Математик боя. Становление легенды

— Господин Хокаге, только что прибыл посол Страны Ветра, — вежливо сообщил почти на самое ухо Хирузену боец АНБУ, которого не было в помещении еще секунду назад. — И чего же хочет посол? — раздраженно пыхнул трубкой Сарутоби. За последний месяц он вообще стал очень и очень раздражителен. Шиноби из охраны, ближайшее окружение и даже Бивако — девушка-няня из приюта, с которой молодой Хокаге жил совместно уже две недели, постоянно это замечали — нервозность и раздражительность всегда ранее веселого и даже беззаботного парня. Немудрено — ведь от его лучшего друга весь этот месяц не было вестей. Уйдя на особую миссию по шпионажу незадолго до обрыва связи, Сенсома так и не вернулся. Конечно, лидер Какурезато сильнейшей в мире Великой Страны мог бы приказать организовать поисковый и исследовательский отряды, и узнать о том, что же случилось в маленькой стране Клыков, однако, местный Дайме отказывался пускать шиноби Огня на свою территорию, вежливо уклонялся от прямых ответов и постоянно ссылался на Ветер и Землю, с которыми он соседствовал. Те, в свою очередь, любопытно следили за развитием событий и были явно готовы придраться к любой агрессии со стороны Конохи и обвинить ее в… агрессии, собственно. А за такое можно и еще одну войну схлопотать. Хирузен этого не хотел, так что обострять отношения с нагловатым Дайме не стал, Великих соседей успокоил, мол, замяли дело, и тихо сидел в своем кабинете с каждым днем выкуривая чуть больше табака и тратя чуть больше нервов. Конечно, переживать по поводу здоровья безбашенного Математика Боя было бы глупо, но ведь этот кретин действительно мог в какой-то момент оказаться простым смертным и погибнуть, сражаясь с захудалой страной неизвестных шиноби. Ладно — целой страной неизвестных шиноби… — Он предупреждает, — ответил, между тем, АНБУшник. — Об официальном визите Казекаге через два дня. — Казекаге? — брови Хирузена поднялись вверх. — Она собирается придти лично? К чему бы это?.. Ладно. Неважно. Передай послу, что я послание получил. Он может возвращаться в Ветер, если пожелает, а может дождаться Казекаге у нас, а потом сопроводить ее обратно. Боец не ответил, просто в какой-то миг он перестал быть рядом с Хокаге. Это было нормально — АНБУ были даже не специальным отрядом — они были инструментом, исполняющим волю Хокаге. Все достаточно молодые, но закаленные в боях. Все умелые — у АНБУ был свой табель рангов, и он сильно отличался от стандартного в сторону преуменьшения личных способностей. Грубо говоря — любой чунин АНБУ вполне был способен потягаться с обычным джонином. Хотя личная сила вообще не имела особой важности для бойцов личной гвардии Хокаге — они брали умением и командной работой. Впрочем, сейчас Хирузену было не до восхищений своим отрядом. — Казекаге в нашей деревне — небывалое событие, — донесся до Сарутоби мрачный голос старого друга. Данзо вошел в кабинет без стука, тихо и спокойно, как к себе. Он все еще был мрачен, как и месяц назад, но теперь, в отличие от «того» Данзо, «этот» еще был преисполнен какой-то своей особой гордости. Будто Тобирама, несущий на себе ответственность за войну, он выглядел стоиком, готовым стерпеть любые удары, ради своей цели. Это, отчасти, радовало Хирузена — Шимура смог-таки найти себя, в некоторой степени, однако… порой друг детства становился слишком фанатичен и жесток. — Это будет первый официальный визит Каге другой Великой Страны в Коноху, — продолжил Данзо, проходя к удобному креслу, установленному в кабинете, по-сути, для него. — Мы не должны ударить в грязь лицом. — Ты говоришь так, будто у тебя готов один из твоих жутких планов, — Хирузен улыбнулся, но улыбка вышла кривой. — Предупреждаю сразу — я не буду организовывать ее убийство. Даже если мы останемся вне подозрений. Даже если ее визит несет угрозу. Да даже если тебе очень этого хочется — нет. Мы начинать первыми не будем. — Играешь в добрячка, — недобро усмехнулся Данзо. — Что ж… с убийством повременим. Можем подложить под нее кого-нибудь. Это не принесет много пользы, но и ущерба нам точно не доставит. Любовник может… — Хватит, Данзо, — жестко прервал друга Хокаге. — Я не собираюсь использовать ее визит так, как это хочешь сделать ты. Наоборот — мы должны показать, что сотрудничество между Великими Странами возможно. — Тобирама-сенсей… — начал было ворчать Шимура. — Тобирама-сенсей желал исполнения мечты своего брата! — Хирузен громко хлопнул по столу ладонью. — А Хаширама-сама решительно мечтал об объединении. Всех. Сначала в Какурезато, а потом… кто знает, возможно, мы сможем создать альянс или нечто подобное. К этому мы должны стремиться, Данзо, так что отступись. Занимайся делами, которыми занимался. — Значит, деятельность и методы Корня тебя устраивают? — Данзо хитро прищурился. — Но ты все равно играешь в чистюлю. — Играешь тут только ты, — сверкнул глазами Хокаге. — А я забочусь о Листе и Стране. Как преемник Хаширамы-сама и Тобирамы-сенсея, я буду делать все, чтобы их мечта когда-нибудь сбылась. — Сенсома бы сказал, что ты слишком зациклен на их идеях, — применил неожиданный козырь Шимура. — Что тебе нужно быть… самим собой. Что-то свое. Что-то новое. Не противоречащее их мечтам, но дополняющее. Например — любым способом сделать Коноху величайшей скрытой деревней. Да даже не сделать — вернуть ей былую славу! Как до войны. — А еще Сенсома бы набил тебе лицо за такие слова, — опустил взгляд Хирузен. — И когда он вернется, он сделает это. Ради твоего же блага. Данзо скривился, будто его силой заставили разжевать молодой лимон, и встал. — Я в полном порядке, лорд-Хокаге, — процедил он. — Даже лучше, чем когда-либо. А вот вы с Сенсомой слишком равнодушны к тем, кто вас окружает. Вы сильны. Настолько сильны, что вас можно считать новыми Богами Шиноби. И оттого вы и не видите людишек, копошащихся у ваших ног. Наоми, которая любила его всю свою жизнь. Саске-сама, который желал, чтобы ты был лучшим шиноби в мире, но, при этом, всегда шел на уступки твоим слабостям. Тобирама-сенсей, наконец! Вы двое просто делаете вид, что ничего не произошло, и идете дальше. «Оставайся самим собой, Данзо», «Еще не все потеряно, Данзо». Вы даже не поняли, что нельзя оставаться самим собой, когда теряешь столь многое. Я был слаб настолько, что не смог защитить свою любовь. И вы были слабы так же. Но теперь я другой, и я не потеряю остальное. А вы пойдете по тому же пути, теряя все, что у вас есть. Просто потому, что для вас это не важно. Доброго дня, господин Хокаге. Он поклонился, фонтанируя сарказмом, и неспешно вышел, явно не собираясь выслушивать оправдания. Хирузен выдохнул и посмотрел в окно — на деревню. Совсем рядом с резиденцией как раз проводили экскурсию для детей, собирающихся в следующем месяце стать шиноби. Это была его идея — позволить совершенно всем гражданам Огня пройти экзамены на поступление в Академию Шиноби. Хаширама и Тобирама дали возможность бесклановым и клановым детям расти и становиться сильнее вместе, а Хирузен мечтал о том, чтобы вообще все могли попытать удачу. Не ради повышения боевой мощи Страны, но ради исполнения мечты, зревших в маленьких сорванцах, когда они видели бравых шиноби, защищающих их от любых угроз. Это была его деревня. Его Коноха. — И все же ты не прав, старый друг, — покачал головой Хирузен, зная, что его никто не слышит. — Нам важны наши узы не меньше, чем твои важны тебе. Но мы с Сенсомой не можем жертвовать теми, с кем у нас уз нет, только ради сохранения того, что нам ценно. Это уже эгоизм. Хотя… я рад, что твой эгоизм охватывает не только твоих близких, но и всю Страну. Уж этому я, поверь, рад.

***

— О, Ками, как же хорошо… — облегченно вздыхала девушка, идущая в середине небольшого отряда элитнейших шиноби Скрытого Песка. — Сестра, ты слишком уж сильно восхищаешься Страной Огня, — кисло ответил ей один из бойцов. — Но Эбизо, ты только посмотри вокруг! Леса, речушки, озера и тени! Как много теней в этой Стране! Я обожаю Огонь за его тени. И за климат в целом. Биджу, да я готова жить здесь! — Не трогай Биджу. — Да-да, прости. В любом случае — я ждала этой температуры и климата с самой войны! — А у меня плохие ассоциации… Я вспоминаю о том, как нас поперли отсюда ссаными тряпками. Чие и Эбизо одновременно оглянулись. Сенсома, невозмутимо идущий позади, комментировать их разговор не стал. Его перевязанная левая рука сжимала ножны нового меча, а правая рука покоилась на длинной палке, которая была прикреплена к повозке, которую Математик без проблем вез уже третий день. Из повозки показался кулак с оттопыренным средним пальцем. — Не пяльтесь, кхе-кхе… — выдохнул Озин. — И вообще, меня в той битве не было. — Мы пялились не на тебя, — выдохнул Эбизо, которому было запрещено отвечать даже на такие явные оскорбления. — Речь вообще шла о Математике. — Речь шла о красотах Страны Огня, — поправил его Сенсома. — И если хотите, госпожа Казекаге, я могу поговорить с лордом Хокаге о том, чтобы предоставить вам резиденцию где-нибудь на территории Страны. — Уверена, твой Хокаге обдерет Ветер как липку, — кисло отозвалась Чие. — Я знаю много парней из торговых кланов шиноби, и все они — те еще скряги. — Госпожа Казекаге, — осторожно встрял в разговор глава отряда сопровождения. — Позволю себе дерзость посоветовать вам не забываться. Мы на территории Страны Огня — нелестные слова о Хокаге могут быть восприняты агрессивно. — Не забывайтесь и вы, капитан, — тут же сделала голос снисходительным девушка. — Нашу безопасность обеспечивает сам Математик Боя. Пока он с нами — все в порядке. Шиноби смутился и не стал отвечать. Эбизо сокрушенно покачал головой. Озину было откровенно начхать, а Сенсома… Сенсома поравнялся с Чие. — Не будь к ним слишком уж строга, — тихо сказал он. — Я понимаю — он влез не в тот разговор, но ведь ничего страшного же. — Сразу видно, что ты не Каге, — усмехнулась девушка. — Поверь мне — этих парней нужно смешивать с грязью при любом удобном случае. Толпа будет пользоваться твоими слабостями, если ты сделаешь на них хотя бы намек. Как шиноби с шиноби говорить уже нельзя — я — правитель. А правитель должен быть строг, суров и немножко самодурен. — Нет такого слова, — механически поправил ее Сенсома. — Теперь есть. За месяц, проведенный вместе, они смогли куда лучше узнать друг друга, чем казалось другим. Сенсома, например, понял, что Чие явственно чувствует себя не в своей тарелке на посту Казекаге, но ничего поделать с этим не может. Она бы и рада переложить свои обязанности на кого-нибудь другого и вновь стать «кошкой, что бродит сама по себе», но очевидно, что достойного на должность «кого-нибудь другого» пока нет. Чие же, постоянно изучавшая Сенсому путем провокаций, разговоров и подколок, узнала, что он спокоен, выдержан и хорошо воспитан. Он был даже нежен и мягок, будто обычный человек из интеллигенции — учитель, там, или ученый. Но он кардинально менялся в бою, становясь возбужденным, радостным и куда менее сдержанным, чем обычно. Он все еще был умен и осторожен, но совершенно по-другому. Хотя они так ни разу и не назвали друг друга по имени. Коноха появилась перед отрядом внезапно — показалась из-за кустов и деревьев, будто сама выбежала навстречу. Конечно, патрульных шиноби и шиноби-часовых сенсоры отряда заметили уже давно, но теперь перед ними будто из-под земли вырос усиленный отряд шиноби в звериных масках. Все они изобразили глубокий поклон приветствуя Каге Великой Страны и расступились, пропуская вперед другого Каге. Молодой человек, вышедший к Чие, вызывал странные чувства. Он был высок, опрятен, хорош собой и носил стандартное одеяние Хокаге с шляпой в комплекте. Руки он держал за спиной, и увидеть их она смогла лишь когда он вежливо поклонился ей первым, как хозяин, встречающий гостя — цепкие длинные пальцы, явно принадлежащие шиноби, умеющим легко и точно собирать разнообразные печати. Он излучал миролюбие, но его взгляд был пронзителен и холоден. Он улыбался, но его чакра была готова ко всему. Он даже казался добродушным и немного неуклюжим, но стало сразу же понятно, что это — всего лишь качественная игра, когда его взгляд остановился на Сенсоме. — Привет, господин Хокаге, — беззастенчиво улыбнулся во все тридцать два Математик. — Мы вернулись. Озин из повозки пробурчал что-то неразборчивое, слишком тихо, чтобы его можно было понять, и достаточно громко, чтобы можно было понять, что он тоже издевается над лидером своей деревни. Чие понимающе заулыбалась, а Эбизо и тут скривился, явно сочувствуя молодому Хокаге. Тот, впрочем, быстро взял себя в руки, кивком отправил свое сопровождение подальше и жестом пригласил Казекаге в деревню. — Обсудим наши дела в моем кабинете, — сказал он. — А пока — добро пожаловать в Деревню Скрытого Листа! Сарутоби вел свою гостью и ее сопровождение неспешно, давая насладиться видами. Каких-то важных, значимых и исключительно секретных мест он не показывал, но вот красивых и просто внушительных Чие с отрядом Травы увидела достаточно. Сенсома, шедший позади, незаметно удалился на несколько минут и вернулся уже без повозки с Озином. Он не сказал ни одного лишнего слова ни Хокаге, ни Казекаге, и теперь просто исполнял функцию телохранителя и проводника, идя по правую руку от Хирузена. Наконец, они добрались до башни Хокаге. — Ваши люди могут подождать в гостинице, где расположился ваш посол, Казекаге-сама, — предложил Хирузен. — Или вы хотите взять их с собой для охраны? — Мою безопасность здесь гарантирует слово Математика Боя, — Чие взглянула на Сенсому, согласно ей кивнувшего. — Так что я не вижу смысла заставлять отряд скучать. Капитан! Вы свободны — люди Хокаге-сама, полагаю, вас проводят. Одно малозаметное движение пальцем, и рядом с Хокаге появились двое в масках. Они поклонились Казекаге и ее людям и предложили пройти с ними. — Эбизо — идешь с нами, — щелкнула пальцами Чие и улыбнулась Хирузену. — Мой брат имеет прямое отношение к делам, которые я хочу обсудить. Так же как и Математик. — Не имею ничего против, — улыбнулся в ответ Сарутоби и позволил себе тяжело вздохнуть в сторону Сенсомы. — Почему мне кажется, что разговор будет не из приятных? — Ты дал мне задание, и я его выполнил, — снисходительно улыбнулся ему друг. — Так что теперь пожинай плоды. Хокаге не ответил и провел гостей в здание. Вчетвером они важно прошли по всем этажам и, наконец, оказались в личном кабинете Хирузена. Сенсома тут же уселся на ближайший стул, а Чие с Эбизо осмотрелись. — Прошу, — начал Хирузен, садясь в свое кресло и снимая шляпу. — Присаживайтесь, Казекаге-сама. Желаете не придуманного для таких ситуаций официоза, или сразу перейдем к делам? — К делам, пожалуй, — ответил вместо Чие Сенсома. — Хирузен, Казекаге пришла, потому что я ее попросил. Она — часть моего задания по шпионажу в Стране Неба. — Вот как? — совсем не удивился Сарутоби. — Я так понимаю, Страны Ветра тоже касаются наши с ними дела. — Больше, чем вы думаете, — улыбнулась Чие. — Я лично проводила операцию, схожую в целях с миссией Математика, которую вы ему выдали, когда они прибыли в Страну Клыков. Мы объединили усилия, и продолжили работу вместе. Делились информацией, скажу сразу. Более того — по итогам сегодняшнего разговора вы должны будете раскрыть нам куда больше. — Все имеет свою цену, — Хокаге перевел взгляд на Сенсому. — Доложи об успехах задания. — Страна Неба опасна, — серьезно ответил Сенсома. — По силам она, вероятно, сравнима с одной из Великих Стран. Более того — они усиляются. Мы не знаем точно сути их экспериментов, но ясно одно — они изучают темную чакру. — Темную? — Особый подвид чакры, — вновь взяла слово Чие. — Шиноби Страны Неба могут изменять свою чакру ценой своего разума. Они получают силу, большую силу, но взамен перестают быть людьми. Для большинства из них процесс необратим, но мы лично сражались с уникумами, которым под силу вернуться обратно в человеческое состояние. Эксперименты проводятся постоянно, так что вскоре, как мы думаем, у Страны неба будет целая армия пользователей темной чакры. — Которая способна сделать даже слабого чунина сильным джонином, — добавил Сенсома. — Очень сильным джонином, Хирузен. Более того — они используют пушки, которые могут генерировать удары чакрой, по силе сравнимые с Бомбами Биджу. Поверь, я проверял. — Опасный противник, — кивнул Хирузен. — Что насчет… моего предположения? — А вот это-то, как раз, одно из самых интересных, — улыбнулась Чие. — Страна Неба не связана со Страной Света. — Вы знаете и об этом… — Хокаге прищурился. — Пришлось узнать, — кивнула ничуть не смущенная Казекаге. — Мы работали вместе, и я должна была доверять Математику и тому… болтливому больному парню. — Кстати, как он? — вскинулся Хирузен. — Будет в порядке через месяц, примерно, — сообщил Сенсома. — У нас не было возможности его вылечить, после побега с Крепости. — Ладно, с этим разберемся потом. Почему вы думаете, что Страна Неба не связана с континентом? — Все просто — мы следили за ними, — Чие пожала плечами и достала из-под полы своего одеяния Казекаге три свитка. — Это — разведданные, полученные от моих людей, сразу после того, как Небо отступило после битвы с нами. Мадоо и Ази составили очень подробные отчеты. — Многие шиноби заметили бы отступающий летающий город, — выказал сомнение Хокаге. — Но я не слышал ни о чем подобном. Как вашим людям это удалось? — Поддержка Дайме Страны Клыков, узкая специализация следопытов и, — девушка улыбнулась. — Они просто знали где, что и когда искать. — Если просто, Хирузен, то мы напали на Анкор Вантиан — это аналог Какурезато в Стране Неба, — вновь заговорил Сенсома. — Мы преследовали несколько целей. Первая — узнать о силе врага больше. Нам это удалось — я не могу гарантировать, но с пользователями темной чакры и своими орудиями Страна Неба может представлять угрозу для любой из Великих Стран. Вторая цель — получение информации об этой самой темной чакре. Тут мы продвинулись слабо. Единственное, что точно известно — темная чакра является их главным источником энергии, а сама, в свою очередь, берет начало из негативных эмоций. И третья цель, поставленная нами перед нападением на крепость — заставить Небо отступить. Мы напали на них и использовали почти все силы, чтобы они убежали. И они убежали. Прямиком к себе домой. А люди Казекаге следили за ними. И базируется Небо не на континенте. — Основная часть Страны Неба находится в океане Каиджу, — продолжила Чие. — Она способна передвигаться по воде, а потому точно местоположения у нее нет. Мы уверены, что как только Небо закончит свои исследования, они будут в состоянии поднять в воздух всю страну. И тогда со стороны Каиджу придет могучий враг. Хирузен задумался и машинально закурил трубку. Он так сосредоточился, что его чакра разлилась по всей комнате, не пытаясь давить, но все равно создавая ощущение дискомфорта. Чие и Эбизо заерзали на своих местах, немного раздраженно думая о том, что Хокаге как-то даже слишком уж силен. Сенсома сидел неподвижно и казалось, будто он задремал. — Океан Каиджу, — наконец заговорил Хокаге. — Страна, прячущаяся среди волн. И появившаяся неизвестно когда между нашим континентом и Страной Света… Вопросов, пожалуй, больше, чем ответов. Хотя, признаться, я рад, что они не пришли с континента — это вызвало бы куда больше трудностей. — Не исключено, что Страна Неба долгие годы принимала к себе беженцев с обоих континентов, — напомнила Чие. — Их технологии продвинуты, а цели агрессивны. — Кстати, как там Джи и Цуна? — перевел, вдруг, тему Сенсома. — И Мито-сама. А еще Дай и… — С ними все в порядке, — раздражаясь, оборвал его Хирузен. — И, разу уж мы об этом говорили, почему ты так долго пропадал? — Мы прогнали Небо, но они оставили нам подарочек, — скривился Сенсома, потирая левую руку. — Сотни пользователей темной чакры. Пришлось гоняться за ними по всей Стране Клыков и уничтожать. К счастью, Дайме принял нас вполне радушно… — О да — ты отправил всю его личную охрану в госпиталь, — усмехнулась Чие. — Да и самому ему угрожал набить лицо, если он не отдаст приказ о закрытии границ и лечении твоего друга. — Ну, а чего он? — пожал плечами смущенный Сенсома, на ошарашенный взгляд Сарутоби. — Он так кичился своей властью. Кричал, что может бросить вызов «даже знаменитому Математику Боя». Бросил. Проиграл. После этого границы были закрыты, а Озин получил лечение. Мы с Казекаге и Эбизо приступили к скрупулезной зачистке. Я боялся, что пользователи темной чакры могут как-то повлиять на слабых шиноби, а потому мы решили справляться своими силами. — Слабых шиноби? — переспросил Хирузен. — Да ты совсем охренел, Сенсома! Я места себе не находил! Я думал, что ты сдох! Пришли мне всего одну весточку, и я бы отправил в Страну Клыков отборных джонинов на зачистку! Да я бы сам пошел! — Вот-вот, — кивнул понимающе Сенсома. — Поэтому — никаких весточек. Страна Неба имеет свою шпионскую сеть в других странах, и мы не могли рисковать утечкой любой информации. Преждевременно, по крайней мере. Теперь-то они знают, что мы живы и готовы. Хотя не думаю, что Император бы стал надеяться на «авось». Он показался мне тем еще хитрецом. — Ты еще и Императора видел, — сквозь зубы выдохнул Хирузен. — Завтра же мне подробнейший доклад о каждом камне, на который ты наступал, и обо всем в округе. Хотя нет, отставить. Зная тебя можно реально опасаться того, что ты все сделаешь в точности. Просто… я хочу знать все. — Сделаю, — кивнул Сенсома. — Но едва ли у меня будет время. Это еще не все, Хирузен. Я узнал, что мой мастер жив. — Миямото Мусаси? — оживился Хокаге. — Он в плену? — В плену, — кивнул Сенсома. — И я сражался с тем, кто научил его искусству владения мечом. Я уверен — Тассен — мастер Мусаси. Он был шиноби и мог использовать темную чакру на высочайшем уровне. Таком, что мог даже успешно противостоять Седьмым Вратам. — Ладно, хорошо, но при чем тут время? Вы узнали, что Мусаси жив и… — Миямото Мусаси был одной из двух преследуемых ими целей, — заговорила Чие. — Важных целей. Целей, ради которых они согласились помогать нам в войне против вас. — И какова вторая цель? — напрягся Хирузен. — Отшельник Шести Путей, — мрачно ответил Сенсома. — Его труп, находящийся в Узушио. Да, я в курсе, насколько это секретная тайна. Я открыл ее Казекаге, а теперь то же самое должен будешь сделать и ты. Мы должны срочно отправиться к Тоширо и проконтролировать, что до тела Небо не доберется. — И каким же это образом? — Мы раскроем всю правду о нем всем Великим Странам. В данной ситуации это — не то, что можно держать в секрете. — Страна Ветра поддержит Огонь, — сразу же вставила Чие. — Еще одна война нам не нужна. Артефакт такой мощи… Ему нужен нейтралитет. Так же, как и технике воскрешения Второго Хокаге. — Это — его личная техника, не записанная нигде, — привычно отмахнулся Хирузен. — Никто не знает, как использовать ее. — Я вам не верю, — улыбнулась Казекаге. — Но вы и так это прекрасно знаете. Как и Математик. Тоже отнекивается. Но это не важно. Покажите мне труп Рикудо, потому что я должна видеть все своими глазами. Сделайте это, и мы заключим союз, а потом… — Нужно будет созывать Гокаге Кайдан, — мрачно продолжил ее мысль Хокаге. — И молиться, чтобы одна неизвестная захудалая страна не развязала новую мировую войну. Теперь я чуть меньше жалею, Сенсома, о том, что послал именно тебя. Если бы не твоя наглость вперемешку с информацией, нас бы ждала катастрофа. — Она уже нас ждет, Хирузен, — хищно улыбнулся Сенсома. — И у меня уже кулаки чешуться показать Небу, кто большая катастрофа — мы, или они. — «Ты хотел сказать «я или они», придурок», — усмехнувшись, подумал Хокаге. — «Но я действительно рад. Как там писал Тобирама-сенсей? Невозможный шиноби в твоем подчинении — инструмент куда более значимый, чем целая армия шиноби. Биджу, похоже я действительно становлюсь настоящим Хокаге!»