До встречи в аду

      Сердце стучало словно птица, вырывающаяся из клетки, но осознание происходящего не спешило приходить. Стоя, словно вкопанная, Уокер тревожно перебирала витающие в голове остатки разумных мыслей, пока осознание того, что время поджимает, не пало невыносимым грузом на ее хрупкие плечи. Суматошно хватая на себе вечно сползающее полотенце в самый последний момент, Вики начала судорожно копаться в комоде с нижним бельем, пытаясь слегка трясущимися руками найти подходящее. Но вездесущие женские мысли о том, что ей нечего надеть, зарывали ее в еще более глубокую яму паники.       С какой стати ей вообще паниковать? С чего она помчалась собираться, даже не поразмыслив о последствиях спонтанного решения? Коснувшись губ еще слегка размокшими в воде пальцами, девушка взглянула на свое отражение в зеркале: слишком мало времени, чтобы привести себя в порядок. Вопрос ее выхода из дома должен решиться в этот момент, иначе все старания будут упущены, словно песок, утекающий сквозь пальцы.       Проходящая мимо комнаты Глория лишь ненароком заглянула в просвет между стеной и слегка приоткрытой дверью, но даже это замеченное копошение в комнате соседки заинтересовало ее в одно мгновение:       — Ты чего забегала? Что-то случилось с отцом? — наблюдая за тем, как блондинка, словно раненая лань, кидается из стороны в сторону, пытаясь успеть совершить сотню дел одновременно, Глори запереживала, что что-то действительно произошло. Что-то не терпящее отлагательств.       Вздрогнув от неожиданности, Уокер подскочила, вновь хватаясь за край злосчастного полотенца. Повернувшись в сторону подруги, она взглянула на нее полными ужаса глазами:       — Нет… хуже…       — Да что такое?       — Это не папа написал! Да, черт возьми, мой папа даже смски писать не умеет…       Тревога, зародившаяся в сердце Глории, росла настолько стремительно, что девушка чуть ли не кинулась поддерживать подругу, но что-то в этой ситуации заставляло ее повременить.       — Это тот парень, он написал мне… Я и думать забыла, что он мой телефон взял тогда… — Вики еле слышно прошептала эти слова, словно объект их обсуждения стоял не на пару этажей ниже, а сидел в рядом стоящем кресле, слушая все, о чем они разговаривают.       — Ты самая настоящая сучка! — прошипела Глория, облегченно вздыхая. — Я уж думала, что твой отец попал в беду или еще что похуже… А тут всего-то…       — Глори, ты не понимаешь!       — Да что тут не понимать? — соседка оглядела девушку с ног до головы. — Ну и когда он придет?       — Он стоит под нашими окнами уже черт знает сколько! — Вики показала в сторону балкона рукой с зажатым в ней телефоном. Тот продолжал молить о подключении питания, мигая красным огоньком в углу экрана.       Подойдя к занавешенному окну словно хищная пантера, Глория легким движением пальцев слегка отодвинула плотную портьеру, ища глазами нарушителя их спокойствия.       — Как думаешь, мне стоит идти? Я же даже не знаю…       — Нет, ты остаешься дома, — сухо заключила девушка, перебивая подругу. Она вернула штору на прежнее место и повернулась в сторону своей собеседницы. Лицо Глории было настолько беспристрастным, что Уокер на мгновение опешила, растерявшись из-за реакции подруги.       — Почему? — значил ли ее вопрос, что она сама, подсознательно, ожидала услышать другой ответ? Вики задумалась над этим, но принятие собственных желаний заглушалось непониманием.       — Потому что этого красавчика себе забираю я! Заверните, пожалуйста.       — Ну Глори, я же серьезно… — опуская поднятые от встревоженности плечи, практически обреченно выпалила Вики.       — Как и я. Виктория Уокер, я вызываю тебя на смертельный поединок ради него!       Смеясь, Уокер свернула злосчастное полотенце, так надоевшее ей своим безобразным «поведением», и бросила его в сторону подруги.       — Конечно иди, еще сомневаешься? Я себе не прощу, если не выгоню тебя сейчас из дома… А лучше в таком виде, — своим смуглым пальцем с идеальным маникюром Глория показала в сторону стоявшей перед ней обнаженной Вики, — но это, конечно, вариант для самых смелых.       Натягивая белье, сбереженное на крайние случаи (коих в последнее время, а именно год, не представлялось), Вики вновь обреченно взглянула на подругу:       — Я вообще без понятия, что мне надеть…       — Помнишь то платье, за которое я чуть не подралась с этой идиоткой Моникой?       — Боже, Глори, нет! Я не буду брать у тебя его, ты сама говорила, что оно создано для настолько важных событий, что в нем и умереть не стыдно. Это твои слова!       — Сейчас как раз такой случай.       Вики подошла к подруге, после чего обняла ее очень крепко, выражая этими объятьями все то, что не могла выразить словами.       — Что бы я без тебя делала…       — Собирайся, пока его не украли у тебя из-под носа.       Покинув комнату, Глория закрыла за собой дверь, оставляя Уокер наедине со своими мыслями. Главный вопрос решен, а именно вопрос одежды, но помимо него был еще целый айсберг дел, сокрытый под поверхностью утекающего времени. Взглянув на часы, Вики ужаснулась, ведь в ее запасе оставалось не больше шести минут.       «Ну, он же не уйдет? А что, если и вправду уйдет? Может выйти сказать, что я спущусь? Нет, не пойду…»       Натягивая тонкие капроновые колготки черного цвета, Уокер старалась не порвать их длинными ногтями — постоянная проблема, особенно когда предстоит важное событие. Но в этот вечер все планеты сошлись в зените неведомого тринадцатого знака зодиака, и колготки остались целы. В такие моменты начинаешь верить в Бога. Вновь окинув взглядом свое отражение в зеркале, Уокер оценивала шансы успеть накраситься или сделать укладку, но время поджимало, и позволить себе она могла только что-то одно. Решив, что с волосами возни будет гораздо больше, Вики лишь зачесала еще влажные локоны назад, открывая лицо и тонкую шею.       Небольшой слой тонального крема и немного румян. Капелька колдовства с тенями для век и пара слоев туши. Возможно, стоит добавить помаду? Красную или под цвет губ? Не будет ли это лишним или вызывающим? Решив, что лучшим решением будет то, что сделает не она сама, Вики наугад сунула руку в косметичку, нащупывая цилиндрический силуэт любой помады, которая только попадется ей под руку. Красная.       Подушечками пальцев распределив небольшое количество пигмента по губам, успевшим слегка потрескаться и покрыться слоем сухой кожи за все то время, что она проторчала в душной комнате, Уокер встретилась взглядом с зашедшей в комнату Глорией. В ее руках красовалось бордовое мини-платье, усыпанное мелкими блестками.       — Еще раз спасибо…       — Для тебя, дорогая, мне ничего не жалко, — протягивая ей вешалку, соседка подметила: — Черт возьми, ты еще не разучилась собираться на свидания, выглядишь потрясно!       Аккуратно расстегнув молнию сбоку, Вики шагнула внутрь платья и подняла его выше. Тончайшие бретельки легли на острые плечи, оголяя ключицы. Декольте оказалось настолько углубленным, что бюстгальтер ярким пятном контрастировал с легкой тканью одежды.       — Не смотри на меня так, снимай его!       Смущенно вздохнув, Уокер все же молча согласилась с подругой. Теперь платье село на нее как влитое. Эффектно подчеркивая ее худобу и невыдающиеся, но все же аккуратные формы, оно украшало фигуру Вики, как сияющий бриллиант на шее прекрасной дамы. Достав из-под кровати ящик с туфлями, Уокер стряхнула с него толстый слой пыли: последнее время каблукам пришлось поскучать, будучи замененными кедами и кроссовками.       Оглядев себя в зеркало последний раз, Уокер оценивающе прищурилась.       — Выглядишь на миллион, — подавая ей небольшую сумочку на цепочке, произнесла Глория.       — Люблю тебя, — поцеловав ту в щеку, Вики мельком посмотрела на часы. Время вышло, но и она сама уже готова выходить. Сумбурные сборы закончились пачкой сигарет и ключами, запихнутыми в сумочку.       — Телефон сел… Мне придется оставить его дома, — поджимая губы произнесла Вики, понимая, что эта мера не нравится ни ей, ни соседке.       — Будем надеяться на его благородность! — провожая взглядом любящей матери выходящую за порог Уокер, Глория добавила: — Не смей возвращаться домой, если ты не добьешься хоть чего-то! Клянусь, я вышвырну тебя из дома!       — Ловлю на слове, — помахав на прощание, Уокер спустилась на пролет ниже, исчезнув из поля зрения соседки.

***

      Спускаясь по каменным ступеням, Уокер ощутила трепещущее чувство внутри нее: внутренние органы будто замерли в предвкушении момента, создавая внутри тела вакуум, преграждающий путь воздуху. Последний раз она нервничала так сильно несколько лет назад, и то из-за экзамена, но это другой случай. Конечности тотчас стали каменными. Чувствуя себя марионеткой, Вики спускалась ниже и ниже, преодолевая ступени своего дома, сокращая дистанцию. Остановившись у дверного проема, ведущего на улицу, таким образом, чтобы ее не было видно, Уокер сделала пару глубоких вдохов, взглянув на свои потряхивающиеся ладони. Пора брать себя в руки.       «Да что с тобой такое, Уокер?»       Он так и стоял у машины, поглядывая куда-то вдаль, пока по пустующей улице не начал раздаваться цокот каблуков девушки. Мужчина медленно повернулся в ее сторону, окидывая взглядом. Вики взглянула на его лицо и не смогла считать эмоцию, которую он испытывал. Брюнет слегка прищурил глаза и обреченно поджал губы. Он тяжело вздохнул и наклонил голову, будто девушка заведомо сделала что-то не так. В ночной тишине раздалось его тихое «Ц».       «Почему ты цокаешь?» — подумала Вики, но не стала спрашивать его напрямую. Видимо сборы на скорость затмили пеленой ее глаза, и девушка не заметила в себе какую-то глупость, по типу остатков зубной пасты на щеке или забыла накрасить вторую бровь? Вики лишь молча встала напротив него, вглядываясь в лицо мужчины. «Что во мне тебя не устроило?»       Оттолкнувшись от машины, он предстал перед ней во весь рост. Брюнет был несколько выше нее, на что Вики не обратила внимание до этого момента. Он снова весь в черном. Скинув с себя позвякивающую железной молнией кожаную куртку, парень обошел девушку со спины:       — Лучше бы в полотенце вышла… Оно и то потеплее выглядело, — его бархатный голос заставил Уокер вновь вздрогнуть. Тяжелая куртка коснулась ее плеч, оказавшись слегка длиннее платья. — Замерзнешь.       Мужчина сделал шаг вперед, оказавшись перед Вики. Он молча направился в неведомом ей направлении, вышагивая медленно и ровно, словно ожидая, что она настигнет его. Так девушка и поступила.       Идя рядом друг с другом, они сохраняли гробовую тишину наступившей ночи. Прохладный ветерок касался еще кое-где мокрых волос, но холод не касался девушки — все внутри горело, трепетало и билось, словно зверь, загнанный в угол. Мандраж, охвативший ее еще тогда, в комнате, никак не прекращался.       «Уокер, ты что, влюбилась, как девочка?» — свыкаясь с истиной, Вики старалась забыться в своих мыслях, в надежде, что это позволит ей хоть сколько-то успокоиться, но ничего не выходило. — «Почему он молчит?»       Как можно незаметнее Вики взглянула на своего спутника. Он выглядел так, будто это свидание (свидание ли?) для него дело привычное. Брюнет смотрел прямо перед собой, на его губах застыла слегка уловимая улыбка. Он был спокоен, как удав, чего не скажешь о Уокер. Она продолжала краем глаза рассматривать его, молясь о том, чтобы не запнуться о какой-нибудь выступ, неуклюже свалившись ему под ноги. Его куртка приятно пахла чем-то терпким и щекочущим нос.       — Долго еще будешь рассматривать меня? — он повернулся в ее сторону, ловя на себе испуганный взгляд.       Девушка тотчас отвернулась, делая вид, что он совершенно не прав. Она выглядела как ребенок, которого поймали за поеданием конфет.       — Куда мы идем? — игнорируя его вопрос в надежде, что он забудет о нем, Вики наконец промолвила хоть слово. Ее голос предательски скрипнул, после чего она слегка покашляла.       — Осталось недолго, — мужчина указал ладонью в сторону приближающегося поворота.       Выждав еще пару минут ходьбы в полном молчании, пара дошла до припаркованной прямо за углом машине. Кабриолет старого типа сверкал своей чистотой и свежестью. Остановившись резко и неожиданно для спутницы, брюнет повернулся в ее сторону, протягивая к ней руку. Опешив, Вики сделала шаг назад, чем немного развеселила мужчину. Улыбаясь, он вновь шагнул к ней ближе, все так же протягивая руку вперед. Кончиками пальцев коснувшись кармана своей куртки, мужчина достал из него ключи, все это время смотря девушке в глаза:       — Прошу, — он нажал на кнопку блокировки, и машина издала знакомый щелчок.       — Не сажусь к незнакомцам в машины, — Вики чуть игриво улыбнулась, понимая, что давно пора узнать его имя.       Мужчина протянул ей свою ладонь, оказавшуюся контрастно крупной в сравнении с ее тонкой ручкой:       — В таком случае Люций. Приятно познакомиться, Вики, — ее имя, сорвавшееся с его уст, приятно ласкало слух. — А теперь…       Люцифер еле ощутимо пожал ее руку, после чего приоткрыл дверцу машины, приглашая девушку внутрь. Уокер происходящее казалось забавным. Глупая, как она думала, улыбка застыла на ее лице, щек коснулся румянец.       «Никто в аду не улыбается так искренне… Тебе идет улыбка», — Люцифер наблюдал за ней, размышляя про себя. — «Надеюсь, что ты действительно счастлива, потому что скоро все это закончится».       —… имя?       Расслышав в закромах своих мыслей голос Вики, Люцифер чуть потряс головой, закрыв глаза. Он вернулся в реальность, понимая, что прослушал ее вопрос:       — Что?       — Твое имя… необычное.       Все еще придерживая приоткрытую дверь перед девушкой, демон коснулся ее спины, подталкивая Вики внутрь. Тело Уокер словно пронзила молния, окутывая ее приятной дрожью. Она села внутрь, сжимаясь, словно испуганный птенец.       — Я и сам необычный, — Люций улыбнулся ей в ответ, аккуратно закрывая дверь.       «Уокер, ей богу, успокойся, он только дотронулся до тебя, а ты вся дрожишь!» — срываясь сама на себя, Вики только лишь наблюдала, как мужчина обходит автомобиль, приближаясь к водительскому месту. — «Чертовски хорош…»       Вновь резко заводя машину, Люцифер заставил двигатель взреветь, как и в тот день, когда он увез Вики и Глорию из клуба.       «Надеюсь, с девушками ты обращаешься нежнее, чем с машиной…»       Его уверенности в вождении можно было позавидовать: мужчина выкрутил руль и вдавил педаль газа до предела, пулей срываясь с места. Нервозно схватившись за ручку двери, Уокер наблюдала, как напряглись его руки. Через тень возвышающихся у дороги пальм мимо них пролетали точечки ночных огней: белых, зеленых, тускло-красных.       — И все же, куда мы направляемся? — Вики, стараясь не отвлекать его от дороги, смотрела в окно, наблюдая за пролетающими мимо огоньками.       — Я смотрю, ты не любишь ждать? — брюнет ухмыльнулся и немного помедлил, после чего сжалился над девушкой и добавил: — Ехать около четверти часа, так что тебе придется немного подождать.       — В таком случае, может, снимешь завесу тайны со своей персоны? Расскажи что-нибудь, — Вики начала чувствовать себя более открытой, она повернулась в сторону Люцифера, пристально рассматривая его силуэт.       — И что тебя интересует?       — Не знаю, хоть что-то… Сколько тебе лет?       «Пара сотен», — невзначай возникло в голове демона, но с языка слетело четкое:        — Двадцать семь.       Поджав губы в улыбке, Уокер опустила глаза, что сразу заметил мужчина. Не дождавшись других вопросов, он спросил сам:       — А тебе?       — Мне двадцать три. Недавно исполнилось…       Слишком молодая, чтобы умирать. Что с вами, ангелами, не так? Люцифер попытался вспомнить, как он жил, когда ему было столько же, сколько Вики сейчас. Конечно, время в аду несоизмеримо с человеческим, но сколь мизерные крупицы жизни можно отведать за этот срок? Умереть в двадцать три — словно не жить вовсе.       Стараясь отвлечься от этих мыслей, Люцифер сам завел разговор, спрашивая девушку о дальнейших событиях дня их встречи, о учебе и прочих вещах, не особо задевавших ее. Он и без этого заметил, как спутница нервно теребит цепочку от сумки. Она слишком напряжена.       К тому времени городская магистраль сменилась сначала на однополосный кусок асфальта, а затем и вовсе на две полосы на земле, накатанных другими автомобилями. Огни вокруг постепенно гасли, пока вовсе не остался лишь свет от фар, освещавших возникающее перед капотом пространство. Это продолжалось, пока скрежет камней под колесами не оповестил их о том, что машина достигла своего пункта назначения.       Вокруг была непроглядная тьма, лишь свет фар утопал, устремленный в уходящий горизонт. Перед ней пропасть или обрыв, огороженный невысокой оградой. Обзорная площадка? Столько лет прожив в этом городе, Уокер не так часто выбиралась куда-то дальше кампуса или ночного клуба недалеко от дома. Это место оказалось ей незнакомым. Блондинка самостоятельно открыла дверь и вышла из машины, становясь перед капотом все еще заведенной машины. Из радиаторной решетки выходил теплый воздух, касающийся ее ног. Погода этой ночью была прекрасна.       Люцифер копался в приборной панели, краем глаза наблюдая за фигурой девушки, освещенной светом автомобильных фар. Она ловким движением достала из своей сумочки пачку сигарет, щелкнула металлической зажигалкой. Закончив с настройкой, Люцифер нажал на последнюю кнопку, после чего из динамиков полилась приятная мелодия, разводясь волнами в необъятной тишине улицы. Певец слащавым голосом начал тянуть свою балладу о любви.

I'm findin' ways to articulate the feeling I'm goin' through I just can't say I don't love you 'Cause I love you, yeah

      Услышав приближающиеся позади тихие шаги, Вики не стала оборачиваться, вглядываясь в окутывающую все вокруг темноту:       — Крадешься, будто привез меня сюда, чтобы убить, — отшутилась Уокер.       Выхватывая из ее рук пачку сигарет, Люцифер со всей силы швырнул их в сторону обрыва, словно игрок в американский бейсбол, подающий мяч.       — Ты и сама прекрасно справляешься…

It's hard for me to communicate the thoughts that I hold But tonight I'm gon' let you know Let me tell the truth Baby, let me tell the truth, yeah

      Продолжая стоять в кромешной тьме, Вики видела только Люцифера, находящегося напротив. Его взгляд был наполнен серьезностью. Заглушенная машина издала последний затяжной гул, и фары понемногу начали гаснуть, заставляя все вокруг затеряться в непроглядной пелене ночи. Песня ощутимо набирала обороты, ускоряя свой темп.       — Можно пригласить вас на танец? — протягивая ей свою ладонь, Люцифер наблюдал за непониманием и азартом в ее глазах.       Девушка легким жестом вложила свою ладонь в его, медленно шагнув в сторону партнера. Брюнет юрким движением засунул вторую руку под куртку, приобнимая Вики за талию, притягивая ее ближе. От волос Уокер все еще пахло шампунем и влагой.

You know what I'm thinkin' See it in your eyes You hate that you want me Hate it when you cry

      — Ты ведь сам куришь… — Вики положила свою руку ему на плечо, ощущая, как он прижимает ее к себе все ближе. От такого сокращения дистанции начинала кружиться голова, но это было приятное помутнение рассудка, а не тошнотворное ощущение.       — Я, как ты выразилась в день нашей встречи, уже «старик», мне не страшно.       Медленно кружась практически на одном месте, они окончательно погрязли в темноте, ловя на лицах друг друга последние очертания света фар. Лишь в темноте Уокер ощутила, насколько они близко друг к другу, ей казалось, что она слышит биение его сердца, но не могла определиться, ни ее ли это собственное сердцебиение? Песня все набирала обороты, подходя к кульминационному моменту, и в этот миг на дне оврага начали загораться огни фонарей и вывесок, постепенно расходясь по всему пространству.

Even though we're going through it And it makes you feel alone Just know that I would die for you Baby I would die for you, yeah

      Создавалось ощущение, что звездное небо рассыпало свои светила, обрушив их на землю. Вики наблюдала за этой картиной и ощущала, словно небосвод и земля поменялись местами: бесчисленное количество звезд под их ногами и кристально чистое черное полотно над их головами. Сейчас, спустя этот короткий миг их знакомства, она уже чувствовала себя в безопасности, объятая крепкими руками. Взглянув ему в глаза, Вики поймала его сконцентрированный на ней взгляд. Сколько уже он смотрит вот так?

Even though we're going through it And it makes you feel alone Just know that I would die for you

      Его взгляд больше не пугал. И для этого понадобилось так мало времени. Вики всегда понимала, что настоящие чувства — это нечто сверхъестественное и недосягаемое людскому пониманию. Она готова была раствориться в этом моменте. Положив голову ему на грудь, Вики лишь сильнее прижалась к крепкому мужскому телу.       Продолжая кружиться, они наслаждались моментом, пока песня, перетекая из куплета в завершающую стадию, не приобрела особенно романтичный оттенок. Певец приятным голосом продолжал вещать о своей необъятной любви к девушке, практически крича ей, что готов умереть ради нее.

I would die for you I would lie for you Keep it real with you I would kill for you, my baby

      Люцифер думал о том, насколько комична эта ситуация. «Я умру за тебя». Почему из всех бесчисленных песен, написанных людьми, выпала именно эта? Именно для них.       Этот момент оказался переломным и для него самого. Он наслаждался каждой секундой, насильно выбросив из головы все темные мысли. Откинув голову назад, Вики ощутила на губах покалывание моросящего дождика. Люцифер наблюдал за движениями девушки в полумраке: в ее волосах он увидел жемчужины ночной росы, — они ярко блестели в свете мелькающих вдалеке огней. Притянув девушку за подбородок, мужчина поцеловал Вики. Прикосновение ее губ было мягким и холодным от прохладных капель.       Сердце Вики отказывалось работать правильно в этот момент.       «Что мы творим?» — маячила в ее голове ярким баннером одна мысль, но, откинув все сомнения, девушка подалась вперед, всем телом прильнув к Люциферу. Он чертовски хорошо целовался, но при этом обходился с ней столь аккуратно, словно она бесценная вещь, что могла разбиться от простого дуновения ветра.       Уокер чувствовала каждое его касание, как ловкие пальцы перебирали небольшие пайетки на платье, как напряглись его бицепсы под ее нежными руками. Кончики их языков касались друг друга, проникали глубже и вновь отдалялись. Этот момент не должен был закончиться никогда, но он не должен был и начаться. Она понимала, что все это неправильно, но сознание окончательно покинуло девушку, когда мужчина прикусил ее нижнюю губу. Приоткрыв глаза, Вики заметила искринку в его глазах, сияющую, как ей тогда показалось, красноватым огнем.       Отстранившись, они взглянули друг на друга, после чего Люцифер прижал девушку к себе, продолжая кружиться с ней в медленном танце. Она казалась такой легкой и беззащитной в его руках. В этот момент демон понял, что человеческая жизнь — очень хрупкая вещь.

It'll never change my mind, 'cause baby I would die for you