Вернуть любовь

Небо, словно разлитое серебро, смешалось с ранним ярко-голубым и нависло над угрюмым городом. Вдалеке виднелся только-только зарождающийся рассвет, виднеющийся сквозь свинцовые тучи. На несколько минут картина, открывающаяся из окна машины, очаровала Каролину. Ее так сильно зацепил этот прекрасный оттенок зарождающегося дня, что звуки, окружавшие ее в течении всей поездки, уже не имели большого значения - весь мир ушел на второй план. Смешиваясь со звуком соприкосновения шин с асфальтом, в машине играла музыка. Александр, сидевший за рулем, нервно постукивал указательными пальцами по нему в такт играющей музыке. Этот день мог быть любым другим выходным днем. Но сегодня все казалось туманным, неизвестным и тягость на сердце придавала этому дню только оттенок грусти. Вернувшись вчера вечером домой, Каролина с Софией принялись собирать свои вещи. Смысла оставаться в этом доме не было. Особенно, чувствуя опасность, девушка хотела побыстрее покинуть то место, которое раньше для нее было домом. Необходимо было отвести Софию в безопасное место, туда, где не будет вероятности встречи с толпой журналистов или Егором. Еще год назад, пережив тяжелый развод, Каролина думала, что в свои года способна противостоять ситуациям и хуже этой. Казалось, что сейчас эта зрелая женщина, наученная жизнью, с легкостью сможет взять себя в руки. На тот момент, она даже радовалась тому, насколько безболезненно все прошло. От расторжения брака все стало только лучше. Камень, тащивший ее на дно разочарования в жизни, наконец-то был скинут с шеи. Колкости от слов, жжения в груди от боли, порожденной предательством, не было. Была только свобода. И сейчас, пережив этот год, находясь почти у алтаря, девушка чувствовала, что все ее самообладание осталось в тех днях. История принимала слишком печальный поворот сюжета. Раздумывая о том, как бы побыстрее добраться до Иркутска, Каролина повернулась к рядом сидящей Сони. Она, сонно рассматривала видео в тиктоке и изредка зевала. На часах было лишь девять утра. План на день был достаточно прост, но Каролина все время прокручивала его в голове, стараясь не забыть и малейшей детали. Разве это было возможно? Усмехнувшись своей мысли, она потянулась к дочке, чтобы поправить прядь ее смоляных волос. Девочка недовольно прищурилась и еще раз не сдержавшись зевнула. Сейчас они ехали к дому Сережи, где София будет оставлена в надежных руках домработниц Лазарева, а после к ним присоединится и ее няня. Потом Каролина направится в аэропорт. С одной стороны, девушка боялась, что делает слишком решительный шаг без ведома Сергея, но с другой - она отчетливо понимала, что сейчас надо защитить дочь и помощи ждать не от кого. Дом, в который они ехали, был скрыт от любопытных глаз и, соответственно, был самым укромным уголком в черте Московской области. Взглянув на дорогу, Каролина со спокойствием выдохнула. Оставалось совсем немного. Воспоминания об уютном доме породили новые мысли. Прокручивая раз за разом вчерашнее прощание с Оксаной, перед глазами Каролины всплывало лицо Анны. Мучаясь прошедшей ночью бессонницей, она никак не могла выкинуть ее лицо из головы. Словно злостный рок, оно проследовало мысли девушки. В памяти отпечатался ее презренный взгляд и та снисходительная улыбка, кричащая о том, что девушка пожалеет о своем выборе. Но Каролина ответила на нее уверенным взглядом. Она знала, что будет счастлива с Сережей, она была более чем уверена в этом. И эта уверенность разжигала в ее сердце надежду на скорейшую встречу с ним. Оставалось только убедиться в том, что с ним все в порядке. Все не могло закончиться вот так. Не в их истории. Они оба заслуживали большего. Они достойны были этого счастья. После пережитой кое как ночи, Каролина встретилась утром с Софией, которая сонно брела по кухне, потирая еще полуоткрытые глаза. Решив, что сегодня было бы неплохо приготовить завтрак самой, тем самым отвлечься от терзающих ее разум мыслей, она, изобразив на своем измученном лице что-то на подобии улыбки, поприветствовала свою дочь. Тем временем, как Каролина упорно хлопотала между сковородок с блинами, метясь от одной столешницы к другой, София сонно продолжала следить за ее миниатюрным телом. Ей казалось странным, что в выходной день они встали так рано, поэтому опередив чувство голода, любопытство начинало побеждать в ее юной голове. Поставив перед Соней тарелку с аппетитными горячими блинчиками, покрытыми клубничным вареньем, Каролина хотела поспешить на второй этаж, чтобы переодеться. Однако, не успев сделать и шага, тоненький звонкий голос ее дочери задал вполне ожидаемый вопрос. — Зачем мы встали так рано? Помедлив с ответом, Каролина продолжая улыбаться, присела рядом с, поедающей ее труд, дочкой. Наконец, заговорив о предстоящем отъезде, девушка заметила растущее как снежный ком негодование Софии. Но взяв себя в руки, тем самым показав, что она не маленькая девочка, дочь Каролины лишь смиренно кивнула, отбросив обиду. Поняв, что другого выхода нет и «дяде Сереже» нужна помощь, она, выдохнув, произнесла только: «Хорошо, но вы с Сережей должны вернуться очень быстро». Слова дочери прошлись по еще не зажитой ране, заставив сердце девушки болезненно екнуть. Как бы ей не хотелось быстрее вернуться вместе с ним к детям, она даже не представляла в каком он находится состоянии, чтобы грезить подобными мыслями. Михаил, который на отрез отказался отвечать на незнакомые и уже знакомые номера, только усиливал страх и без того впавшей в отчаянье женщины. Но разве имела она право сдаваться? Между тем по радио прервалась музыка, заставив Каролину вернуться в реальность. Диктор принялся рассказывать о новостях из мира музыки. Этого она боялась больше всего в данный момент. Как и оказалось, мужчина упомянул о ситуации с Сергеем, словно не хватало этого кипиша в социальных сетях и бесконечных программ с Андреем Малаховым, которые только и мусолили произошедшее, вспоминая трогательные истории из жизни Сергея Лазарева. Особенно задевало за живое, то количество его «друзей», посещавших данные эфиры. Все упивались горем на камеру, так до конца и не узнав о его состоянии. Видеть их лица в этих передачах, как и слышать их печальные слова, Каролине было невыносимо. Ее начинало подташнивать. И только она уже приоткрыла рот, чтобы попросить Александра выключить приемник, как что-то ее остановило. В душе теплилась надежда, что мужчина скажет о том, что все обошлось и Сергей идет на поправку. Но нет. Снова одно и тоже. Раздраженный стон сорвался с ее губ и водитель, немедля переключил на другую волну, изрядно испугавшись.

«Послезавтра стартует новая волна! Друзья, если вы в Сочи, то не пропустите это знаменательное событие!»

— Неожиданный веселый голос прогремел в салоне. Девушка в эфире начала рассказывать о предстоящем конкурсе, который совсем скоро пройдет в солнечном городе Сочи. В этом году Каролина отказалась от выступлений после произошедшего. Прослушав анонс программы дня-открытия фестиваля, девушка устало откинулась на кожаное сиденье, представляя, как бы он прошел, будь они с Сережей там.

***

Машина остановилась около торгового центра. Услышав щелчок ремня безопасности рядом с собой, Каролина резко повернула голову к источнику звука. София отстегнула ремень и уже держалась за ручку двери. — Ну же мам! — Воскликнула она, устремив свои возбужденные глаза на женщину, — ты обещала! Отбросив грезы, Каролина в панике вспоминала, что именно она могла пообещать этому маленькому урагану, сидящему по левую руку от нее. — Пода-а-а-а-рки, — протянула девочка и недовольно выдохнула.

«Точно»,

— пронеслось в голове Каролины и не успев произнести и слова, она заметила, как дочь срывается со своего места и уже захлопывает дверцу машины. — Каролина Мирославовна, я припаркуюсь рядом с тем красным вольво, — спокойно произнес Александр, попутно показывая в направление указанной машины. — Хорошо, мы ненадолго. Мужчина так же умеренно кивнул и продолжил смотреть вперед, дожидаясь того момента, когда женщина покинет машину. Она проводила взглядом отъезжающую рядом серебристую ауди и удостоверившись, что машин на пути нет, взяла свою сумочку и вышла. В лицо сразу подул сильный холодный ветер, присущий больше глубокой осени, чем концу лета. Сырость в воздухе предвещала продолжению нескончаемых дождей, которые все быстрее сменяли сухую жаркую погоду. Как только Каролина захлопнула дверь авто, водитель тронулся с места, медленно отъезжая в сторону указанного парковочного места. Девушка проводила его взглядом и подняла глаза на небо. Свинцовые тучи нависли намертво над торговым центром. Все казалось серым и мрачным. А стеклянные стены здания, на которых еще местами были видны дорожки капель, только усугубляли вид. Выдохнув, она постаралась не думать о том, что скорее всего дождь скоро опять начнется, поскольку отсутствие зонтика совершенно не было ей на руку. Дабы забыть о надвигающейся угрозе, брюнетка вошла в здание. София уже стояла около небольшого островка со сладостями, который ярким розовым пятном проглядывался с улицы. Пока она была заворожена карамелью, сверкающей под теплой подсветкой, Каролина в суматохе искала телефон в своей небольшой сумке. И хоть там было всего несколько отделений, достать его удалось не сразу. — Мам! — Прозвучал звонкий голос дочери, когда она оторвала взгляд от сумки, — давай купим! Она указывала своим пальчиком на аппетитные пирожные и смотрела на Каролину глазами, наполненными желанием и мольбой. Усмехнувшись ее актерскому таланту, который помогал добиться от своей матери всего на свете, девушка уверенно подошла к ней. — Ну пожалуйста! — Проныла София, а продавщица, заметив подоспевшую мать, радостно поднялась со своего стульчика. Спорить Каролине сейчас с ней не хотелось, а сладости и правда выглядели очень аппетитно и заманчиво. Взглянув на них, она даже почувствовала, как пустой желудок дает о себе знать. — Хорошо, — ответила она и увидела сразу две довольные улыбки, — мы возьмем штучек 8. — Ура! — Завопила дочь и прильнула щекой к руке матери, продолжая довольно улыбаться. — Ну-ну, — со смешком вырвалось из девушки, — как будто вчера кто-то не съел половину пачки шоколадного печенья. Ты об этом ничего не знаешь, сластёна? На ее шуточный вопрос София ответила еще более широкой улыбкой.

«Ну и как этому можно вообще противостоять?»

— Все, — на выдохе произнесла Каролина, когда женщина в приятном нежно-розовом фартуке протягивала ей белоснежную коробку с пирожными, — сладости есть, теперь бежим быстрее в магазин за игрушками, у нас мало времени. Лицо Софии тут же стало серьезным и поняв, намек, лучше, чем следовало ожидать, она отлипла от руки и побежала к эскалатору, ведущему на второй этаж. Поблагодарив продавщицу за очередной сантиметр на своей уже не такой безупречной талии (как считала она сама), девушка пошла следом за дочкой. Натянув кепку пониже, она невольно начала осматривать витрины магазинов, находившихся по обе стороны от длинного прохода. Первый этаж ТЦ был огромен, множество людей, как и в любой другой выходной день, лениво перебирались от одного магазина к другому. Машинально окинув взглядом витрины с обеих сторон, Каролина остановилась. Впереди виднелась вывеска «Пудель Штрудель». Горящая таким светом, как пожар в ночи, она кричала о присутствии того, к кому Каролина сейчас так сильно стремилась. Сердце отчаянно заныло, когда в памяти вспыхивали воспоминания, связанные с этим маленьким, но светлым магазинчиком десертов для животных. В то время как глаза ее намертво вцепились в вывеску, в мыслях она была вместе с ее обладателем. Прохожие недовольно огибали девушку, стоявшую неподвижно, с обеих сторон, искоса оглядывая ее небольшую фигурку. Память, если не единственная, так самая губительная, способность, подаренная природой человеку, способная не только коварно вмешиваться в реальность, так и болезненно влиять на исход будущего. Если бы она только не одаривала нас напоминаниями о былом, когда ей только захочется, тогда мы бы не жили прошлым. Вероятнее, мы бы были больше нацелены на будущее и на новые ощущения. Но эта коварная память, как крепкая шлюпка, шла по серебряным волнам, унося нас от тонущей реальности к спасительному острову. И у каждого человека этот остров был своим. Одни плыли к порту под названием «Счастье», других же относило к бухте, пропитанной страхом. У девушки, которая продолжала смотреть на магазин, этот островок выглядел как столик ресторана, за котором в былые, уже забытые, времена компания из четверых друзей сидела и делилась новостями. Одной из таких весточек, было открытие магазина со смешным названием «Пудель Штрудель», которые не только приносил счастье для всех питомцев, но и для кареглазого молодого человека, сидевшего как всегда рядом с Каролиной. Его взгляд не только очаровывал в тот вечер, но и заражал своим энтузиазмом. Девушка, внимательно слушала увлеченный рассказ Сергея, который с таким упоением говорил о задуманном, что Каролина начала жалеть об отсутствии питомцев, которых она могла бы баловать такими подарками. И если быть предельно откровенной, то она готова была покупать эти тортики просто так, если бы чаще видела Сергея среди тех стеллажей. Отбросив грустные мысли, Каролина собралась с последними силами. Переведя дыхание, она сделала несколько глубоких вдохов и поднялась на второй этаж. Магазин с игрушками, являющийся раем для маленьких детей, буквально сиял, исходившим из помещения, ярким светом. Сделав несколько шагов к его входу, Каролина тут же заметила бегающую среди шкафов свою дочку, держащей в руках медведя раза в два больше нее самой. Усмехнувшись от увиденного, женщина зашла в магазин. Перед ней тут же появились две девушки в одинаковой одежде, с улыбками от уха до уха. Продолжая улыбаться, они поприветствовали знаменитую гостью и готовы были предложить любую помощь. Но вежливо отказавшись, Каролина, прошла в глубь магазина, оставив немного разочарованных продавщиц около входа. Девушка медленно шагала среди полок, обильно заставленных различными яркими упаковками с игрушками. Рассматривая их, она мысленно переместилась в свое прошлое. И вот, она, семилетняя девочка с аккуратно заплетенными косами стоит около витрины магазина с игрушками. Завороженно смотря на куклу за стеклом, Каролина упивалась мечтами о ней так, как ни одна девочка на этом свете. Сильно зажмурившись она повторяла про себя: «Пожалуйста, пусть эта кукла будет моей». Но открывая глаза, как и в любой другой день, игрушка так и находилась за стеклом, а не в ее руках. Тогда время было совершенно иным, да и эти воспоминания больше напоминали какую-то другую вселенную. Более мрачную, бедную и такую одинокую. Грустно улыбнувшись, она потянулась к одной кукле, которая смотрела на нее своими нарисованными глазами из-за пластмассовой упаковки. Повертев ее в своих руках, девушка решила, что она будет отличным подарком для малютки Ани. — Спокойно! — Послышался рядом грубый голос, — не дергайся. Обернувшись на звук, Каролина встретилась взглядом с темными глазами Егора, который по ее ощущениям появился словно из-под земли. Схватив девушку за предплечье, он повел ее вдоль стеллажей, которые разделяли их от других покупателей. — Мне нужна твоя помощь, — неуверенно произнес он, озираясь назад. — Что… что тебе нужно? — Не веря своим ушам спросила Каролина, пытаясь затормозить, но крепкая хватка мужчины не позволила ей выполнить задуманное, — я не буду тебе помогать ни в чем, катись к черту! — Ну-ну, мы туда пойдем вместе, — спокойно ответил Егор и усмехнулся, — ты виновата не меньше чем я. — Что прости? — А то ты не понимаешь. Мне нужны деньги, — нервно пробормотал он, когда девушка с коляской появилась в проходе. Окинув пару заинтересованным взглядом, она спешно двинулась в противоположную сторону. Как только ее силуэт скрылся за полками, мужчина продолжил. — Я заплатил только половину. Они ждут другую часть. У меня нет денег. — Ты умом тронулся? Ты ничего от меня не получишь, — пробормотала Каролина, удивляясь дерзости Егора, — Как у тебя только смелости хватает на это. Ты ненормальный, чертов… Голос девушки почти сорвался на крик, но она быстро попыталась взять себя в руки, вспомнив о том, что находится в людном месте. — Нет, нет, нет, — запротестовал он, продолжая сально улыбаться. Козырек кепки бросал тень на его лицо, но даже под ним Каролина заметила насколько бледным было его лицо. А синяки под глазами были чернее волос, проглядывавших из-под головного убора. — Ты не понимаешь, — отчеканил он и словно в бреду замотал головой, — они знают о тебе, о том, что ты тоже замешана в этом. Ты связана со мной, они придут к тебе. — Какого хрена ты меня впутал в это дерьмо! — Раздраженно вспылила она, пытаясь убрать его руку со своего тела. Но только она почувствовала, как его пальцы ослабевают хватку, как мужчина с новой силой вцепился в нее. — Ты же не хочешь, чтобы твоя дочь пострадала? — Спокойно спросил он, заглядывая в ее испуганные глаза, — они придут и за ней. Ты не знаешь их. Они готовы на все, — он остановился и переведя дыхание продолжил, — мне нужны деньги! — Мама! — Услышала голос своей дочери Каролина и повернулась назад. Девочка стояла с игрушками в руках и с недовольством смотрела на мужчину, продолжавшего держать ее мать за руку. — Пошли! Заплати за эти чертовы игрушки и отправь ее куда хотела. Нам надо поговорить.

***

— Милая, — как можно спокойнее произнесла Каролина, нежно поглаживая дочь по плечу, — ты должна сесть в машину. Дядя Саша отвезет тебя к Никите с Анечкой. — А ты? — Тут же спросила она, продолжая испуганно смотреть на свою мать. — Я вернусь совсем скоро. Не переживай. Мы обсуждали это утром, помнишь? На вопрос Каролины София робко кивнула и, посмотрев еще раз на Егора, который безучастно наблюдал за ними, вернулась взглядом к матери. — Ну же! - Поторопила ее девушка и поднялась с корточек, - иди. Стараясь унять дрожь в голосе, Каролина изо всех сил пыталась отправить Софию к машине. Девочка лишь еще раз взглянула на маму и покорно двинулась к ней, держа в руках плюшевого медведя и несколько пакетов с подарками и пирожными. Пока девочка преодолевала расстояние от молодых людей до машины, то невольно несколько раз повернулась, чтобы удостовериться, что ее мама продолжает стоять на месте. Как только она подошла к пассажирской двери авто, на парковку из нее вылетел испуганный Александр, пытаясь понять нужна ли его помощь. Он посмотрел на Каролину, ожидая одобрения для того чтобы подойти к ней, но получил лишь отрицательный кивок головы в ответ. — Пошли! — Нетерпеливо рявкнул Егор. — Подожди, пусть они отъедут, — шепотом ответила брюнетка, следя за тем, как ее дочь покорно садиться в машину.

«Там ее никто не найдет»,

- пронеслось в ее голове, когда задние фары загорелись тусклым алым светом. Можно было спокойно выдохнуть. — Ну же! - Рявкнул мужчина, хватаясь за плечи Каролины. От неожиданного прикосновения она тут же дернулась и, испытывая отвращение от одной только мысли, что он дотронулся до нее, скинула ладони с себя. За происходящей картиной наблюдали не только проходящая мимо толпа зевак, но и девочка, которая находилась в отъезжающей машине. Вцепившись в спинку кресла, она смотрела на отдаляющуюся фигуру своей матери, понимая, что ей грозит беда. Из-за бурной детской фантазии и развивающейся в этом маленьком теле гиппер-впечатлительности, София уже представляла наихудший исход от их расставания. Ерзая на сиденье, она продолжала смотреть на Каролину, пока подъезжающие машины не заслонили ей вид. — Что ты делаешь? — Спросила Каролина с ужасом, наблюдая за тем, как Егор поворачивает ключ зажигания. — Едем к тебе домой. Ты должна будешь собрать свои вещи. Мы вылетаем в Сочи через несколько часов. — Куда? — Не веря произнесенным словам переспросила с насмешкой Каролина, — у меня вылет в Иркутск через несколько часов! Я никуда с тобой не полечу. — Нам нужно уехать из Москвы, но остаться на виду. Так они ничего не смогут сделать. От тебя ничего сложного не требуется, всего лишь приехать на фестиваль и светить своим личиком везде, где только можно. — А потом? — До сих пор не понимая смысла его слов, спросила девушка, — «Новая волна» не будет длиться вечно. Что ты намерен делать потом? — Недели хватит для того, чтобы твой бывший муженёк перевел средства на мой счет. — Он не станет помогать, - истерично засмеявшись ответила Каролина и посмотрела в окно. Понимая, что они выехали с парковки, она нервно сглотнула. — Да ну? А если его дочь будет в опасности? Не поверю, что этой суммы у него нет. — Я не поеду с тобой никуда. Это бред! Останови машину, я выйду, — запротестовала Каролина, чувствуя, как в легких от волнения заканчивается воздух. — Ну почему ты всегда выводишь меня из себя! Почему тебе просто не заткнуться и не сделать то, что я прошу? — Закричал он, ударив несколько раз по рулю, — это ради твоего же блага! Сделав несколько глубоких вдохов через нос, он перевел дыхание, пытаясь умереть растущий гнев, который готов был вылиться из его тела за мгновение. — Останови машину! Я передумала, — продолжала повторять девушка, не замечая, как ее голос перешел в сдавленный шепот, — это была чертовски глупая идея, — вырвался поток ее мыслей и тут же растворился в салоне автомобиля. Проигнорировав слова Каролины, Егор еще сильнее нажал на педаль газа, увеличив скорость. Машина уже мчалась по дороге, ведущей на трассу. Оглянувшись девушка в ужасе завопила на весь салон. — Останови эту гребаную машину! Страх сковал ее тело, мысли спутывались в тяжелой голове. Чувствуя, как кровь отдается эхом в висках, а сердце начало колотиться с бешеной силой, Каролина решила пойти на отчаянный шаг. И перед тем как, попытаться совершить задуманное, почувствовала, как холодный пот начинает стекать между ее лопаток. Дрожащими руками, она словно хищное животное рядом со своей жертвой, набросилась на руку Егора, которая с ослаблено лежала на руле. — Что ты делаешь? — Закричал он, пытаясь отодвинуть девушку от себя. Его слова никак не помешали Каролине продолжить затеянную борьбу за средство управления машиной. Пытаясь повернуть руль, чтобы остановить машину, она хваталась за кожаную кромку, отталкивая от себя мужчину. — Ты рехнулась! Машина виляла из стороны в сторону, пока в салоне двое людей пытались взять управление в свои руки. — Сядь на место и успокойся! — Продолжал кричать Егор, прижимая вырывающееся тело девушки к сиденью. Не выдержав новой попытки Каролины помешать ему, он замахнулся. Удар пришелся по лицу. От его силы и грубой мужской руки, голова девушки, как мячик на теннисном корте ударилась об стекло и по инерции отпрянуло от него, оставив еле заметную трещину. Испугавшись, Егор резко нажал на педаль тормоза, от чего покрышки колес заскрипели, оставляя черную проекцию шин на новеньком асфальте. Шины почти дымились, когда он в панике пытался сообразить, что произошло. Нервно сглотнув, он снова перевел дыхание и взглянул на Каролину, которую продолжал прижимать к спинке сиденья, чтобы она не ударилась об приборную панель при торможении. Ее голова склонилась, от чего волосы полностью закрыли лицо. Она не реагировала на его прикосновение и продолжала сидеть, как неживая кукла, зависимая от руки мужчины. Только он захотел убрать свою ладонь с ее тела, как оно начало наклоняться вперед.