Им надо быть вместе. ( полностью ванильная стори)

  Дожди закончились и солнце наконец-то решило погреть жителей Нью-Ниндзяго Сити. Белая больница светилась от ярких лучей, и Коул щурился от яркости. Желание выколоть глаза было большим, но тогда он рискует потерять возможность смотреть на Зейна и тортики – это единственное, что его останавливало. Он ещё раз пошевелил правой рукой. Её только что освободили от гипса, и Баккет не мог не нарадоваться этому факту. – Ну, как рука? – Зейн нежно провел по руке, переплетая их пальцы. – Прекрасно, я готов нести тебя на руках до самого дома, – Коул крепко обнял Жульена, намереваясь его поднять. – Нет! – Мастер Льда игриво ударил любовника по плечу. – Тебе нельзя напрягать руку минимум две недели. Коул отпустил Зейна и нахмурился. От этого вида ниндроид не сдержал смех. Лёгкий смешок сорвался с его губ, он прижал Мастера Земли к себе, положив ладонь на его щёку. Зейн мягко поцеловал пухлые губы Коула, которые немедля ни секунды ответили. Они бы так и простояли на крыльце больницы, если бы телефон брюнета не напомнил о себе. Коул с бурчанием под нос разорвал поцелуй, достал телефон и провел пальцем по экрану, приняв вызов. Зейн, не убирая руку с талии Баккета, повёл его к остановке, пока Коул, судя по всему, общался со своим отцом. – Да, пап...Ты уверен, что хочешь этого?... Хорошо, скоро буду, – Коул отключился и вздохнул. – Что случилось, милый? – спросил обеспокоенно Зейн. – Папа и его труппа сейчас в туре и они в Нью-Ниндзяго Сити. У них заболел один из актёров и меня просят о помощи. – Сыграть? — Да, премьера завтра, и мне нужно идти на репетицию. – Удачи тебе, – Зейн поцеловал Коула в лоб. Тот хихикнул и обнял своего парня. – Мне самому надо пойти к Пиксал. Она уезжает в командировку и просит забрать Маркиза. – Не давай Джею играть с ним, а то вместо персидского кота она заберёт сфинкса.                                          *** Пиксал бегала по квартире, собирая вещи в сиреневую сумку. – Не давай ему сладкое. Ни в коем случае! Иначе ветеринара будешь сам оплачивать. Их ушки дорого лечить! – учила Борг, пока Маркиз позволил Зейну посадить его на руки. – Не волнуйся, я просмотрел, что можно ему давать, а что нет, – успокоил подругу Жульен. – Фух, хорошо, я спокойна за вас, – выдохнула Борг. – Как там Коул? Вы уже, сколько, месяц как встречаетесь? – 28 дней, 11 часов, 38 минут и 16 секунд. С ним все хорошо, он сейчас на репетиции по просьбе отца, – пояснил Жульен, он погладил Маркиза по голове, отчего тот громко заурчал. – Так. Это все! – она вручила Зейну сиреневую сумку и пошла за переноской. Спустя час уговоров Маркиз соизволил зайти в переноску. Он поудобнее лёг, не боясь показать всю свою наглость. – Маркиз, безусловно, наглый кот, но ему необходимо общение и присутствие людей, – напоследок сказала Пиксал. – Пока, Маркиз. Маркиз в ответ мяукнул и взглянул на хозяйку. Но Пиксал уже не смотрела: она знала, что не сможет противостоять глазам своего котика.                                            *** Коул и забыл, что репетиции с его отцом гораздо хуже тренировок с Мастером Ву. Лу всегда был беспощаден к актёрам. Каждая сцена должна быть идеальна, каждое движение чётким, реплики – не заученные, костюмы и реквизит на своих местах. Коулу пришлось играть в массовке одного из министров, которые хотят приблизиться к императору.  У него не было сольных песен, только хор, поэтому особо заморачиваться не пришлось. Но нет, фоновому персонажу тоже необходимо придумывать историю, мотивы и внутренний монолог, то без чего ни один актёр в полной мере не справится со своей ролью. Коллектив не был для Мастера Земли новым, большинство из них он знал лично и выступал вместе с ними однажды. Было несколько новых актёров, но они быстро нашли общий язык ради спектакля. Премьера завтра, а значит нужно торопиться и прогонять весь спектакль от начала и до конца. Только к ночи Лу дал добро и отпустил всех в отель, измученная труппа еле ноги перебирала. В театре остались только Лу и Коул, которые развешивали костюмы и готовили реквизит. Брюнет примерял длинное голубое кимоно с узорами сакуры, в котором выступают все чиновники.  – Голубой неплохо на тебе смотрится, сынок, – оценил Лу, расхаживая по гримерке. – Угу, под цвет моей ориентации, – добавил Баккет младший. – Ты прекрасно знаешь, что для актёра пола не существует, – Лу ни капельки не удивился этой шутке: в конце концов, в его труппе было много актёров нетрадиционной ориентации. Он спокойно к этому относился. – Ну так, кто он? – М? – Коул непонимающе посмотрел на отца. После репетиции мозг отказывался принимать простую информацию и отвечать на лёгкие вопросы. – Ты его знаешь, папа. – Хм, дай угадаю, – Лу следил, как его сын вешает костюм обратно на вешалку, оставаясь в одной чёрной футболке. – Это кто-то из твоей команды? – Коул утвердительно кивнул. – Так, это не Кай или Джей, поскольку их вы с Нией однажды забыли в лесу, и не Ллойд, поскольку он у вас самый младший. Я уверен – это Зейн! – Как ты догадался? – спросил Коул, натягивая серую толстовку. – Путь к твоему сердцу лежит через желудок, – Лу мягко тыкнул локтем в живот своего сына и потрепал его по волосам. – Пригласи завтра его и своих друзей на премьеру. – Обязательно. Давай я провожу тебя до отеля, – предложил Коул. – Если ты расскажешь мне побольше о Зейне.                                            *** Весь день Ллойд и Кай играли с Маркизом – будучи в душе теми ещё кошатниками, они старались найти общий язык с котом. Маркиз же все время предпочитал крутиться вокруг Зейна, поскольку он единственный, кого знал кот. Под вечер Маркиз разрешил себя погладить, отчего Ллойд и Кай были очень рады. Когда же со смены пришли Джей и Ния, они тоже начали домогаться до кота. Маркизу вскоре это надоело, поэтому он запрыгнул на самую высокую полку, которая отделяла совмещённый зал-коридор и кухню, и провёл остаток вечера, сидя в опасной близости к цветку. Время подходило к двенадцати, все уже спали, кроме Зейна. Он ждал своего парня. Когда дверь захлопнулась и мимо кухни прошла очень уставшая тень, ниндроид последовал за ней. Коул плюхнулся ничком на свою кровать и лежал звёздочкой. Мастер Льда сел на край кровати и положил руки на его спину, мягко проводя круговыми движениями. – Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил Зейн, немного надавливая у лопаток. – Я устал – из меня буквально выжали все соки, – пробурчал Коул. Он повернул голову в сторону Зейна и выдавил слабую улыбку. – Я думаю, он хочет, чтобы всё прошло хорошо, – из уст Баккета вырвался тихий стон, когда Зейн нажал на сгибе шеи и плеч. – Да, знаю. Я просто отвык от этого, – ниндорид хмыкнул и аккуратно лёг на Коула, целуя его в затылок. – Кстати, придёшь завтра на премьеру? Папа хочет с тобой поближе познакомиться. – Ты ему рассказал? – Зейн помнил, что одно время Лу и Коул не очень сильно ладили, но после решения всех конфликтов отношения стали куда лучше, если не идеальными. Коул часто помогал отцу, когда тому требовалась помощь, но при этом Лу не навязывал свою точку зрения, доверяя сыну. Отцовские переживания никуда, конечно же, не делись, и будущее его сына до сих пор волновало Лу. – Да, он спокойно к этому относится, – Коул перевернулся под Мастером Льда, оказавшись лицом к лицу с ним. – Остальным тоже надо будет сказать. – Я обязательно приду, – ниндроид оставил лёгкий поцелуй на губах брюнета и снова сел. – А теперь тебе надо переодеться и поесть. Коул тяжело вздохнул, но повиновался своему парню.                                          *** Ниндзя сидел в большом актовом зале в окружении других людей. Он хорошо влился в толпу, поскольку пришёл в костюме и никто его не узнал, что не могло не радовать. Зейн с Коулом решили, что поговорят с Лу после спектакля, когда не будет безумной суеты актёров и зрителей. Когда спектакль начался, Зейн в основном высматривал Коула в безумной толпе актёров. Джей тоже следил за Коулом, делая фотографии для дальнейшего компромата. Ллойд и Ния спокойно смотрели спектакль, а Кай мирно спал на плече сестры, иногда подпрыгивая, если музыка становилась слишком громкой, а на сцене творилось самая настоящая анархия, по мнению Мастера Огня. Спектакль длился полтора часа, что довольно хорошо. Зейн мысленно подметил моменты, которые можно будет обсудить с Лу. Он посчитал, что старому музыканту будет приятно обсудить его творение и проанализировать его. Коул вышел к Зейну через полчаса после окончания спектакля. К тому времени остальные решили пойти домой и что-нибудь приготовить к ужину. Коул тяжело дышал, стоя рядом с Зейном, а на лице была радостная улыбка. Остатки грима все ещё были на его лице, волосы – в полном беспорядке, так что Кай на его фоне был примером опрятности. – Не волнуйся. Ты ему нравишься и ему всё равно, что ты ниндроид, – сказал Коул, видя, что его любовник немного нервничает. Он взял его за руку и ободряюще улыбнулся. – Отец тоже волнуется, но я тебе ничего не говорил. Зейн издал смешок и немного успокоился – Всё хорошо? – обеспокоенно спросил Мастер Льда. Брюнета редко можно было увидеть таким возбужденным и сияющим. – Да, это просто одна из магий театра! – Магия? – Да! – послышался знакомый голос, полный энергии. Пара обернулась и увидела подходящего к ним Лу. – Магия в том, что актёр отдаёт свою энергию зрителю, пока играет, и получает энергию в ответ после спектакля, когда раздаются аплодисменты. Это означает успех! – Рад вас видеть, Лу! – поздоровался Жульен. – Я тоже, мой мальчик. – Мне очень понравились моменты со смертью и как вы на протяжении всего спектакля скрывали её лицо под маской, а также её пластика, – прокомментировал Мастер Льда. – О да, актриса, играющая смерть, отрабатывала свою походку 4 дня подряд, пока её ноги не опухли от долгой ходьбы, – этот мрачный факт заставил Зейна усомниться в том, что актёр – это безопасная профессия. – Папа, это не лучшее... – Прости, сынок, – извинился Лу и решил сменить тему. – Коул сказал, что ты ухаживал за ним, когда он сломал руку. – Да. Они с Джеем никогда не контролируют свой идиотизм, – поддержал ниндроид. – Я тоже тебя люблю, снежинка. – Однажды, в десятилетнем возрасте, он вместе с труппой, его ровесниками, отлавливал жаб для постановки, чтобы в конце спектакля подарить их зрителям. Тогда режиссёр имел в виду лягушек из оригами, но их порыв он одобрил. – И тебя я, папа, тоже люблю! – Коул был весь красный от смущения. – Я рад, что вы нашли общий интерес – смущать меня. Они проводили Лу до отеля. Музыкант сказал, что они будут играть ещё неделю и что он будет очень рад видеть Зейна, а после тура ждёт их в гости. Жульен был рад, что все прошло хорошо и он только зря волновался. Ближе к дому Коул начал уставать и чуть ли не валился с ног. Поэтому, после ужина, он тут же заснул на груди Зейна в их комнате.