Грезы о мире

      В небесах летали стаи разноцветных птиц создавая причудливую радугу. Парочка птиц кружила над деревьями пока среди них не нашлось смельчака севшего на ветку дерева. Это была упитанная, но в тоже время красивая птица с ярко голубыми перьями. Рядом с выбранным деревом находились густые заросли кустарников. Из кустов выглядывал окрашенный в зеленый наконечник стрелы, который ринулся в полет спустя мгновение. Стрела была точна, но увы пристрелить птицу она не смогла, лишь оцарапала клюв и оглушила птицу, заставив ее упасть на землю.       Увидев это маленькая фигура в кустах ринулась со всех ног к птице стараясь добраться до оглушенной птицы. Добежав до синего комка перьев, маленький паренек принялся душить птицу и уже через минуту проверив дыхание убедился, что жертва мертва. Мальчик вздохнул с облегчением и собрав свою добычу в не замысловатый мешок и побрел в город постоянно озираясь.       Меня зовут Виктор Ферринд в прошлом меня звали Витькой, но после моей смерти мне дали новое имя. Родился я в семье кузнеца, достаточно зажиточного кузнеца. Ни сестер, ни братьев у меня нет, но есть заботливые родители. Они в какой-то мере спасли меня от тяжести прошлого, вернув в настоящее и я им благодарен за это. По поводу прошлого, я получал воспоминания начиная с трех лет, а в пять я получил все свои воспоминания. По факту я тот же человек, что пытался защитить Катю и я тот же человек, которому грустно думать о том, как скорбят его родители над могилой их сына. Но не будем о плохом, лучше поговорим об ужасном. Ужасно то время куда я попал, а именно средневековые века. Века примерно 10-13. В такие века на земле ходили болезни уничтожавшие целые города. Из-за неурожая, засухи, потопов гибли миллионы людей. А простым народом руководили предрассудки, полное отсутствие образование лишь усугубляет положение. Кстати о знаниях, его получают только дворяне и богатые ремесленники торговцы в общем те, кто имеет звенящую валюту. И образование стоит дорого, очень дорого. Так в моем небольшом городке имеется захудалая школа в котором обучают три года и это образование обойдется в 72 золотые монеты. Для сравнения за 5 золотых можно купить двухэтажный дом в центре этого маленького городка со всеми удобствами, и вы еще заплатите налог на жилье на 5 лет вперед. И для сравнения на одну серебряную семья из трех человек может питаться месяц. А теперь о еще более неприятной вещи. Поговорим о церкви и прочих силах, что ошиваются в моем городке. Наша великодушная церковь, не только оказывает медицинскую помощь всем нуждающимся за определенную плату, но и вольна набирать в свой монастырь простой народ. Обычно это народ от восьми до десяти лет, и он остается в монастыре на всю жизнь выполняя черновую работу. Это считает почетным ведь «ваши дети служат на благо богов» не получая ничего кроме еды и захудалого жилья. Но если убрать всю ширму, то они набирают просто рабов. Причем бесплатно и семьи еще и рады этому. Благо у нас в городе есть одна небольшая церковь так, что влияние священнослужителей сильно ограниченно. Второй силой в этом городишке является старая дворянская семья. За какой грех их сослали в такую глушь я не пойму, но могу сказать влияние на город они могут оказать существенное. Кстати это семья Макерри. Ну и третья сила — это конечно же преступные группировки всяких мастей. Влияния у них не особо много, но зачастую они держат всяких лавочников и мелких ремесленников которых можно прирезать, и никто не заметит их пропажи. По последнему пункту они никогда не трогают кузнецов. Ибо кузнецы практически самые важные люди в развитии города. На них висит изготовление оружия, инструментов, брони, стройматериалов по типу гвоздей, замков и прочего. Таких людей берегут для города.       Но возвращаясь назад зачем мне эта птица и что я собираюсь с ней делать? Все ради денег. С птицы можно снять перья, кожу и клюв. Хотя клюв я уничтожил стрелой, но за остальное включая мясо можно неплохо выручить медных монеток. А деньги отложить уже для учебы. Сейчас в моем расположении 13 золотых этого не хватит и на год обучения в той захудалой школе. Но мне столько не нужно. Главное быстро научится читать и писать, а дальше есть более интересные способы заработка. Сейчас я кстати не могу заняться ни ремеслом, ни бизнесом. Если с первым у меня еще не окрепло тело, то со вторым сложнее. Церковь часто вербует одарённых детей в ловкости, уме или силе. Этих детей, церковь замечает и тащит их в свою обитель, где они либо пропадают, либо занимаются черновой работой. Но это не сильно меня настораживает. Есть более странная вещь в церкви. Она сильно ограничивает технический прогресс. По слухам, примерно лет пять назад какой-то паренек додумался до создания компаса, и еще парочки изобретений, например, новый вид замков и какой-то мази от жуков. В то время церковь пригласила это дарование на «чаек» и тот исчез, а через месяц был объявлен еретиком и публично сожжен с его трудами. Ему приписали большой список преступлений и обвинений порой даже надуманного характера. Но ясно дело что от человека просто избавились.       И вот проблема, я обладаю знаниями, но их применение грозит мне священным огоньком церкви. Но если не церковь, то какие-нибудь бандиты, ведь ребенка очень легко склонить грубой силой к их точке зрения. И напоследок неизвестно как к этому отнесется дом Макерри. Проще говоря я малость в жопе. А вот и городские ворота. Как всегда, возле ворот стоят два знакомых стражника с немного проржавевшими копьями. -А вот и Виктор, давай признавайся, чего сегодня поймал? -Здравствуйте, охота сегодня была не особо удачной я смог словить только одну птицу. - На самом деле птичка, достаточно упитанная с красивыми перьями. Но стражникам этого знать необязательно. -Ну раз так проходи. Кстати, а как там поживает твой отец Мартин? -Отец? Он не выходит из кузни с утра до вечера, еще немного и он там спать будет. – Ему каждый день то ремонтировать ваши копья, то мечи ковать. Откуда только появляются такие рукожопы способные погнуть меч из стали? -Эх печально, а я уж надеялся починить свой клинок там немного гарда помялась… У меня просто в этот момент глаз дернулся. Неужели так сложно ценить свое оружие или спокойные времена действуют отупляюще? Но забудем об этих индивидах, нужно зайти домой и разделать тушку, а потом сбегать на рынок к ремесленникам пока лавки еще открыты. Дома меня ждала мать. София Ферринд чуткая и заботливая женщина и не смотря на ее возраст имеет приятную внешность и очаровательный характер. У нее черные волосы с небольшой седой прядью и немного худоватое тело. Немного округлое лицо и очень ловкие руки. Прямо сейчас она шила рубашку моему отцу. -Сынок ты сегодня рано, как прошла охота? – Она приостановилась и обеспокоенно посмотрела на меня. -Все хорошо мама, улов сегодня неплохой сейчас разделаю и быстренько продам! Я скоро вернусь ма! – Не дав ей и слова вставить я скрылся на втором этаже.       Пробежавшись по лестнице, я вбежал к себе в комнату. Комната у меня не большая, но тут есть стол кровать и пара шкафов. На столе аккуратно сложен набор ножей для разделки мелких туш, а на кровати валяется моя сменная одежда. Глубоко вздохнув я принялся за дело. Свежевание процесс, не требующий особой ловкости рук или знаний. Тут требуются элементарные знания, как разделывать тушки. С чего начать, как проводить разрез и так далее. Процесс не сложный, но требует концентрации. Управившись за десять минут, я разложил материалы по трем мешочкам. В одном мясо в другом кожа, а в третьи перья. Мясо и перья легко продать, а вот с кожей будет проблемка. Дело в том, что кожа птиц не обладает какой-либо прочностью. Она тонкая и эластичная и не пригодна для изделий из кожи. Продать ее мяснику будет проблемно, ибо такого товара у него и самого должно быть много. Но попытка не пытка, может что и выручу. Выбежав из дома, я направился на рынок. По дороге меня чуть не облило ведром помоев. В городах нет канализации поэтому все отходы сбрасываются прямо на дорогу. Утешает то, что тут есть выгребные ямы и на улицы не летит дерьмо.       Запашок на улице стоял тот еще. А в темных уголках можно увидеть разложившихся крыс и парочку бедняков, просящих милостыню. Что не говори, но такая ситуация тут вполне обыденна. Я же медленно пробирался сквозь немытую толпу к маленьким прилавкам. Найдя мясника, я смог сторговаться на пятнадцать медяков, а после зашел к портному. Он был удивлен перьями и сказал, что перья "голубого облака" хорошо подходят для шляп. Я получил за перья две серебряные чему был несказанно рад. На обратном пути я услышал приглушенное мычание из темного переулка. Повинуясь своему любопытству и зайдя в тень, я не увидел ничего необычного. Обычный дворянин насиловал какую-то женщину. Такое случалось не раз и не два, а в последнее время и вовсе случается чуть ли не каждый день. Я протянулся к луку на спине взял стрелу и счистил с нее камуфляж, осмотрелся и найдя дохлую крысу тихо смазал стрелу. Натянул тетиву и прицелился в правую руку юного мажора. Тихий звук стрелы пронзил темный переулок и попал прямо по руке. В тоже мгновение раздался крик боли, и аристократ упал на грязную землю. Бедная девушка увидела луч надежды и быстро убежала. Мой след к тому моменту уже простыл. Этого гавнюка я уже не раз протыкал стрелами. Но видимо он ничему не учится. На этот раз если распространится заражение ему нужно ампутировать руку, вряд ли священники смогут это вылечить.       По дороге домой я видел наряд стражников, бегущих к тому переулку. Я не беспокоюсь, что меня найдут. Лица моего не видно, стрелы не опознать, а следы я затер, когда бежал обратно. Есть лишь вариант, что могут отыскать меня по запаху, но вся моя одежда пропитана составом, который просто уничтожает запахи. Это кстати единственное, что я мог создать в кустарных условиях и это нужно было для охоты. В охоте было много проблем, ведь большинство маленьких животных имеют очень хорошее обоняние в то время, как птицы имеют чертовски хорошее зрение. Поэтому на охоте приходится отсиживаться в кустах без движения в ожидании добычи. Придя домой я быстро переоделся и лег на кровать. За последние три года я скопил немного денег. На самом деле сбережений должно было быть намного больше, но в прошлом году выдалась засуха и нашей семье пришлось не сладко. Хоть большая часть денег была взята из отцовского кошелька, но и мне пришлось раскошелится ведь цены на еду скакнули тогда в два раза. Еще часть денег ушла на метал для стрел, и ножей для разделки. За три года я ровным счетом не сделал ничего. Но я этому даже рад. Если бы я начал показывать знания по мою душу пришла бы церковь. Если бы я мог улучшить обстановку в городе я бы сделал это, но кто поверит обычному ребенку? У меня нет власти и нет инструментов и нет сил для моих планов. Единственное, что у меня есть это время… Нужно дождаться лишь подходящей возможности. -Виктор, ты дома? – Нежный голос матери вывел меня из раздумий. Я посмотрел в окно и вздохнул. -Да я дома. Как там вышивка? -Неплохо, спускайся вниз скоро придет отец и я накрою на стол. -Я скоро спущусь. -Не задерживайся, не заставляй мои старые кости подниматься по лестнице маленький негодник. – Я улыбнулся и промолчал. С какого момента я стал маленьким негодником? Может завтра пойти в таверну? Может пару интересных вещей узнаю. Или может зайти на торговою улицу? Вроде скоро должен караван приехать, а там и новости в империи станут известны. Поразмышляв пару минут, я всё-таки спустился вниз на ужин. Потертый стол бросался в глаза, а ряд свечек, что разгоняли вечернюю тьму выглядели несколько завораживающе. Такая знакомая и такая родная картина. На столе уже была целая куча блюд, будь то пожаренная курочка или свеженарезанный салат. Тут были еще печеный картофель с буханкой свежего, черного хлеба. Правда соли было мало, в данной эпохе нет промышленных методов добычи и очистки соли. Поэтому соль обычно привозят купцы и продают по высокой цене. Я подошел к столу и уже пускал слюни, но поесть так просто не мог. Пока вся семья не в сборе есть не разрешается, это что-то вроде традиции. Но ждали мы не долго. Деревянная дверь с железной окантовкой открылась и показался мужик под два метра ростом. Мускулистый с черными волосами и в кузнечном кожаном фартуке. На поясе у него висел обычный кузнечный молоток, сверкающий от постоянной работы. Отец осмотрел комнату и кивнув прошел к столу. Мама сразу заулыбалась. Не говоря он сел на стул и, мы принялись за еду.       Мартин не особо разговорчивый, да и работа в кузне не располагает к беседе под конец дня. В кузне требуется не только махать молотком, но и думать над количеством ударов, о контроле силы вкладываемой в удар. Кузнец должен знать какой чистоты сталь и как примеси влияют на металл в конечном изделии. От этого зависит будет ли нож служить долго и резать без заточки или сломается на следующий день из-за ошибки в закалке. Все это приходится учитывать моему отцу при работе с металлом и это вытягивает, как физические, так и умственные силы. Но и у этого труда неплохая оплата. Если не считать всякой мелкой работы по типу ковки дверных петель или ковки подков, то за мечи и особенно за мечи для дворянства можно выручить очень много. Такой заказ, как раз сделал местный дворянин своему сыну потратив десяток золотых. Клинок получился на загляденье! По всему лезвию были расположены волнистые узоры, если я правильно помню, то это была ковка из дамасской стали. Вот только для такой ковки требуются жесткие ограничения по стали и железу в составе, что не вызывало проблем в современном мире, но тут добиться нужной чистоты очень сложно. -Виктор, зайди утром в кузню. – Положив булку хлеба сказал отец. -Случилось что? –Ответил я. -Да, есть вещи, которые нужно обсудить, завтра много работы. Не говоря больше я поднялся и направился в свою комнату. Взглянув на окно, в котором видно всего пару горящих свечек из дома соседа я быстро закрыл окно парой деревянных створок, к сожалению стекла, еще не распространены. Лежа на кровати я медленно погружался в сон думая о кузне и что мне предстоит. Есть у меня пара идей, но пока еще рано их озвучивать. На следующий день       Перед восходом солнца уже во всю глотку верещали петухи из соседних дворов. Как же я ненавижу этих визгливых скотин. Быстро одевшись я побежал в кузню. По дороге я встретил Аврелия. Это сын соседского плотника, который уже обучается семейному делу и мой лук — это его работа, правда с некоторыми корректировками. -Привет Виктор! Куда спешишь? Неужели отец тебе новые стрелы смастерил? – Поприветствовал меня мальчик лет десяти со светлыми волосами и грудой веснушек на щеках. -Да не, отец попросил в кузню зайти вот и спешу. Не прибегу вовремя будет потом неделю ворчать. -А мой меня за опоздания заставляет руку на стрелах набивать. Эх завидую я тебе. -У меня все еще впереди, ну лан я побежал.       Бежал я минут двадцать, кузница располагается на окраине города чтоб в случае пожара пострадало как можно меньше домов. Добежав я увидел, что плавильные печи еще только в процессе розжига и вздохнул с облегчением. Зайдя же внутрь кузни можно увидеть отца, который таскает слитки к горнилу и складывает небольшие заготовки. Увидев меня, он поманил меня рукой и приказал сесть на простенький табурет возле стены. Пока он бегал я осматривался. В кузне я был не много раз, но все разы врезались в память. Тут постоянный звон металла, запах древесины и дым от угля. На стенах весят то заготовки, то подковы и другой мелкий товар. Хоть само здание и было просто с виду, но оно хорошо проветривалось и неплохо освещалось днем. А позади кузни располагалось две доменные печи для выплавки руды и склад с рудой и слитками. Закончив с делами, отец взял табурет и присел рядом со мной. -Нравится? -Да. -Это станет твоим. Я не решался ответить, но в душе я был счастлив. Спустя минуту отец продолжил. -Сегодня ты не пойдешь на охоту. Ты будешь наблюдать, как я работаю. Ты должен унаследовать мои навыки и наше скромное наследие.       Я просто кивнул и видя это отец улыбнулся и пошел закрыть дверь в кузню. А дальше он принялся работать. Тяжелый молот совершил свой первый удар по слитку металла. Отец не рассказывал, но вставал так чтобы я все видел, он следил за мной. Сам процесс ковки был прост, вы нагреваете кусок металла до определённой температуры и начинаете придавать ему нужную форму. Но дьявол кроется в деталях, так перед тем, как приступить ковать металл этот самый металл нужно покрыть флюсом чтобы избавиться от поверхностных примесей пока тот лежал в огне. Так же нужно рассчитывать силу и наклон удара. А после придачи формы требуется снять внутренние напряжения в самом металле так металл проходит процедуру отпуска и потом закалки. И во всем этом еще больше нюансов. К счастью я знаю этот процесс гораздо лучше с научно точки зрения и знаю множество методов по закалке и ковке металла. Но я не умею их применять, практики не было, когда я был студентом. Часы пролетали незаметно, а когда день близился к концу отец принялся убирать кузню, а после подсел ко мне. -Я работал в этой кузне двадцать лет, она стала моим вторым домом. Она спасала меня тебя и твою мать не раз и не два. Эта кузня кормила нашу семью поколение за поколением. Сейчас она знала лучшие времена. Это наследие, которое я хочу тебе передать. -Отец, а что если я хочу жить вольной жизнью? – Он нахмурился, но сказал: -Я не отпущу тебя, за городом много опасных мест. Дикие хищники, разбойники, работорговцы, растения что сжирают людей. *Вздох* Там много опасностей, но в городе ничто из этого до тебя не доберется. -Но люди опаснее хищников, та же церковь…- Тут он посмотрел на меня и быстро закрыл мне рот. Потом он встал и выглянул в окно. Вздохнув с облегчением, она закрыл окно и пододвинулся ко мне поближе. -Не говори о церкви. Иди за мной поговорим в другом месте. Тут отец встал и пошел к наковальне. Ударив по наковальне раз пять в определенных местах, он принялся ее двигать. Сначала она не поддавалась, но уже через минуту медленно пришла в движение. Под наковальней был очень непримечательный люк, ведущий в темноту. Вниз вела вертикальная деревянная лестница, а рядом с лестницей имелся железный лом, при помощи которого можно задвинуть наковальню обратно. Мы спускались пару минут пока наконец не вошли в помещение, где потолок подпирали каменные колоны под три метра. Помещение хоть и не было большим, но имело три двери. Отец повел меня двери напротив лестницы параллельно зажигая свечу. Открыв дверь можно было различить силуэты книжных полок их было всего пять и все, они закрывали голые стены помещения в середине которого был стол с парой не зажжённых свечей. Сев за стол, отец начал рассказ: -Церковь порочная организация. Она губила поколения простого народа. Ссылая на железные шахты простой народ, несогласных казня. Города пропадали с карт, мелкие деревни обращались в рабство и уносились на постройку соборов. Рабам отрезали языки, ломали руки чтобы предотвратить распространение о их деяниях. Церковь имеет так же прочные корни и со знатью предоставляя им то красавиц рабов, то мальчиков евнухов. Взамен дворяне оказывают мелкие и не очень услуги церкви. На самом деле Виктор у тебя есть брат, его зовут Август, но сейчас он послушник в церкви нашего города. Он не помнит ни тебя, ни свою мать и конечно же забыл меня. Он уже другой человек. Тут у отца полились слезы, но он продолжил. -Ему было десять лет, когда его забрали, тебе же было тогда года два. Сначала мы были недовольны, но церковь одарила нас пятью серебряников сказав, что на то воля божья. Мы были в ярости, но сделать что-либо не могли. Нас просто бы изгнали из города или объявили бы еретиками. Тогда твоя мать плакала неделю, а потом ходила как живой труп. А теперь у нас остался только ты. Я не позволю тебе уйти из города. Я не позволю тебе попасть в руки церкви. Наша семья уже пострадала от их проклятых рук, и я не хочу, чтобы их внимание пало на тебя. Под конец сжимал кулаки в ярости. Слезы катились с его лица. Потом он взял меня за плечи и прямо в глаза сказал: -Отныне я запрещаю тебе выходить на охоту. Будешь приходить в кузню и учиться и никому не говори о сегодняшнем разговоре. Понял? Никому, об этом нельзя говорить иначе я, ты и мама пострадают. -Я понял отец. Я не подведу. Отец можно просьбу? -Если это возможно я приложу все силы. -У тебя тут много книг, ты умеешь читать? Ты можешь научить меня? -Ха ха ха. Конечно! Конечно! Кузнецу без умения читать и писать никогда не стать успешным. Приходи завтра, я все организую. А дальше мы медленно вернулись домой. Время шло медленно, так мать приготовила ужин, который был быстро съеден под ее мягкую улыбку, а дальше мы ушли спать. Уже лежа в кровати я обдумывал слова о церкви. Отец явно многое не договорил, но сказанного достаточно. От дворянства и церкви нужно избавляться иначе ни у меня, ни моих родителей не будет спокойной жизни. Вот только как это сделать? Заложить бомбу в собор? Нет, это только привлечет слишком много внимания к городу. С ядом тоже не вариант. Может что-то долго отравляющее? Хотя это и можно исполнить, но где взять материалы?       Думаю, самый эффективный способ навредить церкви — это разрушить ее репутацию. Нужно обличить ее лицо, показать народу, как членов их семей могут обратит в рабство. Нужно показать, что их жизни находятся не в их руках. Но как это сделать? Мысли упорно летали в моей голове пока наконец мое сознание не пришло ко сну. На следующий день я пошел в кузню, где отец спрашивал о том, что я узнал в процессе ковки. Он был приятно удивлен моими предположениями и знаниями, но в то же время стал более осторожен. Так теперь я должен сидеть дома и учить алфавит для чтения книжек. Его я выучил всего за день. Что же касается письменности то тут неожиданно все просто. Есть всего с десяток правил письма, а в остальном все пишется как произносится. Язык этого мира я уже знаю, а с письмом разобраться не сложно. Примерно по такому шаблону стали идти мои деньки. Днем я приходил в кузню смотрел на процесс ковки, подмечал нюансы спрашивал те или иные моменты. Это я делал чтобы показать, что мне не все известно о ковке… Ну и просто чтобы не смущать отца. Ну, а после кузни я изучал грамоту. Теперь я отбросил планы поступать в школу и сохранил свои двенадцать золотых. Жадность внутри меня была рада, а я думал куда потратить эти денежки. Так проходили деньки, соседские мальчишки бегали по улицам махали палками изображая рыцарей и весело хихикали. Порой взрослые бегали за стайками сорванцов, а я просто наблюдал за этим в свободное время из окна своей комнаты. Так неуклонно приближалось мое девятое день рождения в новом мире. И чего я не предполагал так это то чем станет этот день…