Potion d'amour

      Хосок сейчас совершенно запутался в себе и своих чувствах, они были настолько противоречивы, что заставляли мысленно выть. С одной стороны, парень волнуется и надеется, что найденный Чимином и Юнги способ поможет. А с другой — понимание того, что всему придёт конец и он возможно, больше не увидится со своими хранителями, к которым уже успел знатно привязаться за столь короткое время. Всё это сводит с ума и безумно расстраивает. Хосок мечтает отвлечься от всего и просто молчит, будто и не слышит речь своих друзей. Ему нужно что-то приятное, поэтому он в своей памяти открывает коробочку с важными воспоминаниями и погружается в них полностью.       Первое, что Хо вспоминает, так это как они всей своей компанией рубятся в консоль, усевшись на мягком диване в квартире Юнги. Намджун тогда весь вечер выигрывал в каждой игре, чем заставил Чона и Мина знатно разозлиться и шуточно взять победителя в плен. Джуна забросали подушками, а после, притворившись, что пол — это жерло вулкана, принесли его в жертву, спихнув с дивана. Ким наигранно закорчился от боли, крича «Я буду преследовать вас в виде призрака до самой смерти!» и все дружно залились громким смехом.       Воспоминание принесло лёгкое успокоение, заставив расплыться в улыбке. Остальные перестали пробовать докричаться до Хосока и просто сидели, наблюдая за усиливающимся дождем, перекидываясь разными фразами. Чонгук и Чимин прекрасно поняли состояние подопечного, прочитав его эмоции. Юнги просто прислушался к их совету, решая, что не трогать своего друга сейчас — лучшее решение.       Вторым любимым воспоминанием, была поездка на море. Хосок хоть и боялся глубоких водоемов, всё равно поехал, чтобы провести время со своими друзьями. Намджун тогда даже перекрасился в пшеничный, за один день два раза осветляя волосы и окрашивая их краской, полностью испортив. Это был такой способ отметить важное событие, о котором он совсем не жалел.       Трио впервые приехали в Инчхон в конце июля, к родным дяде и тёте Юнги, которые добродушно приняли парней у себя. Прекрасный вид города, запечатленный на фотографиях, до сих пор хранится множеством ГБ на флешке. Но самым потрясающим был песчаный пляж: белый чистый песок под ногами, блестящее на солнце прозрачное море с маленькими волнами, и милые красные зонтики, расположенные вдоль берега. Хосок тогда остался в тени зонта, читая стихи местных поэтов, попивая холодный спрайт и иногда поглядывая в сторону шумных друзей, которые веселились в воде. Юнги и Намджун играли в мяч, брызгались, боролись, шуточно топя друг друга. Они были похожи на детей, которые первый раз приехали на отдых.       Последним в голову пришёл собственный двадцать четвертый день рождения, когда Хосок совсем забыл об этом дне, но не его друзья. Джун работал на заправке, а Юнги официантом в кафе. Заработанных денег им хватало лишь на своё содержание. Именно поэтому, парни заранее устроились подрабатывать по ночам, чтобы накопить нужную сумму и устроить грандиозное празднование. День начался с того, что эти двое вваливаются в квартиру рыжеволосого, будя его хлопками хлопушек и дуя в дудочку-язычок с криками «Happy birthday!». Хо тогда жутко испугался и обиделся, не разговаривая на протяжении всего завтрака. Но быстро оттаял, когда увидел торт, который ребята сами приготовили. Тогда он почувствовал реальную теплоту и заботу, что, безусловно, грело сердце. А дальше они просто отрывались, где, только не бывая, начиная с активного отдыха в боулинг, пейнтбол и катание на льду, делая перерыв в кафешке и заканчивая, вечеринкой для своих с танцами, алкоголем и пиццей.       Хосоку становится еще более грустно, хотя он ожидал обратного эффекта. Сейчас он ещё больше хотел стать прежним, как и раньше тусить с друзьями и наконец-то приехать домой к родителям и помириться с ними. Парнишка поджимает губы и прикрывает глаза, надеясь на то, что это поможет не заплакать. Не помогает, маленькие соленые капли скатываются по щекам через прикрытые веки. — Эй, ты в порядке? — с заметным беспокойством спрашивает Мин, слыша тихий всхлип от сидящего к нему спиной Хо.       Когда рыжеволосый впал в какой-то транс, высшие и Юнги договорились по очереди находиться с ним, ожидая когда он придет в себя. Сейчас была очередь шатена, и он безумно рад, что остался наедине с предметом обожания. Но такое состояние Хо очень ранило, заставляя сердце болезненно сжиматься. Юнги аккуратно двумя пальцами оборачивает друга лицом к себе и видит заплаканные глаза, что заставляет его сердце крошится по кусочкам. — Я буду рад, если ты скажешь мне, что плачешь от счастья, — пытается позитивно начать музыкант, салфеткой вытирая крохотные слёзы. — Ведь мы почти вернули твой прежний вид. Осталось дело за малым, я поцелую тебя и всё вернется на свои круги. Ты разве не рад? — Ты что сделаешь?.. — удивленно тихо спрашивает лилипут, покрасневшими глазами смотря вверх, шмыгая заложенным носом и еле слышно дыша ртом.       В Юнги Хосок всегда видел своего лучшего друга, и такая информация нехило его удивила. Но сказать что-то он не мог, так как не хотел обижать острыми словами. Да и не успел бы, ведь их разговор перебил зашедший Чонгук. — Очнулся? Ты знатно на наших нервишках поиграл, — со смешком выдает брюнет, с каждым шагом уменьшаясь, и садится напротив своего подопечного. Чимин показывается на террасе сразу же после демона. Он слегка напряжен и чем-то обеспокоен, но об этом никто так и не узнает, потому что ангел тут же меняется в лице, выдавая светлую короткую улыбку. — Ну, двигайся ближе, буду с тебя заклятие снимать, — довольно сообщает Чонгук, притягивая Хосока к себе, приобнимая ладонью за шею. Оказавшись так близко, что можно почувствовать дыхание друг друга на коже, рыжий нервничает, сердце отбивает два удара за один, а ладони начинают потеть.       Чонгук целует его резко, моментально углубляя поцелуй, используя язык, чтобы провести по алым губам, после прикусывая и посасывая их. Одна рука брюнета покоится на тонкой шее, другой он слегка поглаживает по порозовевшей щеке. Отстранившись, Гук улыбается, как Чеширский кот, обнажая белоснежные зубы. А Хосок скрещивает пальцы на удачу на обеих руках, ожидая положительного результата. Но… Ничего не происходит. — Не сработало? — удивляется демон, не понимая, что не так. Он чешет затылок и смотрит в одну точку перед собой, агрессивно думая. — Может пусть наш Чимин-и поцелует своими пухленькими губками? — отшучивается демон, смеясь и падая на спину, на прохладную поверхность террасы. — Вот только меня сюда вмешивать не надо! — возмущенно рычит ангел, прекрасно осознавая, что его может ждать, после поцелуя с человеком. Пака конкретно уже достали бесячие шутки Гука, он постоянно раздражает, заставляя злиться, что, безусловно, плохо сказывается на самом Чимине. Поэтому он решает немного отыграться, ответив в той же манере. — Поцелуй должен быть влюбленного человека. А как мы знаем, демоны не умеют любить, они могут только увлекаться кем-то, проявлять симпатию, но не более. О, и, кажется, что ты в пролете, ведь ты сам снял свои чары с Хосока. Спасибо за доброту.       Хосок действительно не чувствовал того тепла по отношению к демону, которое присутствовало на протяжении всего времени. Осталась лишь тяжелая пустота на сердце, будто оттуда забрали маленькую частичку. Это заставило его запутаться, даже не обращая внимания на то, что поцелуй не сработал.       А вот Юнги, сначала он просто кипел, когда видел, что Хосока целует кто-то другой. Видимо, он настолько собственник, что взрывается в одну секунду. Но когда он понял, что поцелуй не сработал, то настроение подскочило, хоть и сама ситуация не очень позитивная. Но она наводила мысль и надежду на то, что у Мина есть шанс, хотя бы попробовать. А если и не сработает, то остаётся припрятанный план «Б», что очень успокаивало.       Тогда шатен решает действовать. Он медленно и осторожно берёт друга на руки, а тот лишь в ответ всматривается в глаза, ища то ли сочувствия, то ли поддержки, но не находит и опускает взгляд. — Прости, но я готов на всё, чтобы помочь тебе, — совсем тихо шепчет Юнги, чтобы только Хосок мог его услышать, не зная того, что у высших слух намного лучше, чем человеческий.       Так как губы Юнги просто огромны по сравнению с крошечными напротив, шатен находит решение, просто слегка касаясь их, прислоняясь уголком губ. Яркая белая вспышка появляется из ниоткуда, нарастая и распространяясь с каждой секундой быстрее, ослепляя всех находившихся. Никто не успевает проронить и слова, просто растворяясь и исчезая из этого злополучного места.

***

      Белый ослепляющий свет оказался силой Создателя, который вернул всё на свои места, как только работа хранителей была закончена. Людей он переместил в их жилища, а ангела и демона призвал в своё святилище между границами небесного и подземного миров.       Чимин и Чонгук никогда вживую не видели Великого Создателя, поскольку создания низкого уровня не имеют на это никакого права, только самые приближенные могли каждый день находиться в этом храме. Само чистилище выглядело, как длинное помещение с множеством колонн, с огромным пятиметровым троном, установленный в середине. Но всё здесь было сделано не из земного материала, а из объемных облаков.       Создатель величественно восседал на своём троне, он выглядел достаточно пожилым, морщины придавали его грубоватым чертам лица некую мудрость, длинная седая борода, свисала до самого пола, находясь прямо под ногами призванных. Рост его был в десять раз больше, чем у его созданий, а над головой светила маленькая копия луны. Последний пункт внешности вызвал немало вопрос в головах хранителей, но они здесь совсем не для этого. — Владыка, для нас большая честь находиться в ваших владениях, — громко произносит Чимин, опускаясь перед повелителем на колени, голос его дрожал от лёгкого волнения. Не каждый раз выпадает такой шанс. Одно дело разговаривать через сферу энергий, а другое — лично.       Чонгук фыркает на подхалимство своего коллеги, но тоже опускается в поклоне, потому, что так положено, а не потому, что хочет этого. — Поднимитесь, дети мои, — взывает мужчина, немного оглушая громкостью своего голоса. Хранители тут же следуют приказу и ожидают некую похвалу в свою сторону. — Вы хорошо поработали и теперь прощены за старую ошибку. Перед вами ныне стоит выбор: останетесь хранителями или будете работать во славу процветания нашего дома?       Данный выбор был очевиден для обоих присутствующих. Быть хранителем всегда было заветной мечтой многих ангелов и демонов. Они занимают вторую ступень важности в их обществе, после ангельских серафимов и демонических белеалов. Но сейчас Чимин думал совсем иначе, он просто устал. Ему нужно время, чтобы прийти в себя и оправится от выходок Чонгука. — Я желаю оставить свой пост хранителя, и самоотверженно трудится в нашей великой библиотеке, с вашего позволения, Владыка, — уставшим голосом просит ангел, точно считая, своё решение верным. Ещё одно задание вместе с брюнетом он точно не выдержит. — Да, будет так! — громко одобряет Создатель, направляет свою большую ладонь в сторону ангела и отправляет силой золотые ключи, которые в полёте уменьшаются до размера Пака. — А чего желаешь ты, дитя? — интересуется Владыка, обращаясь уже к демону. — А я хочу стать демоническим хранителем Чон Хосока, — резко отвечает Чонгук, сложив руки на груди. — До этого у него не было хранителей, потому что он не верил, но теперь всё иначе, и я хочу это исправить. — Хорошо, — открыто громко смеётся Бог над поведением своего создания, но тут же становится серьёзным. — Память о вас у него стёрта, поэтому я разрешаю тебе стать его искусителем, а ангел, подходящий на эту роль, будет выбран по необходимым критериям. Ты восстановлен в своей должности, а теперь ступай. А ты, Чимин, останься.       Демон покидает храм со скоростью пули, даже не поклонившись перед этим. Брюнет уже не сдерживал свой оживленный смех и восторг, громко шумя. Сейчас он вернётся в преисподнюю за своё рабочее место, в здании хранителей, которое уже знатно покрылось пылью и грязью в его отсутствие. А через время Чон снова сможет увидеть Хосока, чему он очень рад. — Чимин, ты показал себя очень терпеливо. Ты вытерпел боль, издёвки со стороны коллеги, помог человеку не только с поиском решения проблемы, но и придал смелости, а также спас колдунью от гибели, — мягко начал Создатель, одобрительно кивая головой. — Ты заслужил награду, и я дарую её тебе.       Раскинув по кругу руками, Владыка направил золотую энергию в сторону расправленных черно-белых крыльев Чимина. Появляются бледные очертания второй пары крыльев, над которыми кружат золотые крупицы и словно строят, накладывая друг на друга. Внизу первоначальных, появляются два белоснежных крыла, идеально дополняя первые. Пак удивленно приоткрывает рот, расправив все четыре прекрасных крыла, дивные перья блестели и переливались из-за блёклых лучей, что освещали помещение. — Спасибо Вам большое, Великий, — с огромной благородностью в голосе, вымолвил ангел, вытирая скопившиеся в уголках глаз слёзы.       Чимин клянется и уже молча удаляется, не желая больше мешать Создателю. Розоволосый повысил свой ранг, оставаясь на переходной ступени между херувимами и серафимами, но своё желание работать в библиотеке не променял, даже на такую большую награду.

***

      Хосок с трудом разлепляет глаза, из которых стекают маленькие солёные капельки, сердце бьётся напряжённо быстро, а дыхание сбивается напрочь. В груди, будто находится клубок страха, словно парню только что приснился кошмар. Слегка приподнявшись, Хо понимает, что находится у себя в родной квартире, на своей мягкой уютной кровати. Но мозг не может правильно понять ситуацию, потому что точно помнил старый каменный дом, террасу, Юнги и белую вспышку…       Прокручивая в голове произошедшее, Хосок резко вскакивает с кровати и мчится к трельяжу, что стоит в углу его комнаты. В зеркале на него смотрит симпатичный рыжеволосый парнишка, с небольшими мешками под глазами, растрепанными волосами и в помятой одежде, которая за два с лишним дня пропахла потом. С облегчением вздохнув, Хосок лучезарно улыбается своему отражению, а после снимает одежду и идёт в душ, захватив чистое белое полотенце.       Смыв с себя пот и грязь, парень уже с хорошим настроением возвращается в свою комнату и бросает взгляд на часы — полвосьмого утра. Решив, что уже не рано для звонка, Хо ищет свой мобильный. Прорыв все места, где мог бы оставить своё средство связи, он всё-таки находит его под кроватью. Зайдя в мессенджер, парень звонит по видео-звонку своим друзьям.       Намджун подключается сразу же, он находится на кухне, сидя с кружкой ароматного чёрного кофе. Бодрый, причесанный и умытый, видимо он уже давно на ногах. Ким здоровается коротким «Йоу» и громко хлюпает своим напитком. Юнги присоединяется позже на минуту. Весь растрёпанный, запутавшийся в одеяле, музыкант валяется на кровати, сладко потянувшись, зевает и после протирает свободной рукой левый глаз, а правым — смотря в камеру. — Ты чего это так рано трезвонишь? Людям спать мешаешь, — сонно-хриплым голосом полюбопытствовал Мин, ногой отпихивая от себя одеяло, которое полностью падает на пол. — Для кого-то рано, а некоторые уже давно на работе, — делится Намджун, широко улыбаясь, показывая свои милейшие ямочки. — Так и что же ты хотел, Хосок-и? — Есть тут одна история, — мнется рыжеволосый, стараясь подобрать нужные слова. — Разговор не для телефона. Можете ко мне подъехать? — У меня есть ещё полтора часа до работы, так что я в деле, — быстро отвечает Джун, прежде чем отключается, попрощавшись. — Я тоже приеду, жди нас, — добавляет Юнги, улыбается и тоже выключает видео-звонок.

***

      Намджун и Юнги приезжают вместе, так как живут не так далеко друг от друга. Хосок радостно встречает их, обнимая прямо через порог, задорно выкрикивая какие-то непонятные звуки, и только потом пропускает друзей в квартиру. Старшим хотелось узнать, что за тема разговора у Хо, но он запротестовал и заверил, что всё расскажет после плотного завтрака. Готовил в основном Мин, потому что справлялся с кулинарией лучше своих младших. Завтрак был простым, из того, что смогли найти в холодильнике: яичница с маленькими кусочками бекона и тосты с виноградным джемом.       Трапеза их проходила с шутками, с разговорами ни о чём и, конечно, перекидыванием недоеденной еды. Хосок молчал, не рассказывая о том, что так сильно его беспокоило. Он не знал, помнит ли что-нибудь Юнги, поэтому сомнения ещё сильнее закрадывались и не отпускали. При этом парнишка старался веселиться, наслаждаясь нормальным привычным ростом. Всё было хорошо до того момента, пока Джун не заглянул в телефон, случайно замечая время. — Блять, ребят, я опаздываю на работу! — встревоженно кричит Намджун, поднимаясь со стула, а затем быстро ищет по всей квартире свои вещи, которые успел разбросать повсюду. Чон и Мин глазами следят за носящимся, по маленькому жилищу, юношей. Им становится слегка грустно от того, что временно их трио становится парой, ведь они только начали веселиться. — Я постараюсь быстрее освободиться, вернусь и мы продолжим нашу тусовку! — бросает Ким, прямо перед тем, как захлопнуть за собой дверь. — Хосок? — неожиданно тихо зовёт Юнги, на что рыжеволосый отзывается простым «А?». — Ты ведь помнишь, что с нами произошло? — Да, — Чон утвердительно кивает, снова забивая себе голову произошедшим. Ему очень бы хотелось забыть совершенно всё то, что было в недавнем прошлом, но этого не происходит. — Только, есть одна вещь, которую я не помню. С нами был ещё кто-то, верно? Но я не могу вспомнить ничего об этих людях, словно никогда их не встречал. — То же самое. Это так странно, — громко вздыхает Юнги, пожимая плечами и почесывая подбородок. — Давай лучше забудем об этом, а? Пойдем, сходим за продуктами, а вечером приготовим ужин для вечеринки?       Хосок с удовольствием соглашается, ему просто необходимо сбежать из душной квартиры на свежий воздух, где есть такие привычные толпы людей, которые спешат куда-то, любимые парки и магазины. Это сейчас очень нужно для паренька, он чувствует наступление хандры, и всеми силами пытается её прогнать.

***

      Хосок и Юнги выходят из магазина с полными пакетами в руках, оживлённый проспект заставляет немного улыбнуться. Неизвестно почему, но улица заставляет Хо чувствовать себя частью чего-то большого и грандиозного. Это успокаивало и настраивало на позитив.       Парни решают передохнуть, присев на свободную лавочку, возле фонтана. Положив ровно, чтобы не упали, тяжелые пакеты, ребята плюхаются на нагретую солнцем деревянную поверхность скамейки. Неожиданно к обеду стало очень жарко и сейчас все жители города страдают от жары, отмахиваясь тем, чем только можно. Юнги продумал всё и заранее предложил купить мороженное. Шатен взял для друга черничный рожок, настолько мягкий, что тает сразу, как только ты его кусаешь, вкус, который просто обожает Чон. А для себя он купил мороженное в форме рыбки, с ванильной панировкой и сладкой красной фасолью внутри. — Как же жарко, — тянет Хосок, поедая сладость и махая туда-сюда рукой, чтобы как-то отогнать от себя горячий воздух.       Мин сейчас смотрел только на парня напротив, оставив своё мороженое, лишь один раз укусив. Шатен помнил, как кто-то говорил ему, что стоит провести время наедине с Хосоком и советовал признаться. Правда, кому эти слова принадлежали, было не ясно, в памяти находился словно пробел.       «Ты пять лет молчал о своих чувствах, и чего ты этим добился? — сам у себя спрашивает музыкант, терзаясь и переживая. — Сейчас или никогда. Не смей трусить!». — Хосок-и, знаешь, я давно хотел тебе кое-что сказать, нечто очень важное, — привлекая внимание, неуверенно начинает шатен заходя из далека. — Ты очень важный для меня человек и без тебя я не вижу своё будущее. Я хочу каждый день слышать твой смех и видеть твою улыбку, которые дарят мне безумное тепло… — Юнги замолкает, чувствуя, что его сердце сейчас точно выпрыгнет наружу изо рта. Он всматривается в омут карих глаз напротив и продолжает на одном дыхании. — Ты мне нравишься. Будешь ли ты моим парнем?       Рыжеволосый немного опешил от речи друга. Она показалась для него неожиданной, до тех пор, пока он не вспомнил о том поцелуе. Воспоминания накрыли с головой, большой холодной волной, заставляя мысленно задыхаться. В груди расплылось какое-то приятное чувство, которое настолько сладостное, что хотелось, чтобы оно никогда не заканчивалось. До парня неожиданно дошло, что он тоже испытывает симпатию к своему лучшему другу, с которым они прошли через многое, а сейчас он просто взглянул на их отношения с другой стороны. Смущение накрывает полностью, заставляя щёки покрыться лёгким румянцем. — Да, я согласен, я буду твоим парнем, — обрывисто с волнением отвечает Хо, резко пододвигаясь и быстро, слегка касаясь, целует сухие губы. — Ну, что пойдём домой? — Угу, — отвечает Мин, явно не ожидая положительного ответа на своё признание. Но это делает его ещё более счастливым и энергичным. Шатен бордо вскакивает со скамейки, хватает пакеты и вырывается вперёд, желая быстрее добраться до квартиры. Хосок с громким смехом догоняет своего парня и они вместе пробираются сквозь толпу в сторону метро.

***

      Чонгуку неожиданно стало очень скучно на своём рабочем месте. Демоны-коллеги даже никакой движ не замутили по случаю его возращения, чем подожгли новый поток скуки. Вздохнув, Чон вспоминает милого рыжеволосого мальчишку, над которым всегда было приятно шутить. Ждать отбор ангелов-хранителей ещё долго, а увидеть его рыжика хотелось прямо сейчас. Поэтому Чонгук сбегает, пока все заняты тем, что они делают вид работающей фирмы. Да и по сути никто против не будет, тут всем плевать друг на друга.       С помощью силы, демон отследил место нахождения его прошлого и будущего подопечного. Гук решает использовать служебный демонический телепорт, чтобы быстрее оказаться на нужном месте, не тратя время на полёт.       Демона встречает шумная улица, с множеством людей, сухой горячий воздух и ветер, и яркое палящее солнце. Среди толпы Чонгук замечает знакомую рыжеволосую макушку, а в голову приходит мысль о том, что стоит проверить, действительно ли не помнит его этот человек. Способность к невидимости людскому глазу, в данный момент играет свою главную роль. Чон незаметно, для человека, подходит слишком близко и быстро вытаскивает из кармана мобильный телефон. Отходит недалеко в сторону и по щелчку пальцев, становится видимым. — Ой, а вы, кажется, обронили! — громко сообщает Гук, заставляя обернуться, не только Юнги и Хосока, но и людей, которые были поблизости. Прохожие тут же отворачиваются, понимая, что это обращение было не в их сторону.       Хо увидев похожую на свою модель телефон, быстро порыскал по карманам и как только не обнаружил, сразу же подбежал к незнакомцу. Чонгук протягивает двумя руками найденную вещь, получая в ответ яркую улыбку в тридцать два зуба. — Ох, спасибо Вам большое, так бы и без мобильника остался, — благодарит рыжий, забирая свою технику и делая небольшой поклон, в знак уважения. — Скажите, а мы с Вами случайно не встречались? — с наигранным удивлением спрашивает демон, играя обычного человека. — Я так не думаю. Извините, но мне пора. До свидания, — быстро тараторит Хосок, прежде чем вернуться к недовольному Юнги, который сверлил взглядом незнакомого парня. Вместе они скрылись в подземном переходе.       Звучит щелчок пальцев и вокруг Чонгука исчезают люди, пропадают автомобили, улица пустеет и остаются только большие высотные здания. Но это всё реально лишь для демона, его собственная одинокая реальность. Он присаживается, около фонаря, на холодную плитку, пододвигает к себе одну ногу и обнимает её. — Это мы еще исправим, — в пустоту отвечает Чон, убедившись в том, что его действительно не помнят. Он не понимал, чувствует ли что-то или это лишь ложные эмоции, которые он бы так хотел ощущать. Он не знал, но был уверен точно в одной вещи, которую зачем-то произносит вслух. — Совсем скоро мы встретимся вновь.