Я рассыпал бы ликорисы у тебя под ногами

      Этой ночью ты пришел поздно. Это так на тебя похоже: работать на износ, отдавая все свои силы работе. Наверное… Нет, это одна из причин, почему Мори считает тебя ценным сотрудником. И я согласен с ним безо всяких сомнений.       Осторожно присаживаюсь рядом со спящим тобой, чтобы не разбудить. Аккуратно провожу рукой по растрёпанным волосам медного цвета, убирая от лица выбившиеся прядки. Такой невинный, когда спит. Невольно улыбаюсь от этой мысли, вспоминая, что ты совсем не безобидный малый.       Под тихое сопение осматриваю знакомую до боли комнату, отмечая про себя небольшой беспорядок. Полагаю, ты раздевался на ходу и без сил упал на кровать, когда возвращался вчера в пустую квартиру. В квартиру, где тебя никто уже не ждёт.       Продолжаю неторопливо перебирать твои мягкие волосы. А ведь я всегда шутил, что ты их специально по-девчачьи завиваешь по утрам. Твои угрозы убить меня в эти моменты вызывали лишь улыбку. Я же прекрасно знал, что уж меня ты точно не убьешь. Не потому, что слабый. А потому, что любишь. До сих пор помню, как ты волновался за меня на той миссии, где я потерял много крови. Ты с таким отчаянием просил Мори перелить мне свою кровь, ведь она подходит мне. Ты так и не узнал, что я всё прекрасно слышал в тот момент. Наверное, именно тогда я начал… понимать, зачем люди живут на земле, возможно? Для кого-то это покажется глупой причиной, но не для меня. Я просто захотел вновь увидеть твой нахмуренный взгляд, услышать твоё любимое, максимально недовольное: "Скумбрия, ты идиот". И увидеть, как ты отворачиваешься, будто готов мне вмазать от одного моего вида. Но я-то знаю настоящую причину. Ты просто сдерживался, чтобы не обнять меня так крепко, как это возможно. И всегда сдерживался, боялся быть отвергнутым и потерять тем самым своего лучшего друга и напарника. Да, наши отношения со стороны не похожи на образцовые, такими, какие их представляют при слове "друзья". Но я точно знаю, что это так. Ведь ты — единственный, к кому я прислушиваюсь, даже если делаю вид, что мне плевать.       Как часто дружеские отношения перерастают в нечто большее? Без понятия, я никогда об этом не задумывался. Мое сердце всегда было закрыто, эти чувства были чужды мне. Ты называл меня дамским угодником, но так и не знал, что я никого из них не любил по-настоящему. Они все были замечательными девушками, не смею отрицать. Замечательными девушками, которые не смогли покорить моё сердце так, как удалось тебе.       А я ведь сразу и не понял, почему мне так хотелось всегда тебя задеть, подколоть. Юность, что с неё взять? Я улыбнулся вновь. Так глупо звучит. Я влюбился в тебя, получив от тебя ногой по лицу, припечатанный в груду обломков. Ты тогда так пафосно и агрессивно на меня смотрел, одним только своим видом показывая, что ты тут босс. А на самом деле ты был такой милый в этот момент.       Я помню, как мы в один из вечеров сильно поругались. Наш обмен угрозами зашел слишком далеко и я ляпнул, что жалею, что пригласил тебя в мафию. Я заметил ту боль, на секунду промелькнувшую в твоих больших глазах. И ты не представляешь, как сильно я хотел себя уничтожить в этот момент. Но ты достойно не показал своей обиды. По крайней мере, ты думал, что я её не заметил. Я был слишком горд, чтобы извиниться напрямую. Поэтому я делал всё, начиная от невесть откуда взявшегося обеда в твоём кабинете, заканчивая пополнением твоих запасов именно тем вином, о котором ты только успевал заикнуться. Потратился я тогда много, но я не жалею. Конечно, когда всё улеглось, я всё-таки завуалировано, но попросил прощения. С тех пор, мы перестали так часто ругаться и обмениваться "комплиментами". Особенно когда я подвыпивший. Я боялся снова увидеть ту боль от своих неосторожных слов. Ведь ты действительно заслуживаешь лучшего, мой самый идеальный напарник. Прости меня, что я не был таковым для тебя. Хотел бы я сказать, что изменюсь, но уже незачем. Ведь мы уже не напарники.       Надо бы прибраться немного, а то запнёшься об свои же вещи в темноте. Пока поднимал твои вещи, почувствовал твой парфюм. Твой парфюм, который я тебе "в шутку" подарил, назвав твой бабским. Ты тогда сказал, что как раз закончился освежитель воздуха в туалете, и мой подарок как нельзя кстати. И даже когда мы начали встречаться, тайно от всех, ты продолжал меня в ответ подкалывать по поводу и без. Но меня всё устраивало. Мне нравились такие отношения с искрой. И ты себя тоже чувствовал комфортно.       Первые лучи солнца пробились через тяжёлые шторы как раз тогда, когда я складывал последние вещи. По привычке спрятался, чтобы ты меня не увидел. Каким бы ты не был уставшим, ты всегда просыпаешься рано.       Наблюдаю из укрытия за твоей сонной мордашкой. Как ты потираешь глаза, неторопливо потягиваешься. Отчётливо слышу каждый хруст. Послышался скрип кровати — ты встал. Раздался щелчок — и кровать осветил небольшой ночник. Ты не торопишься раздвигать шторы, лишь медленно пошёл в ванную. Долго не думая, я последовал за тобой. Вижу, как ты умываешься, некоторые прядки волос намокли, прилипая к телу. Улыбнулся от этого вида, подойдя ближе и стоя уже практически за тобой. Вытерев полотенцем лицо, ты смотришься в зеркало. Замечаю твой грустный взгляд, устремлённый в зеркало. — Скумбрия… Мне тебя не хватает, — произносишь ты самому себе, разворачиваешься. Успеваю одарить тебя нежным поцелуем. Но ты не отвечаешь. Лишь озадачено посмотрел куда-то сквозь меня, коснулся пальцами своих губ. Мотнув головой, ты уходишь на кухню. Ну конечно, как же я мог забыть. Ты меня не увидишь больше. Ведь я уже неделю как мёртв...