Сумеречная королева

— Скажите, вам не надоело еще названивать мне каждые пять минут? — Голос преподавателя звучал как обычно, но не трудно было заметить нотки раздражения в его тоне.       Придерживая трубку плечом возле уха, мужчина проверял задания студентов, что по ночам ходят на дополнительные из-за проваленного практического экзамена. Их было немного, но каждая работа требовала внимания, чтобы не пропустить совершенные ошибки и не забыть рассмотреть их на следующем занятии. Еще совсем раннее утро встречало преподавателя летней прохладой и бледно-розовым небом за окном. Будущие герои еще не приступили к своим тренировкам, но их классный руководитель уже был на ногах. Очень хотелось обвинить в этом звонившую, но Айзава встал по будильнику и надоедливая женщина была здесь совсем не при чем. — За сегодня это первый звонок, да и происходит это не так уж и часто, я, между прочим, тоже работаю, — Слегка обиженно прозвучала Югурэ старшая. — Кстати, мои звонки с работой как раз и связаны. Как там себя чувствуют наши студенты? — Вам про всех рассказать или только про вашу дочь?       Сегодня был только третий день их поездки в летний лагерь, а женщина уже задушила героя телефонными звонками. Прикрываясь своими обязанностями школьной медсестры, Иши выведывала информацию о Ямико, так как боялась, что за эту неделю ее состояние значительно ухудшится, хотя даже сама Исцеляющая Девочка говорила, что здоровье студентки с каждым днем становится намного лучше. Чие аргументирует это тем, что Югурэ младшая ранее испытывала слишком много стресса от всех тех событий в Канаде, сейчас же она обрела хороших друзей, которые поддерживают ее и не дают упасть духом; более менее спокойный образ жизни, да и осознание того, что то неприятное прошлое осталось позади, что сейчас ее знают не как убийцу Афины, а как обычную школьницу, тоже влияло на состояние девушки в лучшую сторону. Постоянные тренировки помогли справится с причудой и головной болью, которую она испытывала ранее. Однако, Иши хоть и понимала это, но ей было сложно принять то, что здоровье Ямико не требует такого внимания, как раньше. Югурэ старшая лично везла свою дочь в больницу на карете скорой помощи и у нее в памяти навсегда сохранилась картина того, как это происходило. Перелом позвоночника, внутренние кровотечения, ожоги второй и третьей степеней, повреждение дыхательной функции — женщина своими руками записывала это все в медицинскую карточку голубоглазой и на всю жизнь запомнила, как нападение злодеев на город обернулось для их семьи трагедией, после которой шатенка могла действительно потерять свою младшую дочь и остаться совсем одна в этом огромном мире. Прошло уже достаточное количество времени, чтобы понять, что жизни Ямико больше ничего не угрожает, но Югурэ старшая не могла до конца смириться с этой мыслью. Один знакомый психолог советовал Иши записаться к нему на сеанс, чтобы рассмотреть вопрос ее гиперопеки над дочерью, но та все время находила различные причины, чтобы не идти к нему, хотя и понимала, что по отношению к синеволосой она ведет себя не совсем здорово. — Не язвите. Вы меня не понимаете просто потому, что у вас своих детей нет, тем более таких, как Ями. — Есть, целых двадцать, и ваша Ямико одна из них, — Откладывает проверенные тетрадки в сторону, устало потирая переносицу пальцами. Работы проверены, а значит теперь он может уделить больше внимания разговору. — С ней все хорошо. Тренируется, ест и спит как все остальные, даже больше, на здоровье не жалуется, да и я не замечал за ней чего-нибудь необычного. Можете не беспокоиться. — Айзава отчетливо слышит облегченный выдох с того конца трубки, но старается не обращать на это внимания, пряча насмешливую улыбку за волосами. — И вообще, почему вы не спите в такую рань? — Если честно, мне страшно спать одной, даже ночник на ночь включаю, представляете? Раньше я хоть знала, что в доме находится еще и Ямико, и могла спать спокойно, а сейчас просыпаюсь каждые полчаса и мерещится всякое. Особой усталости не чувствую, поэтому и решила встать окончательно. — Это всего на неделю, скоро она вернется и поспите нормально.       Уже третий день нахождения студентов и учителей в летнем лагере и уже третий день этот рабочий, как его называла Иши, звонок перерастает в такую непринуждённую беседу. Сначала Югурэ спрашивает о состоянии учеников, потом о тренировках, которые они проходят и позже начинает задавать вопросы о самом герое. Как проходит его день, какое у него настроение? Шота сам не замечает, как начинает втягиваться и не просто отвечать на вопросы собеседницы, но и задавать свои. Так продолжается до тех пор, пока у кого-то из них не появятся важные дела и разговор приходится заканчивать. Айзаве это кажется странным, но он неохотно вешает трубку, с неким волнением просматривает имя контакта, что звонит ему и ждет, когда же звонок повторится снова, хотя и пытается скрыть это за маской раздражительности. Мужчина и подумать не мог, что кто-то, вроде Югурэ старшей, сможет заставить его чувствовать нечто подобное от простого общения с человеком. Сама же Иши, судя по всему, не придает особого значения таким звонкам. Герой не раз замечал, как она общалась с его коллегами и делала это так же, как с ним сейчас. Это немного расстраивало, хотя не должно было. Поэтому, Сотриголова старался тоже воспринимать происходящее как обыденность, но как бы он себя не обманывал, было понятно, что ему приятны такие звонки.       Разговор продлился еще некоторое время, пока на фоне женского голоса не послышался звон и внимание женщины переключилось на него. — Ой, пол часа уже прошло. Я готовила булочки, хотела отнести их на работу и угостить Чие-сан, но совсем с вами заболталась и забыла. Мне уже на работу собираться надо, позвоню вам как-нибудь позже! — До свидания, — Проговорил мужчина и не убрав телефона от уха, слушал раздражающие гудки, ожидая, когда вновь сможет услышать ее голос…

***

— Ямико, нарежешь картошку? — Да, конечно, — Охотно согласилась девушка, забирая из рук старосты тарелку с очищенным картофелем.       Как и обещали Дикие Кошки, ужин теперь студенты готовили самостоятельно, каждый помогая, чем мог. К сожалению, Югурэ не отличалась особыми кулинарными талантами и единственное, на что она была способна — это подготовка ингредиентов. Помыть, почистить, накрошить и не более. Поэтому она с радостью помогала одноклассникам хотя бы этим. По началу она просто бегала и подносила необходимые продукты тем, кто умел с ними обращаться, а теперь, по просьбе Ииды, помогала привести овощи в нужный для готовки вид.       Подходя к столам, Югурэ искала место, где она может этим заняться. Взгляд тут же упал на Эйджиро, что сейчас занимался тем же самым. Взяв миску поудобнее в руки, героиня подошла к другу. — Киришима, не помешаю?       Парень поднял взгляд на одноклассницу и улыбнулся, как делал это обычно. Ямико не могла не улыбнуться в ответ. Каждый раз при разговоре с красноволосым тот словно заряжал своей энергией. Девушка сама не замечала, как начинала испытывать те же эмоции, что и он, и словно забывая обо всем, что волновало ее до этого. Вот и сейчас головная боль от тренировок на выносливость немного отступила, стоило ей встретиться глазами с другом. — Нет конечно, только тут места мало, можешь встать за тот стол, Бакуго там один, — Посоветовал будущий герой, свободной рукой указывая куда-то за спину.       Синеволосая перевела взгляд туда, куда показывал Эйджиро и ей тут же стало не по себе. Катсуки уже был не в настроении, крича на Урараку за сомнение в его способностях или что-то в этом роде. Близость с парнем сама по себе не вызывала у Ямико никаких положительных эмоций, а нож в его руках в этот момент только усиливал чувство тревоги. Киришима, видимо, не почувствовал ничего неладного, продолжая заниматься своими делами, не обращая внимания на одноклассницу и ее волнение. Югурэ понимает, что это немного глупо так бояться друга детства. Раньше он вел себя очень агрессивно и не всегда контролировал свою причуду, но сейчас то он подрос и более не ведет себя как ребенок. Да и после их битвы на спортивном фестивале страх немного утих и девушке начало казаться, что он больше не вызывает тех же чувств, что и ранее. Отчасти это была правда. Югурэ не боялась его, ей просто было некомфортно и немного тревожно рядом с блондином. А та ситуация, когда она оттолкнула его и накричала, когда была у него в гостях, только усугубляла отношение парня к голубоглазой. Наверное именно это и было причиной волнения, ведь после того случая они так и не поговорили, а сам Бакуго как будто избегал компании героини.       Понимая, что ей не удастся вечно прятаться от Катсуки и рано или поздно хоть какой-то разговор между ними произойдет, она принимает решение последовать совету Киришимы и встать рядом с блондином. Осторожно проходя за спиной парня, Ямико, задержав дыхание, ставит тарелку на стол и протягивает руку к ножу, лежащему на деревянной поверхности. Ее действия не укрылись от глаз Бакуго, поэтому, как только девушка приступает к нарезке овощей, блондин задаёт вопрос в своей привычной манере, заставляя синеволосую дёрнуться и выронить картофель из рук обратно в миску. — Какого хрена ты здесь забыла? — Интонацией выделяет обращение к подруге детства, показывая тем самым, что раздражение у него вызывает именно она.       Не ожидая, что Катсуки так быстро решится на какие-то разговоры с ней, опешила, со скоростью света прогоняя в голове всевозможные варианты развития этой беседы и то, к каким последствиям она могла привести. Сделала ли она выводы только по тому, что знала о будущем герое в детстве или роль сыграло мнение о старшекласснике Бакуго, но во всех этих вариантах не было хорошего конца, в котором они спокойно приготовят ужин и разойдутся по своим делам. Ямико казалось, что любой ее ответ не удовлетворит парня и он найдет повод, чтобы поругаться или, в худшем случае, подраться с девушкой.       Югурэ понимала, что это лишь ее ничем не подтвержденные страхи, поэтому постаралась унять дрожь в руках, кладя картофель на доску. — Меня попросили нарезать картошку, — Слегка дрожащим от волнения голосом произносит девушка.       Сумеречная Королева ждёт, что Катсуки хоть как-то отреагирует на ее слова, но парня словно перестало волновать существование синеволосой и он спокойно продолжал нарезать ингредиенты. При чем делал это очень умело. Казалось, что от его сумасшедших движений руками от овощей не останется ничего целого и минимально съедобного, но в миску с его доски попадали аккуратные и ровные кусочки, что не шли ни в какое сравнение с тем, что получалось у Ямико. Она старалась, сильно старалась и картошка хоть и получалось более менее ровной, но то, с какой скоростью это делала девушка оставляло желать лучшего. Руки немного дрожали не только от близости Бакуго, но и от дневных тренировок, из-за чего скорость ее действий становилась ещё меньше. Однако, сегодня она хоть что-то смогла сделать для своих одноклассников. Вчера же, после первого дня летнего лагеря, она чувствовала себя намного хуже и не смогла даже минимально ровно сидеть за столом. Иида запретил ей участвовать в готовке и отправил ее в комнату ждать, когда ужин будет готов. Так что, хоть Югурэ и сделает меньше всех остальных, она хотя бы будет знать, что не сидела без дела и не ела приготовленную другими еду.       Катсуки уже закончил с овощами и собирался относить их к огню, но увидев, как Ямико своими дрожащими руками держит этот острый нож и еле попадая по картофелю, пытается нарезать его, в его голове что-то происходит. Хотелось выхватить лезвие из ее хрупких ладоней и самому закончить с этим ингредиентом, что он и делает, но аргументирует это совершенно другими причинами. — Дай сюда! — Подходит к однокласснице и резко забирает нож у девушки, корпусом толкая ее в сторону, чтобы поудобнее устроиться за столом. — Я сама могу… — Опешила школьница и не сразу поняла, что только что произошло. — Не можешь. — Но я хочу помочь ребятам с готовкой… — Пока ты будешь тут возиться, мы все от голода сдохнем! — Перебил героиню блондин, агрессивно замахиваясь ножом и с силой опуская его на доску. — Стой и жди, когда я закончу.       Ямико была напугана таким порывом благородности со стороны Катсуки, но решила, что лучше сейчас не злить парня и спокойно ему позволить сделать то, что он начал. Поэтому, аккуратно, дабы не отвлечь Бакуго, девушка собиралась отойти в сторону, чтобы найти занятие, с которым справится даже она, но и тут одноклассник снова ее удивил.       Только заметив движение где-то сбоку, блондин резко выкрикнул: — А ну стоять! Я тебе не отпускал.       Тело словно оцепенело и синеволосая так и застыла стоя спиной к другу детства. Она не понимала, что от нее хочет парень и это пугало намного больше, чем если бы тот сразу обозначил свои требования. Но как бы не было страшно, будет ещё хуже в случае ее непослушания, поэтому школьница продолжает стоять и ждать, когда Катсуки закончит со своей «помощью». А времени ему на это понадобилось очень мало, раза в два, а то и в три меньше, чем заняло бы это же дело у Сумеречной Королевы. Стоило только раздаться стуку деревянной доски о стол, как сердце Югурэ застыло в волнительным ожидании. Девушка медленно повернулась лицом к однокласснику и внимательно начала вслушиваться в его слова. — По моему, мы так и не поговорили, — На удивление спокойно произнес блондин, от чего у синеволосой даже появилась надежда на нормальный разговор, но следующие слова Катсуки, а точнее тон, с которым он произнес их, заставил тело напрячься. — Объяснишь, что за вторая, а точнее «первая» причуда?       Холод его голоса лезвием прошёлся по душе девушки, заставляя ее тяжело сглотнуть вязкую слюну. В голове заработали шестерёнки, миллион мыслей в секунду проходили сквозь голову голубоглазой. Ей хотелось избежать конкретно этого разговора, но она понимала, что Катсуки не отстанет так просто и что рано или поздно он потребует ответы на свои вопросы. Героиня боялась рассказать ему правду, хотя иногда хотелось, чтобы он узнал обо всем. Он, как и Изуку, играет важную роль в ее жизни и пускай результат их отношений не был положительным, все же, в какой-то степени, именно благодаря ему она стала той, кем является сейчас. Не будь парня в ее жизни, не было и той Ямико, с которой все знакомы. И не факт, что другая Ямико была бы лучше нынешней. Но страх близости с Бакуго является как раз последствием его действий, поэтому с его стороны было немного глупо ожидать, что героиня так легко откроется ему.       Все сомнения и страхи Югурэ отразились на ее лице и Катсуки это не нравилось. Не нравилось то, что она смотрит на него, как на врага человечества, что она нормально общается со всеми, кроме него, что она не может спокойно дать ему отпор. Да, по началу ему нравилось ощущать страх, исходящий от девушки, но это было тогда, когда он ещё не знал, кто она такая и насколько сильна. А вторая причуда, о существовании которой, видимо, не знает никто, только усилила это неприятное чувство от поведения Ямико. Если она такая способная, то почему сейчас дрожит перед ним, как осиновый лист? Почему строит из себя невинную, слабую овечку, имея при этом несколько причуд, которые, судя по всему, отличаются большой силой? И почему его это вообще интересует? Но в любом случае, он не отстанет от нее, пока не добьется хоть какой-то реакции. Пусть ответит на его вопросы, пусть наконец даст ему сдачу или пошлет туда, куда обычно посылает он. «Что угодно, просто перестань быть такой амёбой!» — ругался про себя парень, наблюдая, как Ямико теряется в сомнениях. — Мне долго ещё ждать? — Все же не выдерживает Катсуки, начиная подходить к однокласснице чуть ближе, чтобы она хоть как-то отреагировала на его слова и перестала витать в облаках. — Я…       Голос дрожал, руки не слушались, а Бакуго тем временем ждал своих объяснений. Краем глаза она видит, что остальные начинают обращать на них внимание и ей это совершенно не нравится. Хочется спрятаться от посторонних глаз и не показываться, пока они все не забудут о ее существовании, но если ей и удастся сбежать от одноклассников и однокурсников, то Катсуки ее так просто не отпустит.       Взвесив в голове все за и против, Ямико решает, что легче всего ей будет объяснить другу детства ситуацию хотя бы поверхностно, чем продолжать держать его в неведении. Поэтому, поднимает голову на парня и максимально тихо, чтобы никто из посторонних не услышал ее, произносит: — Я все расскажу, только, пожалуйста, не здесь…       Будущего героя устраивает и такой вариант, как минимум потому, что подобная скрытность только подтверждает его догадки относительно важности данной информации и заставляет вновь заинтересоваться в ней.       Молодые люди отходят в сторону, стараясь избегать заинтересованных взглядов одноклассников, однако это не останавливает Минету от язвительного и пошлого комментария по поводу уединения двух достигших полового созревания разнополых людей, за что мгновенно получает лягушачьим языком по затылку. Многие из «А» класса если и не знали, то точно видели натянутые отношения Бакуго с Югурэ и многим показалось, что им было бы неплохо поговорить на эту тему, поэтому и не стали препятствовать их уходу. Один только Мидория еще долго смотрел в сторону угла дома, за которым скрылись его друзья. Ощущение того, что ему стоило хотя бы удостовериться в том, что Кач-чан не настроен агрессивно, не покидало его. Он с волнение ожидал, когда голубоглазая вернется обратно, чтобы выдохнуть с облегчением, продолжая помогать с розжигом костра.       Катсуки шел первым, словно не он должен был выступать в роли слушателя, а был зачинщиком разговора по душам. От части так и было, но все же именно Ямико позвала парня отойти подальше от ребят, чтобы не позволит им услышать лишнего, но теперь сама следовала за блондином и ждала, когда тот остановится и она сможет начать рассказ. Стоило только студентам скрыться в тени здания, где ни одна живая душа не могла обнаружить их, как Бакуго облокотился спиной об стену и пристально посмотрел на одноклассницу. Разглядеть этот презрительный взгляд, направленный в ее сторону было сложно и если бы не причуда девушки, она бы и не узнала о нем. Благодаря отцу она отчетливо ощущала на себе взор красных, выделяющихся даже в этой кромешной темноте, глаз. — И долго мне ждать? — Спросил будущий герой спустя минуту глупого молчания, разбавленного лишь приглушенными голосами их одноклассников и громко бьющимся сердцем голубоглазой. — Кат… Бакуго, — Вовремя исправила себя Югурэ, посчитав, что в их нынешних отношениях подобное неформальное обращение будет лишним. Однако, первая часть своего имени заставило сердце блондина замереть на секунду, пробуждая в его душе непонятные и неизвестные ранее чувства. Причина этих чувств тем временем продолжила, — Ты не последний человек в моей жизни и имеешь право знать правду, но, пожалуйста, обещай мне, что эту информацию не узнает никто, кроме тебя. — С хрена ли я должен обещать такое? — Пожалуйста, это очень важно, Кат… Бакуго, — Вновь путается школьница, но не обращает на это внимание, продолжая сверлить взглядом своего друга детства.       Будущего героя бесит поведение одноклассницы, но он понимает, что если продолжит препираться, то никакой информации он так и не узнает, поэтому дает той обещание и ждет, когда она скажет хоть что-то стоящее.       Ямико же в этот момент пытается собраться с мыслями и правильно сформулировать свой следующий текст. Вспоминает, как рассказывала то же самое Всемогущему с Изуку, но с ними можно было поделиться этой информацией. Катсуки же можно рассказать лишь то, что ее причуда ей совсем не принадлежит, избегая особо интересной информации в лице Афины и ее смерти, причиной которой стала школьница.       Кое как собрав всю эту кашу у себя в голове, Югурэ произносит настолько тяжелые слова в слух. Рассказывает Бакуго о своем дедушке, о его способности, которая перешла ей по наследству, об отце, причуда которого стала первой и единственной, для блондина, ведь о второй ему знать было необязательно. Рассказала о причине своего переезда и о том, почему вернулась, избегая информации о скандале в Канаде и травме, полученной через какое-то время после этого скандала. Поведала так же о том, почему эту причуду нельзя использовать никогда в жизни и почему она так испугалась во время их битвы, когда поняла, что неосознанно активировала ее. Во время этого разговора Бакуго ни разу не перебил девушку, не посмеялся, не отпустил язвительный комментарий, в принципе не делал того, что делал обычно. Это помогло Югурэ закончить рассказ и не сболтнуть лишнего. Поэтому, как только голубоглазая замолчала, она стала настороженно ждать реакции парня, который просто молчал и смотрел куда-то себе под ноги, видимо переваривая услышанную информацию в голове.       Прошло не больше минуты, но Ямико казалось, что она стоит в ожидании уже целую вечность. Ей действительно было страшно услышать, что на этот счет думает сам парень. Почему-то его мнение об ситуации было важно для нее и, наверное, именно по этой причине она и не хотела делиться с другом детства такими подробностями своей жизни. Было страшно, что он засмеет ее, осудит или начнет говорить, что человек с такой причудой не должен становится героем. От этого она бы не бросила школу, но сильно бы упала духом и навряд ли смогла бы достичь хоть чего-то. Если бы не Николь, что поверила в силы маленькой Ямико, то здесь она не стояла бы, а оставила все свои мечты и надежды в прошлом, посвятив жизнь чему-то более реальному. Так что мнение посторонних имело огромное влияние на девушку.       Когда Катсуки наконец прервал тишину, Югурэ тут же пожалела о том, что все-таки рассказала ему. — И ты правда думаешь, что я поверю в это? — Голосом полным презрения сказал Бакуго, подняв голову на одноклассницу. — «Причуда, позволяющая забирать чужие причуды» — звучит как бред из какого-то подросткового сериала. Фильмов насмотрелась? Так не хотела рассказывать о второй причуде, что выдумала всю эту хрень? — Но… — Сумеречная Королева потеряла дар речи от таких обвинений. Она и предположить не могла, что реакция парня будет именно такой. — Что «но»? — Будущий же герой постепенно закипал, приходя в ярость от выходки бывшей подруги. — Могла просто послать меня, я бы все равно ничего не сделал в окружении всех этих идиотов, а желания контактировать с тобой отдельно от них у меня как не было, так и нет. Так захотелось выставить меня идиотом, поверившим в эти сказки? — Но это правда, Бакуго, — Пыталась доказать ему что-то девушка, но Катсуки уже не слушал ее.       Парень отошел от стены и насупившись отправился к одноклассникам, не забыв пихнуть синеволосую плечом, когда проходил мимо нее. Героиня продолжила говорить ему что-то в след, но, как и ожидалось, никаких результатов это не принесло. Было до слез обидно от того, что блондин мог подумать, что она способна на подобное. Придумать нелепую историю, чтобы скрыть от него правду? Если кто-то и насмотрелся фильмов, так это сам Катсуки, ведь такой бред люди в реальной жизни не совершают. По крайней мере, Ямико бы до такого не додумалась. В данной ситуации радовало одно, раз парень подумал, что все это выдумки, то и рассказывать никому не станет… Верно? А если и станет, то девушка похвалила себя за то, что не поведала ему о всех своих тайнах.

***

      Ужин прошел более менее гладко, Бакуго даже не смотрел в сторону Югурэ, что ее несомненно радовало, но все равно было грустно от осознания сложившейся ситуации. Возможно, клеймо обманщицы она будет носить только для блондина и все остальные так и не узнают почему отношения между одноклассниками и друзьями детства стали еще хуже, однако, почему то вдруг стало слишком больно от этого. Ямико совсем не хотелось падать в глазах блондина еще больше, но тот не давал ей и шанса на исправление.       Решив, что в настоящее время наладить отношение с парнем у нее не получится, старается не думать об этом, обращая внимание на более реальные вещи, например, испытание на храбрость, что организовали Дикие Кошки для студентов. Суть его заключалась в том, чтобы дойти до бирок со своими именами в лесу и отправиться обратно. По пути учеников одного класса будут пугать ученики другого и наоборот. Первыми пройти этот путь предстояло «А» классу. Школьники делились на группы по два человека, но те студенты, что провалили практический экзамен отправились с классными руководителями на дополнительные задания. Было тяжело слушать их грустные крики, когда Айзава-сенсей волочил их за собой, связав своими лентами, но сделать с этим ничего нельзя было.       Когда дело дошло до выбора пары, будущие герои тянули жребий. Ямико немного удивилась, когда узнала, что Изуку стал ее партнером на испытании, однако, она с самого начала не планировала идти с кем-то, о чем сразу же поспешила рассказать своему другу. — Хочешь пойти одна? — Слегка расстроился Мидория, но старался не показывать этого. — Да, — Кивнула девушка, — Это все из-за особенности моей причуды. Я никогда не боялась прогулок в темное время суток, так как неосознанно начинаю чувствовать присутствие посторонних и поэтому напугать меня неожиданным появлением не получится, а всякие страшные костюмы на меня не подействуют конкретно сейчас потому, что я знаю, что это просто «Б» класс, а не что-то потустороннее. В общем, мне будет совсем неинтересно, если я пойду с кем-то. Ты ведь не обижаешься? — Что ты, нет конечно. Если ты хочешь, то давай сделаем так, я совсем не против.       Изуку не стал говорить о том, насколько сильно его не радует перспектива проходить испытание на храбрость одному, но и заставлять подругу идти с ним он не хотел, поэтому спокойно отпустил ее. Ямико лишь улыбнулась и с благодарностью поклонилась парню, отходя в сторону героинь, чтобы рассказать им о своем решении. Те не стали возражать и оправили голубоглазую ждать начала мероприятия. Отыскав неплохое место, где можно было сделать это, школьница прошлась глазами по толпе, отмечая, что собрались довольно интересные команды. Чего стоили одни Тодороки с Бакуго, который всеми силами старался найти себе другого напарника, подходя чуть ли не ко всем подряд. Синеволосая даже слегка расстроилась, что не попала в команду с Катсуки, ведь его бы не пришлось просить об разделении, он бы сам с радостью бросил девушку, предпочтя ей компанию остальных одноклассников. Но в итоге, сложившаяся ситуация ее все равно устроила и она не стала зацикливать на этом свое внимание.       Через какое-то время героини объявили начало испытания на храбрость. Ямико пошла второй, сразу после Токоями и Шоджи, а Мидория остался позади. Как и предполагала девушка, ей было совсем не страшно. Она чувствовала, где находятся ученики «Б» класса и знала откуда ждать их появления. Сумеречная Королева чувствовала даже то, что структура земли перед ней изменилась и остановилась ровно в тот момент, когда оттуда выглянула голова темноволосой девушки из параллели. Реакцией на все их попытки напугать Югурэ было лишь тихое «извините» и уход к следующему пункту. Возможно это обижало учеников из другого класса, но играть роль напуганной школьницы Ямико не собиралась. Если они помнят причуду синеволосой, то поймут, почему она так ведет себя и может не станут обращать внимание на ее поведение.       Однако, было и то, что, если и не пугало, то точно настораживало. Югурэ не знает кажется ли ей или она действительно чувствует что-то, но людей в лесу стало больше. Только заметив это, девушка увеличила радиус использования своей причуды и стала внимательно проходится по каждой фигуре, что попадала в поле действия ее способности. Помимо студентов и учителей, она нащупала еще несколько мужских и две женские фигуры. Они не были ей знакомы, но решив не пугать себя лишний раз, старается не обращать внимание на скручивающийся от волнения живот и пытается придумать различные причины их появления. Могла ли это быть причуда одного из учеников «Б» класса? Или это еще одна команда героев, что ответственна за обучение студентов UA? Может им просто не рассказали об этом или не ждали их так рано?       Но все эти попытки придумать безопасные причины появления посторонних людей на территории летнего лагеря канут в лету, как только до носа голубоглазой доходит странных запах, словно что-то сожгли, но она точно понимала, что этот запах не похож на природный источник, скорее что-то созданное искусственно, а точнее, с помощью квирка. Не прошло и более нескольких секунд, как вокруг образовался еще и странный туман. Ямико среагировала слишком поздно. Размышляя о неизвестных, она совсем не заметила, как надышалась этого дыма. Голова закружилась, в глазах поплыло, а сознание медленно улетучилось. Последнее, что увидела девушка перед тем, как потерять сознание — это медленно приближающаяся к лицу земля.

***

— Ты тоже чувствуешь это, Бакуго? — Медленно пробираясь в глубь леса, спросил парень с двухцветными волосами своего одноклассника. — Да эту хрень сложно не учуять! — В своей привычной манере ответил Катсуки, прикрывая нос и рот от удушающего аромата.       Не задолго до этого в головах студентов прозвучал голос одной из Диких Кошек, что объявила о нападении на лагерь злодеев и отдала приказ немедленно направляться к зданию и ни в коем случае не вступать в битву с преступниками. Для Бакуго это был словно призыв к действию, но Тодороки, выступавший в роли его напарника, сдерживал желание одноклассника набить рожи идиотам, посмевшим напасть на учеников UA. Именно поэтому они сейчас направлялись обратно в здание лагеря, а не искали нападавших, чтобы выбить из них всю дурь.       Примерно на пол пути в ноздри молодых людей ударил ужасный запах, который не просто неприятно пах, но и имел отрицательное влияние на организм человека. Ребята старались всеми силами не вдыхать его, пробираясь сквозь чащу леса к безопасности. И, наверное, они бы так и дошли до нее, если бы на пути им не попалось чье-то бессознательное тело, валяющееся на земле. Первым на это среагировал Шото. — Там кто-то лежит! Нам надо помочь ему, — Прокричал тот и ринулся к пострадавшему. — И без тебя знаю! — Огрызнулся блондин, но все равно побежал вслед за одноклассником.       Еще издалека красноглазый заметил синие короткие волосы, разметавшиеся по земле. Из всех его знакомых такие могли быть только у одного человека, но он все равно отказывался верить в то, что это именно тот человек. Грязно-розовый цвет платья, бежевая накидка и аккуратные туфли на плоской подошве говорили о том, что это девушка и от этого факта стало еще волнительнее.       Приблизившись к телу, Тодороки тут же сел рядом, чтобы проверить состояние пострадавшей. — Это Ямико, — Проговорил тот, нащупывая на побледневшей шее одноклассницы пульс. — Она жива, просто уснула.       Бакуго наблюдал за этим, не зная как поступить. Что-то странное происходило сейчас у него в душе и описать это словами было просто невозможно. Он злился на бывшую подругу за то, что она пошла одна; за то, что надышалась этого проклятого дыма, но в то же время он… боялся? Боялся, что с ней случилось что-то серьезное, что она так и не проснется даже после того, как они отнесут ее к учителям. Но вспомнив то, что она сделала незадолго до ужина, его снова пробирает гнев на нее и на все, что с ней связанно. Все эти странные эмоции овладевали им, пока будущий герой наблюдал за тем, как его одноклассник закидывает расслабленные руки школьницы себе на плечи, а девичьими ногами обхватывает свой торс. Именно в этот момент Катсуки словно просыпается ото сна и даже находит в себе силы съязвить двумордому. — Ты че за хуйню творишь? — Мы должны отнести ее в безопасное место, — Абсолютно невозмутимо ответил парень. — Это я и сам знаю! Я спрашиваю, какого хрена именно ты несешь ее? — Бакуго, у нас нет времени ругаться из-за этого. Чем быстрее мы отнесем ее в здание, тем быстрее ей окажут первую помощь.       И не дав однокласснику что либо ответить на это, Шото поворачивается туда, куда они шли до этого и жестом головы зовет Катсуки идти за ним. Тому не нравится, что себе позволяет этот идиот, но здравый разум соглашается с тем, что времени спорить нет и все же направляется вслед за парнем. Но делает он это потому что сам хочет, а не потому что так сказал Тодороки!

***

      Душа уносится куда-то далеко, теряя свою физическую оболочку в виде тела юной школьницы. Все ощущения теряются внутри этого бесконечного пространства, не похожего на мир, в котором она привыкла жить. Ямико не помнит, как оказалась здесь, все, что сохранилось в ее памяти — это ощущение полета, окутывающее все ее тело. Конечности были словно листья, трепещущие на ветру в холодное, осеннее утро. Веки несильно дрожат прежде, чем явить взору голубых глазах ужасно приятную картину. Девушка находится в комнате, напоминающей гостиную ее дома. Убранство комнаты приятно радовало глаз, но Югурэ абсолютно не чувствовала предметов вокруг. Казалось, что это просто галлюцинация, что нет всей этой мебели, техники, картин на стенах, фотографий… Фотографий ее семьи.       Осознание больно ударило по вискам, память постепенно возвращалась к ней, цветными картинками пролетая перед глазами. Вся жизнь как будто прошла в одно мгновение. Первые друзья, садик, школа, переезд, травма… Голова раскалывалась от такого объема информации, заставляя морщится от боли. Ямико не понимает, как оказалась здесь, ведь совсем недавно она проходила испытание на храбрость, которое устраивал «Б» класс, потом героиня почувствовала присутствие посторонних в лесу, а после ей в нос ударил неприятный, удушающий запах, после которого весь мир потерял четкие границы, а тело превратилось в подобие тряпичной куклы, отправляясь в устрашающую тьму. Югурэ помнит, как упала и потеряла сознание, а сейчас оказалась здесь, не чувствуя последствий от вдыхания ядовитого газа. Девушка старалась осмыслить произошедшее, но голова совсем перестала работать. Любые предположения, до которых ей удавалось додуматься, тут же улетучивались в неизвестном направлении, оставляя синеволосую ни с чем.       Столь тяжёлые думы прерывает мужской голос, ворвавшийся в сознание героини. Звук открывающейся двери, стук падения обуви на пол и на пороге гостиной появляется высокий мужчина с осветленными волосами, собранными в низкий хвост. При виде него, сердце Ямико замирает. На дрожащих ногах она разворачивается в его сторону, не веря тому, что видит. Яркие, голубые глаза смотрят прямо на нее, а губы, со смешными родинками на уголке, расплываются в ослепляющей улыбке. — Ямико, ты почему меня не встречаешь? Я только пришел с работы и очень соскучился за весь день.       Мужчина раскрывает руки для объятий и ждёт, когда голубоглазая сожмет его в кольце своих рук. Девушка не может поверить, что это происходит на самом деле. На негнущихся ногах она делает нерешительный шаг навстречу, но тут же останавливается, замечая некий силуэт справа от себя. — Папочка! — Пролетает мимо черноволосая девочка с широкими, голубыми глазами.       Отец радостно хохочет, прижимая свою маленькую копию к груди. Девочка заливается громким смехом, когда тот поднимает ее над полом и припадает губами к таким же нелепым, как у него, родинкам под левым глазом. Это семейная особенность. У всех Югурэ имеются такие на теле. У девочки они под глазом, у ее старшей сестры на шее, из-за чего та часто шутила, что ее покусали вампиры и младшая всегда верила ей, а у главы семейства они на уголке губ. Мужчина нарадоваться не мог, когда узнал, что обе его дочери унаследовали эти знаки отличия. Он с гордостью говорил всем, что они настоящие папины дочки.       Только спустя несколько секунд лицезрения этой милейшей картины, Ямико осознала, что здесь происходит. Она видит собственные воспоминания, но не в качестве участника этих событий. Она просто зритель. Призрак, следующий за образами прошлого. Мужчина перед ней — ее папа, а эта маленькая девочка — она сама.       Сумеречная Королева отчётливо помнит этот день. Тогда отец закончил работу над одним важным и крупным проектом, за что получил внушительных размеров премию. Югурэ Мамору редко ходил повесив нос, но в этот день уровень его радости возрос в разы. Глава семейства решил устроить своим любимым девушкам праздник и отвёл их всех в парк аттракционов, а после развлечений заказал столик в ресторане, где Ямико впервые попробовала лобстера и ей понравилось. Вид счастливого отца, воспоминания о тех временах, когда их семья не знала бед, пробудили в душе девушки бурю эмоций. Слезы солёными каплями потекли по щекам синеволосой. Она не видела отца с момента их с мамой развода, а это было пять лет назад. С тех пор он ни разу даже не позвонил ей, не попытался узнать, как дела у его дочери, а об алиментах тем более речи не шло. Было больно осознавать, что отец, который в памяти Ямико навсегда остался любящим, заботливым родителем и мужем, оказался полным подонком, не желавшим видеться со своей бывшей женой и детьми. Одним ребенком, если быть точнее, ведь спустя некоторое время после его ухода из семьи, Кирай официально признали мертвой. Насколько известно Ямико, на похоронах его тоже не было.       Девушка пытается абстрагироваться от этих мыслей, через пелену слез смотря на то, как ее пятилетняя версия восторженно рассказывает отцу о том, что с ней произошло за день. Тот с улыбкой слушает дочь, держа ее на руках. Ямико сложно вспоминать те времена, когда ее родители действительно любили друг друга и своих детей, когда их семья своей идеальностью была похожа на семью из какой-нибудь рекламы, что не переставая крутят по телевизору. Больно чувствовать фантомные прикосновения отца, что даже спустя столько лет дарят ощущения тепла и любви.       Воспоминания о счастливых буднях отца и его дочери постепенно теряют четкие границы, лёгкой дымкой растворяясь в воздухе, вводя девушку в шок. Она всеми силами старается удержать эту картину, но красочные силуэты проходят как песок сквозь пальцы. Ямико не хочет терять память о том дне, она просто хочет хоть раз увидеть отца, пускай и в качестве призрака прошлого. Но ее желания не волнуют никого и наполненная отцовской и дочерней любовью сцена пропадает из виду, на смену ей приходит новая, но уже с другими актерами. — Тихо, Ямико, мама не должна узнать, что мы не спим.       Девушка переместилась в комнату своей старшей сестры, в те времена, когда она ещё была похожа на обычную спальню, а не комнату с одним алтарем с фотографией погибшей девушки. Стены выкрашены в тёмно-синий цвет, мебель так же была преимущественно темных оттенков и с минимумом освещения. Кирай, что в отличие от Ямико унаследовала причуду отца естественным путем, терпеть не могла яркий свет, но ради своей сестрёнки она все же поставила в спальне пару светильников, чтобы та чувствовала себя комфортно, когда приходит к ней. Например, в такие дни как этот. Югурэ старшая только отпраздновала свое четырнадцатилетние и хвасталась подарками от ее лучшей и единственной подруги. Среди различных фигурок и плакатов с героями нашлись и всякие сладости, которыми Кирай делилась с сестрой в тайне от матери. Та негативно относилась к поздним приемам пищи, тем более, когда это конфеты и пирожные, но старшая Югурэ не могла оставить сестрёнку без угощения в такой важный для нее день.       Девочки были очень дружны в те времена, что удивительно для детей с их разницей в возрасте. Кирай, не смотря на то, что она старше на десять лет и имеет совершенно иные интересы и более взрослых друзей, безумно любила Ямико и при любой возможности старалась проводить с ней время. После поступления в академию та отдалилась от своей семьи. Больше не было этих вечерних и теплых посиделок, не было тайных от мамы разговоров. Девушка выросла, но по прежнему приходила к своей младшей сестре и ничего не говоря, просто обнимала ее. Ямико любила обниматься с Кирай, но когда та начинала молча прижимать ее к себе и сидела так порядка получаса, это раздражало и Югурэ младшая всеми силами вырвалась из ее хватки и убегала заниматься своими детскими делами. Сейчас же голубоглазая все отдала бы за возможность вновь прикоснуться к сестре и будь у нее шанс, она бы вернулась в прошлое и каждый день говорила бы той, как сильна она ее любит.       Ещё не высохшие слезы вновь обрели силу, скатываясь по раскрасневшимся щекам, пока глаза с грустью следили за взаимоотношением сестер Югурэ. Кирай о чем-то рассказывает, жестикулируя руками, меняя интонации для полного погружения в ситуацию, а маленькая Ямико с широко открытыми глазами слушала ее, внимая каждому ее слову. Что тогда, что сейчас сестра является для девушки примером идеального человека, которым сама школьница хотела бы стать. Было больно осознавать, что все, что ей осталось от настолько близкого человека — это лишь воспоминания и пара фотографий, смотреть которые синеволосая боялась. Боялась, что она не сможет сдержать этих царапающих душу эмоций и зальет слезами то немногое, что напоминало о Кирай.       И вот картинка снова меняется. Так продолжается огромное количество времени, воспоминания сменяются одно за другим, с каждым разом заставляя синеволосую проливать реки слез от увиденного. Вот отец дарит ей ее первую игрушку с Всемогущим; вот мама отводит ее на ее первое представление в цирке; Кирай показывает Ямико свои эскизы дизайнов геройского костюма и говорит, что обязательно возьмет свою сестренку в качестве напарницы в свое геройское агентство. Несколько десятков сцен с семьей сменяются воспоминания о других не менее важных людях в ее жизни. Знакомство с Изуку и Катсуки; первый совместный день рождения; первая ночевка и первая ссора. Многого из этого голубоглазая уже и не помнит, но этот спектакль помогает ей освежить память. Потом перед глазами начинает появляться другой образ, смотреть на который без слез тоже не получается. Николь, обучение у Афины и совместно проведенные дни в компании первой героини Канады. Все ее наставления, советы, каждая буковка, произнесенная женщиной до сих пор хранятся в голове Югурэ и сейчас она наперед знает то, что произнесет героиня из ее воспоминаний. Все ее интонации, паузы в предложениях, все это навсегда останется у нее в душе.       Наблюдая за происходящим, Ямико не может понять почему сейчас видит все это? Неужели она умирает и у нее перед глазами проносится вся ее жизнь? В книгах ведь это так описывают, верно? Девушка слишком втягивается в это и ей уже кажется совершенно нормальным смотреть за тем, как она сама скачет по тренировочному полю, в попытках «взлететь» на теневых платформах, как Ястреб, будучи приглашенным героем из Японии пытается поддержать ее говоря, что у нее все получиться и у Немезиды действительно получается. Вся ее нелюбовь к крылатому герою тут же улетучивается, сменяясь чувством приятной ностальгии по тем временам. Если для того, чтобы продолжать наблюдать за теми счастливыми днями, ей нужно умереть, то она готова на этот шаг. Лишь тихое «Ямико», раздавшееся откуда-то издалека таким родным, теплым голосом заставляет ее очнуться от приятного сна…

***

      А ведь этот штопанный ублюдок был прав, когда не доверял той сумасшедшей школьнице эту миссию. Кирай предпочла оставаться в тени, наблюдая за тем, как Химико сражается с двумя будущими героинями. По началу девушки не справлялись и Тога уверенно шла к тому, чтобы высосать их кровь. Югурэ особо не разбиралась в тонкостях чужой способности, напарница лишь сказала, что без парочки стаканов красной жидкости она отсюда не уйдет и брюнетка просто пообещала помочь ей собрать ее. Но в ее план входила помощь в случае непредвиденных ситуаций, а не прямое участие в бою. Мияко мирно ждала, когда блондинка успокоится и отправится дальше. Однако, злодейки недооценили своих соперников и одна из девчонок смогла дать отпор Химико, уложив ее лицом в землю, пока вторая висела на дереве, подвешенная собственными волосами. Кирай смогла лишь ухмыльнуться, стягивая маску-противогаз с лица прежде, чем выйти из тени.       Урарака не успела даже понять, что произошло, как ее тело сковали черные кандалы и унесли на скорости в ближайшее дерево. Школьница с силой ударилась спиной об растение и с глухим стоном сползла на землю. Тога вскочила с земли и с обезумевшими глаза посмотрела на свою «спасительницу». — Кира-тян, ты не вовремя! Я хотела высосать чуть-чуть ее крови, пока она сидит на мне, — Как капризный ребенок надула щеки, тыкая в сторону бывшей героини шприцом, который был предназначен именно для этого. — Высасывай сейчас, кольцо Мары не позволит ей пошевелиться, а если она это сделает, то ты сможешь собрать ее кровь со всех ближайших поверхностей.       Картинка в глазах Очако немного пляшет, но вот слух ее точно не подводит. Этот голос она уже слышала, пускай и было это всего один раз, но в ее памяти он остался навсегда…

Шесть лет назад

      Семейный бизнес разорился и все, что оставалось делать семье маленькой Урараки, так это растягивать свои последние сбережения на несколько месяцев, пока они не восстановят компанию или не найдут новую работу. Родители не посвящают свою дочь в подробности их плачевного состояния, но Очако не глупая, она понимает все и без их объяснений. Она видит, как папа сводит концы с концами, стараясь закрыть долги, как мама не доедает, лишь бы сэкономить на продуктах. Из их жизни пропало все то, к чему привыкла шатенка: дорогие платья, игрушки, различные вкусности на заказ. Она с родителями больше не ездит на отдых в другие страны, папа больше не возит ее в школу на машине, так как продал ее, чтобы оплатить счета за проживание. Мама больше не носит драгоценных украшений, красивых нарядов. Семейству Урараки пришлось переехать в дом поменьше, так как и цена за него была в разы ниже. Очако видела это все и понимала, как тяжело ее родителям, но в силу возраста не могла им ничем помочь.       Вот и сейчас, ее мать сняла последние деньги с их счета в банке, планируя хотя бы купить продуктов на пару недель вперед, а Урарака лишь пошла с ней за компанию. Солнце светило ужасно ярко, что совсем не сходилось с хмурым настроением девочки. Урарака старшая рассказывала дочери планы на день, в которых участвовала и сама Очако, но та слушала ее в пол уха, настороженно наблюдая за тем, как какой-то мужчина в черном капюшоне уже которую улицу идет вслед за ними. Уже тогда девочка могла похвастаться неплохим чутьем, но к сожалению, ее маленькое, не натренированное тело не смогло бы справиться с тем взрослым мужиком, что в какой-то момент схватил сумку ее матери, в которой находились деньги, и побежал прочь по улице. — Кто-нибудь, помогите! — Только и смогла выкрикнуть мать шатенки в след убегающему злодею.       Очако не успевает даже осознать происходящую ситуацию, как она уже разрешается. Недалеко от лица девочки пролетает какой-то черный объект, что при столкновении с грабителем обретает материальную форму и сковывает его черным кольцом, заставляя того выронить сумку и упасть лицом на асфальт. Через пару секунд рядом с телом оказывается молодая девушка в черном облегающем костюме с розовыми, неоновыми лентами, очерчивающими ее фигуру. Верх костюма похож на обычный топ с длинными рукавами, а вот низ выглядит немного интереснее: левая штанина полностью покрывала ногу героини, а правая была как шорты. Маленькая Урарака с восхищением смотрела на брюнетку, пока та одевала наручники на злодея и подобрав сумку с дороги, направилась к ее обладательнице. — Это ваше, верно? — Спросила та, протягивая украденное Урараке старшей. — Спасибо вам огромное! Вы просто не представляете, как это важно для нашей семьи! — Склонилась в низком поклоне, как только забрала сумку из рук героини. Выпрямившись, Урарака старшая стала судорожно рыться в кожаных кармашках и доставать оттуда часть тех самых купюр, что сегодня ей выдали в банке. — Вот, пожалуйста, возьмите это в качестве благодарности за помощь. Это все, что я могу дать. — Немедленно положите обратно, — Возмутилась девушка, отталкивая «благодарность» женщины. — Я работаю героем не ради денег, оставьте их себе, а лучше купите что-нибудь дочери.       Девушка переводит взгляд на девочку и та невольно краснеет. Очако только после того, как речь зашла про нее саму, поняла, что все это время пялилась на брюнетку. Героиня выглядела словно ангел: бледная кожа, блестящие розовые губы, изумрудные глаза, которые так и светились любовью ко всему живому на этом белом свете, черные волосы, собранные в два аккуратных низких хвоста с косичками на затылке, спускались до самой земли и при этом выглядели так, будто девушка только вышла из салона. Стройная и подтянутая фигура так же приковывала взгляд без возможности отвести его. Героиня сказала что-то еще, но девочка не услышала ее и сама не заметила, как задала следующий вопрос: — А герои много зарабатывают? — Я отвечу, только если ты скажешь зачем тебе такая информация? — Присаживаясь на корточки, чтобы смотреть той в глаза, с добрым смешком произнесла брюнетка так, что Урарака даже не обиделась из-за ее смеха. Шатенка чувствовала, что девушка считает ее равной себе, поэтому без каких-либо зазрений совести отвечает: — Я хочу заработать много денег и помочь своим родителям. — И ради этого ты хочешь стать героем? — Получив в ответ кивок головой, брюнетка тепло улыбается, трепля девочку по волосам. — Все зависит от того, как сильно ты стремишься к своей цели. Я уверена, что твои родители смогут жить припеваючи всю свою жизнь, только если ты постараешься сделать это для них. Окончи академию и я с радостью приму тебя к себе на работу. Обещаю, зарплата тебя устроит.       Разговор прерывает офицер полиции, прося героиню подойти для оформления протокола и та, извинившись перед пострадавшими, собирается уходить. Однако, Очако не может отпустить ее, пока не задаст последний вопрос: — А как вас зовут? — Мияко, — Разворачивается одной головой и все так же широко улыбается девочке, — Сумеречный герой Мияко.

Настоящее время

      Уравити не может поверить в то, что предстало ее глазам. Что герой, ради которого останавливали всю работу в городе, чтобы с достоинством проводить ее в последний путь, стоит сейчас перед ней и позволяет какой-то злодейке делать с той что угодно. Мияко, навсегда запомнившаяся ей в образе ангела, сошедшего с небес, сейчас выглядела как самый настоящий демон. Губы уже не такие розовые, а румянец на щеках заменила мертвецкая бледность с синими переливами под кожей, изумрудные глаза не горят тем огоньком страсти к своей работе, а аккуратные и красивые черные волосы стали немного короче, еле доходя до линии колен, и уже не создавали впечатление салонного ухода, а выглядели сухими и поломанными. Все тот же человек, та же внешность, те же приемы, но впечатление значительно отличается. Мияко больше не похожа на человека, который был примером для подражания, наоборот хочется сделать все, чтобы не быть похожей на нее.       Кирай чувствует на себе ее взгляд, но старается не обращать на это внимания, ведь понимает, что от этого продолжать играть свою роль ей станет намного сложнее. Она понимает, что ее узнали и ей становится еще больнее. Девчонка знала ее, как героя, а теперь она стоит перед ней в образе злодея. Каждый ее взгляд режет, как ножом по сердцу, но Югурэ заглушает в себе это чувство, продолжая смотреть в упор на напарницу. Та все же следует ее совету и подходит к школьнице, чтобы высосать ее кровь. Шатенка дергается от боли, но ей приходится быстро взять себя в руки, ведь с каждым ее движением кандалы становятся теснее. В этом заключается их особенность: чем больше ты сопротивляешься, тем меньше становиться диаметр кольца Мары. На счет «собирать ее кровь по всем ближайшим поверхностям» бывшая героиня, конечно, преувеличила, прием хоть и не был смертелен, но пару ребер сломать мог. Этими словами она хотела заставить студентку UA поменьше шевелиться ради ее же блага, но сказать об этом в открытую она не могла.       Подружка связанной девочки пыталась слезть с дерева и дать хоть какой-то отпор злодеям, но все, что она могла делать сейчас — это просто выкрикивать имя своей одноклассницы. Кирай лишь посмеялась с этого, продолжая смотреть, как алая жидкость стекает по стенкам трубочки непонятного устройства прямо в подготовленные для этого колбочки. Отвратительное зрелище, но все же лучше, чем смотреть в глаза той, кто когда-то знал тебя с лучшей стороны.       Не успело в колбочке собраться и пара миллилитров крови, как откуда-то сбоку послышались голоса остальных школьников. Они увидели, что здесь происходит и несомненно испугались за жизнь своей одноклассницы. Интересно, а класс Кирай был таким же дружным в свои то годы? — Черт, не хочу помирать от рук такой толпы, — Сказала Химико, поправляя маску на лице и вытаскивая шприц из ноги шатенки. — Можешь идти, я придумаю, что с ними сделать, — Абсолютно спокойно ответила бывшая героиня, но это только свиду. На самом деле ее сердце стучало как сумасшедшее от надежды на то, что она сможет спасти хотя бы этих студентов.       Приглядевшись к школьникам, она зацепилась взглядом за зеленые волосы и окровавленное веснушчатое лицо, которые она знала не хуже своего собственного. Мияко обрадовалась такому исходу событий ведь, если этот пацан остался таким же, каким он был в детстве, то у нее появиться шанс уйти, не оставляя за собой следов. Это был просто идеальный исход событий. Но вот только ее напарница все никак не хотела уходить, срывая тем самым планы брюнетки. — А ты уверена, что справишься, Кира-тян? — Подшучивает над ней злодейка. Тога собиралась сказать что-то еще, но переведя взгляд туда, откуда бежали ученики академии, она резко замолкает. — Тот парень… — Вали уже! — Не выдерживает Кирай и теневой волной подталкивает девушку в противоположную от школьников сторону и та слушается ее.       Когда силуэт блондинки полностью растворяется в темноте леса, а ее присутствие больше не ощущается в контролируемых героиней тенях, она приступает к выполнению своего плана. Его успех напрямую зависел от Мидории и Кирай была уверена, что он с справится со своей задачей.       Как только будущие герои подходят достаточно близко, Югурэ старшая активирует причуду. Из-под земли вырастают черные цепи, направленные в разные стороны. Их кольца проходят сквозь тела студентов, преимущественно в области жизненно важных органов, визуально не представляя никакой опасности, но действительность была намного страшнее. Осознание этого явно отразилось на лице Изуку, когда из его груди показалась одна из цепей. Следующую фразу он в панике выкрикнул раньше, чем понял это: — Никому не двигаться! — Студент, что нес будущего героя на руках немедленно остановился, показывая пример остальным и Мидория, только после того, как убедился, что все его одноклассники в относительном порядке, начал объяснять. — Это ведь Сумеречные Цепи… Прием, который был запрещен геройским комитетом общественной безопасности из-за своей смертельной угрозы. Эти цепи сделаны из теней, что проникают в ваши тела и стоит вам только пошевелиться, как они обретут материальную форму и разорвут вас на куски… — Парень был потрясен тем, что все-таки смог увидеть его в живую, ведь до этого он знал о нем лишь в теории. Двигаясь одними глазами, Деку смотрит на нападавшего и не может поверить в происходящее. Волнение охватывает его, пока он всматривается в до боли знакомое лицо, — Кирай. Но как… «Молодец, Изуку, ты всегда был хорошим мальчиком и никогда меня не подводил» — Тихо радовалась про себя героиня, но на лице ее не дрогнул ни один мускул, как-то показывая ее настоящие эмоции. — Я удивлена, что ты еще помнишь об этой технике, Изуку, — Мастерски врет, смотря тому прямо в глаза, в которых читается весь ужас ситуации и все его чувства, связанные с этим. — Ты был единственным человеком, кроме тех идиотов из комитета безопасности, которому я рассказала о нем. — Ты ее знаешь? — Стараясь даже не дышать лишний раз, Мезо задает вопрос, который интересует сейчас многих. — Это Мияко, Сумеречный герой Мияко. Герой, что всего лишь за год работы смог открыть свое геройское агентство и подняться в топ тридцати героев Японии, и что уже как пять лет считается погибшей.       Студенты, и так скованные цепями, застыли от услышанного. Им всем было лет по десять-одиннадцать, когда это произошло и многие из них даже не осознавали, насколько серьезная была та ситуация. Попрощаться с Мияко хотел весь город, ведь каждый его житель так или иначе имел отношения с девушкой и она навсегда запомнилась им прекрасным героем и отличным человеком, готовым в любой момент придти к тебе на помощь. Именно поэтому ее смерть стала трауром для всех местных жителей. Но если для остальных учеников «А» класса она была просто героем, то для Изуку она значила намного больше. Кирай, до появления в жизни парня Всемогущего, была единственным человеком, что верила в него. Она была первым, кто сказал ему, что он сможет стать кем захочет и что нужно лишь постараться. Благодаря только ее словам он не упал духом и продолжал надеяться и верить в исполнение своей мечты. Югурэ подарила ему надежду, а Всесильный возможность достичь своих целей. Поэтому, для школьника ее смерть была большим трауром, чем для города. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь снова встретит ее.       Бакуго хоть и не был так близок с ней, но даже для него случившееся стало шоком. Даже будь у него возможность пошевелиться, он бы все равно не смог это сделать. За сегодня он испытал слишком много потрясений: нападение злодеев, становление их целью, воскрешение девушки, умершей пять лет назад. Этот день она запомнит навсегда, как самый худший день в его жизни. — Эй, она ведь сестра Ямико, верно? — Не отводя глаз от брюнетки, спросил Токоями.       Этот вопрос не нуждался в ответе. Югурэ младшая часто рассказывала о своей старшей сестре и о том, что та давно мертва. Одной ее причуды было достаточно, чтобы убедиться в их родстве. Имя младшей родственницы болью прошлось по струнам души бывшей героини, пробуждая в ней подавляемые чувства грусти и тоски по своей семье. Мияко готова выслушать что угодно про себя, но слушать о своей сестре у нее нет никаких сил, поэтому она старается привести свой план в действие и уйти оттуда как можно скорее. — Надеюсь вы закончили? Мне было очень приятно увидеться с вами, но мне уже пора идти. Не беспокойтесь, цели Лиги Злодеев меня не интересуют, так что вы мне не нужны. Давайте просто разойдемся в разные стороны и вы забудете, что видели меня… — Проходя сквозь толпу учеников, бывшая героиня уже собиралась покинуть место происшествия, но ее внимание приковал один студент с двухцветными волосами.       Девушка застыла на месте, как только узнала человека у него на спине. Мирно уткнувшись щекой в плечо одноклассника спала Ямико. Она не выглядела раненной, но для Кирай это уже не имело значения. Мияко напрочь забыла о том школьнике, который своей причудой выпускал ядовитый газ. Сейчас для нее существовала лишь ее сестренка, что в бессознательном состоянии повисла на теле парня. Брюнетка, охваченная паникой за жизнь Сумеречной Королевы, начала медленно подходить к студенту, освобождая его от своих цепей. — Что с ней? — Суровым голосом спросила та, на что Шото, поняв, что возможность быть разорванным на части исчезла, начал медленно отходить назад. — Это ведь ваших рук дело, — Прошипел Тодороки, глядя Кирай в глаза. — Она надышалась газом, который выпустили вы. — Отдай ее мне, — Пропускает мимо ушей реплику парня, подходя ближе. Сейчас ее волнует лишь то, что Ямико жива, а с остальным она справится сама и позаботится о ней явно лучше, чем ее малолетние одноклассники.       Однако, будущий герой не собирается идти на поводу у злодея, пускай она когда-то и была известным героем, о чем он сразу говорит брюнетке и чем сильно злит ее. Югурэ старшая не планировала сражаться с детьми, но поведение школьника заставляет ее забыть о своих принципах и хорошенько проучить наглого мальчишку. Правая сторона Шото начинает излучать холод, но не успевает он создать и одной льдинки, как чувствует ужасную боль в животе. Кирай действовала так быстро, что парень даже не заметил, как она подняла ногу ударила его коленом прямо в живот. Хотелось просто выплюнуть свои органы от того, сколько силы героиня вложила в этот удар. Студент согнулся от боли, но не успел он и опомнится, как встретился лицом с ботинком геройского костюма девушки. Как и в предыдущий раз, брюнетка применила не мало силы, но в добавок ко всему еще и использовала причуду, выпуская накопленные в теле тени, ускоряя и усиливая свой удар. Именно об этом приеме Ямико рассказывала Угарный Газ на стажировке. Тодороки пролетел в сторону пару метров, теряясь где-то в растительности этого леса, роняя по пути тело одноклассницы.       Остальные студенты не могли никак помочь своему другу, так как любое малейшее движение могло стоить им жизни. А спасти голубоглазую от рук собственной сестры тем более не представлялось возможным. Даже если бы они не были скованны Сумеречными Цепями, навряд ли они смогли бы дать отпор бывшей выпускнице UA и одной из тридцати сильнейших героев Японии. Все, что они могли сейчас сделать, это молча наблюдать за тем, как Мияко подходит к школьнице и обхватив ее одной рукой за плечи, а второй взяв под ноги, поднимается с места и отходит куда-то в сторону. Девушка на секунду останавливается, внимательно вглядываясь в лицо младшей сестры. Брюнетка стоит спиной к ученикам, поэтому им остается лишь гадать какие эмоции она испытывает от этой встречи.       Проходит лишь пара секунд, пока Мияко вновь начинает идти. Осмотревшись по сторонам, та задумывается и будто вспомнив что-то начинает кричать чье-то имя. — Курогири!       В ответ на ее зов перед бывшей героиней появляется черный туман, открывающий ей портал в неизвестность. Девушка просит перенести ее куда-то в пределах этого леса, но подальше от этих ребят и готовясь зайти в воронку, напоследок обращается к школьникам: — Цепи спадут, когда я окажусь на безопасном от вас расстоянии. Попрошу вас забыть о том, что вы только что видели… — И не оборачиваясь, растворяется в тумане чужой причуды.

***

      Кирай охватывала паника, страх и ненависть на себя и свои действия. Она понятия не имеет почему решила унести Ямико с собой. Ей ничего не угрожало, она просто спала, зная медсестру академии — с ней бы точно все было в порядке, но некое беспокойство за жизнь сестры вытеснило голос разума, заставляя действовать необдуманно. Как только портал за ней закрывается, брюнетка кладет голубоглазую на землю и присаживается рядом. Она просто не могла себе позволить оставить ее в таком состоянии вместе с кучкой детей, не способных защитить ее должным образом. Мияко понимает, что не должна была вообще влезать в ту драку, оставила бы Тогу наедине с одноклассницами Ямико или свалила бы вместе с ней, как только к ним прибежали остальные ученики, но в последнее время девушка совсем на себя не похожа. Та расчетливость и хладнокровие, которые руководили ее действиями на протяжении последних пяти лет, куда-то исчезли, стоило ей узнать о возвращении своей семьи в Японию, стоило Даби навсегда прервать ее общение с Сэкерой… Хотелось просто выть от безысходности. Кирай ненавидела себя за то, что позволила себе идти на поводу у своих чувств, за то, что вновь увиделась с сестрой, хотя обещала себе не показываться той на глаза. Героиня хотела, чтобы Ямико продолжала думать, что она мертва, ведь так было бы лучше для всех, но теперь исправлять что-то было уже поздно. Все, что ей оставалось, это надеяться на то, что к концу их операции голубоглазая так и не очнется.       Югурэ протягивает руку, чтобы погладить свою сестру по щеке, с болью смотря на то, как она изменилась. Ямико подросла, но ее детские, пухлые щечки никуда не ушли, а черные, густые волосы сменили свой цвет. Брюнетка про себя назвала ее дурочкой за то, что она сделала с ними. Она всегда считала, что черный цвет намного больше подходит для таких, как они. Цвет ее волос стойко ассоциировался у людей с темным временем суток, на которое намекала ее причуда. И то, что Сумеречная Королева решила сменить их идеально черные волосы на это синее нечто задевало ее. Осмотрев тело сестры, Кирай поняла, что та либо берет пример с матери, либо до сих пор стесняется своего шрама на шее. После того случая Ямико сильно изменилась и выражалось это не только в ее поведении, но и во внешнем виде. Девочка всегда любила красивые и яркие платья, блестящие стразы, всякие украшения. После переезда в Канаду она все чаще отказывалась носить свои прежние вещи, предпочитая что-то более темное и невзрачное, а об ее любимых браслетах и бусинах она даже не вспоминала. В этот период Мияко жила в Японии и обучалась в UA, но даже она знала о плачевном состоянии ментального здоровья ее сестренки. Было тяжело осознавать, что она до сих пор несет на себе этот груз в виде воспоминаний о том дне и боли, что она испытала. Хотелось забрать все ее проблемы, страхи и обиды себе, чтобы Ямико могла жить спокойной, счастливой жизнью, ведь свой шанс на светлое будущее Кирай упустила еще пять лет назад, когда вложила свою руку в ладонь Даби и согласилась пойти с ним.       Неизвестно сколько прошло с момента ухода Кирай, девушка все это время сидела, словно в трансе, поглаживая сестру по голове, лицу. Грусть, гнев, радость, страх — все эти чувства одолели девушку разом, не давая возможности выплеснуть их наружу. Хотелось плакать, кричать, рвать на себе волосы, хотелось, чтобы кто-то оказался рядом и успокоил бывшую героиню, хотелось сбежать от этого мира, пропасть для людей и для себя и больше никогда не появляться здесь. Но Югурэ не могла позволить себе этого. На ее плечах лежит слишком большой груз ответственности за содеянное и рано или поздно ей придется ответить за свои поступки. А до тех пор она будет продолжать следовать по намеченному пути и ждать, когда карма настигнет ее. И если буквально пару недель назад ей казалось, что она не справится с этим, то сейчас, после встречи с сестрой, она поняла, что сделает это, примет любое наказание ради нее, ради ее маленькой Ямико. Пока она может счастливо жить в этом огромном и страшном мире, Кирай вытерпит любую, даже самую страшную пытку. — Ямико… — С грустной улыбкой на устах прошептала Мияко, нежно поглаживая запястье своей сестры.       Казалось, что синеволосая услышала обращение героини и медленно начала отходить ото сна. Веки ее несильно задрожали, пальцы начали слегка дергаться, а из ее полуоткрытого рта послышался протяжный, глухой стон. В этот момент Кирай заволновалась еще больше. Она не хотела, чтобы Ямико видела ее, но и сбежать сейчас, когда девушка еще слишком слаба и в случае чего не сможет защитить себя, она не могла. Злодейка начала судорожно придумывать, что ей делать дальше. Первым делом, она отпустила руку сестры и вскочила с места, чтобы голубоглазая не узнала о том, что только что происходило здесь.       А Югурэ младшая тем временем уже полностью открыла глаза, с опаской оглядываясь вокруг. Это место не было похоже на то, где она потеряла сознание и понимание этого заставило ее принять сидячее положение и лихорадочно начать думать. В ушах стоял звон, а голова отзывалась пульсирующей болью в висках, но не смотря на это, девушка нашла в себе силы подняться с земли. Стоило ей только уверенно встать на ногах, как позади раздался голос. — Очнулась?       Не веря своим ушам голубоглазая разворачивается лицом к обладателю голоса и глаза ее тут же расширяются от увиденного. Она видит свою старшую сестру. Живую, целую и невредимую. Сестру, смерть которой оплакивала последние пять лет. Югурэ не может поверить, что это все происходит наяву. Она делает неуверенный шаг в ее сторону, отказываясь воспринимать реальность происходящего. С губ ее невольно слетает следующий вопрос: — Кирай, это ты? Не может быть… Это еще одно воспоминание? — Воспоминание? — Недоуменно вскидывает бровь, смотря на свою сестру, как на умалишенную. — Головой ударилась, когда падала или это тот газ так воздействует на разум?       Ямико не обращает внимания на это колкое замечание, все так же разглядывая стоящую перед собой девушку с ног до головы. Ошибки быть не может — это действительно Кирай. О том, что это не воспоминание говорят многие факторы, начиная от одежды девушки, которую она купила только в этом году, заканчивая местом их встречи, в котором сестры никогда не бывали вместе. Отсюда и возникает вполне логичный вопрос, озвучить который девушка не может из-за нахлынувших на нее чувств. — Но как ты… Ты же… — Потеряв способность складывать слова в предложения, Ямико старалась узнать у сестры хоть какую-то информацию о происходящем. — Да-да, погибла пять лет назад. Ты уже не первый человек за сегодня, который говорит мне об этом. Пожалуйста, избавь меня от необходимости выслушивать это снова. Я просто жива, на этом и закончим.       Только услышав ее слова студентка наконец осознает это, пускай и не до конца. Что-то среднее между чувством радости от долгожданной встречи и страхом о том, что все это просто сон овладевают школьницей накрывает ее с головой. Она не может сдержать своих эмоций и еще раз проговорив имя своей сестры, идет к ней навстречу, чтобы заключить ту в объятия, ведь она была так счастлива узнать о том, что Кирай жива. Однако, где-то на середине пути ее грудь уперлась в острие катаны, созданной буквально за секунду до ее приближения к ней. Не понимая, что происходит, Ямико поднимает взгляд на Мияко, глазами прося ответы на свои вопросы. — Стой где стоишь, — Приказала бывшая героиня, сильнее сжимая рукоять меча пальцами. — Неужели ты не понимаешь, в какой ситуации мы находимся? Я уверена, что ты почувствовала присутствие посторонних в лесу, даже спрашивать об этом не буду. Так, по твоему, как и для чего я здесь оказалась? — Ч-чтобы спасти нас от этих злодеев, верно? — Слабо улыбается школьница, но встретившись с сталью во взгляде старшей сестры, начинает медленно осознавать суть ее слов. — Нет… Нет, Кирай, только не говори мне, что ты с ними… Ты ведь герой! Что ты могла забыть рядом с этими преступниками?! Герои так не поступают! — Слишком много громких слов для такой, как ты, — Парирует брюнетка и ухмыльнувшись отвечает на немой вопрос, возникший в глазах школьницы, — Для человека, получившего причуду таким способом, ты слишком самонадеянна. — Я тебя не понимаю, Кира. О чем ты говоришь?       Паника постепенно охватывает Сумеречную Королеву, когда она начинает раздумывать над словами старшей сестры. Дрожь в конечностях усиливалась с каждой новой мыслью в ее голове, а Кирай, как назло, тянула с ответом, словно хотела, чтобы Ямико извела сама себя своими догадками об истине ее слов. Однако, голубоглазая действительно не понимает, что имеет ввиду Мияко, а та не торопится, но все же объясняет все студентке. — Ты говоришь, что герои так не поступают, но при этом делаешь что-то более плохое, чем мы. Мы еще никого не убили, в отличие от тебя. Помнишь ведь, откуда ты получила Сумрак? — Югурэ младшая замирает, постепенно осознавая, к чему клонит Кирай, но все равно не понимает, как это связанно с убийствами и тем, что Мияко перешла на сторону Лиги Злодеев. — Использовала свою врожденную способность на отце и завладела новой силой, живешь в свое удовольствие, не зная о том, что останки человека, подарившего тебе второй квирк, сейчас гниют где-то в земле. — О-о чем ты? Папа ведь жив, он просто ушел от нас, моя причуда здесь не при чем… Я не могла сделать с ним ничего такого… — Не могла, но сделала и тебе еще хватило наглости обвинять меня в каких-то преступлениях, — Заметив, что Ямико больше не пытается подойти ближе, растворяет оружие в тени и скрещивает руки на груди, смотря сестре прямо в глаза. — Но дедушка говорил... — …что первое проявление причуды самое слабое и оно не убивает человека, а лишь портит его здоровье, — Заканчивает за девушкой предложение, ведь то, с какой скоростью это делает она просто не выносимо. — Это была легенда для тебя, чтобы ты не винила потом себя в смерти отца. А знаешь, что происходит с человеком на самом деле? Действительно, причуда не убивает его сразу, а лишь через некоторое время. Дедушкин троюродный брат полгода пролежал парализованный, не в состоянии ухаживать за собой самостоятельно. Он просто существовал, а не жил и не факт, что вообще соображал хоть что-то. Но не это сейчас важно. В итоге он умер, а виной тому стала причуда дедушки. Он рассказал это отцу в тот же день, как ты забрала его квирк. Когда ты уснула, дед позвал папу на разговор, а я случайно услышала его, пока спускалась на кухню, чтобы попить воды. Дедушка скрыл это от тебя, давая возможность отцу самому решить, что делать с этой информацией, а папа ничего не говорил, потому что не хотел, чтобы ты винила себя в его смерти, но рано или поздно ты все равно бы узнала, так что это было максимально глупо. А ведь папа был крепким орешком, после того случая он продержался еще четыре года, довольно похвально. Может дело было в том, что твоя причуда намного слабее дедушкиной или в том, что использовала ты ее на взрослом человеке, но время, которое он прожил после действительно поражало.       Новые подробности о собственной силе повергли в шок, а осознание тяжести совершенного преступления снежной лавиной накрыло девушку. Сердце забилось в бешенном ритме, в глазах потемнело и дышать стало сложнее. Тьма вокруг словно начала сгущаться и проникать в легкие, перекрывая доступ к кислороду. Героиня как рыба открывает и закрывает рот, пытаясь вдохнуть хоть капельку кислорода, но все тщетно. Язык пересох и прилик к нёбу. Разум затуманился, в животе закололо, а пальцы на ногах начало сводить судорогой. Ямико обхватывает собственные плечи дрожащими руками, смотря на мир вокруг сквозь темную пелену. Картинка перед глазами начала менять очертания. Небо смешалось с землей, а земля с деревьями и кустами. Школьница уже не понимала где она находится, что в этом сумасшествии красок является тропинкой, травой или ее сестрой. Мысли занимала одна только фраза «Я убила своего отца», что как заевшая пластинка повторялась в голове снова и снова.       Кирай наблюдала за содрогающимся телом своей сестренки, не имея понятия, что ей делать в такой ситуации. Она уже миллион раз успела пожалеть о том, что рассказала Ямико об этом, что привела ее сюда, что вообще согласилась участвовать в этой операции. Югурэ младшая уже согнулась пополам, тяжело дыша и еле сдерживая рвотные позывы. Мияко подавляла в себе желание подойти к голубоглазой и успокоить ее, сделать хоть что-то, чтобы ей стало лучше. Нельзя, чтобы Ямико думала о ней хорошо, пусть лучше ненавидит ее, презирает, но не считает тем же человеком, которым она была когда-то. Та Кирай умерла, оставив после себя новую, больше не верующую в мир во всем мире, не разделяющую мир на черное и белое, как было в начале ее карьеры, Кирай. Новая Кирай понимает, что в любом добре есть зло, как и в любом зле есть добро. И новая Кирай совершила множество преступлений и не должна быть прощена никем на этом свете, тем более своей семьей.       Через какое-то время за спиной бывшей героини образуется темная воронка из которой выходит ее напарник. Даби усмехается, когда видит до какого состояния Мияко довела свою сестру. — А ты жестока, Кирай, — Произносит тот, подходя вплотную к спине брюнетки. — Чего хотел? — Пропускает замечание парня мимо ушей и старается увеличить расстояние между ними. — Миссия выполнена, все, кто смог, уже вернулись. Ждем тебя одну.       Девушка кивает и разворачивается, но не пройдя и пары шагов в сторону портала останавливается, слыша тихий, судорожный шепот за спиной. Повернув голову в ту сторону, она видит, как Ямико подняла глаза на сестру и без остановки повторяла ее имя. Лоб школьницы покрылся испариной, от чего челка прилипла к нему и растрепалась, по бледным губам стекала тонкая дорожка слюны, а сам рот совсем не закрывался. Девочка выглядела жалко и Кирай стало плохо от осознания того, что именно из-за ее слов она стала такой. Но ей нельзя показывать свои настоящие чувства, поэтому она находит в себе силы поставить жирную точку в их сегодняшней встрече. Начинает подходить к сестренке, заставляя ту напрячься. — Знаешь, передавать тебе причуду было очень плохой идеей. Ты ведь совсем не можешь ею управлять. Вот, смотри чему я научилась в первый учебный год в UA, — Остановилась на расстоянии вытянутой руки от голубоглазой и подняв кисть вверх, щелкнула пальцами.       Тени собрались вокруг правой руки школьницы и в момент, когда раздался щелчок, они стали давить на нее, заставляя руку в локте согнуться в обратном направлении. Югурэ младшая не сразу поняла, что с ней случилось, но после того, как тени распустились и она, переведя взгляд на свою конечность, в миг прочувствовала всю боль от перелома костей, разрыва связок и предательства старшей сестры. По всему лесу разнесся душераздирающий крик молодой девушки. И неизвестно, что было больнее — сломать руку или осознать то, что это с ней сделал самый близкий в ее жизни человек. Ямико свалилась на колени, сжимая левой рукой предплечье правой. Девушка еле оставалась в сознании. Шок от получения новой информации смешался с физической болью, приводя будущую героиню в предобморочное состояние. Югурэ с трудом досмотрела, как сестра вошла в портал и исчезла за его пределами, после чего провалилась в сон. — Очень жестоко, Кирай, — Промурлыкал Даби, но его последующие колкие фразы были прерваны поднесенным к горлу теневым кинжалом. — Хоть еще одно слово и я перережу твою чертову глотку! — Не глядя на парня пригрозила Мияко и тут же вошла в туман Курогири.       Злодей не стал подливать масла в огонь и сделал вид, что не видел тех слез, что полились из ее глаз, как только брюнетка отвернулась от сестры.