Как стать супергероем

Стоило аккуратнее распоряжаться жизнями союзников на войне. Так думал кавалер Ордена Мерлина первой степени, сидя на мягком кресле в своём кабинете. Война отняла очень много жизней с обеих сторон, и, видимо, Дамблдор ещё не научился достаточно хорошо продумывать свои действия наперёд, потому что сейчас ему абсолютно не к кому было обратиться. Единственными людьми под его полным контролем оставались Уизли, Августа Лонгботтом с её непутёвым сыном, старик Диггори да Кингсли Шеклболт. Если последний ещё и мог на что-нибудь сгодиться в ближайшее время, то остальные были оставлены живыми для абсолютно иных целей. И всё же, как неподвластно время! Почти пять лет, подумать только! Пять лет поисков и метаний по отделам Министерства он потратил на то, чтобы сегодня утром, на встрече с многоуважаемой мисс Багнолд, министром магии, та посмеялась ему в лицо и сказала, что никаких действий по возвращению Гарри под опеку директора даже предпринимать не собирается. С каких это пор почётному главе Визенгамота нужно несколько лет, как распоследнему маглу, возиться с кучей бумаг, чтобы переговорить со вчерашней студенткой? Никогда бы Альбус и не подумал, что эта серая мышка с Рейвенкло превратится в роковую даму с пронзительным взглядом и сухим голосом. — Да, сэр, понимаю, сэр, но ничего нельзя поделать, уж будьте благодарны, что мистер Малфой не стал решать это дело через суд. Да как вообще?! Не напомнить ли, кто управляет этим судом? Стоит только отвернуться, а тебе уже затыкают рот собственные ученики, подумать только… Люциус Малфой. Вот откуда все проблемы. Сидел же тихо, дракклы бы его побрали, так чего вылез, змей, со своими расследованиями? Будто только и ищет, как бы испортить всё, что строилось не один год. Это не его шахматная доска, это даже не его игра. Если не найти способ нейтрализовать соперника, всё может пойти ко дну так стремительно, что никакие связи не помогут. Что ж, стоило хорошенько подумать. Пока что не это его первостепенная задача. Гарри. Гарри Поттер, что же ты натворил… Если бы ты в тот день остался дома, то сейчас бы — Альбус наколдовал в воздухе светящийся циферблат — сейчас бы завтракал вместе с новообретённой рыжей семьёй. Да, это бы немного повлияло на характер ребёнка, но зато рос бы себе в семье настоящих гриффиндорцев, а не где-нибудь в подворотне, как сейчас, возможно, и было. То, что Министерство было прекрасно осведомлено о местонахождении героя, было сразу понятно. Уж слишком спокойной была чертовка Милли, уж слишком картинно изображали тревогу дежурные маги в Секторе контроля неправомерных перемещений. Честно, туда Дамблдор обратился в последнюю очередь. Даже название отдела звучало смешно. В волшебном мире попросту не случалось неправомерных перемещений. По закону взрослый волшебник имел право аппарировать куда и когда захочет, за каминными сетями строго следили, а мётлы использовались больше в качестве развлечения и спортивного инвентаря, чем как обычный транспорт. Вся работа этого сектора заключалась в том, чтобы принимать жалобы на исчезнувших родственников, участливо кивать и обещать «передать дело выше». Разумеется, никуда «выше» дела не уходили, а терялись в куче одинаковых бумаг в недрах гигантского архива. Да-да, именно так. Любой маг имел право свободно перемещаться, а за детьми обязаны следить их родители, вовсе не Министерство. Такая политика вполне устраивала чистокровных и полукровок. Маглорождённые же всегда пребывали в лёгком шоке от такого положения дел. Открывая для себя абсолютно другой мир с его собственной культурой и порядками, они зачастую отказывались принимать его и оттого не могли найти себе места. Вроде бы и магловский мир уже неинтересен и прост, а вроде бы и магическое «средневековье» не устраивает. А уж если очень нужно было срочно найти кого-нибудь, существовали вполне законные поисковые заклинания, совы и уже не совсем законные зелья, редкие и очень дорогие. Последние отличались от заклинаний тем, что не требовали наличия какой-либо вещи, принадлежащей человеку. То есть с помощью зелья можно было отыскать человека даже вовсе незнакомого, из-за чего оно и входило в ранг запрещённых. Конечно, были и минусы у такого отвара. Если человек находился слишком далеко, то никакого результата оно не даст. Конечно, был неплохой шанс, что, выпив это зелье в подворотне Лютного, Дамблдор сможет найти своего подопечного, ведь учитывая плотность заселения острова, мальчик бы обнаружился, будь он в Британии. Но это не сработало. Нужна была его одежда. Или игрушки. Или хотя бы фотография. К сожалению, и этого Дамблдор не учёл. Отправляя ребёнка к Дурслям, великий волшебник и подумать не мог, что за шесть лет жизни в том доме не останется ни единого знака или намёка на четвёртого жильца. Даже маленькой погремушечки не осталось. Все стены были увешаны фотографиями пухлого Дадли, в шкафу висела гигантская одежда Дадли, в свободной спальне складировались игрушки Дадли. Дадли, Дадли, Дадли. Что ж, пусть место это и было идеальным для воспитания «правильного» героя, но оказалось абсолютно бесполезным, когда этого самого героя потребовалось отыскать. В Годрикову Лощину наведываться не было смысла — вряд ли спустя столько лет там осталось что-то кроме обугленных холодных камней и высокого мемориала. Возможно, по соседству уже поселились маглы. Вроде бы старая Батильда собиралась перебраться жить туда. А может она и всегда там жила, Альбус уже и не мог припомнить. Что ж, оставалось только навестить живых людей. Да только с этим тоже не складывалось… Сириус в Азкабане, а без него в блэковский особняк на Гриммо не попасть. Хотя вряд ли тот притащил туда что-то из своих вещей, в то время в доме ещё жила его мать Вальбурга да братец Регулус. Сириус их терпеть не мог. Питер, ох Питер, тоже сгинул, видать, незавидная доля у мальчика. Двое Мародёров погибли в одну ночь. Страшные вещи творились. Ремус… Ремус исчез. Сразу после победы над Волдемортом. И родственников живых у него не было, и с друзьями беда. Куда же он мог податься? Что ж, выяснить это можно было только одним известным способом, раз чары использовать было затруднительно. Как хорошо, что у Дамблдора под рукой свой личный мастер Зелий! Вот что уж точно востребовано в любые времена. — Директор, здравствуйте. — Да, проходи, Северус, мой мальчик, — улыбнулся Альбус. — Ты уже закончил с тем, что я просил, верно я понимаю? — Вы же осознаёте, директор, — процедил Снейп, — насколько тяжёлыми будут последствия, если кто-нибудь узнает о том, что я сварил его? Дамблдор спокойно разлил чай по фарфоровым чашкам и задумчиво погладил бороду: — Мы же уже говорили об этом, Север, всё будет хорошо. — Что «всё»? — сморщился декан, демонстративно игнорируя подвинутую в его сторону чашку. — И прошу, без фамильярностей. Мы всё же на рабочем месте, а не в пабе обсуждаем былые деньки. — Конечно, Северус, извини меня за эту вольность, — ухмыльнулся Дамблдор. Снейп скривил губы и отвернулся, делая вид, что его вдруг невероятно заинтересовала резная жёрдочка феникса. Альбус неторопливо отхлебнул чаю и сложил руки на груди. — Ладно! — не выдержал зельевар. — И зачем Вам собственно это зелье? — Так и знал, что ты не удержишься… Однако, мой мальчик, боюсь, что это дело очень личное, и тебя вряд ли интересующее… — Так бы и могли сразу сказать, что ничего не расскажете! — Снейп вскочил, запахнул мантию и помчался к выходу. — Постой, Северус… Декан резко обернулся и выжидающе поднял бровь. Да неужели? Наконец хоть капля доверия? — На обед подадут прекрасный пудинг, не засиживайся у себя. Снейп рыкнул, сверкнул глазами и скрылся, громко хлопнув дубовой дверью. — Ох, характер у него тот ещё… Скверный, — пробурчал директор. — Фоукс, дорогой, что думаешь — не пора ли нам немного прогуляться?

***

— Давай же, Гарри, защищайся! Ло атаковал так яростно, будто бы это была не обычная тренировка, а самый настоящий бой. Шпаги мелькали в воздухе так быстро, что только по громкому свисту и звону металла можно было определить примерное местонахождение лезвий. Две невысокие фигуры двигались по кругу: то и дело один из мальчиков делал выпады вперёд, другой больше оборонялся. Видно было, что противники выдохлись, но сражались из последних сил, только чтобы не уступить. В какой-то момент тот, что уходил в защиту, неожиданно пригнулся, скакнул вперёд и ловким движением выбил шпагу соперника. Проигравший скинул маску и тёмные рыжеватые кудри тут же рассыпались по плечам: — Туше! — воскликнул Ло и весело рассмеялся. — Теперь счёт три-три. — Плюс две «ничьих», — второй мальчик тоже скинул защитный шлем и подал руку первому, — не забывай. Будь уверен, до конца недели я вырвусь вперёд, и тогда «Грязные танцы» мои. — Фу, да забирай на здоровье, — фыркнул Ло. — Мне мама всё равно не разрешает такое смотреть. Она говорит, что там этот… разврат, вот! Поверить не могу, ты мог поспорить со мной на любую кассету, даже на шестой эпизод «Звёздных войн»! А ты выбрал дурацкую мелодраму. — Дрю любит этот фильм… — Гарри помог Ло подняться и отряхнул его. — Ты в порядке? Так вот, мы уже давно не можем найти его в магазинах, а прошлая кассета случайно потерялась, когда мы были в Вегасе летом. — Ага, случайно, — хмыкнул мальчик. — Могу поспорить, твоя мама выкинула её в мусорку при первой же возможности. Она у тебя очень строгая, прям как Поппи, только взрослая! Помнишь, как не разрешила нам устроить марафон лучших песен Элвиса, когда я гостил у тебя! — Хватит говорить ерунду. Просто была поздняя ночь, конечно, она не разрешила. Дрю бы тоже не разрешил, если бы был дома. Она очень хорошая, просто волнуется за меня… — Ты всегда такой добрый, — хмыкнул Ло, сбрасывая плотные белые перчатки. — Что, прям совсем не умеешь злиться? Гарри хихикнул и тоже стянул перчатки с ладоней. Стоять в фехтовальных костюмах становилось всё жарче, всё же в маленьком зале не было окон. — Профессор Ксавьер говорит, что злость — неблагородное чувство, и что она делает из людей диких животных. — Ой, больше слушайся профессора Икс, — Ло показал язык и упёр руки в бока. — А я тебе говорю — злиться иногда полезно. А то сидишь-сидишь себе тихонько, улыбаешься, а потом бах — и взорвёшься. Пар нужно выпускать, вот. — А мы что делаем? Для этого и нужны тренировки — чтобы мы правильно расходовали энергию, а не на всякие ссоры и драки в коридорах. — Фи какой правильный, — шутливо сморщился Лоуэлл. — Послушал бы я так же тебя вчера, когда ты устроил Найджелу «симулятор Лондона» за то, что он чуть-чуть толкнул Дэнни. Гарри густо покраснел и пробурчал что-то под нос. «Симулятором Лондона» Ло называл фирменную грозовую тучу от Гарри, которая следовала за человеком по пятам и заливала его водой, пока тот не одолеет гордость и не извинится за плохой проступок. Ещё ни разу Гарри не уличали в такой проказе, ведь свои тучки он контролировал превосходно, и убирал их как раз в тот момент, когда обидчик подбегал пожаловаться к учителю. Справедливости ради, колдовал он такое только за дело, и Найджел правда сильно толкался! За те годы, что Поттер находился в школе для одарённых детей, успело произойти очень много всего. Во-первых, оказалось, что Гарри умеет не только лечить порезы, но и в некоторой степени копировать чужие способности. Впервые об этом стало известно, когда он случайно взялся за горячую кружку в столовой и от неожиданности… превратил свой чай в ледышку. Ло тогда так восхищался, что даже не поинтересовался, как оно случилось. Гарри, по правде, и сам не понял как. А неделей позже Ло и Дэнни хотели напугать его в темноте, а Поттер неожиданно хлопнул в ладоши — и сотни светящихся огоньков осветили комнату. Позже он научился создавать цветки сирени из воздуха, левитировать книжку Поппи (ничего тяжелее для тренировок под рукой не нашлось), пускать солнечные лучи ладонями, а после — чинить сломанные вещи. Всё это выходило в основном непроизвольно. То, что он умел действительно хорошо — лечить порезы да колдовать облака. Так себе успехи. Но профессор Ксавьер считал иначе и всегда хвалил его за любой, даже маленький, прогресс. Прогресс — это улучшение, так учитель по литературе сказал. Теперь Гарри знал значение этого слова, как и многих других, на самом деле. А ещё он научился сносно фехтовать, говорить по-французски и наконец стал понимать математику! На первом настояли Ло и Дэнни, над последним потрудился Тони, ну а французский Гарри попросту понравился. — Идём, Гарри, сейчас все на улице. И нам пора! Мальчики скинули с себя фехтовальные костюмы, которые натянули прямо поверх своей школьной одежды, шустро убрали их в сумки и побежали к лифтам. Хорошо, что до ужина было полным-полно времени, можно успеть что угодно. Обычно после занятий мальчики, в отличие от одноклассников, сразу без передышки бежали фехтовать. Залы в эти часы всегда были пустые, так что не приходилось подолгу ждать свободного места. После тренировок оставалось достаточно времени, чтобы поиграть на улице или пособирать конструктор в комнате. Домашнего задания в школе для одарённых детей не существовало, так что времени для себя оставалось достаточно. — Привет! — Дэнни помахал им зажатой в руке теннисной ракеткой. — Вы сегодня долго, опять что ли вничью сыграли? — Я победил, — гордо заявил Гарри. — Ещё бы немного… — сказал Ло. — Попомни мои слова, завтра так просто не отделаешься! Думаешь, я так просто сдамся, учитывая, какая мне выгода? — Я же говорил, Тони не подарит тебе космический бластер, выбери что-нибудь попроще, Волк… — Да всё ты врёшь! Если ты попросишь его, он тебе всё что угодно достанет. Уговор есть уговор. — Тогда ты проиграешь, — ухмыльнулся Гарри. — Ни за что! — Вечно эти ваши пари, — сморщился Дэнни. — Почему не подраться просто так, если хочется? — А какой тогда интерес? — Ло растрепал кудри и потряс головой. — Где риски, азарт? — Ни к чему хорошему это не приведёт, Волк, — покачал головой Дэнни. — Гарри, хоть ты ему скажи, ты же вроде адекватный… — Да ладно тебе, нужно же нам какое-нибудь развлечение, — фыркнул Поттер. — Как ты там говорил, Ло, «выпустить пар»? Типа того, да. Короче, мы же не на деньги спорим, так что всё равно. — Ты пообещал ему лазерную пушку, Гарри. Настоящую. — Ничего я не обещал, я же сказал, что такого мне не достать. — Ну да, ну да, — Ло закатил глаза. — Рассказывай больше. У Тони есть зонтик, который отбивает пули, алло! А ты мне рассказываешь, что оружия, которое всего лишь стреляет сгустками высокоэнергичных микрочастиц, не существует. — Ни слова не понял, — признался Дэнни. — Слушай, Ло, я правда не смогу достать тебе бластер. Это же опасно! — Будь у меня такой богатый лучший друг, я бы использовал это по максимуму, — пробурчал Ло. — Вы тоже мои лучшие друзья, — вздохнул Гарри. — Но ты не можешь держать при себе оружие, это правда. Ло шумно выдохнул: — Я могу заморозить Ист-Ривер своими руками, неужели ты думаешь, что я не справлюсь с каким-то лазером? — С портативной звездой смерти, Волк! Это же электростатический разрядник направленного действия! — Порой я вовсе вас не понимаю, — буркнул Дэнни. Гарри и Ло хмуро уставились друг на друга и замолчали. Дэнни решил, что придётся взять это дело в свои руки, приобнял обоих за плечи и повёл к скамейкам около стен. Там сидели старшие, а значит, ссориться не выйдет. У них экзамены на носу — готовятся. А за шум так по ушам надают, что мало не покажется. Сразу определив самый выгодный угол — в компании угрюмого Джесси и вечно бдящей Поппи — Дэнни потащил друзей туда, усадил обоих на лавочку и сложил руки на груди. Ну всё, теперь этот цирк должен прекратиться. И можно наконец вернуться к игре в теннис, не опасаясь за жизни окружающих. Эти двое могли ровное место превратить огромный дымящийся кратер за считанные минуты. Дэнни не успел отойти, как чья-то тяжёлая рука опустилась ему на плечо. Мальчик даже вздрогнул от неожиданности: — Старк, зачем так пугать? Я же чуть в обморок не грохнулся! — Утро доброе, мелочь. Как настроение? — Уже вечер, — недовольно пробормотал Ло. — Чего опять не поделили? Сидите как два хомяка, надутые… — Гарри говорит, что я не смог бы управиться с бластером! — Я не это сказал! — Нет, это! — Так, стоп-стоп, — Тони взмахнул руками и подошёл ближе к мальчикам. — Успокоились. Вы хотите лазеры? Так бы сразу и сказали! Будут вам лазеры, да хоть меч сделаю, только не орите, ради бога! — Тони! — возмутился Гарри. — Ты не можешь дать нам оружие, мы же дети! — А, точно… Вроде как не полагается, да. — Нет-нет, всё правильно, — при упоминании лазерного меча глаза Ло округлились. — А правда сможешь дать? — Ага, — Тони задумчиво почесал затылок. — Гарри, хватит пихаться. Что? Да у меня в вашем возрасте уже было полно всяких огнестрельных штук, сам собирал, между прочим. Никто же не умер, мозги есть на людей не направлять. Ладно-ладно, успокойся, могу дать вашему волчьему другу не стреляющий, если тебе от этого легче. Я как бы вообще не за этим пришёл, карапузы. Гарри, мы идём на экскурсию по лабораториям. Нужно тебе сделать пропуск в Башню, задолбало каждый раз тебя лично водить. Покажу тебя всем, пусть запомнят. Не хватало ещё, чтобы как в прошлый раз тревогу подняли. Поппи резко подняла голову и прищурилась: — Старк, ты же не собираешься опять забирать детей посреди недели? — Тихо, фурия, на этот раз только своего, обещаю. — У тебя нет детей, — Поппи спрыгнула с парапета, на котором сидела и подлетела к компании, полностью игнорируя существование мощёных дорожек. — И по правилам ты не можешь забирать отсюда кого-либо. Тем более учитывая то, что сегодня не пятница! — Я доверенное лицо, — сообщил Тони и сложил руки на груди. — Гарри, ты же мне доверяешь? — После того, как ты пообещал Ло пушку, уже не особо, — признался Поттер. — Ты что? — переспросила Поппи. — Тебе послышалось, дорогая. В любом случае, я его крёстный, а ещё у меня есть официальное разрешение от вашего местного когтистого терминатора. Цитирую: «Делай что хочешь, главное съеби подальше, умоляю». — Чт… — Поппи тряхнула головой. — Логан даже не учитель. Боже, да с кем я пытаюсь вести диалог. Если что случится, я вас даже не видела. Аривидерчи! — Приятно иметь дело, — ухмыльнулся Тони и потянул Гарри за собой. — Вернёмся через пару часов, пока, мелкие!

***

Мэдди бинтовала руки чёрной лентой с таким видом, будто собиралась выйти на ринг боксировать прямо сейчас. Недавно отрезанные волосы теперь едва доставали ей до лопаток. Если Сидни за последние пять лет вовсе не изменилась внешне, то Сандерс будто превратилась в другого человека. От подростковой нескладности не осталось и следа, черты лица стали чуть грубее, а шею украшал длинный шрам. Последний появился ещё давно, когда охота на оборотней велась особо яростно. В те месяцы стая могла скрываться в убежище настолько долго, что приходилось голодать по нескольку дней. В одно полнолуние у Рема даже не было возможности выбраться за недостающими ингредиентами ликантропного зелья — Сивому пришлось запирать волков поодиночке да надеяться на лучшее. Сколько бы ни старалась Сид, контролировать себя в полнолуние не выходило. Грейбек говорил, что, скорее всего, никогда и не выйдет. У рождённых оборотней, таких, как сам Фенрир, это получалось совсем просто, у обращённых волшебников требовало многих тренировок, но вот для маглов — увы! Несправедливо конечно, но Сидни в стае себя ущемлённой не чувствовала. Это как большая семья, и вправду. Уже на третий день пребывания здесь Рем успел её со всеми перезнакомить. Оборотни оказались существами довольно скрытными, но Сидни так даже больше нравилось. Никто к ней не лез и не навязывался, так что свои первые недели она пережила спокойно, обдумывая всё, что произошло. С родителями пришлось распрощаться навсегда. Это, пожалуй, было тяжелее всего. Но подвергать стаю опасности ради такой мелочи, как редкие встречи с мамой и папой, определённо не стоило. Даже короткий звонок мог выдать местоположение «базы». Для тех, кто ищет, конечно. А их ищут. Стая представляет большую опасность, чем оборотни-одиночки, а значит, за их головы назначено больше денег. Деньги, да… Посчитав, что Великая охота — дело рук спятивших от ужаса грязнокровок, Грейбек сильно просчитался. После того, как в Лютном на него с Сандерс напал самый чистокровный из чистокровных старший сынок Лафингтона, стало понятно, что движет охотниками не природное отсутствие мозгов, а вполне себе материальные галлеоны. Кто-то богатый и невероятно расчётливый устроил целую подпольную организацию по уничтожению их вида. Бредни сумасшедшего, как думала Сидни. Пока не нашла листовку со своим лицом в самом тихом магическом квартале, куда они изредка выбирались за продуктами. С тех пор еду они с Ремом покупают только в магловских супермаркетах. Да, было немного лестно, что за её голову полагалась аж тысяча галлеонов (подумать только, мамочки, это же чуть меньше пяти тысяч фунтов!), пусть позже и стало известно, что за ту же Мэдди отдавали тысячу пятьсот, а Фенрир стоил целых девять. Неизвестно, кто назначал цену, но засветиться они, на самом деле, успели уже везде, так что охотникам было не так трудно нарыть про них информацию. Оставленные волоски или недопитый бумажный стаканчик с кофе могли рассказать о хозяине-оборотне очень многое, от количества лун до роста и цвета глаз. Так что приходилось быть максимально осторожными и ходить исключительно маленькими компаниями. Один человек — опасно, десять — привлекает внимание. Нельзя обманываться даже маленьким затишьем, всегда нужно оставаться настороже! Сегодня нужно было вновь смотаться за едой. Рем и Грейбек ходили на такие задания всегда, Мэдди была весьма неусидчивой, так что каждый раз таскалась за ними, а Сидни брали просто так, в довесок. Девочки неплохо сработались, несмотря на изначальный скептицизм. Пожалуй, Сид даже могла бы назвать Сандерс своей подругой. Люпин и так до этого тусовался в компании Мэдс, а Сивый, видимо, решил присматривать за их бандой, так что компания вышла интересная. — Чего сопли жуёшь? Пошли уже, — нахмурилась Мэдди. — Идём-идём, — Сидни торопливо спрыгнула с кухонной столешницы. — Смотри, я всё записала. Правда, как мы дотащим столько всего, ума не приложу… — Мы же сильные, дурында, — Мэдди постучала пальцем по виску, — волки. Снарядились на вылазку они тщательно. Сивый, казалось, запихал свои ножики в каждый карман, а в рукав засунул егерскую краденую волшебную палочку. Сама Сид держала руку на рукояти невидимой рапиры, которую заколдовал Рем. Мэдди предпочитала использовать когти, так что полностью проигнорировала обувь, чтобы если что — сразу подлетать с ноги. Только Люпин выглядел совершенно обычно, даже скинул с плеч старую мантию, оставаясь в брючном костюме. Хотя, если на них всё же нападут, было понятно, что только Рем защитить их и сможет. Какие когти справятся с волшебником? Аппарировали они прямо за угол супермаркета. Фенрир тут же метнулся осматривать территорию, а девочки с Люпином зашли внутрь. На этот раз магазин попался хороший. Тут точно найдётся всё, что им нужно. Сидни осмотрела длинные продовольственные ряды и уверенно пошла в сторону отдела с крупами. Там нужно набрать больше всего. Однако только Рем снял с полки холщовый мешок с мукой, как из-за угла шагнул незнакомый старик. Сидни сразу поняла, что это был волшебник. Он был одет в фиолетовый яркий плащ с крупными золотыми звёздами, а на голове красовалась остроконечная шляпа. Борода незнакомца была настолько длинной, что чуть ли не доставала до пояса, а нос украшали криво сидящие очки-половинки. Мэдди тут же отскочила, дёрнула Рема за рукав и выпустила когти. Сид тут же последовала её примеру и приняла оборонительную позу. Если они нападут одновременно, то есть шансы положить одного мага. Особенно если Люпин поставит щиты… — Девочки, спрячьте когти, — мягко сказал старик. — Я не желаю вам зла. Всего-то пришёл поговорить со старым другом.