Павлин недоделанный

Двадцатого июня две тысячи восьмого года в родовом поместье Блэков произошло торжественное событие: свадьба заместителя главы Аврората Гарри Поттера и начальника секретной лаборатории при Министерстве магии Северуса Снейпа. Шафером со стороны Поттера выступал немного обескураженный Рон Уизли, а со стороны Снейпа – сияющий как новенький галлеон Люциус Малфой, у которого всего три месяца назад родилась дочь. Глядя на счастливые лица молодоженов, стоявших рука об руку перед распорядителем церемоний, трудно было предположить, что если бы не привычка одной пронырливой журналистки совать нос в частную жизнь известных всему магическому миру волшебников, то свадьба могла и не состояться. *** Ровно за год до этого в «Ежедневном пророке» появилась статья скандально знаменитой журналистки Риты Скитер. «Сегодня утром, – говорилось в репортаже, – из проверенного источника мы узнали о том, что миссис Малфой неожиданно покинула родовое поместье своего супруга Люциуса Малфоя. Можно только гадать о причинах размолвки в благородном семействе. Впрочем, тот же источник утверждает, что на протяжении долгих месяцев перед разрывом мистер Северус Снейп – давний друг хозяина дома – неоднократно посещал Малфой-мэнор. Возможно, именно эта «дружба» и переполнила чашу терпения миссис Малфой?» Статья произвела эффект разорвавшейся бомбы. Несколько недель во всей магической Британии не было иной темы для толков и пересудов, как разрыв между Малфоями, а заданный в конце репортажа вопрос лишь подогревал всеобщее любопытство: неужели и впрямь имел место банальный адюльтер, а холеный аристократ Люциус Малфой завел интрижку с мрачным, вечно одетым во все черное аскетом Снейпом? Впрочем, далеко не все волшебники сгорали от нетерпения, стремясь узнать правду о тайной пассии Малфоя. Двое из них буквально кипели от негодования, грозя неугомонной Скитер немыслимыми карами. – Нет, как она посмела чернить меня подобными инсинуациями?! – возмущался Северус Снейп, в сотый раз меряя шагами гигантскую гостиную Малфой-мэнора. – Подумать только: я – твой любовник! Да ничего более несуразного и представить невозможно! – Ну почему же, дорогой Северус? – мурлыкал, лениво потягивая превосходное эльфийское вино, Люциус. – Ведь ты – приверженец однополой любви! Кроме того, мы с тобой знакомы с незапамятных времен и вполне могли... – Ты отлично знаешь, что не могли! – сердито отрезал Снейп. – Во-первых, ты безумно влюблен в свою жену, а во-вторых, я люблю другого. Уж не обижайся, не тебя! И если бы не дурацкая Клятва о неразглашении, которую я сдуру согласился дать вам с Нарциссой, то немедленно отправился бы в редакцию «Ежедневного пророка» и накормил эту мерзкую бабенку Скитер ее же пачкотней, заставив запить сильнейшим слабительным, после чего... – Мерлин, никогда не предполагал, что ты так кровожаден, друг мой! – Люциус небрежным жестом откинул за спину свои роскошные платиновые волосы. – Что касается твоих сердечных привязанностей, то они мне давно известны. И я полностью одобряю твой выбор: молодой, интересный, весьма одаренный волшебник, да к тому же еще и герой магического мира. Убежден, вы с Поттером будете изумительной парой. – Да, но как выяснить, любит ли он меня? – в голосе Снейпа послышалось столь не свойственное ему отчаяние. – Проще простого, – загадочно улыбнулся Люциус. – Вынудим его поверить в наш несуществующий роман, и тогда, если он действительно к тебе неравнодушен, то непременно выдаст свои истинные чувства. *** Практически в это же самое время в гостиной Блэк-хауса Гарри Поттер в полном одиночестве вымещал всю свою досаду на ни в чем не повинном газетном листе. – Значит, вот вы какой, мистер Недотрога! – вопил он, разрывая «Ежедневный пророк» на мелкие кусочки. – Смотрите на меня, точно я пыль у вас под ногами? Не замечаете ни моих подарков, ни моих чувств?! Строите из себя этакого ледяного принца, а сами разбиваете сердца и рушите браки?! Поттер собрал обрывки бумаги, швырнул их в ярко пылавший камин, и через пару мгновений от газеты осталась лишь горстка пепла. Схватив с полки бутыль Старого огненного виски Огдена, Гарри наполнил наколдованный из воздуха стакан и тут же осушил его. После второго стакана злость на коварного Снейпа, пренебрегшего чувствами национального героя ради сомнительной интрижки с аристократом не первой свежести, сменилась приступом острой жалости к самому себе. Впрочем, так как изливать душу бутылке было довольно скучно, Гарри позвал своего верного эльфа Кричера, усадил его напротив и принялся жаловаться на судьбу. – Ну вот ты скажи мне, разве я мало сделал для Северуса? – сетовал Поттер заплетающимся языком. – Из горящей избы... то есть Хижины вынес? – Вынес, – с готовностью подтвердил Кричер. – Колдомедиков пригласил? – Пригласил! – В Визенгамоте защищал? – Защищал! – Орден Мерлина первой степени выбил? – Выбил! – В Академии авроров сдал Высшие зелья на отлично? – Сдал. – Тайком приносил конфискованные у контрабандистов ингредиенты? – Приносил! – Никогда ему не изменял! – Изменял, – эхом отозвался Кричер. – А... это... – густо покраснел Поттер, – ну, это не считается! К тому же я, вообще-то, ничего Снейпу не должен! – Должен! – кивая, словно китайский болванчик, повторил Кричер. – Ну, допустим, он тоже многократно рисковал ради меня жизнью, – пошел на попятный Гарри. – Но все же почему он предпочел мне эту старую слизеринскую облезлую крысу Люциуса? Чем я-то ему не угодил? – Угодил, – пробубнил Кричер, стараясь не вызвать гнева хозяина. – А раз угодил, – Гарри резко вскочил с кресла, но пошатнулся и чуть не упал, – то завтра же утром пойду и объяснюсь ему в любви! И пусть только попробует мне отказать! *** Проснувшись следующим утром и осушив целый фиал Антипохмельного, Поттер принял душ, побрился и начал репетировать перед зеркалом свое первое в жизни объяснение в любви. Выходило как-то скомканно и не слишком романтично, впрочем, по утверждению зеркала, весьма доходчиво. Окрыленный Поттер отправился прямиком в Министерство, но в коридоре возле лаборатории увидел Малфоя, премило беседовавшего со Снейпом и бросавшего на него нежные взгляды. От этого зрелища весь запал у Гарри пропал, точно его никогда и не было. Он круто развернулся и ретировался с такой поспешностью, что едва не сшиб по дороге какого-то министерского сотрудника. *** Следующие несколько месяцев служившие под началом Поттера авроры еще долго не могли вспоминать без содрогания. Жестоко страдавший от ревности Гарри гонял своих сотрудников и в хвост и в гриву, придирался по поводу и без, заставлял по десять раз переписывать отчеты об операциях. Однажды Рон, которому доставалось не меньше, а скорее, даже больше других, не выдержал: – Слушай, Гарри, ты, конечно, был и всегда останешься моим лучшим другом, но, может, ты хотя бы намекнешь, почему в последнее время ведешь себя хуже Снейпа на уроке зельеварения? Того и гляди начнешь снимать с нас баллы или отправишь на отработку: резать флоббер-червей и драить котлы без помощи магии! Поттер почувствовал, что ему стало невыносимо стыдно. В конце концов, никто же не виноват, что каждый раз, когда он уже совсем было решался объясниться с Северусом, в лаборатории обнаруживался чрезмерно довольный жизнью Малфой и путал национальному герою все карты. Разумеется, у этих визитов могли быть иные, не только романтические причины, но ослепленный ревностью Гарри попросту отказывался понимать, зачем в таком случае Люциус с завидным постоянством таскался к Снейпу. Ведь не за омолаживающим кремом, в самом-то деле! Вероятно, именно тогда в его затуманенном любовной лихорадкой мозгу родился крайне странный, хотя и не лишенный оригинальности план. Поттер вознамерился пробраться в поместье Малфоев, чтобы поймать любовников с поличным. Правда, в плане имелся довольно существенный изъян: родовая защита Малфой-менора ни за что не пропустила бы чужака, а вламываться в частные владения с обыском без надлежащих оснований было несколько незаконно. Гарри часами ломал голову, размышляя, как же проникнуть за кованую ограду величественного особняка, не возбудив при этом подозрений хозяина и его «сердечного друга». На помощь неожиданно пришел Кричер, вскользь упомянув о весьма любопытной способности Блэков, родовое имя которых Гарри носил с пятнадцати лет. Оказалось, что при желании представители этого древнейшего рода могли принимать любую анимагическую форму. Взвесив все «за» и «против», новоявленный шпион Поттер решил превратиться в белого павлина. Он долго упражнялся перед зеркалом, неизменно получая один и тот же результат, оборачиваясь в безупречно красивую птицу с роскошным белоснежным оперением и царственным хохолком на голове. (1) *** Дождливым мартовским вечером надежно скрытый мантией-невидимкой Поттер засел в засаде неподалеку от парадных ворот Малфой-мэнора. Оградив себя от простуды Согревающими чарами и Импервиусом (2), Гарри приготовился к долгим часам ожидания, но ему улыбнулась удача. Внезапно раздался негромкий хлопок аппарации, и прямо возле него возник Северус Снейп собственной персоной. Наконец-то узрев предмет своего обожания без назойливого прилипалы-Люциуса, Гарри так обрадовался, что с трудом удержался, чтобы не броситься к Снейпу, наплевав на продуманную до мелочей операцию. Трансформация в птицу прошла без сучка и задоринки. Несколько мгновений спустя ворота поместья гостеприимно распахнулись, пропуская Снейпа и следовавшего за ним на почтительном расстоянии... цветного павлина с красной окантовкой вокруг горла и прелестным золотым хохолком. Бедный Гарри! Он так разволновался от присутствия рядом Северуса, что от волнения перепутал всего лишь одну букву в довольно сложной магической формуле. Впрочем, так как зеркала в его распоряжении не оказалось, он прошествовал на территорию Малфой-мэнора в полной уверенности, что превращение прошло идеально. Спрятавшись за ближайшим к входной двери кустом, Гарри принялся наблюдать за домом. На сей раз ожидание было вовсе не столь комфортным. Так как у Поттера-павлина не имелось ни волшебной палочки, ни рук, чтобы ее держать, он основательно продрог и смахивал сейчас, скорее, на мокрую курицу. «Вот же придурок! – корил он себя. – С чего ты взял, что сумеешь застукать эту сладкую парочку с поличным? Вот что, скажи на милость, им делать в такую холодину на улице?!» В этот момент парадная дверь отворилась, и на пороге показался хозяин дома, одетый в роскошную зимнюю мантию и с увесистой корзиной наперевес. За ним по пятам следовал Снейп, в руках которого Гарри разглядел нечто, напоминавшее бутыль вина. – Мы ничего не забыли, дорогой? Портключ в Париж при тебе? – манерно растягивая слова, поинтересовался Люциус. – Разумеется, при мне, а все, что нужно для романтического вечера, находится у тебя в корзинке. Вино и свечи я тоже захватил, – отозвался Снейп и, к ужасу Гарри, приобнял Малфоя за плечи. Послышался тихий хлопок аппарации, и двое волшебников исчезли из поля зрения Поттера. Выскочив на дорожку, Гарри заметался по ней, с трудом волоча свой вымокший и ставший от этого практически неподъемным хвост. «Да что же это?! – мысленно возмущался он, издавая при этом пронзительные крики, (3) от которых у него самого закладывало уши. – Романтический вечер! Париж! Вино! Свечи! Вот я им сейчас покажу!» Гарри сосредоточился и попытался вернуть себе человеческий облик, чтобы немедленно броситься в погоню по свежему аппарационному следу, но не тут-то было! Шок от увиденного привел его в такое душевное смятение, что магия просто отказывалась ему подчиняться. Несчастный Поттер-павлин метался по парку, пока наконец в панике не осознал: расколдоваться самостоятельно ему никак не удастся. Это был подлинный кошмар! Гарри и в страшном сне не могло привидеться подобное развитие событий: заместитель Главного аврора застрял в пернатой павлиньей тушке! Чем не заголовок для очередной ехидной статейки, которые так любила строчить Рита Скитер? В полном отчаянии Гарри бродил по саду и в итоге оказался возле роскошного вольера для столь обожаемых Малфоем птиц. «Перекантуюсь ночь в тепле, а утром попробую расколдоваться», – рассудил Поттер. В вольере было тихо и сухо. Все его белоснежные обитатели спали, и Гарри решил последовать их примеру, тем более что вечер у него выдался явно не из легких. *** Гарри снился совершенно удивительный сон. Они с Северусом целовались на верхней площадке Эйфелевой башни, с которой открывался прямо-таки потрясающий вид на Париж. Внезапно откуда ни возьмись возле них возник белый павлин с лицом Люциуса Малфоя. – Северус! – закричал он вполне человеческим голосом, распустив великолепный, точно сотканный из белого кружева, хвост. – Зачем тебе этот молокосос? Вернись, я все прощу! – Лучше перед Нарциссой хвостом крути, павлин недоделанный! – сердито выплюнул Северус и, повернувшись к Малфою спиной, увлек Гарри в новый головокружительный поцелуй... *** Гарри проснулся под удивленный клекот множества птиц. Не понимая спросонья, где находится, он открыл глаза и, к своему изумлению, увидел вокруг себя с десяток короткохвостых самочек, вылупившихся на него с явным восторгом, и нескольких самцов, взиравших на разноцветного чужака с поразительным равнодушием. – Какой красавчик! – зазвучал в голове Поттера целый хор женских голосов. – Не то что наши. Немощь бледная! Смотреть противно! – Да и заняты только друг другом, а на нас – ноль внимания! – А хохолок-то, поглядите, золотой! – Это какие же красивые детки могут получиться от такого! Самочки начали медленно приближаться к Гарри, который шаг за шагом отступал назад, пока не оказался практически припертым к стене. В отчаянии он покосился на самцов, надеясь на проявление мужской солидарности или, на худой конец, ревности, но павлинам было глубоко наплевать как на оставшихся обделенными самочек, так и на их развратное поведение в отношении чужака. – Ну же, смелее! – крутили хвостами у него перед носом бессовестные павлинихи. – Выбирай любую, мы на все согласны! Гарри уже приготовился биться за свою честь не на жизнь, а на смерть, когда в вольере с негромким хлопком материализовался один из домовых эльфов Малфоя. Он насыпал в кормушки зерен и лишь после этого с изумлением уставился на новичка. – Вот так чудо! – поразился он. – Цветной павлин! Откуда ты тут взялся? Надо срочно доложить о тебе хозяину Люциусу. «Да, да, доложи обо мне поскорее, а то эти сумасшедшие курицы меня сейчас изнасилуют!» – мысленно воззвал к нему Поттер. Ему хотелось как можно быстрее покинуть это опасное место. К счастью, их с эльфом мнения на этот счет полностью совпадали. Гарри не успел опомниться, как его довольно бесцеремонно сгребли в охапку, а через секунду домовик опустил его на мягкий ковер в святая святых: спальне Люциуса Малфоя. – Хозяин Люциус, – позвал эльф, – вы просили проверить, нет ли чего подозрительного в птичнике. Питти проверил и нашел вот это! – Так-так, – послышался с кровати ненавистный Поттеру голос, – что там у нас такое? – помятый и всклокоченный со сна Люциус отодвинул полог. – Интере-есно! – протянул он, с любопытством глядя на Гарри и почесывая небритый подбородок. «Ничего интересного! – безмолвно огрызнулся Поттер, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, нет ли в постели Снейпа. – Павлин – он и есть павлин! Давай, Малфой, прикажи открыть окно и выпустить меня на волю! Ну же!» – он принялся гипнотизировать Люциуса маленькими круглыми глазками. – Питти, – Люциус ехидно улыбнулся, вытащил из-под подушки палочку, взмахнул ею, и Гарри моментально очутился в золоченой клетке, – отнеси этого красавца моему другу Северусу. В благодарность за все, что он для меня сделал. Как знать, может, он найдет ему применение, – глаза Малфоя задорно сверкнули, – для своих зелий. *** – Хозяин Люциус прислал мистеру Снейпу подарок, – пропищал Питти, склонившись в почтительном поклоне. – Поставь на стол и можешь идти, – послышался из глубины лаборатории голос Северуса. Раздался негромкий хлопок, и Гарри остался один на один с предметом своих мечтаний. Впрочем, окружавшая его обстановка разительно отличалась от того, что привиделось Поттеру в недавнем сне. Голые каменные стены с горящими факелами. Тихо булькающий котел, возле которого в идеальном порядке были разложены острые как бритва серебряные кинжалы. В общем, никакой романтики! Еще никогда в жизни Гарри не попадал в столь глупое и отчаянное положение! Золоченая клетка, куда его засадил паразит Малфой, оказалась зачарованной, и теперь он ни при каких обстоятельствах не смог бы вернуть себе человеческий облик. И что ему делать, если Снейп пожелает распотрошить его, а внутренности пустить на ингредиенты?! А вдруг он решит умертвить павлина, то есть Гарри, не вынимая из мордредовой клетки?! Бравый аврор Поттер ощутил поистине животный, точнее, птичий ужас. Он заметался в своем узилище и разразился жуткими воплями, радуясь, что ни накануне вечером, ни сегодня утром практически ничего не ел. Иначе его имидж пострадал бы окончательно и бесповоротно. Снейп тем временем подошел к клетке и принялся пристально разглядывать подарок, чему-то загадочно улыбаясь. – Интересный экземпляр, к тому же чрезвычайно редкой расцветки, – приговаривал он себе под нос. – Взрослый самец, именно то, что нужно, чтобы изготовить омолаживающий крем на основе его спермы. Впрочем, некоторые трактаты рекомендуют использование хвостового оперения павлина. Ну-ка, иди сюда, голубчик! С этими словами Снейп вытащил обомлевшего от страха Поттера из клетки и протянул руку к одному из перьев, явно собираясь выдрать его. Однако, едва зачарованные прутья перестали действовать на Гарри, тот душераздирающе завопил, клюнул Снейпа в палец и... вновь превратился в человека. – Поттер! – тряся окровавленным пальцем, отпрянул от него Северус. – Что вы забыли в моей лаборатории, да еще в таком виде?! – Я... – Гарри совершенно растерялся. Ему хотелось одновременно наорать на Снейпа за то, что тот напугал его чуть ли не до полусмерти, и броситься к нему в объятия за нежданное возвращение в прежний облик. – Я экспериментировал! – наконец нашелся он. – Ага, – ехидно скривился Снейп, – ночью. В саду Малфой-мэнора. Разумеется, лучшего места для экспериментов с анимагией вы найти не смогли. – А откуда вы знаете, что я был именно там и именно ночью? – с подозрительностью, сделавшей бы честь даже Грозному Глазу Грюму, спросил Поттер. – Я... – теперь пришло время смутиться Северусу, – а точнее, мы с Люциусом повесили на вас Следящие чары. – Но зачем? – искренне поразился Гарри. – А, гори все синим пламенем! – внезапно взвился Снейп. – Затем, что я люблю вас, болван вы этакий! Уже много лет! И, судя по вашим постоянным, хотя и анонимным подношениям, вы тоже ко мне неравнодушны. Если бы мы с вами были нормальными людьми, то уже давно нашли бы в себе силы объясниться, но... – Мы никогда таковыми не были, – договорил за него Гарри. – Вот именно! – подтвердил Снейп, на которого, очевидно, накатил приступ откровенности. – Тогда я совершенно не понимаю, как к этому причастен Малфой? – призрак Грозного Глаза все еще не позволял Гарри угомониться. – Очень просто! – вздохнул Северус. – Они с Нарциссой мечтали о втором ребенке. Эти мечты не давали им покоя даже после рождения внука Скорпиуса. Мы перепробовали все известные средства, но – безрезультатно. И вот примерно полтора года назад мне удалось изготовить весьма сложное зелье, которое в конце концов подействовало. Правда, Нарцисса, из боязни, что все сорвется, решила провести все девять месяцев беременности в одном из поместий Малфоев в Швейцарии. Мы с Люциусом регулярно навещали ее, а вчера ночью она благополучно разрешилась от бремени девочкой. – Значит, все это представление с романтическим ужином в Париже... – Было разыграно для вас... то есть для тебя. Я хотел заставить тебя ревновать и таким образом вынудить объясниться. Я признался Люциусу, что вовсе не уверен в твоих чувствах ко мне, и он с удовольствием согласился мне помочь. Тем более что без Нарциссы ему было невыносимо скучно. – Но почему вы все-таки не опровергли обвинения в адюльтере? – не унимался Гарри, не смея поверить, что его самые сокровенные мечты вот-вот сбудутся. – Да потому, мой любимый гриффиндорец, что меня связывал Обет о неразглашении, – усмехнулся Снейп. – Нарцисса так боялась сглаза, что взяла с меня клятву ни единой живой душе не рассказывать о ее беременности. Теперь ты мне веришь, павлин мой недоделанный?.. – Почему это «недоделанный»? – обиделся Гарри. – На меня, может, все павлинихи Малфоя чуть не накинулись и павлины, кстати, тоже! – Я хоть и не павлиниха Малфоя и даже не павлин, но тоже с огромным удовольствием на тебя накинусь! – прошептал Снейп, притягивая Гарри к себе и вовлекая его в страстный и одновременно нежный поцелуй. – И уже никому не отдам. – Значит, ты хочешь, чтобы мы были вместе? – не веря своим ушам, спросил Поттер. – Разумеется, хочу! – последовал ответ. – К тому же, помимо счастливой жизни с давно и горячо любимым человеком, у меня под рукой всегда будут весьма ценные ингредиенты... _______________________________________ 1. Белый павлин – удивительная птица, выведенная в искусственных условиях. По праву считается одним из самых красивых представителей семейства этих пернатых. По своему образу жизни и характеру белый павлин мало чем отличается от обычного. Главный упор сделан именно на внешние данные. Белый павлин – одна из самых спорных разновидностей представителей данного вида. Многие заводчики утверждают, что это попросту обычный павлин-альбинос. Но на самом деле это вовсе не так. Это отдельный вид павлинов, который является гибридом, так как искусственно выведен целенаправленно для достижения столь уникального оттенка. За основу был взят стандартный павлин. Кстати, это не новый подвид. Белые павлины были распространены еще в далеком XVIII веке. При скрещивании основная задача, которая стояла перед заводчиками, была именно декоративная. Для сильных мира сего они стремились развести столь диковинных птиц. И это удалось. Белого павлина можно охарактеризовать как мечту многих барышень: «блондин с голубыми глазами». Эта птица отличается снежным оттенком перьев, хохолком и визитной карточкой – шикарнейшим хвостом. В длину может достигать 130 см, из которых около 50 см составляет хвост (размер удлиненных перьев надхвостья может колебаться от 120 до 160 см). Размах крыльев птицы зачастую превышает 150 см. Вес – около 5-7 кг. Каждое перо оснащено дополнительным узором. Если хорошенько присмотреться, то на конце каждого из них можно заметить рисунок в виде глаза. У белых павлинов данная особенность выражена наименее всего. https://wildfauna.ru/belyj-pavlin Про самок павлина https://selo-exp.com/pavliny/samka-pavlina.html Видео https://youtu.be/3nXSzhjhvXY https://youtu.be/HNRJgBGAwag Расцветка павлинов (видео) https://youtu.be/cqxyZ-qTyi0 2. Импервиус (англ. Impervius Charm) (не путать с Империусом!) – чары, которые используются для ограждения предметов от физического воздействия воды. Проще говоря, «водоотталкивающие» чары. https://harrypotter.fandom.com/ru/wiki/Импервиус 3. Крик павлина https://youtu.be/Dr5DoZodIlI