Око псевдобога

       Титания считала, что кабинет — это лицо любого уважающего себя человека. Так вот, у нее помещение было узковатым, с высокими потолками и добротной отделкой. Для такой венценосной особы, как принцесса, это было моветоном и глубоко презиралось. Но кто посмеет в чем-то упрекнуть Эрзу? А на злые шепотки за спиной она давно перестала обращать внимание.        Многие, кто бывал в нем, когда вершилась их судьба, выходя, всегда говорили — стены давят, конечно, но потолок так высок, что кажется на шеи уже сомкнулась петля. Титания, слыша это, только ухмылялась, не понимая этих жалких людишек, ведь для нее он был по-военному скромным, но с позолоченной отделкой и цветовой гаммой королевской семьи. Белые стены с тонкой рунической вязью защитных плетений дарили ощущение непорочности и чистоты, хотя в этом помещении очень редко принимали какие-то светлые решения. Золотая лепнина и гравюры славных валькирий на потолке сходу указывали подчиненным в чьем они кабинете. Добротная рабочая поверхность и несколько стеллажей из моренного дуба были надежными и стойкими, не рушились, когда их хозяйка выходила из себя. А кожаные диван и кресла были настолько идеальны, что сразу становилось понятно, в этом кабинете все стоят, кроме самой главнокомандующей.       Саламандру с его командой вызвала к себе принцесса, как только из города выбрались старшие демоны. Ей уже не терпелось избавиться от младшенькой, стать избавителем народа от таких ужасных тварей. Эрза рассмеялась, надрывно и малодушно; все идет по четкому плану. — Вызывала, сестрёнка? — перед ее столом, преклонив колено, был ее названный братец, Нацу Драгнил.       Он был высоким, подкаченным юношей, внебрачным сыном короля. Хотя его лицо не обладало резкими чертами или характерным цветом глаз, но золотой обруч, собирающий длинноватые вихры странного розового оттенка. Да, сказалась кровь огненной саламандры-матери, которая продолжительное время была фавориткой Его Величества, пока правление основами не взяла Эрза. — Конечно, друг мой, конечно, — Эрза успокоилась, лицо застыло, становясь похожим на ледяную маску. Она встала со своего места, аккуратно задвинула кресло, поправив при этом и прическу, и китель. Ее движения были четкими, хорошо взвешенными, казалось, ее тело выполняло строгий алгоритм, боясь затратить драгоценные секунды или лишнюю энергию. — Тебе, Саламандр, предстоит устранить младшую демонессу, Лисанну Штраус. Возьми досье у моего секретаря для ознакомления. Без шума, ночью, быстро и качественно. Она опасный противник, поэтому сначала стоит ее хорошенько усыпить или напоить, это решаете сами. Чтобы завтра с утра, на этом чертовом столе уже лежала ее голова. Свободен, друг мой, свободен.       Нацу не проронил ни слова, поднялся и строевым шагом покинул комнату. Ему было сейчас глубоко все равно, чью голову в итоге завтра принесет. Все-таки, кто он такой, внебрачный сын короля, бастард, чтоб оспаривать приказ главнокомандующего?       Эрза, как только за спиной Саламандра закрылась дверь, прислонилась к углу прямоугольного стола, вытянув ноги. Ее лицо исказила ухмылка, больше похожая на хищный оскал. Сестрёнка? Этот жалкий парниша, которого только и можно оставить на грязную работу, назвал ее, боевую валькирию, сестрой? Ладно, еще можно позволить Хисуи, этой глупой малолетней девчонке, называть ее так, она хотя бы признана дочерью короля. Это смешно. У Эрзы нет, не было и не будет семьи. Есть только долг перед родиной и есть власть в ней. Большего Титании не надо.

***

      Лисанна с утра, проснувшись, умылась и присела на пуфик перед туалетным столиком. Лицо ее было бледно, казалось, все краски с него сошли. Голубые, чуть раскосые, глаза больше не светились, в них не плескались серебряные искры. В уголках губ не стало мелких морщинок от улыбки.       Она грустила, переживая за брата и сестру. Казалось, что они больше не вернуться к ней, как бы глупо это не было. Ей было тоскливо, но ни одну слезинку не получилось выронить. Грудь стягивал тугой обруч плохого предчувствия. Руки мелко-мелко подрагивали.       Лисанна расчесывала пепельные волосы тяжелым малахитовым гребнем, как позади нее возникла неясная черная тень. Поднялся промозглый ветер, хотя ставни и окна были плотно прикрыты. Листочки с рецептами зелий, которые до этого мирно лежали на рабочем столе, разлетелись по комнате. Но Лисанна не боялась, ее лицо озарила скудная полуулыбка. — Чего ты грустная такая, младшая сестра моей укротительницы? — Шакал полностью материализовался, вальяжно рухнув на полукруглую кровать.       Этот демон Лисанне очень нравился. Он был мускулист и высок, его пшеничного цвета волосы были растрепанны, а раскосые глаза были, как два роскошных болота. В нем чувствовалась сила, неукротимая агрессия, что-то подавляющие волю. Его хотелось целовать, прижиматься и растекаться перед ним безвольной лужицей. Но Лисанна хоть и была гурией, но понимала — эта связь ничего не даст. Это же не спать с Зигрейном, слова которого в Совете имели смысл. — Не спокойно на сердце, Шакал, — она плавно, словно сытая кошка встала, поправила кофточку изящным движением и подошла к нему. — Буря грядет.       Они поцеловались. Подминали под себя партнера, не желая подчиняться друг другу. В комнате мгновенно стало жарко, пахло мускусом и чем-то терпким. Казалось, они забылись друг в друге. Пожирали огонь страсти. Теряли голову. Потом она будет сожалеть, что инстинкты взяли вверх, но сейчас ей было безумно хорошо.       Лисанна больше не переживала. Она помнила кровавые вечера на скотобойне, где когда-то они втроем отбивались от людей, считавших их исчадиями ада. Были свежи еще шрамы, доставшиеся от родителей. Они с семьей все проходили. Сила есть у каждого, мозги на месте.       Уже ночью, когда Лисанна крепко спала, чуть подрагивая и стеная во сне, когда Шакал превратился в тень, теряя очертания, в покои Штраус закинули маленькую-маленькую бомбочку с хлороформом. Тяжелые гардины скрывали мягкое свечение луны. И три человека маячили в кромешной темноте неясными тенями. — Как думаешь, командир, этой дозы достаточно, чтобы она не проснулась? — чуть капризно спросила единственная женщина в боевой связке, Люси Хартфилия, испытывая непонятную замутненную ревность.        Эта девушка была дочерью королевского советника, Джуда Хартфилия. Она была избалованна вниманием и роскошью, да еще и не обделена как внешними выразительными качествами, так и сильным даром. Она — фигуристая блондинка с огромными карими глазами. О, ее магия без условно была уникальной. Это и выделяло ее из боевых волшебников, а как же еще, ведь Заклинатель Звездных духов рождаются раз в сто лет? — Не успеет проснуться, — холодно осадил ее за капитана еще один мужчина.       Грей Фуллбастер был сыном главы Гильдии Магических существ. Он имел иссиня черные волосы, смазливое лицо, редкий дар из раздела стихийников, да и вполне приличное состояние, которое, поговаривают, в несколько раз больше, чем у самой Эрзы.       Тем временем, не обращая внимания на вялую перепалку подчиненных, Нацу твердой походкой подошел к большой кровати. Его глаза сразу заметили и расслабленную позу спящей маленькой девушки, и ее правильные черты лица, и белоснежные волосы, которые непослушными вьюнами разлеглись ореолом на алых простынях. Сердце парня пропустило удар, чтобы потом унестись галопом. Она была прекрасна и невинна в этот миг. — Ты чего завис, командир?       Наваждение схлынуло рекой, заставив Драгнила раздражено передернуть плечами и брезгливо поджать губы. Разве эта демонесса могла быть невинна и чиста? Нет! Он отбросил дурные мысли и спокойно, выверенным движением, создал огненное лезвие, которое слишком легко могло бы разрезать плоть.       Дальнейшее происходило слишком быстро. Вот Грей что-то улавливает и чутко настораживается, тут же, как черт из табакерки, выскакивает Шакал. Вот Люси успевает подставить духа Овна под удар, но это не спасает ее от взрывной волны и она отлетает в стену, с болезненным охом сползая на пол. Тут Грей пытается выстроить щит и закрыть и себя, и командира, который слишком близко находился от центра взрыва. Вот и он падает на пол, немыслимо изгибаясь и визгливо крича от боли. Тут, на месте Нацу появилась огненная саламандра, а венценосный обод с гулким звуком закатывается под кровать. А после, троих боевиков переносит в безопасное место экстренным порталом.

***

       А уже глубоко в полдень, двери в помещения Совета распахиваются и в зал входит Лисанна, словно она — полноправная хозяйка в этом замке. Да, на очередном заседании присутствовали все, включая командира той боевой тройки, Нацу Драгнила. Сказать сразу, тот выглядел превосходно, даже обруч был на месте, хотя и не похожий на предыдущий. А Штраусс была по-истине слишком соблазнительна и невинна, жгучий коктейль строгости и кокетства: брючный костюм из бархата глубокого синего цвета, который слишком сочно обтягивал женские прелести, а на открытой шее был небрежно повязан легкий персиковый шарфик. — Добрый день, леди и лорды, я к вам по делу, — она важно проплыла на каблуках в полной тишине в центр. — Дело в том, что на меня ночью было совершенно покушение… — Лисанна сделала театральную паузу, уловив на себе множество взглядов. Потом чутким, изящным движением холеной ручки продемонстрировала ридикюль.       Но советники не прониклись, на многих лицах проявилось снисхождение, а Эрза хмыкнула. Да, ей доложили, что неведомая сила дала сопротивление, но она совершенно не представляла, что это мелкая зверюшка способна хоть что-то сделать.        А Лисанна, устав выжидать, просто вынула из сумочки бастардский обруч, ловко покрутила на пальце перед ошарашенными магами, а потом метнула Первому. Тот переваривая, проверил на подлинность и подтвердил, что это оригинальный регалий. Штраусс, не тратя время даром, продемонстрировала энергетический слепок и биологические принадлежности (волосы и капли крови) Элитного Королевского отряда.       В общем начались громогласные споры, а Лисанна развернулась и ушла. Что ж, она показала, что тоже имеет вес и не боится. А дальнейшее ее не интересовало.

***

      Ох, как же Эрза была зла! Она металась по кабинету, выплескивая негодование на мебель. Подумать только, этот мелкий ящер не смог выполнить столь элементарный заказ, всего лишь принести голову какой-то девчонки! Из-за этого олуха в совете всерьез забеспокоились, что Титания так открыто бросает вызов демонам. Ведь с них станется и кровавую баню во дворце устроить. Да, эта семейка всегда стояла друг за друга горой. Не то что их, королевская. Старый отец только и может, что пить и тискать в своих покоях молоденьких фрейлин и служанок; Нацу — бастард, который имеет лишь одну милость короны — золотой обруч, обделенный и властью, и мозгами, и даром; а Хисуи была не обученным архангелом, которой хотелось пиршеств и золота, она была глупа и избалована. То ли Эрза — правит их маленьким государством вот уже лет семь, теперь о Фиоре стало и другим странам известно, потянулись, наконец, торговые караваны, да маги стали переезжать, ведь здесь магия стояла у власти.       А вот, что делать с Лисанной она бы и долго не знала, все же у нее имелся ум и сила, она была опасной противницей, хотя старалась казаться наивной и добродушной.

Змея в обличии мыши.

      Но к ней пришла, к слову, довольно неглупая и хитрая Слезулла, которая продолжительное время была влюблена в Зигрейна. Как она намучалась с ней и ее ревностью! — Ваше высочество, премного благодарна, что Вы смогли так скоро принять меня, — она жеманно присела в реверансе, продемонстрировав достаточно смелое декольте для любительницы старых обычаев. Ее манера вести разговор, да и стиль в одежде придерживался старой моды, когда еще магию гнали. — У меня для Вас есть предложение…       Эрза заинтересованно приподняла аккуратную бровь, чуть лениво откинувшись на спинку стула; к приходу первой посетительницы она была собрана, величественна и строга. Алая не предложила сесть гостье, поскольку придерживалась одного незыблемого правила, которое ей вбила ее покойная матушка-валькирия — стоит тот, кто слаб. — Что ж, леди Милкович, мне бы хотелось перейти сразу к делу, поскольку у меня на сегодня запланировано еще множество дел, — ее карие глаза хищно уставились на чуть смутившуюся девушку, подмечая и переминания с ноги на ногу, и, расшитый золотыми нитями, стиснутый платок. — У меня есть в подчинении, — тут Слезулла вздрогнула и передернула плечиками, словно ей было мерзко или даже страшно говорить об этом существе, — некая личность, готовая оказать содействие короне в столь щекотливом деле, как устранении нежелательной леди Лисанны.       Эрза резко опустила напряженные руки на столешницу, поднялась, яростно оскалилась, хищной походкой подлетела к застывшей девушке и, схватив за горло, подняла над полом. Даже в таком состоянии Титания была выше ее. А Слезулла посерела ликом, ресницы затрепетали, тело пробила крупная дрожь; она испугалась и показала свой страх, а с опытным противником этого никак нельзя. — Слушай сюда, леди, — обращение Эрзы сочилось ядом и раздражением; она еле сдерживалась, дабы не начать выдергивать позвонки этой никчемной девушке прямо сейчас, не дожидаясь выполнения работы. — Это была секретная информация, предоставленная только определенному кругу лиц. Я не знаю как, вернее, мне совершенно не интересно, как именно она была добыта и какие цели ты преследовала, но ты сейчас же прикажешь этому существу, чтобы к завтрашнему утру у меня была голова этой грязной демоницы. Если ты не сделаешь это, то пойдешь на плаху, как заговорщица. Я ясно выразилась?!       Слезулла мелко задрожала, по ее фарфоровым, напудренным щекам, текли злые слезы, оставляя черные разводы, но ей оставалось только кивнуть, подтверждая правоту Эрзы. А та откинула ее, словно пушинку, круто развернулась на каблуках и изящно, но по-военному четко, села за стол, погружаясь в бумаги, и пренебрежительно выплюнуть: — Свободна, леди.