Километры твоей ярости

Драко практически сливался со стулом. Таким же чёрным и дорогим, как его костюм. Наверное, дорогим. Он не мог поверить, что какая-то там грязнокровка, гриффиндорка, подружка его заклятого врага будет жить с ним в одной Башне. Что они будут ходить в одну и ту же ванную комнату, пользоваться одной гостиной. Что её мерзкие друзья гриффиндорцы будут часто мелькать перед ним, потому как эта сука не сможет не приводить их туда. К ним. Слово «они» уже жутко начало раздражать. Малфой никак не сочетается ни в каких понятиях с Грейнджер. И обязанности старост парень никак не хотел выполнять в паре с ней. — Профессор МакГонагалл, — опустив веки, говорил Драко. — Я вынужден отказаться от вашего… — и тут же получил удар по плечу от Снейпа. — Мистер Малфой лишь хотел сказать, что очень рад вашему предложению и с большим удовольствием принимает его, — в своей манере высказался профессор защиты от тёмных искусств. После войны Малфоям и многим другим семьям чистокровного общества пришлось проходить множество испытаний — судов, например. Они пытались всеми силами обратно влиться в общество. Северус, который чудом был спасён самим Гарри Поттером, всеми силами помогал Драко. Он считал, что обязанность старосты только поможет его семье и репутации самого Малфоя. Гермиона Грейнджер, всё время сидевшая слишком близко к ним, лишь вздохнула. Наверное, она тоже надеялась, что Малфой откажется и к ней в пару поставят любого другого слизеринца. Драко скрестил пальцы на руках, чуть ли не до крови сжимая их. Его так бесило, как эта выскочка сидела рядом. Так ровно, так правильно. Но Малфой ведь знал, какой шлюхой она была. Он уверен, что грязнокровка прошлась по рукам, как минимум, у Уизли и Поттера, не говоря о других. А иначе нахрен она им вообще сдалась? Конечно, эта ситуация выводила слизеринца из себя, но выбора не было. Люциус был в Азкабане, а Нарцисса почти слетела с катушек. Ему просто приходилось делать всё, чтобы вытащить их из дерьма, даже если придётся жить с раздражающим объектом. — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, я рада, что именно вы станете старостами своих факультетов. Вы уже ознакомлены со своими обязанностями? — парировала МакГонагалл. — Конечно, профессор. Я изучила все пункты правил… Грейнджер что-то говорила. Заткнись. Бесишь. Желваки на щеках Малфоя давали о себе знать; он хотел выйти из кабинета, сбежать оттуда, лишь бы больше не слышать эту Грейнджер. Вот настолько она выводила из себя. — Хорошо, мисс Грейнджер. Можете приступать с понедельника. Встретите первокурсников своего факультета, объясните, что к чему. Ну и, конечно, обход. Общие обязанности с грязнокровкой. Дожили. Хотел ли Малфой проигрыша Тёмного Лорда? Он и сам не понимал. Люциус был практически заложником Волан-де-Морта, но сейчас он так же им был, только уже в Азкабане. Драко пообещал себе, что вытащит отца, чего бы ему это ни стоило. И даже если придётся сидеть в одной гостиной с Грейнджер. Когда они вышли из кабинета, Малфой всем нутром надеялся, что избежит сегодня разговоров с этой мерзопакостной дрянью. Грязнокровкой, которую полюбил народ за её смелость в войне. И которую он так сильно ненавидел. Наверное, её не любили только слизеринцы. — Драко, будь тише воды, ниже травы сейчас, ты меня понял? — спросил Снейп. Нет, не понял, блять. — Да. — Твои отношения с Гермионой Грейнджер никак не должны влиять на твои обязанности. О Мерлин, хоть преподы бы сейчас не бесили. Иначе Малфой в кого-то запустит Аваду. Или применит Круцио. Короче говоря, лучше его сейчас не трогать. Драко кивнул и направился туда, куда никак не хотелось идти. Однако, заметя в другой стороне коридора Пэнси Паркинсон, тут же передумал. Он абсолютно не планировал пить алкоголь, но обстоятельства, обрушившиеся на парня, заставляли его делать то, что, по его задумке, должно было «спасти». Драко остался в подземельях до позднего вечера. Паркинсон даже предложила остаться у них, но не будет же он постоянно ночевать где-то, лишь бы не в Башне Старост. Малфой лишь надеялся, что грязнокровки нет в их гостиной. Она ведь должна быть в библиотеке или спать? Зазнайка ведь слишком правильная. Она не умеет по-другому. Однако опасения подтвердились, и Грейнджер удобно устроилась на диване около камина, читая очередную скучную книгу. И, кстати говоря, в пижаме. Хотя это пижамой назвать сложно, шорты и футболка, которая полностью скрывает её фигуру. Хотя какая там может быть фигура? Худая, плоская Грейнджер. Такую только рыжий гриффиндорец захочет. Алкоголь давал о себе знать. И в другой раз Малфой бы, возможно, проигнорировал её, но сейчас её слова вызывали огромную злость с раздражением. — Малфой, подожди, давай договоримся об обходах. Молчи. Молчи. Молчи. Заткнись. — Заткнись, Грейнджер. Она не унималась. — Я понимаю, ситуация трудная, но мы должны… К горлу подступила тошнота. Всё случилось слишком быстро, и рука Драко была уже у неё на горле, сжимая его так сильно, что та задыхалась. Где же твоя сила, о которой все говорят, Грейнджер? — Никогда. Слышишь? Никогда не говори «мы». Нет нас. Нигде. Никак. Нет, — процедил сквозь зубы Драко. И еле слышно. — Пусти… Девушка пыталась вырваться, но хватка демона была слишком сильной. Как же ей было жаль, что она не взяла палочку. Оставила в кармане мантии в своей комнате. Откуда Гермиона могла знать, что этот слизеринец зайдёт настолько далеко? Она всего лишь хотела обсудить обязанности. Да и Грейнджер совершенно не хотела, чтобы в паре с ней был Малфой. Но раз уж так случилось, игнорировать друг друга полностью не вышло бы, правильно? Драко убрал руку с горла, с радостью смотря, как гриффиндорка кашляет. — Я предупреждаю в последний раз, Грейнджер. Не говори со мной. И он ушёл. А гриффиндорка осталась смотреть в пустоту. Как же дальше бороться с хорьком?