Одна случайность на двоих

Стивен

       — Не смотри на меня! Ну, пожалуйста, не смотри на меня так! — я и сам не понимаю, что шепчу, словно заклиная то ли его, то ли себя, прилипнув, словно улитка, к панорамному окну и бестолково пытаясь вернуть себе давно исчезнувшее самообладание.        Безуспешно.        Старк не сводит с меня глаз.        Вообще.        Я помешался, съехал, сдвинулся из-за него.        Окончательно подписав собственный приговор, когда полторы недели назад мы зависли у него дома, остроумно обсуждая новые попытки Фьюри договориться с Межгалактическим Советом.        Я не знаю, какого черта мне не хватило ума тогда сказать «нет», когда Старк, коварно улыбнувшись, предложил мне продегустировать с ним бутылочку сухого красного.        Начало не предвещало ничего экстремального, и уж тем более того, что случилось.        Мы придирчиво попробовали первый шот, цокая и оценивая нежное виноградное послевкусие, тающее на кончике языка, словно суфле.        Затем Тони, необычно тихий и задумчивый, предложил еще по одной.        И еще...        В какой миг все покатилось по другой плоскости, я не знаю.        Не знаю, но воспоминание о том поцелуе до сих пор тянет меня в неведомую бездну.        Случился сбой, случайность.        Невероятная химическая реакция немного неадекватных людей.        Мы не дети, и отлично знаем, к чему могут привести такие игры, и все же…        Мы поцеловались в губы, и я не оттолкнул его.        Потому что не хотел этого.        Наоборот, теплое прикосновение неожиданно бережных губ Тони было таким легким, испытующим и ярким.        И мне хотелось еще, не буду лгать.        И это не все.        А как забыть достаточно откровенное для просто приятелей ощущение мягкого приглаживания шеи, говорящее о многом?        Или о том, что именно проскочило между нами, как шаровая молния, напрочь гася осторожность и не давая прийти в себя.        Желание.        Интерес, явно светящийся в этих карих глазах, когда мы наконец нехотя оторвались друг от друга.        Поцелуй был слишком долгим, чересчур страстным и мы оба понимали, что делаем.        Он был слишком открытым, словно я был самым главным человеком для Старка, словно он целовал самое драгоценное, что у него было.        Мы свихнулись, видимо.        Оба.        Душу это зацепило так, что я до сих пор помню вкус твоих губ, Тони.        И мы не просто поцеловались, там было что-то большее.        Мы не были пьяны, как сапожники, скорее подшофе, и от того вся эта история лишь ставит передо мной больше вопросов, чем ответов.        Тем более что после того вечера мы оба, как сговорившись, ведем себя, словно ничего не было.        Ты ровно приветствуешь меня при встречах, но почему-то мне все время кажется, что ты смотришь мне вслед.        Постоянно.        Я лопатками чую ласкающий плечи знакомый взор, уверен, опять тщательно скрытый от всех.        Кроме меня.        И как меня угораздило?        Нет, скорее накрыло.        Как зонтом.        Только вот дождей нет уже давно, так отчего же мне все чудится звучная капель за окном и бархатная, убаюкивающая нега глаз коньячного цвета?        Я поддерживаю идиотскую игру, с маниакальным упорством только что не раскланиваясь с тобой на людях, но все же не выдерживаю первый.        Опять ощутив искорку знакомых глаз, скользящую по спине, я спонтанно поворачиваюсь, ловя желаемое.        Твой удивленный и восхищенный взгляд, ошибиться невозможно, ты смотришь мне в глаза так, как будто стоишь рядом.        И от чувства непонятной близости кружится голова.        У меня, по крайней мере.        «Стивен Стрэндж, вы сбрендили? Зачем вы это делаете?» — спрашиваю я себя уже дома.        Ответа нет, да если бы и был, то он до лаконичности простой.        Мне хочется.        Почти точно зная, что я занимаю чье-то воображение намного больше дозволенного.        И сам давно спалился в той же топке влечения.        Только Старк не знает, что в эту захватывающую игру можно играть и вдвоем.        Я изворотливо исчезаю со всех радаров, совсем перестав появляться в свете.        Борясь с продирающим меня до кончиков пальцев на ногах ощущением тонкой интриги, так четко подчеркивающей именно те рискованные нотки, которые внесут дополнительные напряжение и драйв в эту ситуацию.        «Я всего лишь чуть прибавляю огоньку!» — убеждаю себя я, усиливая шоковый эффект тем, что улетаю по делам на планету Риосс на несколько дней.        Если бы я только смог предвидеть последствия своего опрометчивого поступка!        Первое, что я вижу, вернувшись домой и беззаботно разговаривая со знакомым оператором с кабельного канала, Диком Эрвисом, это собравшего вокруг себя, наверное, половину гостей сегодняшнего благотворительного вечера Тони Старка.        Он стоит, проворно придерживая бокал с шампанским и судя по веселому хохоту вокруг, сыплет анекдотами.        Новехонький, с иголочки, серо-голубой с отливом костюм сидит на нем так идеально, что глаза режет от совершенства.        Пижонские кроссовки вызывающего мятного оттенка вроде бы не подходят к костюму, но Тони и они идут.        Старк заразительно смеется, оценив удачную шутку кого-то из собеседников и незаметно осматривает зал, словно ища кого-то.        Я ни от кого не прячусь и нарочито спокойно стою себе на прежнем месте, стараясь не так неотступно цепляться взором за одного нахального человека.        Сумасшествие, очевидно, висит в воздухе, отравляя и без того заколдованный разум, сплетая его в виньетку мечтательной, гибельной надежды.        На невозможное.        На то, что мне не привиделось.        На то, что это была не случайность.        Меня четко и безбашенно прожигают взглядом, насколько возмущенным, настолько и пытливым.        Я бойко прохожу, приветливо кивая знакомым и внешне оставаясь невозмутимым.        Какой контраст с бушующим внутри огнем, лижущим пятки и озорно все-таки проскакивающим в моих мятущихся глазах.        «Куда меня несет?..» — ответить самому себе на этот простой до нелепости вопрос я не успеваю.        Так как сначала меня ощутимо, властно и цепко берут в кольцо, а затем молча тащат в сторону от публики.        Старк.        Я отрываю взгляд от его эпических кроссовок и упираюсь в звенящую неизвестность горящих от гнева карих глаз.        — Стивен! Ты смеешься надо мной? Какого черта ты исчез? Я поставил на уши половину мира, ища тебя. — глаза Тони темнеют с каждым словом, как грозовая туча.        — Тони, я… — сказать мне не дают, до предела вжав в стенку и очень серьезно продолжая смотреть в глаза.        — Стивен! И долго ты намерен был прятаться? Что, я был настолько плох? — язвительно шепчет абсолютно трезвый Тони в мое ухо.        — Нет, Тони, ты все не так понял!.. — я зачарованно смотрю, как мгла постепенно уходит из его глаз, уступая место любви.        «Что? Любви?..»        Старк считывает меня, как с листа, так привычно, словно знает сто лет.        Он обреченно и как-то трепетно гладит мое плечо, и, сделав странную паузу, говорит мне: «Я бы все равно тебя нашел, веришь? Забыть не могу тот вечер. Ты словно мне в кровь дурман влил, каждую ночь снишься. Мне ведь не показалось? Тебе понравилось?..» — он внезапно умолкает, бдительно следя за выражением моего лица.        И он не шутит, пронзительный, честный и больной, временами искрящийся от тоски взгляд сканирует меня с головы до ног.        Сердце стонет от перегрузки, потому что я не могу отлипнуть от него.        Физически.        До зуда.        До беспамятства мечтая повторить тот первый поцелуй.        Где-то падают болиды, рушатся галактики, а я все смотрю на него.        — Тони, не показалось...        Он притягивает меня еще ближе, хотя куда уж ближе, если его горячее дыхание обжигает мне щеку и целует.        Целует так, словно мы сейчас умрем, и этот последний глоток воздуха, разделенный пополам на двоих — единственное спасение от краха.        И кажется, меня не отпустят.        Никогда...