, откуда брать деньги… — повисло недолгое молчание. — Я могу тебе помочь. У меня хватит денег на два билета. — Тебе не будет сложно? Я просто… это же не твоя проблема, и ты не обязан… — вновь начал отговариваться Гелия. — Я уверен, что для меня ты хотя бы попытался бы сделать это, — по всему телу распространилась куча бабочек. — Хорошо, тогда встретимся завтра? — радостно сказал Гелия. — Сегодня, — поправил его Валтор. Гелия непонимающе промычал: — Сейчас час ночи, — объяснил Валтор. — Видимо, как только проснулся, решил мне позвонить и даже на время не взглянул. Как мило. — П-прости, что разбудил тебя… откуда ты узнал, что я спал? — Просто обычно после плача ты засыпаешь. Ну, ладно, встретимся у меня в 12? Или мне к тебе заехать? — Лучше я к тебе. — Хорошо. Спокойной ночи. — Спасибо. Гелия отключил телефон и со спокойной душой лёг спать, совсем не задумавшись о его друзьях, что пытались ужиться на одном тесном диване.

***

Этот назойливый звук цикад уже въелся в подсознание. Каждое лето, когда он хоть на минуту остаётся один, они всегда его окружают. Но он научился это игнорировать. Гелия сидит на коленях у пруда и смотрит на плавающих рыбок. Обычно в послеобеденное время он вместе с дядей медитирует. Саладин опаздывал. А отец на работе и не знает об этом. Пожалуй, Гелия рад. Посвятить столь немногочисленные минуты одиночества себе — это именно то, чего он хотел. «Что мне делать? Если отец об этом узнает, он же точно меня убьёт. Назовёт позором семьи. Выгонит из дома. Откажется от меня. Сделает все, чтобы такого как я в их семье не было.» И он прекрасно знает, как это будет происходить. Прекрасно знает, как будут его бить, возможно, даже куда будут бить. За 18 лет Гелия уже знает и может примерно отгадать любую реакцию своих родственников, но сейчас он в замешательстве. Как они отреагируют на то, что их сын гей? Непослушная прядь волос вновь падает на лицо, вырывая парня из раздумий, японец заправляет её за ухо. Тихо выдыхая, он смотрит на бегущие облака. Лучи солнца попадают на лицо, и на секунду эта жара становится невыносимой, звуки цикад начинают бесить с новой силой. Гелия наклоняется к пруду и, набирая немного холодной воды, плескает себе на лицо. Рыбки расплываются в разные стороны. Капли воды медленно стекаются с юношеских черт лица, пока японец не приходит в себя. — Гелия, — слышит он знакомый мягкий голос позади. — Ты в порядке? Женщина, выходя из дома в небесно-голубом кимоно с рисунком цветков сакуры, медленно спускается по ступенькам и подходит к парню. На лице спокойная улыбка, глаза так и говорят о её доброте, нежными руками она заправляет ещё одну непослушную прядь волос сына за ухо. — Мама? Что-то не так? — спрашивает Гелия — Отец вернулся? — предполагает он, и сердце бешено бьётся лишь от одной мысли об этом. Не хочет его видеть. Женщина отрицательно качает головой и с той же улыбкой присаживается на колени у пруда. — Я хотела спросить, что с тобой? — А что со мной? — не понимает парень. — Гелия, ты мой сын, я вижу твои изменения. Ты в последнее время стал слишком молчаливым и тихим. Я хотела узнать, может, что-то случилось? — спрашивает женщина, смотря прямо на Гелию. — Всё… всё в порядке… — Ты уверен? — ей невозможно врать. Она всегда поймёт, если что-то не так. Гелия понимает, что скрывать особо нечего. — Я… — парень переводит взгляд на пруд. Ещё раз набирает воздуха в грудь: — У меня есть друг, — начинает он издалека. — И он очень хороший. В общем… мы недавно были наедине и… я его поцеловал, — женщина кивает, ничего не говоря, но сердце Гелии уходит в пятки. Что она сделает? Она его не разлюбит? Он же не выбирал это, оно само так сложилось. Она же будет его потом любить? — Я, — указывает он на себя. — С ним, это он, он мальчик, я тоже, я твой сын, и он, и… мы… и мне кажется, — слова льются в несвязанном потоке, а сердце бешено бьётся. Гелия выдыхает и немного успокаивается: — Я гей, — говорит он, и слова утопают в звуках цикад вокруг него. Парень склоняет голову, пряча лицо за чёлкой. — Только не говори, что ты ходил подавленным из-за этого, — на неё поднимается пара удивлённых глаз. — По правде говоря, я давно догадывалась. Не вижу в этом ничего плохого, главное, чтобы вам вместе было хорошо. Ты его любишь? — Да, — воодушевлённо отвечает парень. — Я очень его люблю, — с сердца словно камень падает. — Тогда всё хорошо, — она поставила руку на плечо Гелии. — Я всегда тебя поддержу, — по его щеке стекает слеза, и он обнимает её, что есть мочи. Затем он, вновь один, медитирует под пением цикад.

***

Огромная толпа людей, проталкивая друг друга, куда-то шла. Кто-то в самолёт, кто-то из самолёта. Куча людей стояла в очередях, люди сидели на скамейках ожидания, пили чай или же кофе, присматривали за играющимися детьми, разговаривали, встречали своих родственников и ещё много-много всего. Для Гелии они были всего лишь белым шумом. Парень сидел, прижав к себе свою сумку. Недалеко лежал его чемодан, собранный в спешке, а рядом с ним чемодан Валтора. Парень всё ещё не смог избавиться от навязчивой мысли, что для Валтора он всего лишь обуза. Гелия сильнее прижал сумку. Что его ждёт? Он вновь увидится с родителями. С мамой, с сестрой, с дядей и с… отцом… Пожалуй, именно его Гелия хочет видеть меньше всего. Именно он тогда, 4 года назад, собственными руками выгнал его из дома. Именно он сказал, что отрекается от парня, считая его отродьем. И они врезались в подкорку Гелии, не выходя оттуда ещё долгие годы. — Я купил тебе кофе, — появляется Валтор с двумя бумажными стаканчиками, протягивая один Гелии. Парень благодарит и берёт его в руки, согреваясь. Мужчина садится рядом, и Гелия немного прижимается к нему, положив голову на его плечо. Тяжело выдыхает. — Мне страшно, — тихо говорит он куда-то в шею старшего. — Я их так давно не видел. Боюсь представить себе реакцию отца на мой приезд. — А он разве не знает? — Мне кажется, что нет. Обычно он не знает, о том, что затевает мама. — Тогда это будет сюрприз. — Не тот, который ему понравится, — горько усмехнулся парень. — Когда у нас вылет? — Через полтора часа. — Можно я посплю на твоём плече? — Хорошо, когда начнется посадка, я тебя разбужу. — Спасибо, — прошептал засыпающий парень. Усталое тело прижалось к мужчине, сил не было даже разлепить красные глаза. Сознание провалилось в темноту. Несмотря на то, что прошёл час, Гелии показалось, что проспал он примерно минут 5. Валтор слегка потряс парня по плечу, тот вздрогнул. — Нам нужно в самолёт, — тихо сказал он, поднимаясь и подавая руку Гелии. Парень ухватился и встал, прихватив чемодан. Валтор вытащил их паспорта с билетами, и они встали в очередь. После проверки билетов и паспортов они прошли в коридор, ведущий к кабинам самолёта. Гелия сел у окна, Валтор засунул их ручную кладь на верхние полки. Японец смотрел в окно. Серое небо окутало собой всё вокруг. Парень чувствовал себя опустошённым. Уже который раз за эти пару дней. Неожиданно он почувствовал руку Валтора. Такая тёплая. Гелия посмотрел на мужчину. Валтор с полуулыбкой смотрел на Гелию. — Всё будет хорошо, — склонился он. — Наверное, — улыбнулся Гелия, обнимая руку Валтора. Что-то придавало уверенности, что будет хорошо. И этому хотелось верить. Как бы наивно это ни было.

***

Чем ближе они подлетали к Японии, тем страшнее становилось Гелии. Неприятное предчувствие зарождалось в животе и заставляло пальцы рук трястись, сердце бешено биться, а желание приезжать медленно, но верно сводилось к нулю. Но они уже были в аэропорту Токио. Гелия даже успел отвыкнуть от всего. От этой огромной толпы людей. От шума вокруг. От японских надписей. Парень усмехнулся уголками губ. Всё же не нравится ему это. — Ты знаешь, куда нам? — подошёл Валтор. — Да, — ответил парень и, взяв мужчину за руку, потянул за собой. Рутина по типу проверок личностей, проверок чемодана и всякой прочей всячины прошла вполне быстро. Гелию даже ностальгия окутала по временам его детства, когда такая рутина длилась чуть ли не каждый новый год или каждое начало летних каникул. Закончив с последней проверкой на железо, они вышли в зал, где встречали людей. Среди кучи людей с табличками Гелия нашёл нужную надпись «広島ヘリオス (Хирошима Гелиос)». Парень подошёл к накаченному мужчине, державшему табличку. Валтор оценивающе рассматривал его, хотя делал вид, что просто улыбался. Мужчина лет 35-40,на лице красуется борода. Они поклонились друг другу. После пары фраз на японском Гелия передал ему ключи, и они ещё немного поговорили, явно будучи рады тому, что встретились. Вновь уважительно поклонившись, мужчина кинул взгляд на Валтора, и Гелия, заметив это, потянул своего парня за руку, «приглашая» в разговор. — これはヴァルターです、私たちは…会っています (Это Валтор, мы с ним… встречаемся), — парень немного замялся, а Валтор вообще не понимал, что он там говорит, но судя по всему, его знакомят. — 良い一日 (Добрый день), — поклонился мужчина. Валтор поклонился в ответ, поняв, что если он ответит на английском, это будет выглядеть глупо. — 彼は日本語を知らない (Он не знает японского), –старший стоял в полном ступоре, вообще не понимая, как ему реагировать на всё, что происходит. «Ну, вот что Гелия сейчас сказал? Спросил про квартиру? Про погоду? Про мать? Что вообще нужно сейчас делать? Стоять и всё?» — думал Валтор, стоя с самым невозмутимым выражением на лице. Они ещё немного поговорили, и он передал Гелии какую-то сумму денег. Затем мужчина повернулся и взял сумки и чемоданы японца. Он направлялся к выходу из аэропорта, а Гелия с Валтором шли за ним следом. Валтор заметил некую мягкость Гелии с ним. Было понятно, что они давно знакомы, но Валтор отчётливо видел, что для Гелии это больше, чем встреча давних знакомых. Что-то в голове промелькнуло, и мужчина подумал, что они могли бы быть больше, чем просто давние друзья. — Кто это? — шёпотом спросил Валтор, наклоняясь к уху Гелии. — Я тебе потом всё объясню, — улыбнулся парень. Мужчина положил их чемоданы в багаж одной из машин. Гелия и Валтор сели на заднее сидение другой машины. Перекинувшись парой слов с тем мужчиной, Гелия попрощался, и они оба откланялись друг другу. Японец вновь зашёл в машину и, перекинувшись парой слов с другим человеком, сидевшим за рулём, они тронулись с места. — Так кто это? — спросил Валтор, смотря на Гелию. — Это Кодаторта. Друг семьи, я его с детства знаю. — Понятно, — пробубнил Валтор. — У тебя с ним что-то было? — задал он вопрос в лоб, чем ввёл Гелию в ступор. — Д-да, то есть нет, но… как ты вообще понял? — мужчина пожал плечами. — Я его любил, но никогда не рассчитывая на взаимность. Но сейчас я его не люблю, — Валтор усмехнулся. — Тебя всегда тянуло к старикам? — Валтор! — воскликнул парень. — А что? — засмеялся мужчина. — Давай признавайся, где твой первый парень умер от приступа? — Нет, — засмеялся Гелия в ответ. — От старости, — добавил он, после чего они оба засмеялись. — Поэтому родители и отказались от меня, — сквозь смех говорил парень. — И с тобой я встречаюсь, чтобы всё у тебя отобрать. — Ах, нет, как ты мог меня обманывать? — Да, вот такой я, люблю жить за счёт богатых стариков. Настроение парня немного поднялось. Всё же радовало, что рядом был человек, который мог подбодрить в любое время. Гелия немного придвинулся к Валтору, обнимая того за руку и прижимаясь к нему. Валтор посмотрел на парня и, высвободив свою руку, обнял парня за плечо. Гелия положил голову на плечо мужчине. Внутри что-то зарождалось и трепетно разбегалось по всему телу. — Всё будет хорошо, — тихо сказал Валтор. — Я тебя люблю, — так же тихо прошептал Гелия. — Я тоже.

***

Чем ближе они подъезжали к больнице, тем страшнее становилось Гелии. Да. Рядом был Валтор, и это придавало уверенности, что хоть кто-то будет его поддерживать. Но от самой встречи что-то в животе неприятно тянуло. Как отреагирует мама? А сестра? А папа? От последнего Гелия вообще не знал, чего ожидать. Он будет холоден? Или вспылит? А если он его ударит? Нет. Он говорил Гелии, что знать его не хочет. Значит, и реагировать не будет. Наверное, пройдёт как перед каким-то незнакомцем. Машина остановилась. Гелия с Валтором вышли на улицу. Чуть холодный ветер бил в лицо, перед ними возвышалось огромное здание больницы. Подойдя, Гелия остановился. Ещё один шаг. Парень тяжело вздохнул и незаметно для себя самого взял Валтора за руку. — Обещай, что будешь рядом, — попросил Гелия. — Обещаю.