Невольники судьбы

В тёмном сыром помещении находится двое человек. Голос старой женщины гулом отдаётся в кургане. Потом резко всё стихает, и разговор переходит на шёпот. Затем одноглазый мужчина подходит к старухе, договариваясь о плате за прорицание. Получив всё, что хотела, та провожает аса к выходу. Возвращаясь обратно, она видит, что кто-то прячется за стеной. Она какой-то странной походкой, делающей её похожей на сумасшедшую, подходит к стене и заглядывает за угол. Там стоит темноволосый мальчик лет пятнадцати по Мидгардским меркам. У него был несколько испуганный вид. Он с презрением смотрел на старуху. -Как ты здесь оказался?- спрашивает женщина глубоким низким голосом. -Всё, что вы сказали - правда?- с недоверием спрашивает мальчик, игнорируя её вопрос. -Я знаю, кто ты,- старуха смотрит на него своими сумасшедшими глазами,- Не волнуйся об этом сейчас. Когда всё начнётся, я буду рядом, я помогу, - она берёт его за руку и в мгновение переносит к Иггдрассилю. Старуха решает сделать так, чтобы он забыл об этом разговоре, чтобы не знал своего ужасного будущего. Может тогда Судьбы можно будет обмануть. Она прикладывает ладонь к его лбу. - Я буду рядом, когда придёт время,- продолжает говорить старуха, будто пытаясь убедить в этом себя. И мальчик забывает то, что произошло в кургане. Он открывает глаза и видит перед собой сад рядом с Иггдрассилем и уже больше никогда не вспоминает об этом. Старуха возвращается к себе в курган и быстро меняет облик на настоящий. Вовсе она не старуха, даже учитывая, что её подняли из могилы. Умерла-то она молодой. Провидица берёт со стола два пузырька с зельями. Она выпивает первый пузырёк. Теперь женщина полностью забыла текст пророчества и вообще почти весь сегодняшний день. Она выпивает второй пузырёк. Теперь можно забыть о том, кем она была, впереди ждёт вечность. *** Вейг проснулась посреди ночи. Она бросила взгляд на старинные часы на стене. Они показывали полночь. Вёльва попыталась приподняться и обнаружила, что лежит прямо на Локи. Сначала она очень удивилась и уже хотела накричать на трикстера, но потом вспомнила, что сама так и уснула в его объятьях. Просто Вейг абсолютно не ожидала, что Локи так и уснёт вместе с ней. Она проснулась, как от удара, в голове снова мелькали вспышки. Снова какие-то обрывки. Снова всё непонятно. Она держала Локи во сне за запястье, именно за то место, где были вырезаны руны. Вейг аккуратно сползла с Локи и, вынув сигарету из пачки, пошла на кухню. Вёльва открыла окно и, наполовину высунувшись из него, закурила. На улице было очень холодно. За один день погода сильно переменилась. Снег валил комьями. «Всё, как и говорил Сойер. Один в один». Вейг поняла, что спать уже не ляжет. Теперь придётся ждать, пока проснётся Локи. Вёльву это не устраивало, потому что она уже предвкушала, как будет дёргаться и нервничать, ожидая похода к норнам. Никотин моментально заглушил потребность спать, но не успокоил. Ей не давал покоя этот странный сон. Вейг не сомневалась, что видела себя, она даже слушала текст пророчества. Слушала, но словно не слышала. Будто её мозг был окутан пеленой тумана, не позволявшей словам пробиться сквозь него. Мальчик, которого она видела, очень удивил Вёльву. У Вейг почти не было сомнений относительно того, кто он. Вёльва докурила свою сигарету и закрыла окно. Она пошла в ванную комнату. Там было единственное зеркало в доме. Вёльва никогда не любила зеркала. Вейг была несколько суеверна в этом роде, да и вообще предпочитала не смотреть в зеркало, чтобы лишний раз не расстраиваться. Но в данный момент оно было ей необходимо, иначе она бы забыла, как выглядит. Вейг включила свет и посмотрела в большое зеркало нОна выглядела потрёпанно, впрочем, как и всегда. Давно залёгшие синяки под глазами были на своём месте, чересчур бледная кожа, будто бы никогда не видевшая солнца, растрепавшиеся в вечном шухере на голове короткие волосы. Выглядела она не так плохо, как может показаться. Вейг снова принялась читать «Мой Рагнарёк». Она вновь и вновь впивалась взглядом в печатный текст, пытаясь отыскать хоть какое-то решение. По книге все люди просто в один момент умерли и, даже не запомнили, как это произошло, пока такого вроде не наблюдалось. Ну, хоть что-то радует. Вейг дочитывала последние страницы книги. Вёльва не долго думая подошла к Локи, спящему на диване, и бесцеремонно начала его будить. Трикстер почти мгновенно проснулся оттого, что Вейг тормошила его плечо. - Ты просто решила поиздеваться или случилось что-то важное,- мгновенно проснувшись, сказал Локи, вскидывая брови. -И то, и другое,- язвительно улыбнулась Вейг.- Вставай. Мы идём к норнам. - Сейчас? Это не может подождать до утра?- произнёс трикстер, даже не собираясь вставать с дивана. - Нет, не может, потому что я впаду в истерику, если не разберусь с этим как можно быстрее,- сказала Вейг, взбегая вверх по лестнице в свою комнату. - Ну раз в истерику… Да, ты права, это повод, - саркастично усмехнулся Локи. Вейг быстро натянула джинсы. Надела блузку, а поверх неё свитер. На Улице всё-таки было не жарко. Накинула своё длинное чёрное пальто и быстро спустилась вниз. Трикстер к этому времени уже проснулся и был готов идти. Подойдя к Локи, она на мгновение задумалась, когда рассказать о Рагнарёке и пропавшем пророчестве. -Я обещала тебе рассказать, что мне сказал Сойер. Так вот, он оповестил меня о том, что в мире творятся крайне странные вещи. И все они, каким-то образом связаны с началом Рагнарёка. Плюс ко всему пропало пророчество, сделанное мной для Одина. Сам-то он его знает, но оно пропало из всех мидгардских книг, где было вкратце описано. Я попросила Одина стереть мне память о пророчестве, но, похоже, что я просчиталась. Поэтому мы и идём к норнам. -О каком пророчестве ты говоришь?- удивлённо спросил трикстер? -Ну, вообще замечательно. Странно, что ты не помнишь. Хотя нет, не странно. Почти никто ничего не помнит,- разочарованно вздохнула Вёльва,- Скажи, в детстве тебе кто-нибудь говорил, что будет рядом, когда придёт время? -Не помню. Может быть Фригг или Тор,- Вейг увидела, как лицо мага полыхнуло ненавистью,- Зачем ты спросила? -Нет, не из семьи. Какая-нибудь сумасшедшая старуха например? -Я уже сказал, что не помню. *** Перед тем, как Вейг потянула свою руку к его, ему показалось, что фраза, сказанная ей, была очень знакомой. Он точно где-то её слышал. И точно от кого-то малознакомого. «Я буду рядом, когда придёт время». Фраза снова скользнула у него в мыслях. Она прочно засела у него в голове. Вейг хотела взять трикстера за руку, но машинально отшатнулась, когда чуть не схватила его за вырезанные на запястьях руны. Вроде всего лишь слегка дрогнули руки, но глаза Вейг вновь предательски выдали её. Всё было так, как после того, как она в первый раз случайно коснулась одной из рун. Локи аккуратно взял её за руку и попытался притянуть к собственному запястью, чтобы понять, показалось ему или нет. Вейг в недоумении попыталась вырвать свою руку, но трикстер прервал её попытки. - Обойдёмся без истерик на этот раз,- сказал трикстер, смотря Вёльве прямо в глаза. -Лафейсон, я крайне неуравновешенная женщина, так что истерики мне положены,- стараясь сохранять спокойствие, ответила Вейг.- И какого чёрта, ты делаешь с моей рукой?! Ты для моральной поддержки всё время хватаешь меня за руки?! - Я же просил без истерик. И когда, я говорил рассказать всё, то это означало рассказать всё. В том числе и то, почему ты панически боишься этих рун,- произнёс трикстер, почти касаясь рукой Вёльвы до своего запястья. -Локи, не надо, прошу тебя,- Вейг умоляюще посмотрела на него. он и вправду был готов забыть об очередном допросе и просто поболтать с ней ни о чём. Локи не мог равнодушно мучить её, когда она смотрела на него своим тяжёлым взглядом тёмных глаз. Трикстер боялся вновь увидеть в них страх, презрение или того хуже, разочарование. Он не хотел причинять ей боль, как физическую, так и моральную. Она оказалась первым существом на его пути, которое ему не хотелось замучить до смерти. Нет, убить Вёльву иногда хотелось, но Локи понимал, что за этим бы последовало желание её оживить. -Ответь мне. Почему ты так боишься дотронуться до этих рун?- спросил Локи тихим вкрадчивым голосом. *** Вейг было трудно объяснить Локи очень многие вещи. И всё-таки она признавала, что объяснить, что такое микроволновка или хипстер, всё-таки трудней, чем страх перед рунами на его запястьях. Трикстер слегка притянул Вёльву к себе. Вейг только сейчас заметила, что он довольно высокий. Ей приходилось смотреть на него снизу вверх. И нельзя сказать, что ей это нравилось. Теперь Вейг стояла близко к Локи. Слишком близко. Для неё находиться с ним в одном городе уже было очень близко, а сейчас… Это уже было ни в какие ворота! Но она не пыталась вырваться. И потому что понимала бесполезность этого действа, ибо от Локи вырваться почти нереально, и возможно, потому что сама не хотела. -Когда я дотрагиваюсь до рун,- сказала Вейг чуть кивнув на руку мага,- я вижу обрывки своих начисто стёртых воспоминаний. Воспоминаний, которых я не хочу знать. Вернее не хотела. Это происходит вспышками, кусками и мои мозги в этот момент словно фаршируют бредом и шизофренией. -Ясно,- холодно ответил маг, продолжая прижимать Вёльву к себе. Локи уже не нужны дальнейшие разъяснения, он и так всё понял. Магия, всегда оставляет за собой кусочек того, кто сотворил её. Она оставляет что-то вроде призрачного следа, тени творца. И если с творцом этой магии есть личная связь, то руны вполне могут взаимодействовать. И всегда руны будут вести себя по-разному, в каждом отдельном случае. Вейг понимала, что Локи не идиот и может понять это без её дополнительных пояснений. -Что ты творишь?- иронично спросила она, копируя интонации трикстера. -Пытаюсь заслужить твоё доверие. Тебе не нравится?- удивлённо вскинул брови трикстер. -Я пока не определилась,- сказала Вейг и взяла Локи за руку,- Ладно, заслуживать моё доверие будешь потом, сначала дела. Вейг слегка разочарованно взяла трикстера за вторую руку, и сконцентрировалась на месте переноса. Ей так не хотелось прерывать эту милую сценку, но пришлось. Вёльва никогда не была сторонником подобных вещей, но сейчас всё было как-то по-другому, по-особенному. Она не до конца понимала причину своей минутной слабости. «Как же Локи был прав, когда спросил, что я творю. Действительно, что? Судя по моему поведению, у меня пчёлы в голове завелись. Хорошие такие пчёлы. Я даже не против».