Моя разноцветная семейка. Часть 2. Колдотворец не переживёт!

— А не плохо вы тут устроились, — проговорил Сириус, осматривая добротные избы, огороженные невысокими заборами из переплетённых прутьев, ухоженные огороды, носящихся по деревне детей и животных, которые тоже были детьми, но уже с проснувшейся второй ипостасью. — Да, славянские оборотни являются отдельной расой, а не следствием проклятия, как ваши европейские, — сдержано проговорил Сергей Волков, взглядом выискивая в скачущей тут и тем детворе знакомую мордаху. — Попалась! Мужчина лёгким движение выловил из ватаги детей растрёпанного чёрного волчонка, который сначала попытался сцапать русского преподавателя за руку, затем принюхался и только после этого радостно оскалился. Точнее это Сергей знал, что его племянница радостно улыбается, а вот англичанам показалось иначе, но они проявили тактичность и ничего не сказали, только слегка отодвинулись. — Знакомьтесь, это моя племянница Мираслава, — представил мужчина, почёсывая маленькую волчицу за ухом. — Мира, марш к матери, пусть стол накрывает. Я сейчас покажу гостям деревню и мы придём. Он опустил малышку на землю и та быстро умчалась только в ей ведомом, смешно задрав хвост. — Ну, а теперь, давайте я покажу вам нашу деревню, где мы с вами будем проживать ближайшие полтора месяца, — проговорил Сергей и тут же слегка исправился: — Нет, ну конечно если вам совсем будет здесь не по нраву, можно будет отправиться в Колдотворец раньше. Пойдёмте. И мужчина повёл своих временных коллег вглубь деревни, рассказывая о местных особенностях.

***

— Сэйра! Кай ту санас? Мы волновались! Миро дэвэл! Ты пропадала несколько лет незнамо где, а теперь объявилась с бэнк ром, — стоило русской преподавательнице в компании Снейпа приблизиться к стоянке табора, на поиски которого ушли почти сутки, как к ним тут же подлетела женщина средних лет с пронзительными чёрными глазами и начал что-то говорить, перемежая слова из разных языков. Северус про себя отметил, что одежда, в которой ходила Деметер была ещё не такой яркой для глаз по сравнению с остальными членами табора. — Дае! — тут же огрызнулась Сэйра. — Чай! — не уступала ей женщина, и обе начали сверлить друг друга взглядами. — Я рада, что ты вернулась, Сэйра, — послышался третий голос и появилась старая седая цыганка, которой помогали идти два молодых цыгана. — Мами, — уже радостно улыбнулась Деметер. — Дэ васт, чиргенори, — улыбнулась в ответ старая цыганка, что-то разглядывая на ладони. — Зря ты волка мучаешь. Пожалела бы мужика. — Он сам напросился, — поджала губы Сэйра. — Знаешь, школа благоприятно на тебя подействовала, — довольно проговорила старая цыганка и усмехнулась. — Иди уже размещай своего гостя, а то он сейчас начнёт убивать взглядом. — Как скажешь, — женщина повела плечом и повернулась к Снейпу, которого настораживало окружение. — Добро пожаловать, мистер Снейп. Пойдёмте, будем вас знакомить с моими родичами и местным бытом.

***

— Ах ты, скотина мохнатая! Ишь чё удумал! За девками в бане подглядывать! — миниатюрная черноволосая женщина во всю махала скалкой, от которой увиливал высокий мужчина с серебристыми волосами, похожий на Сергея. — Люба, это вышло совершенно случайно! — оправдывался мужчина, уворачиваясь от ударов жены. — Солнце, да я правда мимо проходил! — Кхм! Мы не помешали? — поинтересовался появившийся во дворе Волков в компании с заинтересованно наблюдающими за происходящим англичанами. — Серёжка! Ну наконец-то ты вылез из этой своей школы, — тут же обрадовался мужчина, а его жена перестала колотить мужа кухонной утварью и расплылась в доброжелательной улыбке: — Серёженька, как хорошо, что ты приехал. Ещё и с гостями! — сообщила она. — Самовар почти вскипел, пойдёмте чай пить. — Йа-а! — с боевым кличем из дома выскочила Мираслава, которая успела принять человеческое обличье и теперь выглядела, как пятилетняя девчонка с копной непослушных чёрных волос и серебристо-серыми омутами глаз. Сергей молча поймал свою племянницу в объятия и пару раз подкинул в воздух, от чего она залилась радостным хохотом. — Мира, проводи гостей в беседку, — ласково проговорила Люба, а потом повернулась к мужу: — За мной! Стоило женщине скрыться в доме, брат Волкова тут же сказал: — Обожаю свою жену, но вот когда у неё случаются приступы ревности, даже мне становится страшно, — проговорив это, он протянул руку для рукопожатия: — Григорий. Очень приятно познакомиться. Пока все обменивались рукопожатиями, Сергей был синхронным переводчиком: — Это мой брат Григорий и его жена Любовь, — объяснил он англичанам. — Гриша, это мои английские коллеги мистер Люпин и мистер Блэк. Артефакты-переводчики должны доставить завтра, а пока что я буду всё переводить. — И надолго вы? — полюбопытствовал Григорий. — Приютите на месяцок? — Да без проблем! — Вот и хорошо.

***

— А! — А-а-а! — О! Поэт проснулся! — А! Опять эти полоумные приехали! Утро началось крайне энергично. А всё потому, что идя на завтрак Гермиона случайно наткнулась на местное приведение, которое после кое-чьих экспериментов выглядело крайне экстравагантно: это явно когда-то был мужчина с всклокоченной бородой и безумными искрами в глазах, вот только с недавних пор он щеголял в откровенном алом кружевном платье и с размалёванным косметикой лицом — это близняшки постарались, как обычно. Так вот, приведение с утра по раньше налетело на Грейнджер, которая от неожиданности вскрикнула. Призрак под кодовым именем «Поэт» тоже не остался в долгу и заорал от души, но у него на это были веские причины. В коридоре тут же появился лохматый Святослав с мечом на перевес, заспанный Гарри, Софья и радостные близняшки. Стоило призраку увидеть Беляну и Акулину, как он взвыл в голос и постарался поскорее скрыться из виду, ибо всеми фибрами души панически боялся эту парочку. За годы совместного сосуществования в поместье они двадцать четыре раза пытались изгнать его дух на перерождение, и ровно столько же раз он засыпал на неопределённое время, чтобы потом вновь очнуться и ужаснуться очередному плану этих бестий. — Ляна, Лина, ну отстаньте вы уже от этого несчастного призрака! — на этот раз взвыл Руслан, не выспавшаяся физиономия которого появилась в ближайшем дверном проёме. — А мы что? Мы еще даже ничего не делали! — заверили девушки и умотали по своим делам, пока Софья не прожгла в них дырки взглядом. — Дурдом с утра по раньше, — проворчала протопавшая мимо Марья, завёрнутая в плед, с вороньем гнездом на голове и пустой кружкой в руках — это она пошла добывать живительный напиток под названием кофе. Софье оставалось лишь вздохнуть на всё это и вместе с Гермионой продолжить путь в столовую.

***

— Доброго утра! — радостно поприветствовала вошедших в столовую красивая женщина с безукоризненной осанкой и строгой причёской на голове, при виде которой становилось понятно, в кого пошли близняшки с их светлыми шевелюрами. — Доброе утро, мама. Разреши тебе представить Гермиону Грейнджер, — Софья тепло улыбнулась родительнице. — Гермиона, познакомься, это моя мать — Василиса Потаповна Романова. — Очень приятно познакомиться, — отозвалась гриффиндорка, чувствуя себя слегка не в своей тарелке. — Мне тоже, юная леди, — в ответ улыбнулась Василиса и оценивающе прищурилась. — Доброго утра, прекрасные леди! — в столовую вошёл Алексей Николаевич и занял место во главе стола, попутно поцеловав жену. — Как спалось? — Просто прекрасно, — ответила Софья. — Марию я ещё днём загнала спать, а у близняшек просто не было времени что-то учудить. — Вот и хорошо, — хохотнул мужчина. Постепенно начали подтягиваться и остальные, подгоняемые запахом горячей еды. Даже всё ещё сонная Мария почтила своим присутствием семью и гостей с кружкой горячего кофе, но уже без пледа. Взгляд Василисы был не слишком доволен, но сделать что-либо уже было невозможно. — Всем приятного аппетита, — последним появился как не странно Святослав, и все тут же принялись за еду.

***

— Итак, к нам надвигается катастрофа вселенского масштаба, — объявила Беляна, когда женская половина была собрана почти полностью в их с сестрой покоях. На тайном собрании присутствовали сами близняшки, Марья, Лена, Гермиона, Ясмира и Полумна. Софья должна была подойти с минуты на минуту, а пока что освещение проблемы начали неугомонные Акулина и Беляна. — К нам едет ревизор? — вяло поинтересовалась Марья, которой вообще не была понятна суть всего этого собрания. — Хуже, — отозвалась Акулина. — К нам едет дядя Стефан. — Приём сегодня вечером, — добавила Беляна. — Вот же протухшая жабья икра! — ругнулась Марья, осознавая грозящую опасность. — Ой мамочка! — в унисон с ней пискнула Ясмира. — Мария! — тут же одёрнула сестру вошедшая Софья. — Не ругайся при детях. Марья попыталась состроить невинное личико, но желтоглазую не проняло. — Заносите, — скомандовала Романова, и помещение начало наполняться чехлами с платьями. — Итак, за ближайшие пол дня нам нужно привести вас в божеский вид. Мария, на тебе маскировка этого форменного безобразия хотя бы на один вечер, — взглядом девушка указала на разноцветных сестёр, от причёсок которых рябило в глазах. — Да проще их сразу на лысо подстричь, — констатировала девушка, кинув на сестёр оценивающий взгляд. — Мы оставим столь радикальные меры на крайний случай, — отозвалась Софья. — Ляна, Лина, на вас причёски. И не надо отнекиваться, что у вас руки не из того места. Когда надо, у вас всё получается, тем более что скоро придут Марго и Мари, которые помогут. — А может сбежим, пока есть возможность? — жалобно попросили близняшки. — Уже не выйдет, — ответила желтоглазая, которая тоже была не в восторге от предстоящего мероприятия. — Матушка уже вызвала братьев. — У! — раздался строенный стон. — Так что не будем терять время, — подвела итог Софья, а Гермиона и Полумна непонимающе наблюдали за происходящим.

***

Гермиона ещё ни разу не была на званных приёмах и чувствовала себя не в своей тарелке. Единственным, что давало ей возможность сохранить лицо, были периодические приободряющие улыбки Святослава, да без устали отвлекающие своими шуточками всех собравшихся Беляна и Акулина. Сейчас можно было лицезреть всех отпрысков четы Романовых, из которых англичане ещё не были знакомы только с двумя старшими братьями. Высокий, темноволосый и даже с виду опасный Филипп и изящный блондинистый Михаил с чарующим взглядом. Грейнджер знала о них только то, что один находится на пограничной службе, а второй знаменитый в определённых кругах артист. Какие такие эти определённые круги, девушка так и не узнала, потому что снабжавшие её информацией близняшки куда-то резко делись. Так же на приёме присутствовали какие-то деловые партнёры, как выразилась Софья, и друзья семьи со спутницами, а вот виновник торжества опаздывал. Наконец дворецкий, которого здесь называли управляющим — это был не молодым мужчиной с припудренным париком на абсолютно лысой голове и каменным лицом, объявил о прибытии графа Баранцова — то бишь внушающего трепет всем Романовым дяди Стефана, а точнее Стефана Сигизмундовича и ни как иначе. — Здравствуй, брат, — к нему тут же подошёл хозяин дома. По правде сказать братьями они были всего лишь двоюродными, но это не мешало Баранцову время от времени появляться, как снег на голову, в гостях у родственников. — Здравствуй, Алексей, — они обменялись рукопожатиями. — Как поживаете? Пока Романов заверял мужчину в том, что все просто прекрасно, тот уже осматривал своим цепким взглядом помещение и искал к чему бы придраться. Его тонкие губы то и дело слегка кривились, но серые глаза так и не находили искомого. Даже вечно устраивающие бедлам близняшки выглядели вполне прилично — за какие-то пять часов Мария смогла сотворить невозможное и теперь у девушек на сутки был природный цвет волос без каких-либо намёков на окрашивание. Первая половина вечера прошла вполне сносно и даже прилично, а потом квартет начал свой концерт. Точнее сначала у дяди Стефана проснулось природное желание говорить гадости, после чего уже Акулина и Беляна, заручившись поддержкой близнецов Уизли, привели в действие первый акт своего представления. Дело было за накрытым столом во время десерта. Перед графом поставили его порцию, он взглянул, перед этим вооружившись приборами, и неожиданно нахмурился. Посмотрев ещё какое-то время на представшую картину и так и не притронувшись к блюду, мужчина поджал губы и поинтересовался: — Это что? Все тут же с интересом посмотрели на его порцию, где посреди тарелки на самом десерте сидела небольшая красно-синяя лягушка со смешными лапками, что были слегка большеваты для такого маленького тела. Кто-то из спутниц деловых партнёров взвизгнул и грохнулся в обморок — видимо эти прелестницы в первый раз были на мероприятии, где присутствовали Романовы, и не знали, чем это чревато. Остальные присутствующие с интересом наблюдали за развитием событий — походы к Романовым для них уже давно были своего рода развлечения. — Это кажется лягушка. Смею предположить, что ядовитая, — ответил на вопрос Стефана Алексей Николаевич, но при этом послал взгляд изображающим святых близняшкам. — Уберите эту гадость немедленно! — Баранцов скривился и желчно добавил: — Всё-таки у твоих дочерей нездоровая мания к земноводным. Кажется, стоит уже обратиться к медикам. Романов и ухом не повёл на это замечание, а уничижительный взгляд Стефана Беляну и Акулину не пронял. — Приступаем ко второму акту, — еле слышно проговорила Акулина Фреду, тот кивнул, но их планы подкорректировала Варвара. Малышка на полной скорости и с боевым кличем ворвалась в зал, петляя между гостями, которые успели переместиться из столовой в одну из просторных гостиных. Следом появились три растрёпанных нянечки, которые пытались уложить малышку спать, которая была категорически против этого. Откуда Варвара опять взяла молоток опять же осталось загадкой, но именно об него запнулась одна из женщина, которая почти поймала ускользающую девочку. В общем за пять минут они взбаламутили всю гостиную, перевернули пару кресел, отдавили кому-то ноги, но так и не поймали Варю, которая весело пробежала мимо отца и подскочила к Софье, что тут же поймала малышку в объятья. — Ну и почему ты ещё не спишь? — приседая на корточки от чего подол бежевого платья растёкся по паркету, поинтересовалась желтоглазая. — Хотю сказку! — объявила Варвара. — Ты потитаешь мне сказку? — Ну пойдём, — улыбнулась девушка, вставая и подавая руку сестре. Романова бросила извиняющийся взгляд на отца, который согласно кивнул на это, разрешая дочерям идти. Под конвоем нянечек Софья и Варвара удалились, предоставляя квартету возможность действовать. Да здравствует второй акт «Марлезонского балета».

***

Ба-бах! Поместье резко тряхнуло, а Софья вскочила на ноги из кресла, попутно вручая книгу со сказками в руки одной из нянечек. Варвара уже крепко спала и никак не среагировала на шум, желтоглазая же поспешила на шум. Почему-то сомнений в том, кто виновник этого безобразия, у девушки не возникало. Опять у близняшек пакостное настроение. Мимо пронеслось приведение с воплем о том, что он уже устал от этого посмертия и хочет на перерождение — правда сказано это было в нецензурной форме, хотя смысл оставался тот же. В гостиной все заняли окопы, образованные перевёрнутой мебелью, а по помещению метались фейерверки и дядя Стефан, проклиная всех и вся. Из огромного камина, который сегодня к счастью не горел, торчали четыре перепачканных физиономии зачинщиков, на люстре раскачивалась одна из дам, пришедших в гости, азартные друзья и коллеги отца семейства вместе с самим мужчиной обстреливали друг друга предоставленными бомбочками с конфетти, а дамы во главе с Василисой и прихваченные англичане сгрудились за одним из диванов и явно замышляли что-то пакостное. В общем развлекались все, как могли. Все, кроме пришедшего в ярость Стефана Сигизмундовича. Софья на мгновение прикрыла глаза и потёрла виски. Иногда родители тоже любили присоединяться к безобразию и видимо сегодня был как раз тот день — точно Стефан их довёл до лампочки. Мимо девушки промчался очередной фейерверк, а рядом взорвалась хлопушка с конфетти, осыпая с ног до головы золотыми и серебряными бумажками. Желтоглазая вздохнула. Пора уже прекращать этот бедлам.

***

— Князь, ваш вечер как всегда был просто великолепен! — прощаясь, сказал один из гостей, и его тут же поддержали остальные. — Моё почтение, Великая Княжна. Последний поклон был адресован Софье, которая за каких-то полчаса смогла вернуть всё на свои места. А именно вытащить сестёр и близнецов Уизли из камина, остановить метания дяди Стефана и напоить его успокоительным, предотвратить контратаку женской половины и примерить воюющие лагеря с разных сторон гостиной. Взрослые от души повеселились и теперь разъезжались по домам, а пришибленный Малфой удостоверялся в очередной раз в том, что этот мир сошёл с ума. Граф Баранцов один из первых покинул сие сомнительное общество, в очередной раз зарекаясь приезжать к своим ненормальным родственникам, но все прекрасно знали, что уже через шесть месяцев он об этом благополучно забудет и вновь объявиться с претензиями и придирками. — Ну всё детки, идите спать, — когда последний гость был спроважен, сказала Василиса, а сама направилась вместе с мужем на вечернюю прогулку, обсуждая особенно весёлые моменты из сгодняшнего мероприятия. — Странно, что после такого к вам ещё кто-то приезжает, — проговорил Драко. — Так они для того и приезжают, чтоб повеселиться, — отозвалась Ясмира, которая феноменальным образом оказывалась постоянно рядом с парнем. — Всё. Всем спать, — скомандовала Софья и все поспешили разбрестись по своим комнатам, тем более кому-то ещё отмываться от сажи.