Любовь не входила в план!

Девушка открыла глаза лишь вечером. Очнулась в какой-то комнате, которая была вполне похожа на обычную. Без каких-либо напрягающих цветов. В висках была нестерпимая боль, от любого движения становилось тошно, а в помещении пахло противными таблетками. На ее глаза падали неаккуратные кудри каштановых волос, загораживая синяки и царапины, которые были на щеке и шее. Глаза бегали по сторонам, ищя хоть малейшее спасение иль объяснение всей этой ситуации. - А вот и проснулась, спящая красавица ,- в комнату ворвался Билл с коньяком и телефоном в руках, - ну как спалось? - в его улыбке не было ничего доброго, а даже наоборот: кровожадные черты сопровождали все лицо в грубых пропорциях и изгибах. - К..како... - Боль ударила по вискам до такой степени, что невозможно даже говорить. Все что было в ее силах, это поднять глаза, наблюдать за движением своего мучителя. В данный момент ее вид был, как у беззащитного котенка, который очень нуждался в помощи. - Ты тут временно. Пока твой папаша не принесет нужные бумаги. - он положил телефон в карман классических брюк и сел напротив девушки, закинув ногу на ногу. Его волосы переливались на солнце, а зрачок глаза сузился до кошачьего размера. Рубашка отдавала запахом алкоголя и сигарет. - П-папа? - в ее голосе явно оставался страх и беспокойство. Причём здесь он и эти изверги? А что если он просто хочет ее убить? От этих вопросов голова еще сильнее болела, а после появлялась кровь от недавних телесных повреждений. В комнате повисла гробовая тишина, лишь где-то в далеке слышны голоса людей на улице. - Да не беспокойся. Не убьём его... наверно - парень приблизился к жертве поправлял локаны растрёпанных волос. - Отпустите меня! Твари! - после чего получила новую порцию боли от удара по щеке. Небольшой ток прошёлся по всему телу. - Запомни, мелочь, я не собираюсь с тобой нянчиться. Молись, дабы папаша успел отдать то что нужно, а иначе сдохнете жалкой смертью. Услышав громкий хлопок дверью Мей поддалась эмоциям, которые захлестнули ее полностью. Из глаз пошли жалкие слезы, стекая на диван. Вся новая одежда была мятая, грязная, в каких-то местах видны красные теплые пятна вперемешку с противным запахом. Одним словом - настоящая заложница. "Ещё немного, и меня действительно могут убить" - времени на рассуждения не было. [Да ну] Дрожащей рукой Мей схватилась за стенку. Ноги не держали, любое движение приводила в адскую муку, хотя желание жить было дороже всего..или это был инстинкт выживания? С каждым миллиметром становилось тяжелее дышать, да и передвигаться тоже. Спустя долгих и мучительных пару минут Мей смогла добраться до окна. Странно, но на первый взгляд оно казалось безобидным. Как только она дотронулась до него, дабы позвать на помощь, то ее сразу отбросило назад из-за электричества. Пайнс упала на спину и потеряла сознание. От такого шума пришел Сайфер. - И почему все подростки такие тупые? - подойдя ближе, он поднял девичье тельце и положил обратно на диван. В этот момент телефон начал звенеть. На экране высветился звонок от Джона. Не отходя от кровати тот моментально ответил. Дальше были слышны лишь короткие реплики. - Да, у меня. Вроде жива. Ага. Хорошо, пока. К этому времени девушка потихоньку приходила в себя. - Чт-то произошло? - все что ей удалось - это связать четко два слова. - Произошла твоя тупость. Не пытайся убежать, звёздочка. - Сайфер сел рядом с ней и сильно схватил за волосы. - Уяснила? - Д-да - на испачканный свитер начали капать горькие слёзы, отставляя мокрые следы. Эту муку уже невозможно терпеть. - П-прошу, отпусти. - Ребенок. - он усмехнулся про себя и ушел за дверь. На часах мелькало 20:30. День начал сменяться на вечер, а тучи сгущались, делая небо ещё темнее. По небольшой двухкомнатной квартире ходил обеспокоенный мужчина, лет сорока, в старом прокуренном халате и с неухоженной бородой. - Да где же Мейбл - в пустоту задавал это вопрос Люк. Он в сотый раз пытался ей дозвониться, но в конце телефона слышны лишь "Абонент недоступен, перезвоните позже". Стрессу не было предела. Потерять единственного наследника? После смерти его жены и его мамы, им совсем стало трудно жить. Страшные мысли так и лезли в голову. Неужели все кончено? Тут же телефон подал признаки жизни звоном. Пайнс очень надеялся, что это дочь, но нет. На экране отображался неизвестный номер. - Слушаю... - О-о-о, Люк, как я рад тебя слышать. Тебе нужно сделать небольшое одолжение, а иначе твоя "кроха" умрет. Столь противные слова он никогда не слышал. Паника накрывала волнами тело мужчины, а в трубке повисло гробовое молчание. - Что тебе нужно? - уже более серьезно спросил мужчина. - Те бумаги, с кодами взлома. Сам знаешь, я много не прошу. - Владелец мафии стучал по столу своим золотыми кольцами так, что даже сам собеседник это слышал. - Понял. Я выезжаю. Местоположение знаю. - Надо успеть, а иначе этот печальный конец может действительно настать. Не разбирая одежду Пайнс натянул потрёпанные джинсы и недавно купленную серую футболку. Моментально он сел в машину, и как назло, пошел ливень. - Чёрт возьми! Да что же за день такой! - мысленно выругал себя. Автомобиль тронулся с места. На улицах было темно и сыро. Освещение почти не было, что нагоняло страх. Лишь пару ламп неэффективно освещали небольшие участки дороги. Дождь усиливался с каждой минутой. Неудивительно, почему этот город прозвали депрессивным и дождливым. Бедолага выехал за черты города, едя возле густых лесов, где мало проходило людей. Казалось бы, сейчас отдаст документы, получить дочь обратно, но судьба жестока, не так ли? Из-за мокрой дороги,Лада не удержалась на дороге, и врезалась в дерево, а сам водитель вылетел из переднего сиденья, через разбитое стекло. Тело было все в крови, которую размывал дождь. С каждой минутой пульс стихал, а в конце и вовсе перестал биться. Теперь этот конец лишь его. А как же дочь? Что будет с ней? Смерть матери Мейбл пережила тяжко, а теперь ещё и отец....