Кроваво-красное колечко

Смоляная ночь покрывала уже весь Хогвартс и давным-давно возвела в звёздное небо оранжевый полумесяц, оповещая людей внутри и снаружи замка что время далеко за полночь. Гарри бесшумно открыл дверь из гостиной Гриффиндора, быстро подбирая следом за собой мантию и свернул вправо. Он шёл по закуткам замка, почти бесшумно, прерывая ночную тишину лишь редким шлёпаньем босых ног. Да, не надеть ботинки было определённо глупо, но это в тоже время помогало идти беззвучнее. Ещё один заворот, и Гарри оказался в маленьком проёме стен, куда свет факелов и не доходил. Его мало кто видел и увидит ли в темноте. Он достал из рукава мантии сжатое в ладони серебрянное кольцо с маленьким кроваво-красным камушком и надел, тут же аппарируя из проёма между стен. Гарри ненавидел аппарировать, но в крайних и особо острых случаях это приходилось делать. Обычно во время аппарации начинало мутить, а давление в висках перерастало в острую как нож боль и в голове слышался собственный пульс, от чего хотелось закрыть уши. Гарри предпочитает закрывать глаза на эти несколько секунд давления, сосредоточиваясь на своём прерывистом дыхании, срывающимся при каждом ударе сердца в голове. Когда под ногами оказался пол, а сумашедшее давление в висках потихоньку начало спадать, Гарри открыл глаза, и сразу же уткнулся носом в стакан с водой, попадая в придерживающие за его спиной руки. – Плохо? – Том немного погладил его спину, придерживая стакан пока Гарри выпьет воду. – Нет, просто голова немного кружится, – Гарри слегка улыбнулся и отдал стакан, проходя на стоящую рядом кровать. Может быть ему и было сейчас ужастно плохо, но глядя на Тома, чувствуя его руки, его касания к коже через мантию и видя такое странное и не свойственное для него волнения по поводу других, становилось лучше чем когда либо. В сердце будто зажигали огонёк, тёплый, яркий. Том забрал стакан и тот испарился прямо у него в руке. Он оглядел всего Гарри и хмуро свёл брови. – Сколько раз я уже говорил обуваться? – без раздражения или рассерженности, упрекнул его Том, подходя в плотную к младшему волшебнику и опрокидывая того на кровать, нависая над ним следом. – Доведёшь меня, запру здесь до конца твоих дней... – Гарри прервал разъяснения его наказания за вечно забытую обувь и, приподнявшись на локтях, поцеловал Реддла. – А я и не против.

♡♡♡

Резко и часто поправляя круглые очки на носу, Гарри бежал в кабинет Снейпа, бормоча себе под нос что-то о том что он полный дурак и идиот, и как он мог только забыть учебник размером с его голову, которую могут и запрячь отработкой за такое. Гарри не видел и собственного носа, ломясь сквозь толпу и расталкивая всех и вся, как вдруг врезался во что-то чёрное и явно недовольное его поведением. Поттер осторожно поправил очки и сквозь стёкла стало видно недовольное выражение лица Снейпа, в которого он, видимо, и врезался. – Поттер... – Гарри был уже готов к отработке или словесным упрёкам в адрес его мозгов и его отца, но следом за кислыми и недовольными словами ему на голову свалился его же учебник по зельеварению. Не слишком больно, но всё же шишка может и остаться. – В следующий раз, будьте любезны не забывать свои вещи в моём кабинете, – как обычно плюнул желчью Снейп и, резко развернувшись и взметнув угольную мантию в воздух, ушёл. Гарри, немного шокированный произошедшим, потёр место ушиба на голове и отошёл немного в сторону от прохода. Конечно, он догадывается чьё влияние так поменяло гадкое отношение зельевара к нему, но настолько резкие перемены в поведении оставляли за собой шок и кучу "что простите?". Постояв у стены ещё пару секунд и более менее отойдя от шока, Гарри поудобнее перехватил учебник по зельеварению и хотел уже было уйти к друзьям в библиотеку, как его окликнул до боли в ушах знакомый голос. – Поттер! – выкрикнул Малфой, идя в его сторону со своей шайкой и явно с желанием постебаться над ним. Гарри уже привык к пристающим Малфоям, начиная самим Драко и заканчивая его матерью, которая при каждой встрече обнимает его как родного, расспрашивая о школе, о доме и об их отношениях с Томом. Обычно в таких случаях уже вмешивался Том, за что Гарри был несказанно рад. Поттер лаконично замолчал, продолжая идти в библиотеку к друзьям. Это был самый действенный и разумный способ в случае с словесным недержанием Малфоя младшего. – Ходят слухи что ты завёл себе подружку... – протянул Малфой, ожидая реакции Гарри. Молчание. – Ох, или подожди-ка... Неужели... Завёл себе хахаля? Снейпа? Тогда это объясняет то, что он так мило вернул тебе учебник, – Малфой резко обогнал его, загораживая дорогу и самодовольно лыбясь. Гарри поправил съехавшие очки на переносице и спокойным голосом с усталым взглядом ответил: – Малфой, если тебе так нужна эта информация, то пойди и спроси лично у своего крёстного, – Гарри обошёл его, толкая в плечо и быстро скрываясь за следующим поворотом коридора, оставляя Малфоя с разинутым ртом и его онемевший серпентарий одних посреди коридора. Снейп, может, и старался скрывать, что он крёстный Драко, но пьяный Люциус откроет хоть тайну Бермудского треугольника если попросить. И Гарри попросил, благодаря чему будет отдыхать ещё недельку другую от шайки Малфоя и его персоны лично.

♡♡♡

В Хогвартсе была одна еженедельная закономерность, которая медленно перерастала в уже нынешнюю традицию и которую знали все и вся, начиная Дамблдором и заканчивая вилкой на столе Гриффиндора. Каждый понедельник, ровно в 7:50, когда завтрак находится в самом разгаре и на столах осталась только половина недавних блюд, двери с глухим шумом открываются, впуская... Впуская полусонного, с идеально выглаженной формой и завязанным галстуком, но ужасно растрёпанными волосами и съехавшими с глаз очками Гарри Поттера. И да, обязательно невыспавшегося, о чём можно было судить по еле заметным синякам под глазами и частому морганию. Гарри прошёл к своему факультету, усаживаясь за стол и принимаясь есть. Он уже был готов откусить булочку, как его резко дёрнули за рукав мантии, прерывая трапезу. – Гарри! Опять?! Может уже пора рассказать нам куда ты ходишь?! – наклонившись к уху Гарри криком-шёпотом возмущалась Гермиона. – Да, друг, уже пора бы, – внёс свой вклад в дело Рон, тоже уже уставший прикрывать друга перед Макгонагалл и Дамблдором, когда они приходят с обыском на Гарри Поттера в спальню Гриффиндора в двенадцать ночи и рыскают. Гарри устало вздохнул, надкусывая булочку с какой-то посыпкой и уже готовый сказать каждодневное "чуть позже я вам всё расскажу...", как на весь зал раздалось: – Поттер! Может уже прекратишь шептаться между своими крысками и расскажешь всем о своих ночных похождениях? – извилистым голосом на весь зал выдал Малфой, выдавив довольную лыбу перед своими змейками, так и требующими свежей крови и резни. Гарри сонно зевнул, злиться да и вообще хоть как-то реагировать на крики Малфоя банально не было сил. Малфой уже не первый раз напрашивался на хороший круциатус, но каждый раз получая словестную пощёчину возвращался как бумеранг, от чего у Гарри закрадывалась мысль о том что он мазохист. Гарри, будто проснувшись от появившейся идеи, натянул уголки губ в, поистине, слизеринской улыбке, явно придумав как развеять скуку завтрака. Он резко встал, быстро идя в сторону стола Слизерина с самодовольной улыбкой. Если Малфой так хочет услышать то, что желает – пускай. – Хочу тебя разочаровать, Малфой, – Гарри склонился над ним. – Но Волан-Де-Морту не понравится, что я треплюсь всякой швали о том, что мы трахаемся, – спокойно выдал Поттер и, собственнически оглядев зал, наклонился к уху Малфоя и сладко продолжил: – Я трахаюсь с самым могущественным волшебником Британии, Драко, и запросто могу в тебя кинуть не только круциатус, но и империус, – Гарри отдалился от побелевшего Малфоя и заглянул прямо в испуганные глаза. – Только представь сколько всего можно будет натворить... А знаешь что самое интересное? – Драко медленно покачал головой в отрицательном ответе и, кажется, мелко задрожал. – Никакой ответственности или наказания. Не-бу-дет. Гарри окончательно отдалился от обморочного Малфоя и, словив вставшего с места возмущённого Дамблдора и шокированных друзей, широко самодовольно улыбнулся. Он развернулся в сторону дверей и покинул зал, оставляя шёпот и потрясение за собой. Выйдя на главную лестницу замка, Гарри надел всё тоже подаренное Томом кольцо с кроваво-красным камушком и аппарировал, уже точно надолго и не босиком, домой.