История ордена телесмантов

Сентари снилось, что она и правда оказалась на другой планете. Но ничего похожего с известными планетами она вовсе не имела. Красивые дюны из плотного песчаника, больше напоминающие холмы; летающие медузы, выглядевшие как цветы и даже веточки с листьями, маленькие двуногие существа без глаз, но с остро развитым обонянием и какими-то совершенно другими органами восприятия. Их полые головы, сплетенные эволюцией из хрящей, улавливали запахи, движение ветра и тепловые изменения. Над всем этим стояло уютное зеленое марево из какого-то опасного для элионца газа, но родного и необходимого для здешних форм жизни. В небе парили черные хищные скаты. Они не издавали ни звука, на их крыльях были отверстия вроде дыхательных путей. Прокачивая через них тяжелый плотный воздух, они легко перемещались на большие расстояния с огромной скоростью. Сентари не удержалась и поймала в руки одну из медуз, которая торчала из мшистой почвы как трубчатая веточка в стайке таких же созданий. Стая тут же, трепеща «листьями», воспарила к небу, а в её руках осталась дрожащая веточка, в которой засвистел воздух. Прожилки на листьях то набухали, то сдувались – медуза пыталась улететь. Сентари выпустила её из пальцев, и она взмыла в небо. Девушка взобралась на вершину осыпающейся песочной дюны и окинула взглядом необычный и оттого волшебный мир. Она переживала тихий восторг и единение с планетой, пока рядом, совершенно внезапно и непонятно как образовался темный портал, засасывая её с неумолимой силой. Сентари открыла глаза, просыпаясь. За окном было уже темно, она лежала в своей спальне в одежде поверх одеяла. Это было для неё нетипично. Сента села на постели, пытаясь вспомнить, что с ней было. Кажется, Флавий предлагал ей смотреть звезды через астролябию. Но его самого здесь не было, астролябии тоже… Может, ей вообще все это приснилось – потерявший память и оттого трогательный в своей беспомощности бог, лекция по космограммам и планетам? Понимая, что столько всего она не могла пережить за несколько часов сна, Сента встала с кровати и, протирая глаза, спустилась вниз. Флавий и Архей играли в вестибюле в шахматы, удобно устроившись на гостевых диванах. - Шахматы - это скучно, - скривился Флавий, когда снова оказался близок к выигрышу. – Все эти партии подчинены стройному математическому вальсу, и до банальности просты. Конечно, это отличная зарядка для ума, но на пару часов, не больше. - Флавий, шахматы – это не только тренировка разума, но и психологический портрет игрока. По тому, как противник ведет борьбу, можно узнать, какой он человек в жизни, как привык решать проблемы и выходить из сложных ситуаций. - Отлично. Тогда я могу сказать, что у тебя богатый опыт, ты демонстрируешь отличную память и знание всех известных шахматных партий, которые приводили к выигрышу. Но в нестандартных ситуациях ты склонен идти вслепую, прощупывая ход за ходом новые возможности, тогда как думать надо на два-три хода вперед. Да и думаешь ты долго. - А ты все тот же импульсивный выскочка, который живо отзывается на провокации и охотно идет в ловушку. - Архей, ну зачем же сразу скатываться в оскорбления в ответ на шахматную диагностику твоей личности? - А это и есть шахматная диагностика твоей личности, и это вовсе не оскорбление, - Архей еле заметно улыбался в усы. – Раз уж ты заскучал, давай немного отвлечемся, а я немного сжульничаю и переставлю шахматы. Не расскажешь ли мне, что это такое? Он вытащил из кармана какой-то мелкий предмет и опустил на игральную доску. Флавий наклонился, рассматривая черную таблетку в капсуле. - Это чип для телепортации. Военная разработка, - буднично ответил бог знаний. – Правда, проверку это изобретение не прошло. Предполагалось, что благодаря таким чипам выживших военных можно будет телепортировать из зоны военных действий по одному только запросу о помощи. Но что-то постоянно шло не так. В общем, лабораторные испытания показали, что технология нуждается в тщательной доработке, чтобы вместо военных не телепортировались их доспехи или, что еще хуже, части тела. Одной таблеткой дело не решить. - Но кто-то засунул эту таблетку в твое печенье, и она оказалась в твоем желудке. Случилось это из-за того, что глайдер Сенты напоролся на охотничью ловушку в дороге, и она вынуждена была попросить у тебя помощи. - О, я уже думал об этом. Кто же это мог быть? Неужели все это мог провернуть один-единственный охотник-телесмант Джером? - Он умеет находить общий язык с людьми, предлагая взамен всякие редкости и трофеи с охоты. Осталось только выяснить, как к нему попали эти таблетки. Видимо, ему пришлось заплатить за них очень дорого, потому что я нашел всего один экземпляр в его доме. Кто-то наживается на твоих технологиях, Флавий. - Это вечная проблема и головная боль – контрабанда лабораторного мусора. Скажи-ка, Архей, Джером действительно мог стереть мою память, или ему помог кто-то более… могущественный? Архей заерзал на диване, понимая, к чему клонит бог знаний: - У Джерома, как ты уже понял, не было оружия, а без астролябии он не может такое провернуть ни с кем. - Тогда что лишило меня памяти? – с тревогой спросил Флавий. – Если бы Сента не вышла на прогулку после дождя, чтобы выкурить пару сигарет, неизвестно, где бы я сейчас был. - Возможно, Джером все-таки пробрался сюда и попытался поработать с астролябией, но я в этом не уверен. На допросе это станет известно. Джером уже предвкушал свое становление телесмантом и, вполне вероятно, что он мог бы использовать тебя для своих экспериментов, поэтому и выбрал такой удачный повод. Хоть глайдер и сломался у Сенты, она все-таки доехала до дома с твоей помощью. Джерому срочно пришлось менять свои планы. К тому же великолепный ход – поучаствовать в похищении целого бога, а потом свалить всю вину на Сентари, как на оставшегося телесманта. Если бы Джером «обнаружил» тебя, то стал бы известным героем. Но и тут что-то пошло не так, а именно – твое любопытство. - Все-таки это слишком странно – похитить целого старшего бога. Это совершенно безумная идея! И что со мной бы случилось, если бы я не смог себя вспомнить? - «Похитить старшего бога», - Архей горько рассмеялся. – Вспомни о Лаэрте, и ты поймешь, что нет ничего невозможного. Никто не знает, что бы с тобой случилось, потому что еще неясны причины твоего беспамятства. Надеюсь, допрос с пристрастием это прояснит. Флавий скривился: - Архей, вижу я, что-то тебе неспокойно – ты словно на сковороде сидишь. А по-моему, все ты знаешь! И я не удивлюсь, что мое беспамятство твоих рук дело. О!.. Со стороны лестницы послышался какой-то шум. - Деда! Дедушка! Флавий сначала не поверил своим ушам, но когда увидел, как Сента летит на всех парах к Архею, раскинув руки, то застыл с открытым ртом и вытаращенными глазами. - Дедушка, мне было так тяжело без тебя! – он упала на грудь Архею и расплакалась. – Я так устала ждать, когда ты придешь… Спустя минуту Флавий совладал с собой и выдавил: - Ах, значит, дедушка? А ты мне говорила, что сходство со старшим богом – это веселая шутка. - А тебе все секреты открой, - проворчала Сентари, утирая от слез глаза. – Но теперь-то уже скрывать это бессмысленно. Флавий нервно рассмеялся: - Архей, а ты, однако, сумел меня удивить. Я еще с неделю буду ходить с веревочкой для челюсти. Хе-хе… дедушка… - Флавий сказал, что ты знакомилась с планетами. Как все прошло? – Архей взял Сентари за руку. – Что тебе удалось увидеть? - Да, в общем-то, - она с сожалением посмотрела на старших богов, - того, что видел Флавий, в моем сновидении не было. Но зато я побывала на другой замечательной планете с зеленым небом, дюнами, медузами и фантастическими существами. Такая красота мне еще никогда не снилась. Там было так красиво и хорошо! - Не переживай, Сента, что тебе не удалось получить связь с планетами. Наш эксперимент был не таким уж чистым, а твои сны могли быть продуктом кислородного голодания, - Флавий взял пальцами окровавленную стрелу с дивана и положил на шахматную доску между фигурами. Сента испуганно посмотрела на оружие убийства и побледнела: - Не понимаю… Меня… В меня что, стреляли? - Не бойся, - заботливо сказал Флавий. – Это все теперь позади, преступник пойман и ответит за свои преступления. Тебе больше ничто не угрожает. Девушка все еще дрожала от мысли, что могла умереть во сне: - Кто это был? - Джером, сводный брат твоего отца, который долгое время прикидывался местным охотником, - Архей погладил её по спине. – Он считал себя более достойным кандидатом на обладание оружия, поэтому говорил, что не остановится ни перед чем, чтобы его заполучить. - Не просто говорил, а угрожал убийством, - встрял Флавий. – В переписке с твоим отцом он прямо писал о том, что найдет изощренный способ уничтожить тебя. - Откуда ты знаешь? Ты залез в папин секретер? - Странно, что ты в него еще не залезла, - парировал бог знаний. - Разве теперь это не твоя обязанность – расследовать семейную тайну? - Ну, будет вам! – Архей прервал разговоры. – Что делать с вещами моего сына, решать не тебе, Флавий. Мог бы проявить элементарную вежливость, в конце концов. Вопрос о телесмантах надо поднять на всеобщем собрании Совета Богов – стоит ли использовать эту силу или лучше предать забвению… - Что значит «предать забвению»?! Архей, ты в своем уме? Да это же открывает невероятные возможности для поиска планет и их изучения! Конечно, управляемые сны через древний прибор не отменяют того факта, что космические технологии необходимо развивать семимильными шагами. Но сбрасывать со счетов такую магию и способность побывать на планете лично, ничем не рискуя – это возможности, которыми нельзя пренебрегать ни в коем случае! Об этой технологии должно знать как можно больше людей… с профильными познаниями, конечно же, а не все подряд. И раз уж так вышло, что я пока единственный, кто сумел получить к этой силе прямой доступ, то предлагаю считать орден телесмантов возрожденным в моем лице, - ловко завершил свою речь Флавий. - На твои плечи ляжет дополнительная нагрузка в виде обучения новичков и их организации. Уверен, что справишься? - усмехнулся Архей. - Я буду считаться главой номинально. Все-таки научная работа сама себя не сделает. В первую очередь я буду передавать эти знания богам, потому что те лучше восприимчивы к любой магии. А вот Сентари будет моим заместителем. Видел бы ты, какую лекцию она прочитала мне о космограммах! Я даже пикнуть не успел и что-то возразить, как оказался на уроке телесмантики, хоть и не планировал ничего такого. Я уверен, у неё отлично получится преподавать теорию. - Ура! – Сентари радостно запрыгала на диване. – И я буду заниматься любимым делом! Дедушка, ну пожалуйста! Ведь Флавий абсолютно прав. Незачем скрывать такие знания от элионцев. Архей не разделял общего восторга, но во всем сказанном было рациональное зерно. - Что же, это хорошо звучит, если только вы не будете упоминать о телесмантике как возможности играть чужими судьбами. Иначе вы наплодите больше бед, чем пользы. - Архей, в этом и заключается вся соль, - Флавий настаивал на своем. - Когда враг неизвестен, он может безнаказанно бесчинствовать, что Джером и делал. Он и меня чуть не уничтожил. А сколько таких телесмантов было в истории Элиона? Теперь же, когда об этом станет известно, станет сложнее совершать подобного рода преступления. Все преступники будут известны заранее, а телесмантика перестанет быть тайным знанием. Каждого телесманта будут знать в лицо, а не предполагать, что он, возможно, телесмант, который способен бескровно убивать налево и направо. Незнание – вот причина всех бед. - Хорошо, Флавий, - соглашаясь, Архей все равно давал понять, что ответ будет за ним. – Мы это обязательно обсудим на очередном собрании Совета Богов. - Господа старшие боги, вы останетесь со мной на ужин? – Сентария решила прервать непримиримую дуэль между Флавием и Археем. - О, к сожалению, придется отказаться, - вздохнул Флавий. – Хоть я и не против угоститься печеньками с верой, но у меня тут чрезвычайное происшествие – один недалекий лаборант решил обучить кэлпа всяким трюкам и продать его знатной семье под видом прирученного домашнего питомца, чтобы на полученные деньги оплатить свою свадьбу. Теперь детям из несчастной семьи понадобится серия пластических операций и пожизненное протезирование, и все это на бесплатной основе. А еще придется выплатить компенсацию космических размеров пострадавшей семье. Возможно, беднягу вдохновил опыт коллеги, который приручил крысенка Танатоса и точно также продал его как эксклюзив, в добрые руки. Но, может быть, крысеныш легче приручается и вообще понимает, что к нему хорошо относятся, когда кормят от пуза, чешут за ушком, моют и одевают в розовые телогрейки с помпонами. А кэлпы годятся разве что в качестве ездовых зверей для богов – но с ними и сюсюкаются меньше, и держат в строгости. - Какой ужас! - Сента всплеснула руками. – Скорейшего выздоровления несчастным деткам. А тебе терпения с такими нерадивыми адептами. - Ничего не поделаешь, - вдохнул Флавий, - человеческая глупость не имеет границ. И он далеко не первый и, увы, не последний в этом списке. Ну, всего хорошего, и приятного чаепития. Пока-пока! Он помахал рукой и исчез в информационном потоке. Сентария взяла с доски стрелу, дотронулась до шеи и до груди. Но как она не искала следов раны, так и не нашла. - Дедушка, а где же моя рана? Почему её нет? - Это магия. Флавий обменялся с тобой своим здоровьем. - То есть? Как обменялся? - Это прием, доступный телесмантам. Так что эту стрелу пришлось доставать из его шеи. Если бы ты слышала, в каких выражениях он отзывался о магии и какими ругательствами сыпал! Честно говоря, мне всегда нравились такие моменты, потому что Всезнающий любит поерничать обо всем, что связано с магией. - Это такая честь для меня, - Сентари погладила пальцами стрелу, - быть спасенной не кем-то, а самим Флавием. Я никогда этого не забуду! - Он довольно остро воспринял твою потерю. Ты для него стала кем-то вроде наставника. А все его наставники, до недавнего момента, были бессмертными. Сентари хитро прищурилась: - Это он тебе сам сказал, да? Или ты так думаешь? - Он так подумал и попросил ничего тебе не говорить о своих размышлениях, - пошутил Архей. – Ну, пойдем ознакомимся с делами твоего отца. Среди его бумаг есть веские доказательства причастности Джерома не только о вмешательстве в жизнь своих родственников, но есть большая вероятность, что Джером приводил примеры показательных расправ в своих письмах, считая, что после твоей смерти никто ничего уже не узнает. Сентари закусила губу: - Дедушка, а мой папа умер из-за Джерома, или… это были естественные причины? Архей погладил её по плечу: - Причины были более чем естественные – наследственное заболевание по мужской линии. Но Джером, твой дядя, считал иначе, и благодаря своей гордыне сам решил свою судьбу. Сентари облегченно вздохнула и положила стрелу на шахматную доску, где белый Ферзь поставил мат черному Королю. Самый главный вопрос в её жизни перестал причинять ей боль.