Раскрытие

Прошло несколько дней после того дня, когда произошёл провал во время эфира, встречи персонала отеля с Радио-Демоном и победы Аластора над Сэром Пентиусом. Был полдень, если можно так сказать. Клиентов особо не было. Да, конечно, были те, кто заходили сюда, но они вовсе заходили не за тем, чтобы исправится. Скорее, из-за любопытства: обычно, это были репортёры, зеваки, фанаты Даста и подобные типы. Чарли вечно пыталась найти работу, чем занять себя. Наверно, она это делала неосознанно, чтобы отвлечь себя от своего тягостного состояния. Возможно, она надевала на себя эти розовые очки, в глубине души зная, что мир не так уж и прекрасен. Хаск пил, ловил белую горячку, иногда уходил и играл в казино, спал, снова пил и вновь по кругу. Тяжесть, которая была взвалена на него судьбой, раздавила его настолько, что шансов выбраться из пучины было крайне мало. Про Ниффти мало, что можно было сказать, но иногда она задирала Энджел Даста, на что он и не был против. Паучок старался вести себя более-менее хорошо, но когда Чарли уходила по делам, он запирался в номере, снимал одежду, доставал телефон, начинал смотреть порнуху, и мастурбировать, постанывая; пару раз это замечала Вегги, но никому ничего не говорила и сгорала от стыда и ярости внутри. Какого чёрта это вижу именно я?! Утром произошло нападение Пентиуса на отель. Старый змей собрал новую армию, модернизировал её, и эта битва для них стала более сложной — в ней участвовал не только Аластор, но и Вегги, но, в итоге, сотрудники отеля всё равно победили. Вегги умоталась ещё и письменной работой, и теперь, она уставшая лежала на мягкой постели серого цвета, на своей маленькой кровати в выделенной для неё комнате «307». Она лежала на одеяле, широко раскинув по сторонам руки и ноги, временами вздыхая. Рядом стоял включенный вентилятор. Шторы были закрыты. Вагата явно не хотела видеть то, что происходило за стенами здания. Через полчаса она медленно встала с кровати. Лежать на одном месте уже не очень хотелось. Вегги вышла из комнаты, спустилась по лестнице с третьего этажа на первый, где находился бар, которым управлял Хаск. Вегги села около барной стойки, Хаск не обратил на неё особого внимания. — Налей газировки. — Какой вкус? — Гранат, сильногазированный. Бармен достал стеклянный бокал, налил в него бардовый напиток. Вег наблюдала за пузырьками в жидкости, стремящимися к воздуху, постучала ноготками по стеклу, затем взяла бокал, сделала два глотка и поставила его обратно. Она оглянулась. В проходе прошёл Аластор. Всё бы ничего, но сейчас, увидев его профиль, Вегги не разглядела на его лице той хитрой подозрительной улыбки. Скорее, на его лице была какая-то лёгкая грусть, задумчивость, его рот был закрыт, глаза немного прикрыты. Она удивилась, и посидев секунд пять-десять встала и тихо поплела за ним, оставив недопитую газировку на столе. Что-то неизвестное подтолкнуло её к этому. Аластор шёл в сторону своего номера «206» на втором этаже. Он вошёл в комнату, не закрыв за собой дверь. На нём снова появилась улыбка, но уже не такая, как обычно. Аластор начал рассуждать вслух: — Что такое совесть? Я век, как забыл это. Слабость человека? Которая отправляет преступников в тюрьму. Жалкие, жалкие эмоции человека. Когда она пробуждается, она грызёт! Съедает. Что же съедает существо изнутри? Паразит. От паразитов нужно избавляться! Я уже давно избавился, не так ли? — его голос притих. — Или же я обманываю себя. Он сделал минутную паузу, после чего продолжил: — Ложь. Ложь! О, спасительница этого мира! Она сладка и так язвительна. Везде. Ложь везде. Обман захватил этот мир! Но, она раскрывается. Раскрывается! — голос опять притих. — Оборачивается злодейкой для тех, кто ей пользуется. «Пытается быть философом?» — подумала про себя Вегги. — Грязные злодейки чистым белым не даются, — в этот момент его голос стал мечтательным и грустным. — От них исходит солнца луч. Спасти ли этот мир таким просветам? Их становится всё меньше. Лучи погаснут, и гуща туч заполнит небо. Не останется ничего, кроме бесконечного холода. Я знаю луч один на грязь пролитый. Ты здесь нужна, чтобы светить. Вновь произошла минутная пауза. — О, Шарлотта Магне. — Ч а р л и? — вдруг вырвалось из-зо рта Вегги. Девушка почувствовала чью-то тень на себе. — Агата? — холодно сказал Аластор. — Неожиданно встретить тебя в такой момент. Похоже, моя внимательность вышла из-под контроля. Да я и сам вышел из-под контроля! Вегги вошла в комнату Аластора, почувствовав, что спрятаться больше не было смысла. — Точно, на чём я остановился? — На Шарлотте, — ответила Вагата, смотря в пол. — Ты ревнуешь? — неожиданно спросил Ал. «Я ревную? Да, я должна ревновать, ведь я люблю Чарли. Но почему я не чувствую ревность, а любовь к ней и что-то ещё?» — Хм, нет? Вегги резко подняла взгляд с пола. — Я просто очень проницательный, милочка. Ты сегодня не такая как обычно. Точно. Устала, — он сделал паузу. — Что люди называют искренностью? Они говорят, что любят искренних людей, даже не зная, что самых честных людей ненавидят. — Если ты не против, — перебила его Вегги. — Ты… Чарли… г-говорил. — Ты хочешь услышать о ней? Что же. Что ты о ней думаешь, Агата? — Она тот, кого я должна спасти, — ответила Вагата.

Конец первой главы.