Один день

***

Я не гей, правда, я не гей. У меня уже много раз об этом спрашивали прохожие, знакомые… (Флешбэки: — Чувак, че за стремный прикид? Ты че, гей? — Блин, этот петух посмотрел в нашу сторону, пошли быстрее. — Молодой человек, просим покинуть магазин, так как ваш внешний вид весьма вызывающий. — Не подходи к моему ребенку, п*дор, или я вызову полицию!) Ну. Что-то в этом духе. Мне всегда нравились девушки. Их красота, чистота и невинность. Их блеск губ и волосы, спускающиеся водопадом с плеч на пышную грудь, так и манили попробовать плод наслаждения, доселе неведанный. (несчастный девственник) Поэтому я решил, что сегодня, я смогу найти ту единственную (жертву) и открыть ее, словно флакон прекрасных духо… — КАРАМАЗИК! — Да, мам?! — Харэ уже прихорашиваться! Освобождай санузел! Ты тут не один ваще-то! — Окей, Mommy. День начался с приятного щебетания птиц под окном. Чоромацу широко распахнул окно комнаты, дабы проветрить помещение после сна и вдохнуть приятный по-весеннему свежий воздух. Ичимацу снял с себя ночную рубашку и принялся искать в шкафах свою кофту. Осомацу сидел посреди комнаты и вслух читал газету «В мире животных»: — О, ребят, а вы знали, что хотя лебедей и называют символом чистой и крепкой любви и верности, но многие при этом даже не догадываются, что большинство лебединых пар гомосексуальны. Самка откладывает самцам яйцо, после чего они изгоняют ее из гнезда и растят потомство сами! — Как «интересно», — скорчил недовольную рожицу Чоромацу и посмотрел на полуголого Ичимацу, который все еще рылся в вещах, — Ичи, что с тобой? Ты сегодня какой-то сам не свой. Ичимацу растерянно посмотрел на брата и отвел глаза в сторону. Неожиданно в комнату вбежал Джушимацу и размахивая руками начал орать что-то про «хавчик» и «жрачку». Все, кроме Ичимацу, дружно пошли на завтрак. Одинокий лебедь грустно посмотрел в окно. Куда делась его одежда, он не знал. Выходить так в свет не очень хорошо. Ичимацу огляделся, встал и подошел к дивану, на котором лежало зеркальце Карамазика. Недолго думая, словно кот, он запрыгнул на диван и посмотрел в свое отражение. Ичимацу почему-то считал, что тот, кто посмотрит в него, будет навеки проклят, но желание проверить это было сильнее. «Хмм.. соски розовые» — Ичи сел на коленки поудобнее и дотронулся одной рукой до плеча. Другой он поставил зеркало, оперев его на подлокотник дивана, и медленно дотронулся до губ. По спине прошлась орда мурашек. Там, в отражении не было видно всего, что хотелось бы увидеть. Мысль о том, что парень сейчас один, по пояс голый, может делать что пожелает, заставила его лицо и соски немного покраснеть. «Н-нет, так нельзя... проклятье..» — руки непослушно забегали по белому, как песок, телу, -"бл*дь»… Дверь открылась. Взгляды Карамацу и Ичимацу встретились. — Ичи, что ты.. *Звуки разбитого вдребезги стекла* Как выяснилось позднее, некто прошлым вечером закинул одежду Ичимацу в стирку, так как этот некто «нечаянно испачкал ее», но не признался как и чем. Итог: минус зеркало; плюс один к хорошему настроению Впечимацая. Хорошая прогулка с утра на свежем воздухе никогда не помешает. Братья разбежались кто куда (уж сами знаете), а наш взгляд падает на печального Карамазика, идущего вдоль реки. Он, грустно шагая неведомо куда и смотря лишь себе под ноги, забыв о счете времени, забрел туда, где изредка они с братьями гуляли еще в детстве. Старый район особо ни чем не выделялся среди остальных. Проходя мимо домов, Карамацу всматривался в каждый из них. В кирпичных стенах этих старых зданий его привлекла плесень, растущая из щелей. «Ах, как достойно это нечто живое вырастает из мертвого камня,» — подумал он и заметил, что немного заблудился. Раньше их водил на прогулки в эти места Ичимацу. В памяти еще остались след минувших дней, детский плач, слезы и сопли и такой смелый брат, который может укрыть тебя за своей спиной. Знакомые виды, пейзажи и панорама задерживали на себе взгляды, но все же, как вернуться домой, в свое настоящее, где тебя любят и ждут? (ага, надейся) Жаркий полдень. Ичимацу, все также полуголый, выбрался на крышу и прилег, закинув руки за голову и закрыв глаза. Почему-то в голове начали возникать то заплаканные, то смеющиеся выражения лица Карамацу. «Фу.. достал... Видно, это и есть проклятие..». Ичимацу уснул. — Братец Ичимацу, мне страшно! — взял его за руку маленький Карамацу. «Я сплю? Похоже на то...» Ичимацу увидел, что стоял мужду домами в тупике, рядом Караплакса, а перед ними — собаки. «Мне кажется, что-то подобное уже было. Это прошлое?» — Да, ты прав. Это прошлое. От него зависит твое настоящее. — Нет, от него ничего не зависит. Настоящее в силе победить прошлое и подарить будущее! «Кто это говорит?» Свет. Сияние. Звук волшебства. Появился Джушимацу в режиме бога. Собаки, поджав хвосты, убежали. — Джуши, что ты делаешь в моем сне? Джушимацай ответил: — Этот сон станет явью, если ты ничего не исправишь! Слушай свое сердце! — Ичимацу, мне страшно!.. Ичимацу!… ….. Ичимацу открыл глаза, а над ним нависла упоротая физиономия Джуши. — Зачем ты снова влез в мой сон? — Мускулы! Ичимацу сел и погладил по голове братика: — Спасибо. Мне нужно найти Кару Анальную… — с этими словами он поднялся и пошел. Сначала пообедал, конечно, а потом накинул на себя кофту Карамацу, потому что тот всегда щеголял в своих гейской майке и тупой кожанке (неужели у Ичи своей одежды вообще не было?), и побежал. Ноги сами несли его туда, где однажды все началось… Вечереет. Целый день прошел впустую. Карамацу грустно брел по улице. Ноги уже устали. Он время от времени останавливался, садился на заплеванные скамьи, рассматривал голубей и воробьев, купающихся в лужах. Прогулка затянулась. Мимо еле плетущего ноги парня прошла молодая женщина с огромной псиной. Пес, учуяв запах незнакомца начал лаять. Всего нескольких рывков было достаточно, чтобы высвободиться. Пес набросился на Карамацу. Тот увернулся и побежал. Потом завернул за угол. Тупик. Сердце внутри бешенно колотилось. В памяти воскрес тот день, когда на него набросилась целая стая собак. Страх сковал его с головы до пят. Взгляды встретились. Вдруг откуда-то сверху упал Ичимазик. Карамацу обрадовался появлению братика, но улыбка пропала, когда он увидел испуганное выражение лица брата, полное неописуемого ужаса. «Точно,» — ударил он себя по лбу, — «я и забыл, что Ичимацый неделю провалялся в больнице после того случая.. Ну что ж,» — собрался с духом Карамазик, — «мой черед спасать тебя, brother»… Он рванул вперед и доблестно закрыл собой брата… Женщина подошла к песику, успокоила вкусняшкой, взяла за поводок, извинилась и ушла. Два сопливых дибила простояли так еще минуты три. Ичимацу упал на колени: — П-прости… я не смог спасти тебя. Почему мне так стыдно? На это старший братик, улыбнувшись, ответил: — Теперь я спас тебя, my cute brother. — и с этими словами он обнял Ичи. Тот покраснел еще больше. И так жарко и страшно, а тут еще и этот лезет. Карамацу заметил свою кофту на братике и тоже покраснел. Внизу что-то начало зудить. Ичимацу почувствовал, как что-то твердое стало упираться в ногу. «Бл*, почему сейчас я не могу треснуть его? п*зд*ц» Вдруг Впечимацай почувствовал, как это твердое стало двигаться. «Че? Серьезно? Он что, решил об меня потереться здесь? А потерпеть до дома и там уже в туалете решить проблему не судьба?» — подумал он, но продолжал смирно сидеть на коленках. — Мхах… «Эээээ?! Ты, Дерьмомацу, совсем стыд потерял? Еще обкончайся тут, долбо..еб» Карамацу кончил. Семя стало немного просачиваться сквозь тонкие джинсы. Тяжело дыша, Карамацу прервал тишину: — Тебе идет это кофта, маленький лебе… — НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК, П*ДОР! — получил Карамацу по яйцам. Канец:3