Тушить бензином.

      Томас Риджуэлл, самый сильный алкоголик, который даже в ненужную ситуацию смеётся. Этот парень, не то что разбит внутри, он давно уже гниёт. Его душа, как и его глаза, так же: бездонно и чёрернеет всё внутри. Его запястья, как алае море в котором хочет тонуть Том, а так же его проблемы. Возможно, этот парень будет груб и серьёзен, но, если, он захочет поменять всё? Закинуть к чёрту алкоголь? Нет, он слишком слаб теперь.

Именно теперь, из-за его слабости, он тихо плачет на кухне, стараясь не вскрикнуть.

      Кто бы мог подумать, что, да-да, тот самый Томас Риджуэлл сидит и плачет. Нет, он не плачет как очередная малолетка от «депрессии» или разбитого сердца, он плачет от внутреннего состояния. Его душа полностью сгнила и помочь могут лишь слёзы, которые на утро вызывают головную боль и опухшое лицо.       Его руки который раз тянуться ко рту, что бы не вскрикнуть и не разбудить ребят. Он старается быть тихим, как – мышь. Он хочет выплакаться и забыть, хотя на утро он всё впомнит.       Казалось бы, такой эгоистичный, пофигистичный и злой Том может плакать. Но, это не глупо. Он не робот, он не обязан всё держать в себе. Он не обязан держать эти страхи, волнение, горе и печаль в себе. Ему нужно, нет, даже, он должен выговориться, стараясь говорить чётко и получать поддержку со стороны собеседника, но как жаль, что у Томаса нету такого собеседника.       Знайте, а у Тома нету не чего для хорошей жизни. У него нету: поддержки, силы воли, любви, родных и близких. У него есть лишь водка, которая помогает, но то же время и убивает Риджуэлла. Его то жалко, но, что мы можем сделать? Подарить ему ласку, надежду, мечту? Но, мы же всего лишь зрители которые могут наблюдать и слушать.       Пока наш Том ронял эти солёные капли, он не услышал, как тот, кого он ненавидет всей душой, тихо пробрался на кухню. — Слыш, какого хуя ты тут в два часа ночи? – сонно спросил Торд, который стоял в дверном проёме, наблюдая за всей картиной.       Том лишь молчал и когда в очередной раз хотел закричать, он заткнул себя рукой, от чего Ларссона пробрал интерес. — Эй, ты плачешь? – насмешки не было, было лишь... Недопонимание? Но, молчание всё так же было, хотя, слёзы текли всё больше, а из уст были слышны, хоть и тихие, вскрики. — То-о-ом, ответь. – всё так же не унимался Ларссон. — Отстань... Уйди... – кое-как прошептал эти слова Томас и снова залился в истерике. — Нет, вот так просто я от тебя не уйду. – решительно сказал Торд, после чего он встал и закрыл дверь на кухню.       Том ничего не говорил, ему было сейчас до одного места что его враг увидел его слёзы, ведь Том слишком расстроен. — Итак, Том, давай так. Представь, что мы друзья, хотя бы на минуту, – спокойно и «ласково» говорил Теодор, но Том не унимался, хоть и слушал. – Итак, Том, расскажи почему ты плачешь?       Слёзы на минуту перестали течь, но после, Том уже уткнулся лицом в грудь Торда и стал снова рыдать.       У Ларссона от таких «объятий» был ошарашенный и испуганный взгляд. — Том, – тихо сказал Торд и обнял Тома, гладя его по волосам. На удивление, у Риджуэлла мягкие волосы, хотя выглядят они как иголки. — Мне плохо. – стал говорить Риджэулл. – Я... Я хочу умереть. Я хочу исчезнуть, или просто уехать. Я просто хочу покоя, там, где мне будут рады. Я хочу не беспокоиться о проблемах, мелочах, алкоголе. Но... Я не могу... Мне так херово, что каждый чёртов раз я напиваюсь что бы забыть, а на утро, я вспоминаю это с головной болью. Я вспоминаю проблемы с моим характером, с моей внешностью, с моей неудачей. Я, очень при очень, хочу найти того, кто просто обнимет и будет рядом. Просто будет слушать меня и, ну, хотя бы поддерживать. Я просто хочу найти этого человека. – запинаясь говорил Томас, всё так же роняя на пол слёзы.       Торд же слушал. Внимательно и тихо. Он вникал в каждое слово, и, даже возможно понял Тома. Этот алкоголик не просто хам, но и добрый человек. — Я хочу любви и заботы, но никто не хочет мне этого дать. — Том... Прошу, не плачь. – слегка отодвинув Тома от своей груди, Торд взял за подбородок парня и большим пальцем стсл вытирать слёзы. – Они не идут тебе.       Слёзы всё так же текли, но уже меньше, а лицо стало более спокойное. Том на минуту улыбнулся, искренне, просто, как ребёнок. Торд был очень удивлён, но улыбка Тома заставила покраснеть Торда.       Неожиданно для себя, Торд потянулся к губам Риджуэлла и он мягко поцеловал того в губы.       Риджуэлл сильно покраснел, а его, как казалось, бездонные глаза засверкали. — Я... Могу быть тем человеком, о котором ты говорил? – тихо спросил Торд. — Но мы же враги. – как ребёнок передразнил того Том. — Ещё враги? – улыбнулся Торд. — Хм... Дайка подумать... Я могу сказать что мы не враги, а друзья. – посмеялся Том от лица Торда. — Друзья??? – лицо Торда стало грустное и саркастично усмехнувшись Торд обнял Тома. — Обещаешь не плакать? — Неа. — Ну Том! — Я сейчас надеюсь что я пьян и завтра я попрошу у тебя прощение за это. — Ну уж нет, Томас Риджуэлл.

Эти парни давно разжигали костёр, но в итоге они решили тушить его бензином.