What's this Feeling?

Маринетт знала боль почти всю свою жизнь. Небольшая боль от ушиба пальца ноги. К мучительной боли. Когда боль прошла с первого раза, она спросила своих родителей. Ее мать объяснила, что некоторые родственные души, самые близкие, как говорят некоторые, чувствуют чужую боль. Она также узнала, что родственные души бывают разными. От многих платонических до семейных и романтических. Ее мать также рассказала ей о маленькой красной нитке судьбы, которая ведет их друг к другу. Маринетт всегда мечтала о том дне, когда встретит свою вторую половинку или родственную душу. У нее была одна родственная душа, о которой она знала. И это был Нино. Они были лучшими друзьями друг с другом. Она помахала Нино, когда он вошел в класс со своей второй половинкой Альей. — Эй, чувиха! — крикнул Нино, и май помахала ему в ответ. — Доброе утро! — сказала она, и Алья села рядом с ней, а Нино пошел на свое обычное место. — Девочка, ты слышала новости? — спросила Алья, и Мари покачала головой. — К нам переводится студент! Он придет из частной школы! — объяснила Алья, и Мари улыбнулась. — Интересно, почему мадам Бюстье ничего мне не сказала, — сказала Мари, и Алья пожала плечами. — Ну, это было довольно неожиданно из того, что я слышала, — сказала Алья, и Мари понимающе кивнула. Лила с важным видом вошла в комнату, сопровождаемая своим маленьким отрядом. Только несколько учеников в их классе поверили ее нелепой лжи. Роуз, Милен и Сабрина были единственными, кто ей поверил. — Моя вторая половинка просто потрясающая. Он прислал мне еще одно любовное письмо! — пробормотала Лила, пока все трое впитывали его в себя. Мари только закатила глаза, а мадам Бюстье только вздохнула, ожидая звонка. — А кто твоя родственная душа? — спросила Роуз, и Лила вздохнула. — Он сказал, что хочет уберечь меня от прессы, чтобы я не могла назвать вам его имя, — сказала Лила, и все трое понимающе кивнули. — Это так мило, — сказала Роуз, когда Лила села в конце класса. — Но, ох, — начала Лила, изобразив на лице боль. — Что случилось, Лила? — спросила Сабрина, и лицо Лилы стало печальным. — У меня шумит в ушах. Я не думаю, что смогу сегодня сидеть сзади, — сказала она, и три девочки посмотрели на Мари и мадам Бюстье. — Может быть, кто-нибудь согласится передвинуть для нее стулья? — спросила она. — Я так и сделаю! — отозвалась Сабрина, и Хлоя выглядела так, словно скорее съест свою одежду, чем сядет рядом с Лилой. — Это так мило, Сабрина. Но я не думаю, что Хлоя поможет мне, — сказала Лила, и Хлоя закатила глаза. Группа обменялась взглядами, и они покорно вздохнули. Хлоя и Сабрина встали, а Нино и Алья сделали то же самое. Затем Хлоя села рядом с Мари, и они обменялись взглядами, пока Сабрина шла обратно. Затем Нино и Алья подошли к освободившемуся столу. Лила улыбнулась на ходу, и ей показалось, что Мари подошла к стулу рядом с Адрианом. — Большое вам спасибо — сказала Лила, садясь и цепляясь за руку Адриана. Мари усмехнулась вместе с Хлоей, но в остальном промолчала. Затем раздался звонок, и мадам Бюстье хлопнула в ладоши. — Ладно, класс! Сегодня к нам приходит новый ученик. Пожалуйста, будьте с ним поласковее, — сказала она и жестом указала на дверь. Вошел мальчик, похожий на Адриана, и Мари ахнула, глядя на него. Хотя он был другим, его глаза были серо-голубого цвета, а волосы не были такими пушистыми, как у Адриана (один из способов описать это). Он также был одет более официально: серая рубашка, парадные брюки и темно-серый жилет. Она встала, и весь класс недоуменно посмотрел на нее. Но Мари просто уставилась на него, и он сделал то же самое. Он тоже это чувствовал. Рывок в груди, притягивающий их ближе. Они подошли поближе, и класс зачарованно смотрел на них, так как это был уже второй раз, когда они были свидетелями этого. Они остановились друг перед другом, и Мари протянула ему руку. Мальчик взял её, и они почувствовали себя почти идеально. Ему чего-то не хватало. Но это не мешало ему чувствовать себя так хорошо. — Наверное, ты моя «иная» вторая половинка, да? - спросила Мари, и мальчик улыбнулся, но выглядел смущенным. — Иная? — спросил он, и она кивнула, прежде чем ткнуть пальцем в сторону Нино. — Нино, это моя иная вторая половинка. Лучшие друзья детства, — сказала Мари, и мальчик кивнул и улыбнулся Нино. — Я Маринетт Дюпен-Ченг, — представилась Мари. — Феликс Агрест, — представился он, и Мари в замешательстве переводила взгляд с него на Адриана. — Мы с Адрианом двоюродные братья, — объяснил он, и Мари медленно кивнула. — О’Кей, — сказала она, и мадам Бюстье захлопала в ладоши. — В порядке. Я очень рада за тебя, Маринетт. Но теперь урок должен начаться, — сказала она, и оба понимающе кивнули. Мари подошла к своему месту и обнаружила, что Хлоя пошевелилась. Мари послала ей ответную улыбку, и Феликс сел рядом с ней. Адриан натянуто улыбнулся через плечо, и Феликс смутился, глядя на него. — Хорошо, последнее объявление, а потом начнется урок! — она позвонила, и все посмотрели на нее, — Школа организует поездку в Готэм на пару недель! Маринетт, как ты думаешь, ты могла бы помочь организовать возможные вещи для класса? В остальном классе вы, ребята, сосредоточитесь на том, чтобы заработать еще немного денег, чтобы класс мог поесть где-нибудь в хорошем месте. Или, возможно, использовать его, чтобы получить что-то, чтобы украсить класс, — сказала она, и класс кивнул в знак согласия. После этого класс пролетел мимо. Прозвенел звонок, и Мари поднялась первой и начала вытаскивать Феликса из класса. Ее друзья были совсем рядом, и все они пошли в кафетерий и взяли свои обеды, прежде чем сесть. Феликс выглядел смущенным, но расслабился, когда Мари взяла его за руку. — А твой отец вообще разрешит тебе поехать? — спросила Мари, глядя на Адриана, который только пожал плечами. — Понятия не имею. Но, возможно, потому, что класс г-жи Бюстье и г-жи Менделеевой отправится в путешествие. Было бы бессмысленно держать меня здесь, если бы мои учителя ушли, — сказал Адриан, и это заставило группу кивнуть. — Если позволите, могу я спросить, почему вы чувствовали себя неловко в классе? — спросил Феликс, и вся группа посмотрела на него, прежде чем посмотреть на Эдриена. — Да уж… Ну…это была девушка рядом со мной, Лила, — начал Адриан, и вся группа слегка нахмурилась. — Скорее, Lie-lа, — сказала Мари вполголоса, что заставило всю группу рассмеяться. Мари улыбнулась, но все еще злилась на эту девушку. — Она….имеет проблему. С ложью. Много лжи. И она все время пытается сблизиться со мной, говоря о том, какая удивительная у нее родственная душа, — объяснил Адриан, и Мари сердито посмотрела через его плечо на дверь, в которую только что вошла Лила со своим крошечным отрядом. — Я бы не удивилась, если бы она притворялась, что ты ее родственная душа, — сказала Мари, и Адриану пришлось печально кивнуть. — Тогда почему ты ее не вызвал? — спросил Феликс, и вся группа переглянулась. — Ну, она не называет имен. К тому же те немногие девушки, которые верят ей, не прислушиваются к голосу разума. Они думают, что она идеальна. Так что мы просто ждем, когда она оступится, — сказала Мари, и Феликс понимающе кивнул. — Но не поймите меня неправильно, я бы с удовольствием разоблачила ее, — добавила она. — Как и все мы, — добавил Нино, и все присутствующие дружно закивали. — Это совершенно нелепо! — сказала Хлоя. — Рано или поздно она оступится, — сказала она, откусывая еще один кусочек салата. Они услышали смех и, обернувшись, увидели, что Лила и ее отряд смеются, вероятно, над одной из ее лжи. Стол просто застонал и быстро покончил с едой, прежде чем вернуться в класс. Там они сидели и разговаривали с Мари, записывая некоторые вещи, которые они могли бы сделать — Я недавно был в Готэме, — сказал Феликс, и они посмотрели на него снизу вверх. — Неужели? Какие есть хорошие места, чтобы пойти? — спросила Мари, и Феликс едва заметно ухмыльнулся. — Ну, есть еще один парк, который охраняется Ядовитым Плющом. Здесь всегда красиво в любое время года. У них есть программа, по которой они либо ухаживают за растениями, либо что-то сажают, либо убирают мусор. Там же есть музей, в котором хранится история злодеев и героев Готэма. «Уэйн Энтерпрайзис» туры. Вы бы узнали, как это началось, и все хорошее, что он сделал. Он даже иногда объединяется с Ядовитым Плющом, чтобы помочь окружающей среде. Имей в виду, это происходит только тогда, когда Айви хочет, и только тогда, когда кто-то причиняет боль ее «деткам», — объяснил Феликс, и Мари кивнула. Остаток обеда проходит именно так. Феликс предлагал идеи для возможных мест, куда можно было бы пойти, и Мари записывала их. Он также назвал несколько отелей, которые были бы довольно безопасны для них. Вскоре прозвенел звонок, и класс наполнился учениками. Мисс Бюстье вошла с улыбкой, но не выглядела такой счастливой. — В порядке. Так что у меня есть ваши оценочные тесты. Но сначала я получила наводку, что кто-то украл лист ответов с моего стола, — сказала она, и класс начал бормотать. — Мадам Бюстье? — позвала Мари, и Бюстье посмотрел на нее. — А когда он пропал? — спросила она, и Бюстье пожал плечами. — Честно говоря, не знаю. Но когда его подняли, мой классный экземпляр пропал, — сказала Бюстье, и класс снова забормотал, — Маринетт, не могла бы ты принести сюда свою сумку? — спросила она, и брови Маринетт поднялись до невероятной высоты. — Я….- она вздрогнула, но остановилась, ошеломленная. Но она взяла свою сумку и устроилась на столе у Бюстье. — Я бы ничего не украл. Вы же это знаете, мадам Бюстье. Я горжусь тем, что получаю хорошие оценки через многочасовую учебу, — сказала Маринетт, немного отступая назад. — Я знаю, — сказала она, открывая рюкзак. Вздох покинул ее, когда она вытащила газету. — А что ты можешь сказать в свое оправдание? — она протянула листок, и весь класс ахнул от потрясения. Но они также знали, что Маринетт этого не делала. — Меня подставили! — сказала Мари. — Мари, ты… — начала Лила, и Мари бросила на лжеца ледяной взгляд. — Не смей так меня называть, — прорычала Мари, заставив весь класс вздрогнуть. Они никогда не слышали, чтобы Мари на кого-то рычала. — мадам Бюстье, вы же знаете, что я не ворую! С чего бы это? И не говоря уже о том, что я всегда была с кем-то! — она указала на него, и мисс Бюстье кивнула. — Если уж на то пошло, держу пари, что это сделала Лила! С тех пор как она приехала сюда, она все время пытается меня достать! — сказала Мари, и несколько студентов согласно закивали. — Да, мадам Бюстье, Мари всегда была с одним из нас вчера и сегодня. Не говоря уже о других днях, — заявила Алия, и мисс Бюстье кивнула. — Маринетт, Лила, почему бы вам двоим не пойти в кабинет директора, — предложила она, и Мари поникла, потому что учительница ей не поверила. — Мадам Бюстье? — позвал Феликс, его лицо было нейтральным, но они видели, что он искренне верит Мари. — Что? — спросила мисс Бюстье. — Как часто студенты сумки оставляют? Потому что это поможет доказать, что кто-то мог добраться до сумки Мари, пока она не смотрела. Кроме того, был ли какой-то смысл в том, что здесь был студент, когда никого больше не было? Или, может быть, когда вы повернулись спиной и люди уходили? — спросил он, и мисс Бюстье неуверенно обернулась. — Наши сумки, как правило, оставляют во многих местах. И на долгие периоды времени тоже — начала Алья, — пожалуй, самое безопасное место, кроме как на тебе, — это раздевалка. Но у них нет замков, поэтому их легко взломать, если студент тоже этого хочет. Итак, Мари права. Любой, кто имеет на нее зуб, может это сделать, — сказала Алья, и Лила издала самое низкое рычание, прежде чем стряхнуть его и включить водопровод. — Я просто… Почему ты так говоришь? Я была очень добра к Маринетт, — сказала Лила, и ее маленький отряд отправился утешать девочку. Мари только сердито посмотрела на нее. — Нет, это не так, ты мне угрожала. Несколько раз, — возразила Мари. Всех прервал кашель. Они повернулись к стоящей Хлои. — В школе были камеры для безопасности учеников. Макс, — сказала Хлоя, и Макс понимающе кивнул. На доске они видели, как он работает. Лила побледнела, наблюдая за работой Макса, понимая, что есть шанс, что они увидят, как она это делает. — А почему в школе есть камеры? — спросила Лила. — Потому что школе хотелось иметь самый лучший шанс, чтобы увидеть, что могло бы вызвать ученика, чтобы стать жертвой акумы, — сказала с ухмылкой, Мари. Вскоре у Макса на доске появилось видео. Он играл, и вчера они видели, как Лила сквозь толпу студентов схватила со стола бумагу, когда мадам Бюстье повернулась к доске. — Лила! — крикнула мадам Бюстье, и все повернулись, чтобы посмотреть на девушку, о которой шла речь. — Это совсем не то, что вы думаете! — сказала Лила и снова заплакала, — я как раз схватила бумагу и вернула ее. Я меняла их, потому что случайно дала вам задание мисс Менделеевой, — сказала Лила, и взгляд мадам Бюстье немного смягчился. — Я тебе не верю, — сказала Мари, и Лила посмотрела на нее сквозь фальшивые слезы. — Но почему же? — она всхлипнула, и Мари закатила глаза. — Потому что, мадам Бюстье просматривает все выданные ей бумаги. А если нет, то она позволяет ученикам прийти и рассказать ей, что произошло. Она бы легко позволила тебе дать ей правильное задание и вернуть то, которое ты сдала по ошибке. Не говоря уже о том, что мы видим только то, что ты берешь. Больше ничего не оставляем, — объяснила Мари, и Адриан тоже встал. — Не говоря уже о том, что вчера мы ничего не сдали, — заметил он, и класс согласно кивнул. — Маринетт, ты не могла бы отвести Лилу в кабинет директора? — спросила мисс Бюстье, и Мари кивнула, — Я немного пройдусь, мне просто нужно посмотреть, будет ли госпожа Менделеева присматривать за классом, — сказала она, и Мари с улыбкой кивнула. — Конечно, — сказала Мари, подходя к Лиле и хватая ее за плечо, — Не усложняй ситуацию еще больше, — сказала Мари, и Лила сердито посмотрела на нее, когда они вдвоем направились в кабинет директора. — Ты еще пожалеешь об этом, — сказала Лила, и Мари сердито посмотрела на нее. — Ты ничего не сможешь сделать, пока кто-нибудь не разберется, — сказала она, и Лила нахмурилась. — Может быть, но я все равно это сделаю, — сказала Лила, и Мари настороженно посмотрела на нее. Они услышали шаги и увидели приближающегося Феликса. — Мисс Бюстье подумала, что было бы разумно, если бы я тоже был там, — сказал он, и Мари кивнула. Они подошли к кабинету Мистера Дамокла и постучали в дверь. — Войдите, — сказал он, и все трое вошли в комнату, — А в чем, собственно, проблема? — Мари ткнула Лилу локтем, и девочка прошла вперед и села на стул, а Мари и Феликс встали. — Мистер Дамокл, Лила украла лист с ответами со стола мадам Бюстье и попыталась подставить меня за то, что я взяла его, — сказала Мари, и Мистер Дамокл серьезно посмотрел на Лилу. — Ну, Мисс Росси, вы же знаете, что это серьезное преступление, — сказал он, и Лила решила попробовать еще раз. — Они лгут, Мистер Дамокл! Я невиновна, — сказала Лила, и Мистер Дамокл посмотрел на них обоих. — Макс вытащил запись с камеры наблюдения. Это доказывает, что она это сделала, — сказала Мари, и Мистер Дамокл кивнул. Пока он печатал на своем компьютере, чтобы вытащить его, в комнату вошла мисс Бюстье. — А вот и вчерашняя запись, — сказал мистер Дамокл, поворачивая экран компьютера. Затем он нажал кнопку воспроизведения, и группа наблюдала, как Лила совершила преступление. — Мисс Росси, вы украли листок с ответами, пытались подставить Мисс Дюпен-Ченг, а потом солгали. Это серьезное преступление, — сказал он, и мадам Бюстье шагнула вперед. — Мистер Дамокл, мы должны позвонить ее родителям, чтобы они пришли, — сказала она, и он кивнул. — Мисс Дюпен-Ченг, мистер Агрест, вы можете присоединиться к своему классу, пока мы с мадам Бюстье разберемся с этим делом. От имени школы мне очень жаль, что так получилось, — сказал он, и Мари с улыбкой кивнула. — Спасибо, — ответила она, и они вдвоем отправились в класс госпожи Менделеевой. XXX Это был день нашего путешествия. После инцидента с Лилой прошла неделя. Лила была акуматизирована, и Мари пришлось изрядно потрудиться, чтобы отделиться от Феликса. Как только она смогла трансформироваться, она побежала сражаться. Кот быстр за ее спиной. Им удалось быстро остановить ее. Когда Мари воссоединилась с Феликсом, она чувствовала себя плохо, он был очень взволнован и болел от того, что ее ударили. Затем Лилу исключили из школы и заставили покинуть Францию. Мари чувствовала, что она была плывучей. — Тебе не терпится вернуться в Готэм?! — спросила Мари, и Феликс слегка улыбнулся своей второй половинке. Он крепче сжал ее руку, пока автобус ехал в аэропорт. — Это будет очень мило, — согласился он. «Я могу показать тебе окрестности, когда у нас будет свободное время. Не говоря уже о том, что было бы неплохо посидеть в парке, о котором я тебе рассказывал. Только мы, — сказал он, и Мари слегка покраснела, но счастливо улыбнулась ему. «Так о чем же, ты знаешь? — спросил он, и Мари кивнула. После инцидента с Лилой и еще нескольких других акум, Мари решила рассказать ему об этом. Он заслуживал того, чтобы знать, почему его случайно ранили. Его это вполне устраивало. Он даже помог ей бежать, чтобы преобразиться. Но они обнаружили, что у них обоих были какие-то синяки, которых они не помнят. Алия шутила, что у них есть еще одна родственная душа. Мари только покачала головой. «Это было бы здорово. И Мастер дал мне Каалки, чтобы я телепортировалась обратно, если что-то случится, — согласилась Мари, когда автобус остановился перед аэропортом. Класс медленно вышел из автобуса и схватил свои чемоданы. Затем они вошли в аэропорт и медленно направились к воротам. В конце концов их впустили в самолет, и он взлетел. Через час Мари заснула и прислонилась к Феликсу, а Аликс — к ней с другой стороны. Большую часть полета Феликс довольствовался чтением книги, прежде чем надеть наушники и задремать. Большая часть класса Мари заснула во время полета, так как он длился 7 часов. Сон покинул Феликса, и он растерянно огляделся, прежде чем понял, что у нас есть еще одна родственная душа. Это было единственным объяснением, поскольку у Феликса сейчас был, ну, скорее всего, синяк на боку. Он поморщился, что заставило Аликс обеспокоенно посмотреть на него, и Феликс отмахнулся от нее. — Я в порядке, — сказал он, и она просто кивнула и продолжила слушать свою музыку. Затем самолет начал готовиться к посадке. Феликс осторожно разбудил Мари, и она растерянно огляделась, прежде чем вспомнила. Она улыбнулась ему и поморщилась, почувствовав боль в боку. Это бы ее не смутило, но она лежала на боку, а не прислонилась к подлокотнику самолета. — Что… — начала она, и Феликс похлопал ее по руке. — Позже, — сказал он, и она понимающе кивнула. Вскоре самолет приземлился и направился к своим воротам. Все ее одноклассники были рады наконец-то встать после долгого перелета. Они были счастливы, когда наконец добрались до отеля, который забронировали, и практически рухнули в своих номерах. Мари и Алья жили в одной комнате. Когда Мари поставила свой чемодан на пол, она со стоном рухнула на кровать, а Алья рассмеялась. — Разве ты не спала в самолете? — спросила она, и Мари подняла голову, чтобы посмотреть ей в глаза. — Да. Но это не имеет значения, так как мы провели 7 часов в самолете в неудобных креслах. По-видимому, у меня смена часовых поясов. Если ты собираешься поболтать с Нино до ужина, не стесняйся сказать Феликсу, чтобы он зашел ко мне, — сказала Мари и снова уткнулась лицом в матрас. Алья рассмеялась и вышла из комнаты, чтобы найти своего парня. Она услышала приглушенный разговор, и дверь закрылась, но очень тихо. Мари подняла голову и мягко улыбнулась, когда Феликс вошел в комнату. — Привет, — поздоровался он и сел на кровать, прислонившись к изголовью. Мари с трудом поднялась и подошла, чтобы прислониться к нему. — Эй. Итак, ты веришь Альи? — спросила она, и Феликс забурчал проводя пальцами по волосам Мари, отчего та вздохнула. — Я тоже так думаю. У нас обоих болели бока. И это не от тебя, потому что ты не опиралась на ту сторону, которая сейчас болит, — объяснил он, и Мари кивнула в знак согласия. — Да. Надеюсь, с ним все в порядке, — пробормотала Мари. — Я тоже, — согласился Феликс, и они замолчали. Мари была в полубессознательном состоянии, не совсем спала, но и не совсем бодрствовала. Она была довольна. Тикки лежала на плече Феликса, как раз там, где была голова Мари, так что она тоже была спрятана на случай, если кто-то войдет в комнату. Феликс вскоре присоединился к Мари в ее состоянии. Так они и отдыхали, пока тихо не вошла Алья. Когда Алья увидела их, она заворковала и сделала пару фотографий, в то время как ее парень улыбался позади нее. Алья, как только удовлетворилась своими фотографиями, подошла к ним и мягко потрясла Феликса за плечо, заставив его растерянно оглядеться. Вскоре он вспомнил и осторожно разбудил Мари. Она зевнула и огляделась вокруг. Затем она кивнула и медленно встала. — Ужин? — спросила она, и Алья кивнула. — Да. Мисс Бюстье нашла милую и маленькую пиццерию в паре кварталов отсюда, чтобы мы могли поесть, — объяснила Алья, и Мари кивнула. Она открыла чемодан, достала толстовку и натянула ее, поскольку в Готэме было холоднее, чем обычно. Затем все четверо направились в вестибюль, где их уже ждали мадам Бюстье и мадам Менделеева с несколькими другими студентами. <b>XXX</b> Мадам Бюстье очень счастливо улыбалась, учитывая, что было 7.30 утра. Мари просто смотрела на своего счастливого учителя усталыми глазами. Она прикрыла рот рукой, когда зевок покинул ее. Она была рада, что Алья была с ней, иначе она, вероятно, все еще спала бы. Феликс похлопал ее по плечу. Они собирались позавтракать, а потом отправиться на экскурсию в «Уэйн Энтерпрайзис». Как только последний студент спустился вниз, они сели в автобус и направились в кафе завтракать. Как только все это закончилось, забавно, но раздражающе видеть, как студенты спотыкаются о свой английский, они были на пути к Башне Уэйна. Некоторые студенты, включая Мари, держали в руках какой-то кофе, чтобы помочь им подняться. Мари позволила Альи взволнованно поговорить с ними о туре, в то время как Феликс время от времени высказывал свое мнение по этому поводу. Она узнала, что там работают сыновья мистера Уэйна, ну, а младший работает только неполный рабочий день, поскольку он еще учится в школе. Она также узнала, что они иногда возглавляют экскурсии, если им нужен перерыв. Алья надеялась, что один из братьев будет вести экскурсию. К тому времени, как они добрались до здания, почти все уже допили свои напитки. Выйдя из автобуса и войдя в здание, они выбросили свои чашки. Молодой человек улыбался, глядя на группу людей рядом с мисс Бюстье. Госпожа Менделеева вскоре подошла к ним, когда вошли последние студенты. Затем мужчина радостно помахал им рукой. — Привет! Я Ричард Грейсон, но вы можете звать меня просто Дик! Сегодня я буду вести экскурсию! Но сейчас нам нужно подождать, так как мой брат, Дэмиан, тоже должен помочь! Ему просто пришлось отойти, чтобы выпить кофе — сказал он, и это заставило некоторых из них рассмеяться, когда они поняли, что наследник нуждается в кофеине. Феликс улыбнулся Мари и похлопал ее по руке. Она улыбнулась в ответ. Но затем ее взгляд сменился замешательством. Феликс вскоре стал соответствовать этому взгляду. В груди, в сердце они почувствовали знакомую тягу. Тот же самый рывок, который свел их вместе несколько недель назад. Они огляделись и вскоре увидели, что это было. Мальчик примерно их возраста вошел в вестибюль здания с чашкой кофе в руке. Он тоже смотрел на них, и на его лице было написано потрясение. Дик посмотрел между ними и улыбнулся. Он подошел к этим двоим и начал осторожно вести их, прежде чем они вошли в учительскую. Затем он снова повернулся к классу, чтобы все объяснить. Тем временем Мари и Феликс были потрясены, по-настоящему ошарашены. Мальчик, Дэмиан, был в такой же лодке. Он не знал, что и думать. Но затем рывок повторился снова, желая, чтобы они соприкоснулись. Затем Мари подняла руку, и Дамиан поднял свою, чтобы пожать ее. Удивительное чувство вернулось, то же самое, что она чувствовала с Феликсом. Только на этот раз все было совершенно идеально. Не было ощущения, что что-то пропало. — Маринетт Дюпен-Ченг. Но я думаю, ты можешь называть меня Мари. Или то, что тебе удобно, — представилась Мари, и Дамиан кивнул. — Дамиан Уэйн — сказал он немного погодя и повернулся к Феликсу, чтобы пожать его руку. — Феликс Агрест, — представился он, пожимая Дамиану руку. И тогда он тоже почувствовал это чувство. И Дамиан тоже. Все трое обменялись взглядами, и на лице Дамиана появилась едва заметная улыбка. — Я не думала, что найду здесь нашу последнюю половинку, — сказала Мари, и Феликс согласно кивнул. — Да, я не думал, что во время этой поездки мы сможем это сделать, — сказал он, и Дамиан снова улыбнулся. — А, так вы из французского класса? — спросил он, и они кивнули. — Вы очень хорошо говорите по-английски, — похвалил он, и Мари покраснела. Но Феликс только улыбнулся. — Я уже бывал в Готэме, а также в нескольких других городах Америки. Так что я немного знаю английский, — сказал Феликс, и Дамиан кивнул. — Честно говоря, я не был уверен, что у меня есть родственные души, — ответил он, и они оба уставились на него. — Ты еще не был уверен, что у тебя есть раны, которые мы получили? — смущенно спросила Мари, и Дамиан пожал плечами. — Я тренируюсь вместе с отцом и братьями, — сказал он, не желая пока говорить, что он Робин. По крайней мере, пока он не поговорит со своей семьей. — Наверное, да, — улыбнулась Мари, — о, мы, наверное, наконец-то должны вернуться в наш класс! — Сказала Мари, и они оба взялись за ее руки. — Тогда пошли, — сказал Дамиан, и они вышли из учительской. Снаружи класс стоял в стороне, пока Дик разговаривал с учителями. Алья первой заметила их и помахала рукой. — Эй! — крикнула она, и все посмотрели на эту троицу. Мари покраснела, когда все посмотрели на нее, и попыталась спрятать лицо в руке Дамиана. Когда они подошли к группе, Дамиан и Феликс похлопали Мари по руке. — ОМГ! У тебя действительно есть третья родственная душа! — она взвизгнула, и Дэмиан в замешательстве посмотрел на двух своих родственных душ. — Это Нино и его вторая половинка, лучшие друзья, — сказал Феликс, указывая на мальчика в шляпе прямо за спиной Альи, которая помахала ему рукой. — Очевидно, — ответила Мари, и Дик подошел к ним и положил руку на голову Дамиана. — Птенчик, я так горжусь тобой, — сказал Дик, и Дэмиан сердито посмотрел на брата. — Мари, Феликс, это мой старший брат, — сказал Дамиан, и Дик пожал им руки. — Приятно познакомиться. Я с нетерпением жду встречи с вами еще, — сказал Дик, и Мари только улыбнулась ему. — О, ты мне очень понравилась, — сказал он, убирая руку с головы Дэми. Мари хихикнула, когда Дик подошел к ним и помахал рукой. — А теперь давайте наконец начнем нашу экскурсию! — сказал он взволнованно. XXX Мари нервно посмотрела на Феликса, стоявшего перед их отелем. Дэмиан спросил отца, можно ли им прийти на ужин, и тот согласился. И тогда они спросили своих учителей. Две женщины обменялись взглядами, прежде чем сказать «да», поскольку это была их родственная душа. Они просто сказали, что должны вернуться до 8 утра. Сейчас было 6 часов, когда они ждали Дамиана. Подъехал лимузин, и глаза Мари расширились от шока. Дамиан вышел из лимузина и улыбнулся им. — Жаль, я хотел взять свою машину, но отец настоял, чтобы Альфред приехал и отвез нас в лимузине, — сказал он, качая головой, и Мари улыбнулась. — Все в порядке. Я была просто потрясена, — сказала она, и Дамиан кивнул, нежно взяв руку Мари и поднеся ее к губам, чтобы поцеловать. Лицо Мари залилось румянцем. — Ты прекрасно выглядишь, Мари, — сказал он, и Мари покраснела еще сильнее. Затем Дамиан повернулся к Феликсу и кивнул головой. — Ты тоже выглядишь очень привлекательно, Феликс. Хотя не похоже, что ты изменился — заметил Дамиан, и Мари хихикнула, когда они шли к лимузину. — Он всегда так одевается. Я уже несколько недель пытаюсь заставить его одеваться более непринужденно, — сказала Мари, садясь в лимузин. Услышав ее заявление, Феликс слегка покраснел, а Дамиан усмехнулся. — Должен сказать, что ты настоящий ангел, Мари. Вы не будете возражать, если я буду вас так называть? — спросил Дамиан, и Мари покраснела, но покачала головой. — С удовольствием, — сказала она. — Но, пожалуйста, никогда не называй меня принцессой, — сказала она. Дамиан выглядел смущенным, но понимающе кивнул. — Конечно, Ангел мой. Все, что тебе удобно, — сказал он наконец, и Мари улыбнулась ему. — Спасибо, — сказала она, и Феликс улыбнулся им обоим. — У нее действительно есть ангельские качества — сказал Феликс, заставив Мари снова покраснеть. «Но я просто скажу «Мариголд», — сказал он, и Мари улыбнулась в ответ, казалось, превратилась в лужу, когда она прислонилась к Феликсу. — Вы оба слишком милые, — сказала она, и оба мальчика улыбнулись ей. — Я не знаю, как вас называть, — сказала она, и они оба только улыбнулись. — Не торопись, Ангел, — сказал Дамиан. Остальная часть поездки прошла мирно. Дамиан спросил о Париже, и они ответили. Однако он был потрясен, услышав о Бражнике. — Да, он был активен уже несколько месяцев, — сказала Мари. — А почему мэр не связался с Лигой? — спросил он, и Мари пожала плечами. — Он так и сделал. Но я думаю, что они ему не поверили. Я имею в виду, что это действительно звучит довольно невероятно, — сказала Мари, и Феликс кивнул в знак согласия. — Честно говоря, я и сам в это не очень верил, когда только переехал в Париж, — сказал Феликс, и оба понимающе кивнули. — И все же мне кажется неправильным, чтобы Париж был защищен двумя подростками. Судя по тому, что вы сказали, эти двое просто стали героями, — сказал Дамиан, и оба кивнули. — Может быть, мы попробуем еще раз, когда вернемся, — сказала Мари, и Дамиан кивнул. — Я буду звать тебя голубчиком, — наконец сказала Мари, и Дэмиан слегка покраснел. Альфред тихо хихикнул с водительского сиденья. — О, вся семья будет просто в восторге от тебя, Маринетт, — с улыбкой подумал Альфред. — А я буду звать тебя любовью, — сказала она, и Феликс улыбнулся в ответ. — Просто, мне нравится, — сказал Феликс, поднимая ее руку, чтобы поцеловать. Мари улыбнулась этим двоим. Всю оставшуюся часть пути Мари держали за руки ее родственные души. Они молчали. Вскоре они добрались до усадьбы, и Мари с благоговением посмотрела на нее. — Ого, — пробормотала она, и Дэмиан улыбнулся в ответ. Альфред подъехал к дому и припарковался. Затем он обошел машину, чтобы открыть дверь, и все трое вышли из лимузина. Мари поправила платье, и все трое направились к двери вслед за Альфредом. Затем Альфред открыл им дверь, и Феликс с Мари с благоговейным трепетом оглядели входную дверь. — Мастер Брюс и остальные должны ждать вас в гостиной. Вы хотите, чтобы я взял вас с собой, или вы предпочтёте мастера Дамиана? — спросил Альфред, и они обменялись взглядами. — Дамиан может взять нас, — сказала Мари, и Альфред кивнул. — Конечно, Мисс Маринетт, — сказал Альфред и повернулся к Дамиану. — Передайте мастеру Брюсу, что я буду на кухне, мастер Дэмиан, — сказал Альфред, и Дэмиан кивнул. Как только Альфред отвернулся, Дамиан взял их за руки и повел в гостиную, указывая на вещи по пути. Вскоре они добрались до гостиной, где их уже ждали отец и братья Дамиана. — Отец, я хотел бы познакомить тебя с моими родственными душами, Маринетт и Феликсом, — сказал он, и все четверо мужчин встали и улыбнулись им. — Маринетт, Феликс, это мой отец, Брюс Уэйн. Мой старший брат, Ричард Грейсон, мы называем его диком для краткости. Следующий старший брат, Джейсон Тодд. И наконец, Тим Дрейк, — представился он, указывая на каждого по очереди. Затем Мари и Феликс пожали друг другу руки и улыбнулись. — Приятно познакомиться, мистер Уэйн, — сказала Мари, и Брюс улыбнулся ей. — Пожалуйста, зовите меня просто Брюс, — сказал он, и Мари лучезарно улыбнулась ему. — В порядке. Я тоже рада познакомиться с вами, ребята, — сказала она, повернувшись к братьям, которые улыбнулись им. — Ты самое милое существо на свете! — сказал Дик, счастливо улыбаясь. Мари застенчиво улыбнулась этому комплименту. — Спасибо, — ответила Мари, заправляя прядь волос за ухо. «Мне нужно тебе кое-что сказать. Это имеет смысл только потому, что ты моя родственная душа и твоя его семья, — сказала Мари, и группа кивнула, прежде чем сесть вместе. Дамиан с любопытством посмотрел на Мари, а Феликс с улыбкой взял ее за руку. — Вы ведь знаете, что происходит в Париже? — она первая спросила, И они кивнули. Они знали это с тех пор, как мэр обратился за помощью к Лиге. — Ну, я же там один из героев, ЛедиБаг, — сказала она, и вся группа посмотрела на нее в шоке. — Выходи, Тикки, — сказала она, и Тикки вылетела из сумочки Мари и улыбнулась всем присутствующим. — Привет! Я Тикки, квами творения! Я-то, что дает Мари ее силы! — она поздоровалась, и вся группа продолжала выглядеть потрясенной. Но это постепенно утихло. — Я этого не ожидал. Я буду честен, — сказал Дик. «Но это же так круто! — он продолжил, и Мари просто выглядела шокированной этим. — Я впечатлен, — ответил Брюс, — Ты делаешь очень хорошую работу, учитывая, что ты была ЛедиБаг всего несколько месяцев, — продолжил он, и Мари кивнула в знак согласия. — Спасибо, — сказала она, и Брюс перевел взгляд с одного члена семьи на другого, который согласно кивнул. — Раз уж ты поделилась этим с нами, Маринетт, то будет только справедливо, если мы откроем тебе наш секрет, — сказал Брюс, и Феликс с Маринетт посмотрели на них в замешательстве. — Я Бэтмен, — ответил он, и на лице Мари от смущения сменилось удивление и шок. — Я Найтвинг, — сказал Дик с улыбкой. — Красный капюшон, — ответил Джейсон. — Красный Робин, — ответил Тим. — Робин, — выдохнул Дэмиан последним, и Мари в шоке посмотрела между ними. — Ни за что, — пробормотала она, и семья просто кивнула, — Это довольно круто, — сказала она немного погодя, но затем сверкнула глазами, — Ваше чувство стиля как у героев-отстой — резко ответила она, и вся семья рассмеялась. — А как насчет тебя, пикси-поп? — спросил Джейсон. — У меня нет выбора для этого костюма. Или, по крайней мере, мне об этом ничего не известно. Но вы не получаете такого оправдания. Вы охотно выбрали эти наряды. Но из всех жителей Готэма ваши вещи наименее оскорбительны. Эти негодяи или как там их называют, их наряды еще хуже, — сказала Мари, и Дамиан даже рассмеялся вместе с Диком. — Итак, Феликс, ты тоже герой в Париже? — спросил Брюс, и Феликс с улыбкой покачал головой. — Нет. Но я действительно помогаю Мариголд здесь, в уединенном месте, трансформироваться, — объяснил Феликс, и группа кивнула. — А если серьезно, то почему вы, ребята, решили, что эти костюмы хороши? — спросила Мари, и вся группа отрицательно покачала головами. — Я создам для вас, ребята, новые костюмы и пошлю их вам. Я отказываюсь позволить моей второй половинке и его семье одеваться ужасно, — сказала она, и семья Уэйнов просто подняла руки в знак капитуляции, даже Джейсон немного насторожился от Мари. — Хороший. — Но если бы ты могла сменить костюм, что бы это было? — спросил Дик, и Мари пожала плечами. — Я не совсем уверена. Я никогда не думала об этом с тех пор, как… — она замолчала, и все понимающе закивали, — Маринетт, — сказала Тикки, и Мари посмотрела на свою маленькую спутницу сверху вниз. — Если ты достаточно сосредоточишься, то сможешь сменить свой костюм, — заметила она, и Мари впилась взглядом в ее квами. — Как же ты раньше этого не сказала? — спросила она, и у квами сделалось печальное лицо. — Неважно. Я думаю, что смогу придумать несколько идей позже, — сказала она, и группа улыбнулась. — Итак, Маринетт, почему бы тебе не рассказать нам о своей семье? — спросил Брюс, и Мари ушла, рассказывая о своей семье и хобби. Разговаривая, Альфред позвал их обедать. Пока они сидели и ели, Мари продолжала говорить. — Вам, ребята, надо бы съездить в Париж. Мои родители были бы рады познакомиться с вами, — сказала наконец Мари, и все присутствующие заулыбались. — Я думаю, что мы скоро запланируем визит, — сказал Брюс, кивнув и улыбнувшись, и Мари просияла в ответ, — вам нравится ваша школа? — спросил он, и Мари нахмурилась, но улыбнулась. — Теперь все отлично, — сказала она и тут же перешла на другую тему — о лжеце. Но в конце ее рассказа вся группа была довольна тем, что лгунья получила по заслугам. Вскоре пришло время родственным душам Дамиана уйти, и группа обняла их обоих. — Мы еще увидимся, — сказал Брюс, и оба кивнули, когда Дамиан вышел вместе с ними, чтобы проводить их обратно к лифту в их комнаты. Дорога домой прошла в молчании, но Мари время от времени зевала и, прислонившись к своим родственным душам, дремала. Как только они подъехали к отелю, Дэмиан проводил их до лифта. Дамиан поднял руку Мари, чтобы поцеловать ее, а затем сделал то же самое с Феликсом, отчего тот покраснел. — Мы еще увидимся, Ангел, Луна, — сказал Дамиан, и оба покраснели, услышав свои прозвища. — Спокойной ночи, Голубчик, — сказала Мари, и они с радостными вздохами вошли в лифт.