Вернуть любовь

POV Каролина

Очнувшись после тяжелого сна, я старалась выровнять свое дыхание. Сердце колотилось неистово. Я аккуратно дотронулась рукой до груди, чтобы хоть как-то успокоить это рвущееся из меня чувство паники. В комнате стояла духота, не смотря на открытые настежь окна. Ветер врывался в спальную комнату, я чувствовала его легкие отголоски, которые щекотали мои щеки. Привстав, я оглянулась. Ничего не поменялось. Я до сих пор находилась в номере отеля с Егором. Но этот сон. Он словно ураган, ворвавшийся через открытое окно уносил меня отсюда прочь. И хоть разум и понимал, что все, что происходило несколькими минутами ранее в моей голове – было ложью, сердце отказывалось напрочь. Невыносимо, когда чувства противоречат здравому смыслу. Но в этот момент, когда я смотрела, как грудь Егора размеренно поднимается в такт дыханию, я возвращалась в светлые грезы. Я почти почувствовала тепло исходившее от него. Я почти услышала запах его тела. Почти. Отбросив наконец мысли о сне, я поднялась со своего укромного диванчика, служившим мне спальным местом. И хоть на первый взгляд он мне показался очень удобным, сейчас я не могла сказать такого. Все тело затекло, мышцы спины до сих пор сводило. Конечно мало чего стоило ожидать от небольшого дивана, но никогда не могла подумать, что стану принцессой на горошине. Усмехнувшись своим мыслям, я подошла к стоявшему рядом трельяжу. Но даже находясь в кромешной тьме, кроме спиртного я ничего не обнаружила. На дне графина проблескивали капли коньяка. Ни единой бутылки воды. Ждать прихода рассвета было бессмысленно. А я даже не знала, сколько сейчас времени, ведь ни часов, ни телефона у меня не было. Телефон. На секунду в моей голове проблеснула надежда. Пока Егор спит в соседней комнате, я могла найти телефон и связаться с кем-нибудь, кто мог бы помочь. И вот, стоя посередине гостиной и мучаясь от жажды с пересохшим горлом, я решила возомнить себя сыщиком.

«И так, Каролина. Быль ты психопатом, где бы ты спрятала телефон, осознанно зная, что его хозяйка спит у тебя под боком?»

Ответ пришел сразу – гардеробная. Телефон мог поместиться где угодно: в сумке, на полке, в шкафу и даже среди вещей. Поле для поисков было огромным. Оставалось только надеяться, что еще глубокая ночь и сосед по номеру не проснется. Не медля, я аккуратно — на носочках — пересекла небольшую гостиную и остановилась в проеме распахнутых стеклянных дверей. Заглянув в спальную комнату, я удостоверилась, что Егор крепко спит. Вера в алкоголь, в этот момент, как никогда раньше не была так сильна во мне. И все же, я надеялась на это. Двигаясь по стенке, я медленно огибала стоящие на пути предметы мебели и легонько переносила вес с одной ноги до другой.

«Что же вышло довольно неплохо.»

Не считая почти упавшую вазу, которая невероятным образом стояла почти на краю комода. Но все обошлось. Вещи Егора были разбросаны по всему полу в гардеробной, словно кто-то до меня здесь рыскал. Разбросанная одежда почти сливалась с полом, картина приставшая мне в ночи, напоминала поляну с мохнатыми холмиками. Огибая вещи, я подобралась к распахнутому чемодану. Но все мои надежды тут же рассыпались в прах. Он был пуст. Обыскав карманы, прощупав дно, я ничего не обнаружила. Огорчившись, я тут же встала и поняла, что сделала это слишком поспешно. Голова закружилась, в глазах уже мелькали искорки.

«Только не падай. Только не падай!»

- приказывала я себе, хватаясь за рядом стоящий шкаф. Переведя дыхание, я решила продолжить свои поиски, невзирая на помутнение в глазах. Я должна была найти телефон. Просто обязана. Шкаф был открытым, что существенно облегчило задачу. Нужно было только прощупать стопки с одеждой. Но и тут меня ждал провал, все полки были только с моей одеждой. Он бы точно не стал прятать там мой телефон. Прислонившись лбом к деревянной полке, я устало выдохнула. Надо было подумать. Но в голову, как на зло, ничего дельного не приходило. Я даже начала вспоминать все фильмы, которые только смотрела. Например, излюбленными местами для тайника были: бочонок унитаза или матрас, половица. Но варианты были слишком сложными для осуществления. Отступив от шкафа, я еще раз посмотрела на него. Он был не очень высоким, но до верхушки я уже не доставала. И тут в моей голове пронеслась гениальная мысль – проверить наверху. Это было бы идеальным местом для него (так я внушала себе, поддавшись легкому порыву просветления), ведь я не низкого роста, а он выше меня. Почувствовав себя лилипутом в стране великанов, я смотрела наверх, думая о том, как можно было дотянуться. Двигать вещи было не вариантом – Егор мог проснуться, а роста моего, даже встав на носочки, не хватало.

«Придется лезть по полкам.»

Выругавшись от своей же затеи, я собрала волю в кулак и осторожно подняла ногу на вторую полку, подтягивая вторую. Оставалось надеяться, что я не грохнусь вместе с этим шкафом вниз и не перебужу весь отель, а не только своего пьяного надзирателя. Выдохнув, я вцепившись в каркас, медленно поднялась на третью полку. Чувствуя, как шкаф качнулся вперед, я замерла, зажмурившись. Понимая, что он не выдержит моего дальнейшего подъема, я оторвала левую руку от шкафа и начала ощупывать верхушку. Ничего. Там было пусто. Ощупывая кончиками пальцев пыльную поверхность, я пыталась найти уже хоть что-нибудь. Я уже хотела слезать, как мои пальцы коснулись чего-то металлического. Это был точно телефон: плоский и корпус из металла. Сделав несколько усилий над собой и своим страхом высоты, я цепляясь ногтями, буквально тащила эту небольшую вещь на себя, пока моя ладонь не смогла спокойно схватить ее. Спустившись со шкафа, я судорожно начала нажимать на экран телефона, но он не отвечал.

«Да твою ж мать!»

— Нет, нет, нет! Пожалуйста, — шептала я, продолжая нажимать дрожащими руками по экрану. Зажав кнопку блокировки, я молилась лишь о том, чтобы телефон не разрядился. — Ну же! — Вырвалось из меня, — включайся. Зажав кнопку, я надеялась на чудо. Не прекращая попытки вернуть технике жизнь, я нажимала на эту маленькую кнопку со всей силы. Услышав, скрип из комнаты, я подскочила не месте. Прислушавшись, я замерла, ожидая худшего исхода. Прижавшись к шкафу, я не переставала держать палец на кнопке телефона. И тут мое лицо осветилась тусклым светом. — Господи, спасибо! На экране мелькнуло белое яблоко, и я уже собиралась с мыслями кому можно было написать или позвонить. — Какого хрена ты здесь делаешь? Громкий выдох отчаянья вырвался из меня после услышанных слов. Я оторвалась от экрана, в надежде, что мне показалось. Но нет. Сонный Егор стоял в проеме и не сводил взгляда с телефона в моих руках. — Кому ты звонила? — Крикнул он, подбираясь стремительно ко мне. Не успев и моргнуть, я увидела его прямо передо мной. — Никому, — прошептала я в ответ, прижимая телефон к себе. — Отдай его мне. Я замотала головой, еще сильнее прижимая вещь к себе. — Отдай его! — Кричал он мне прямо в лицо. И хоть Егор и стоял почти, склонившись ко мне, я слышала все, словно находясь в аквариуме. Отголоски его крика доносились до меня эхом. Понимая, что я перестала реагировать на его требования, он вцепился в мои руки. Желая отобрать у меня единственное средство связи, он буквально отдирал мои пальцы от металлического корпуса. — Кому ты собралась звонить? — Смеялся он мне в лицо, — Его нет! Он не примчит на помощь, идиотка! Ты одна! Я старалась не поддаваться его прессингу. Хоть его слова и были доходчивы, я повторяла про себя, что это все ложь. Он не знал наверняка. Он ничего не знал и боялся. Я подняла свои глаза с его рук на его лицо и усмехнулась от мысли, проскользнувшей в голове. — Да ты - трус, - я видела как его лицо заливается краской, а глаза, смотрящие на меня с ненавистью, застилает пелена страха. Я была права, — какой же ты трус. Ты боишься даже не того, что я свяжусь с ним. Ты боишься даже одной этой мысли. — Ты ненормальная! – Закричал он в ответ. Но эта попытка была настолько жалкой, что улыбка сама собой появилась на моем лице, — твоего горячо любимого Сереженьки больше нет, слышишь меня? — Продолжал кричать он, отдирая телефон от моих пальцев, — Он умер! А ты! — Егор оттолкнул меня к стене, указывая пальцем, — ты должна теперь подумать о себе. Думаешь, мне в кайф тут с тобой играть? Думаешь, мне приятно делать все это? Егор взъерошил свои волосы и, пытаясь утихомирить свое дыхание, судорожно замотал головой. — Да ты мне нахуй не нужна, понимаешь? От тебя только одни проблемы! — Так отпусти меня! – Выкрикнула я, отталкиваясь от стены, — Дай мне уйти. — Нет. — Да какого хрена? – Сдерживая слезы в отчаянии произнесла я. — Мне нужны твои деньги, — как ни в чем не бывало произнес Егор, хватаясь за мои руку, — мне нужны деньги твоего бывшего муженька. Мне нужна ты! — Да на кой черт я тебе сдалась! – Выкрикнула я ему в лицо, - Если ты так боишься, что они тебя достанут, то я не буду им помехой, пойми же это, идиот! Возьми все мои деньги, только отпусти меня. — Этого недостаточно. — Что? В ужасе заглянув в его глаза, я пыталась понять не шутит ли он, но он продолжал в беспамятстве смотреть на меня в ответ. — В смысле недостаточно? Сколько ты им отдал? Егор презрительно смерил меня своим холодным взглядом и отвернул горящее ненавистью лицо. — Несколько сотен тысяч…баксов. Ошарашенная его ответом, я попыталась сделать глубокий вдох, чтобы набраться смелости и разузнать больше информации. Хоть его слова и повергли меня в шок, я точно знала, что сейчас у меня и десятой доли нет "в кармане". — А сколько еще нужно? — Тихо спросила я. — Они хотят еще в два раза больше. — Боже, — вырвалось из меня и я еще сильнее прижала ладонь к животу, который неутолимо разрывался внутри меня, — зачем ты в это ввязался? — Зачем? – Со смехом спросил он, поворачиваясь снова ко мне, — Да он же как собачка за тобой ходил, не давал прохода. Мне нужны были твои деньги, твои связи, мне нужна была ты. — Приятно конечно, — с отвращением произнесла я, — что на первое место ты поставил деньги. Ну и что? – Я уже начала напрямую злорадствовать, хоть и понимала, что ни к чему хорошему это не приведет, но уж больно хотелось выплеснуть это ему в лицо, — получил свои деньги? — Пока нет, — совершенно спокойно ответил Егор, не обращая внимания на мой едкий выпад, — но получу. — И как же? — Заработаешь. Я засмеялась во весь голос, наблюдая, как он стоит прямо передо мной и с серьезным лицом ожидает реакции на свои слова. Смех, который буквально выплеснулся из меня был настолько искренним, что я не могла и вспомнить, когда в последний раз я так сильно смеялась, что в легких даже начал заканчиваться воздух. — Ну да, заработаю, — отдышавшись произнесла я и прошла мимо него, — ты смешон. Я даже не представляю, как тебе это в голову пришло. — Я все равно тебя не отпущу. Пройдя мимо кровати, я включила свет в комнате, чтобы найти наконец бутылку воды. И хоть яркий свет на мгновение ослепил меня, я совершенно отрезвленная после его отчаянья, начала осматривать комнату, на которую по началу даже не обратила внимания. Просторное помещение было заставлено минимум мебелью и различными украшениями: от цветов в вазах до оставленных хрустальных пепельниц и нескольких томов классики. Рядом с балконом располагался небольшой бар, замаскированный под тумбочку. Не дожидаясь продолжения нашего удивительного диалога по среди ночи, я прошла к нему и достала бутылку с охлажденной жидкостью. По поверхности бутылки стекали небольшие капли. От их вида я даже облизнулась. — Знаешь, продолжать диалог просто бессмысленно, если ты веришь, что я собираюсь отдавать тебе свои деньги с концертов, — выпалила я, открывая бутылку. — Я не просто верю в это, как ты выразилась, я это знаю, — на этих словах он снова приблизился ко мне, ожидая увидеть явно не мое спокойное лицо. Но я слишком устала. Чтобы даже выразить что-то на подобие удивления на своем лице. Мне было совершенно все равно на его угрозы, дебильные предположения. Я не боялась его. Больше не боялась. — Удачи тебе, — прошептала я. Казалось, Егор уже забыл с чего начался наш ночной разговор и просто сверлил меня своими не менее уставшими темными глазами. Он явно был обескуражен моим спокойствием, отчего решил продолжить свою тираду. — Зря ты так, Каро, — неожиданно прошептал он, сжимая руки в кулак, — Я не шучу. — Да, ты бредишь! – Громко перебила я его и собиралась уже вернуться к своему спальному месту, как его рука схватила меня за предплечье и потянула на себя. — Я не смогу отпустить тебя, когда ты столько всего знаешь, а выплатить долг придется, — Егор выхватил у меня телефон и ядовито улыбнулся, — возвращаясь к нашему разговору и причине почему ты здесь, — он засунул мой смартфон себе в карман трикотажных штанов, — я хочу тебя заверить, если они не получат денег от меня, они придут к тебе. Придут неожиданно, так же как к твоему Сереже. Спланируют все до мельчайших деталей и если ты им не заплатишь, то отправишься к нему. И не думай, — шептал он, — что они пожалеют твою дочь. Он отпустил мою руку и отпихнув меня к стене, продолжил. — Ты не сможешь спрятаться. И если быть откровенным, — он развел руки в стороны, делая вид, что удивлен, — я им даже не говорил, где находится Сергей в тот день, как и в предыдущие. — В предыдущие? – Не до конца понимая его слова переспросила я. — Они следили за ним с начала того фестиваля в Баку. И если бы ты не пригласила его тогда в свой номер, проявив немереную заботу, то его уже не было намного раньше. — Зачем ты мне тогда позвонил? — Надеялся, что он в своем номере. Так было бы еще быстрее, никто бы даже не заподозрил. Все подумали, что это было самоубийство. Прикрыв на секунду глаза, я попыталась отбросить воспоминания того вечера. Но даже мимолетное упоминание смогло перенести меня к его теплым сильным рукам. К его голосу. Я почти оказалась там. Снова. Замотав головой, я хотела отбросить эти воспоминания обратно. — Зачем ты мне... — Рассказываю? — Усмехнулся Егор, продолжая наблюдать за мной. Своей широкой улыбкой он дал мне понять, что наконец прощупал мою уязвимость, — Наверное, тебе интересно куда же он шел тогда. — Нет, не интересно, – запротестовала я, нервно потирая лицо. — Забирал кольцо для тебя, — он сделал вид, что растрогался, говоря мне это. Но от одного вида его лица меня начало тошнить. — Заткнись, — прошипела я, вытягивая это слово из себя словно клешнями. — Говорят - красивое, — Егор наклонился ко мне, чтобы я могла вдоволь налюбоваться его победой, — и что не мало важно – дорогое! – Он сомкнул свои губы и после чего презрительно засмеялся, наслаждаясь моим видом. Я оторвалась от него и на ватных ногах сделала несколько шагов прочь. Не обращая внимания на его злорадный смех, я сконцентрировалась на диване, который проглядывал из другой комнаты. Нужно было только прилечь на него. — Знаешь, — сквозь смех процедил он, — если тебе его вернут, ты могла бы его продать и… — Заткнись, черт возьми! Замолкни! – Начала кричать я, чувствуя как волна гнева сносит меня с ног и снова направляет к его омерзительному лицу. Я перестала думать, я могла только кричать, чтобы он наконец перестал говорить. Его слова подействовали на меня хуже удара под дых, хуже всех мерзостей, которые были произнесены ранее. Замахнувшись, я ударила ладонью по его самодовольному лицу и приготовилась, чтобы ударить еще раз, но он меня остановил, быстро прекратив мое удовольствие. Схватив меня за плечи, чтобы утихомирить, он притянул меня к себе. Не прекращая вырываться из его рук, я замерла на мгновение, чтобы плюнуть в его наглое лицо. Он ослабил свою хватку, пытаясь осознать, что я сделала. Я хотела воспользоваться этой секундой, чтобы сбежать, но не успев и шелохнуться, Егор оттолкнул меня назад. Единственное, что я услышала после гробовой тишины, наступившей в номере, был – звук битого стекла. Как оказалось позже, упала я прямо на стеклянный столик, стоявший у подножья кровати. Не почувствовав сначала ничего, я лишь смотрела на розетку, украшавшую высокий потолок. Белоснежная, с вырезанными розами, она окружала массивную люстру с плафонами в виде бутонов. Я попыталась встать, после того как лампочки перестали создавать блики в моих глазах, но оказалось, что слишком поспешно. Зашевелившись, я попутно задела осколки, как окружавшие мое тело, так и те, что находились подо мной. — Неблагодарная сука, вот ты кто.

***

Утро наступило быстро. Так и не сомкнув своих глаз, я наблюдала, как первые лучики солнца появляются из-под толщи свинцовой воды, окрашивая ее в нежный золотистый. Блики танцующие на гладкой поверхности моря рассеивались по всей глади, образовывая настоящее звездное покрывало. И по мере того как краски небосвода смешиваясь, показывая по истине завораживающее зрелище, напоминающий танец облаков, я внимательно следила за пробуждением нового дня. Забыв о неудачах, неприятных разговорах и обо всех проблемах, накативших на меня сразу, я просто наслаждалась. Это спокойное утро не могло омрачить мои мысли. И тут я задумалась о том, что не смотря на то, что происходит — солнце все также сменяет луну, как ночь растворяется под гнетом дня и это будет происходить и дальше. И я могла только наслаждаться этим, продолжая жить. Егор проснулся спустя несколько минут, как в номер постучались. Я не спешила открывать. Лишь отвернувшись от видов Сочи на минуту, я просматривала с балкона темно-каштановую дверь из-за которой доносились звуки. Наверняка моя команда уже прибыли в Сочи и они ждали меня на завтраке, который должен состояться вот-вот. Но переведя взгляд с двери на кровать, которая частично была скрыта белоснежным тюлем, я заметила, что Егор совершенно не торопиться вставать. Лениво перевернувшись на бок, он достал из-под подушки свой телефон и лениво начал просматривать новости. Вот и все утро. В этот момент я впервые позавидовала ему. Наблюдать за ним мне совершенно не хотелось, поэтому я вернулась к морю, которое в отличие от моего соседа, привлекало меня полностью. Подождав еще несколько минут, я не выдержала и поднялась с плетеного кресла, на котором провела последние несколько часов. И хоть ноги меня почти не слушались, а спина тянула меня обратно, я решила, что не стоит обращать внимания на боль. Только не в это прекрасное утро. — Ну же, поднимай свою задницу, — поприветствовала я Егора и, пройдя мимо кровати, направилась в ванную комнату, — Я хочу есть. В ответ я ничего не услышала и выдохнула с облегчением. Прикрыв за собой дверь, я тут же направилась к белоснежной ванне. Включив воду, я посмотрелась в зеркало и поняла насколько ужасно выгляжу. Огромные потек на правой стороне лица так и не прошел, а теперь еще и отливал фиолетовым цветом. На моем бледном лице это буйство красок смотрелось еще более живописно. — И как, по его мнению, я буду выступать с этим? — Вырвались мысли в слух, тут же смешавшись со звуком потока воды, — Надеюсь, девочки, вы приложите все усилия… Хоть я бы точно не справилась со всем своим арсеналом косметики, я искренне верила в способности своих визажистов. Потянувшись, я хотела снять кофту. Но только вытянув руки, в районе плеча меня пронзила резкая боль. Согнувшись, я чувствовала, как она словно горячая жидкость течет по спине, заставляя ее гореть. Не произнеся и звука, я смогла только приоткрыть рот и, как рыба на суше, хватала теплый воздух. — Позвони Наташе! – Крикнула я, надеясь, что Егор услышит меня в спальной комнате. В ответ ничего не последовало и я сделала вторую попытку, на что услышала приглушенное «Зачем?». — Она принесет мой парик, идиот, и поможет мне! — Кричала я, стараясь утихомирить дрожащее тело. Медленно выгибая спину, я судорожно прокручивала в памяти момент сбора чемоданов, надеясь вспомнить, осталось ли еще обезболивающее. Но моих усилий было явно недостаточно, из-за продолжающейся боли, я не могла вспомнить куда засунула пачку таблеток. Ко мне на помощь примчалась Наташа только спустя минут десять. Она открыла дверь, обнаружив меня сидящей на бортике ванной. — Черт, — выругалась она, продолжая стоять в проеме. — Наташ, в гардеробной чемодан, — прохрипела я, скрючившись, — там должны быть таблетки, найди их и принеси мне, пожалуйста. — Что прои… — Принеси мне таблетки, Наташа, — перебила я ее, — Я умоляю. — Что эта скотина с тобой сделала? – Единственное, что сумела произнести она спустя пол часа накладывания тонального крема на мое лицо, — Господи, невероятно… Тяжело вдыхая, она металась вокруг меня, рассматривая мое лицо со всех сторон. По ее выражению было заметно, что мало что получается и Мерлин Монро из меня сделать не получается. Но все же, взглянув на себя в отражении небольшого зеркала, которое она заботливо мне протянула, я довольно кивнула. — Это лучшее, что можно было сделать. — Парик конечно прикроет часть, — шепотом произнесла она, смотря на меня в этот момент, — Но все равно заметно. — Надену солнцезащитные очки, — ответила я, — в первый раз что ли. После этих слов я постаралась ободряюще улыбнуться. Боль немного притупилась, и я могла уже сидеть не как горбатая старушка. — Скажи мне, что происходит, - жалобно произнесла она, присаживаясь на корточки около меня. Прислонив лицо к моей ноге, она успокаивающе поглаживала мою руку, на которую я все время опиралась. — Мы все испугались, когда ты пропала. Артему позвонил Саша и рассказал, что ты уехала с ним. От тебя не было вестей целые сутки, мы испугались не на шутку. Он хотел уже звонить в полицию, как Егор ему позвонил. Я издала смешок. — И что было дальше? — Поинтересовалась я. — Он попросил собрать нас всех. Сказал, что ты в Сочи и что решила выступать, — она приподняла свое лицо, чтобы заглянуть в мои глаза, — мы не поверили сначала. Артем очень сильно кричал, грозился его посадить и… — И вот мы все здесь, - подытожила я. — Скажи, что сделать, — неожиданно произнесла она, отрываясь от моего тела. — О чем ты? — Напишем заявление, его упекут в два счета, - горячо воскликнула девушка и расположила свои руки на бока, напоминая своей стойкой супергероя. — Нет, — тихо произнесла я, наблюдая за ее реакцией. — В смысле? — Шокировано спросила она, опуская руки. — Ты спросила – я ответила. Протянув ей руку, я попросила немым взглядом помощи, чтобы подняться с бортика ванной. До сих пор ошарашенная, она исполнила мою просьбу. Заглянув в ее чистые голубые глаза, я поняла, что она хочет узнать причину. — Не сейчас, — единственное, что могла я ответить, — давай пойдем завтракать, я ужасно есть хочу. Выйдя из номера, я встревожено поправила парик, чувствуя себя некомфортно. В коридоре мы никого не встретили, что несомненно меня обрадовало — можно было добраться до еды спокойно. Переступая с ноги на ногу, я чувствовала при каждом движении, как кожа на болезненном месте натягивается, обтягивая рану. За такой короткий промежуток времени плечо еще не могло зажить при всех моих мысленных усилиях. Как оказалось, ночью я не только разбила дорогущий столик, но и раздербанила свое плечо. Местами кожа отсутствовала напрочь, словно ее там и не было, обнажая мышцы. Я была благодарна Наташе, которая переборов свой страх, упорно вытаскивала небольшие осколки из ранок, позабыв на свою боязнь крови. Зрелище было отнюдь не совсем приятное, это я поняла по ее зеленому лицу. Искренне надеясь, что мой вид не испортил ее аппетита, я все же позвала ее с собой. Она – один из самых близких мне людей и в данный момент, я нескончаемо была рада ее присутствию рядом. Все же, кто бы что ни говорил, но поддержка близких и дорогих людей действует не хуже обезболивающего. Я поняла, что все уже собрались на террасе, когда спустившись в холл, мы встретили только обслуживающий персонал в лицах множества официантов с подносами. Проходя мимо ресепшена, я заметила толпу журналистов скопившихся около входа. Путь им преграждали два высоких молодых человека. Удивившись такому ажиотажу, я вопросительно посмотрела на Наташу. Но она была обескуражена не меньше чем я. Несколько людей с камерами стояли прямо напротив проема и линзы от их аппаратов, виднелись сквозь широкие плечи мужчин. Расставив свои руки, они преграждали людям путь во внутрь отеля, не проронив и слова. Повернув за угол мы прошли через небольшой бар и оказались прямо перед выходом на залитую солнцем террасу. Выйдя из тени помещения, я невольно улыбнулась, когда теплые лучили солнца снова коснулись моей кожи. Легкий морской бриз раскачивал белоснежные скатерти, а ярко-розовые пионы на фоне лазурного моря только добавляли этому месту по истине райский вид. — Тебя уже ждут, — вывела меня из раздумий Наташа, показывая кивком головы на столик прямо около каменного ограждения. За столиком уже сидел Филипп и уминал порцию блинов. Одетый во все белое с черной шевелюрой видневшейся из-под широкой шляпы, он то и дело говорил с Катей. Девушка сидела рядом с ним и хаотично рылась в своем телефоне, коротко отвечая своему другу. За столиком сидели только они и Егор, который безучастно пялился на свою пустую тарелку. Я уже хотела пройти к ним, как меня остановила Полина, вскочив со своего места. — О, дорогая, Каро! – Воскликнула она, разведя свои худые руки, чтобы меня обнять. Я улыбнулась ей еще шире и позволила ей прикоснуться ко мне. Хоть ее хрупкие ручки почти и не дотронулись до меня, но этого вполне хватило, чтобы острая боль вновь вернулась. — Полина, я тоже рада тебя видеть, — процедила я сквозь сжатые зубы. Надеясь, что она не заметила моего подрагивания, я тут же нашла оправдания столь холодному приему. — Я обгорела на солнце, кожа вся горит. — Ох, — произнесла она и, осмотрев меня своими кристально чистыми голубыми глазами произнесла, — Но ведь ты ужасно бледная.

«ЧЕРТ!»

— Ну… — О, Филипп уже ждет нас, – перебила меня Наташа, притягивая к себе за руку, - Филипп Бедросович! – Завопила она на всю округу, вызвав небывалый ажиотаж к нашим фигурам со стороны всех посетителей отеля. — Дорогая! – Услышала я вслед, прежде чем Полина могла что-либо ответить. Провожая нас взглядом, она тихо присела обратно. — Как я рад тебя видеть! – Воскликнул Филипп в надежде меня обнять. Но как только он потянулся ко мне, я остановила его рукой, выдавив на лице извиняющую улыбку. — И я тебя, дорогой! – Нежно произнесла я, незамедлительно присаживаясь около Кати. Только я хотела поприветствовать ее дежурным поцелуем в щеку, как Филипп воскликнул. — Ты не представляешь, что сегодня утром я узнал! — Ох, сейчас начнется…- раздраженно прошептала блондинка, закатывая свои глаза. — И что же ты узнал? – С улыбкой на лице спросила я. — Сережа, - произнес он и широкая улыбка обнажила его идеально белые зубы. Одного имени хватило, чтобы мое сердце пропустило один удар. Сжав в руках салфетку, я продолжая заморожено улыбаться, глядя на него и ждала продолжения. — Он здесь! — Продолжил он и мое сердце опять замерло, как и все тело. Я перестала дышать. Я сидела не шевелясь, продолжая улыбаться и чувствовала, как дрожь пробивается через натянутые мышцы. Меня начало лихорадочно трясти, словно у меня начался приступ. Заметив легкий испуг на лице своего друга, я откинулась на спинку стула, стараясь привести конечности в былой живой вид. — Как? – Услышала я Наташин голос. — Я не знаю! – Недовольно буркнул Филипп и проткнул кусок блина серебряной вилкой. — Он разбудил меня в шесть утра с криками: «Он здесь! Он приехал!». Словно за дверью стоит Папа Римский, - оживилась Катя, поправляя столовые приборы, - мы не могли уснуть. Он носился по номеру с желанием одеться и идти на его поиски. — Но мне не сказали, где он, - прошипел мужчина и надул губы, как маленький ребенок, - А Крутой наверняка знает! — Да, это он ему написал, - Катя осмотрела террасу, - И его сейчас здесь нет, отлично! — И много людей знает? – Ворвалась в разговор Наташа, разворачивая свою салфетку, чтобы положить на колени. — Ну, судя по толпе, стоявшей около входа в отель - все! — Ничего от них не скрыть! – Произнес Филипп, продолжая жевать, - стервятники. Я перевела взгляд с недовольного друга, на сидевшего на против меня Егора. Он молча смотрел на пустую тарелку, находясь мыслями явно не здесь. Ни проронив ни слова, он продолжал сидеть неподвижно. Мы с ним, как отражение друг друга, боролись со своим разумом. Только мысли у нас были разными. Во мне горело желание увидеть Сергея в ту же секунду. Забыв о своем покалеченном состоянии и прожигающей боли в спине, я уже придавалась мечтами как смогу обнять его. «Боже, он здесь» – проносилось все время в моей голове. Я не могла поверить первые пятнадцать раз, как эта фраза, как заезженная пластинка повторялась в моей голове, в последующие – мозг уже подавал сигналы. От нетерпения я заерзала на стуле, желая сорваться с места и обыскать весь город только чтобы увидеть его. От мыслей, взбудораживших мою кровь, я почувствовала, что мне становится невыносимо жарко. А на против меня, Егор превратился в осунувшегося старика с пустым взглядом. Мне хотелось кричать, злорадствовать. Я хотела прямо сейчас выговорить все то, что крутилось в голове. Я чувствовала победу. — Ах, вот вы и здесь! – Поприветствовал нас Игорь, появившись за спиной Филиппа. От его слов мужчина чуть не подавился, но успокоившись, окатил его своими горящими глазами. — Ты! — Крикнул он вместо приветствия, — говори, где Лазарев! Улыбнувшись болгарину, Крутой присел рядом с ним и торжественно произнес: — Он скоро придет! Как вы думаете зачем здесь еще два свободных места! – Усмехнувшись, он кивнул на пустой стул рядом с Егором. И даже находясь на расстоянии от него, я почувствовала, как он перестает дышать.