Отголоски прошлого

Мне просто повезло, что в тот вечер я отделался лишь парой синяков и сломанной рукой, которая, скорее всего, пострадала в ходе моего падения. Благо меня не оставили в больнице, а лишь наложили гипс со словами, что «я просто везунчик, раз у меня не было открытого перелома». Наверное, сверху видели мои неудачи, которые произошли со мной за один вечер и подумали: «Ну и ну, бедное дитя… Мы облегчим твою ношу.» Однако это не самое худшее, что могло случиться. Джесси, как только мы вернулись домой после врача, стал вести себя очень странно и необычно. Сначала я подумал, что это мои дурные мысли и я себя лишь накручиваю, но, когда прошло несколько дней, мои подозрения подтвердились. Хоггарт не даёт мне спокойно вздохнуть, следя за каждым моим движением, что было не совсем приятно. Куда бы я не пошёл, этот альфа чуть-ли не по пятам моим следует, откровенно действуя на мои драгоценные нервы. Я прекрасно понимал, что такой контроль с его стороны вызван недавними событиями, и Джесси старается следить за тем, чтобы я не попадал в какие-то передряги, но это немного пугает. Все эти дни, сидя дома в четырёх, потому что я остался ни с чем, а в частности без работы, мне было неприятно ощущать на себе этот неприятный контроль. И, как обычно это бывает, я не желаю говорить об этом. Ясное дело, что молчание не является лучшим вариантом, но я просто не знал, как донести до него эту информацию. «Джесси, ты меня раздражаешь своим маниакальным контролем. Перестань.», – звучит слишком прямо, что может огорчить немного парня... Может, я слишком много об этом думаю и мне нужно быть готовым говорить ему всё прямо в лицо? В любом случае, я очень благодарен Джесси. Не смотря на то, что я остался без работы, этот парнишка без каких это проблем делится со мной своими деньгами, говоря, что пока мы живём вместе, у нас должен быть общий кошелёк. Он спокойно кладёт мне на стол свою кредитную карточку, на которую на протяжении двух лет скидывались деньги его отцом, чтобы «сын ни в чём себе не отказывал, пока не может решить свою проблему». Возможно, именно такая поддержка парню со стороны его родителей сейчас является превосходной возможностью держаться на ногах, без возможности заработать копейки своими собственными силами. Однако это было не так, потому что Джесси всё-таки решил устроиться на работу, чтобы мне как-то помочь. Не сказать, что он слишком много зарабатывает, но на продукты спокойно хватает. И радует то, что Джесси работает в коллективе альф, в которой ему более менее комфортно и не приходится страдать от тех приступов при общении омег, которые хоть и перешли на второй план, однако иногда появляются в его жизни. Смотря на всю эту картину, как Джесси старается на благо мне и себе в том числе, у меня складывается не очень хорошее мнение о себе. «Я повис на шее бедного парня.», – первое, что пришло мне в голову, когда я конкретно об этом задумался. Пока Хоггарт работает не покладая рук, я в это время прохлаждаюсь, чуть ли не лёжа на диване. Просиживание дома я никогда не поддерживал, а тут выходит, что я стал типичным нахлебником. Я стал тем, кого всегда презирал и считал теми, кого стоит наказать за свою неспособность поднять свою пятую точку с кресла и пойти работать. Ещё одним минусом моего просиживания дома было моё нежелание отвечать на какие-либо звонки по телефону. Нет, я брал трубку, когда мне звонил Джесси, однако другие я просто сбрасываю, не желая с кем-то говорить. Последним человеком, кто мне звонил, была Роуз, которую я также проигнорировал. Знаю, что она переживает за меня и за то, что меня уволили. Она просто хотела услышать истинную причину такого вердикта директора, так как, возможно, не верила его словам, и услышать от меня то, что со мной всё хорошо. Я должен был ей сказать, что меня уволили только потому, что какой-то жалкий омега заплатил лысому взяточнику, и меня уволили? Я не был к такому готов, поэтому предпочёл порвать с ней связи на какое-то время, чтобы дать себе прийти в чувства после случившегося. Наверное, девушка так и подумала, так как после этого мне не звонила.

***

Джесси вернулся с работы в пять вечера, как обычно, что меня неимоверно радовало, так как сидеть в квартире одному было очень скучно и неприятно. Однако первое, что этот парень делает, когда приходит домой, так это идёт в душ, игнорируя все мои способы поздороваться с ним. Проходит минут десять с его прихода, после чего он здоровается со мной и проходит на кухню, чтобы наложить ужин себе и мне. Конечно, я сказал ему, что я смогу сам наложить всем, однако мои слова были бессмысленными, так как в следующую секунду Хоггарт сказал, что у меня сломана рука и я должен больше отдыхать. Я не совсем дееспособный и левая рука цела, так что я мог что-то ей поделать, хоть это бы давалось мне с огромной сложностью, ибо я правша. Присев за стол, я не мог скрыть своё недовольство, которое было чётко видно на моём лице. Джесси это прекрасно видел, но ничего не сказал, чтобы не испортить и так не очень приятную обстановку. Снова чувство, будто я повис на шее парня, нахлынуло на меня. Я не мог этому противится и моё молчание скоро перестанет быть таким, перейдя на крик из-за того, что я всё время молчу об этом. Я понимал, что если сейчас я ничего не скажу альфе, то потом будет слишком поздно, чтобы пытаться что-либо разъяснить. – Прекращай всё это, Джесси. Ты думаешь, что я ничего не могу? Дай мне хотя бы что-нибудь сделать в своём же доме, – я сказал так, как есть, не задумываясь о том, что Джесси мог подумать обо мне. – Вас это так задело, Стивен? Я извиняюсь, но вы тоже должны понять, что я желаю для вас лучшего и не хочу вас перенапрягать, когда у вас серьёзные проблемы с рукой. Я спокойно могу… – парень даже не мог закончить то, что так сильно хотел сказать, так как я резко перебил его, закрыв глаза на всё уважение к его личности. – Я прекрасно это понимаю. Я не говорю, что ты не можешь не ухаживать за мной, но не нужно следить за мной. Даже если я выйду на улицу в магазин, ты точно также будешь «сталкерить» за мной? – – Именно. Я не хочу повторения той истории, которая приключилась с вами недавно. Я не хочу снова видеть вас искалеченным. Я буду продолжать переживать за вас, что бы вы не говорили и как бы не реагировали. Хочу наплевать на ваше личное пространство, лишь бы не сводить с вас глаз, не допуская вашего избиения во второй раз. – Когда Джесси договорил, он поставил передо мной тарелку и сказал, чтобы я ел. После этого он не сказал мне ничего, а лишь приступил к ужину. Эта атмосфера меня немного угнетала, а виноват в ней был именно я. Если бы не начал это, то сейчас было бы не так мрачно. Я всё прекрасно понимал, но услышанные слова, которые проговорил Хоггарт, заставили меня даже улыбнуться своим мыслям. Видимо, Джесси настолько переживает за меня, что готов контролировать меня двадцать четыре на семь. Это было и так понятно, но я не думал, что всё так далеко зашло. Он настолько не хочет видеть меня в помятом виде, что готов «наплевать на моё личное пространство». В какой-то степени это было даже мило, что кому-то такой бета нужен, а с другой стороны я чувствовал некую вину за то, что заставил альфу сказать подобные слова. Наверняка он не хотел произносить подобное вслух, однако я просто вынудил сделать его это, за что мне стало стыдно. В следующую минуту я посмотрел на загипсованную руку и вспомнил, с какой тревогой на меня смотрел Хоггарт. Такого выражения лица я не видел даже тогда, когда к нам объявился Джейд со своими знакомствами, которые были вообще ни к чему. Тогда я даже не думал, что общение с Гибсоном может привести к такому исходу событий. Если бы я тогда не ударил его, если бы не стал хамить ему, то всё бы было намного лучше и мне бы не пришлось устраивать какую-то драму из-за чрезмерной опеки альфы. Конечно, у него есть деньги, которые решают в наше время всё, и увольнение какого-то омеги не является какой-то огромной проблемой, а про избиение я даже молчу. Люди готовы на всё за лёгкие деньги… С этими мыслями я приступил к ужину, но перед этим извинился перед Джесси за то, что начал всё это, на что он ответил мне, что всё нормально. Иногда у меня возникают подозрения на тему того, что Хоггарт вообще не способен на меня обижаться, что бы не случилось и что бы я не сказал. Эта мысль меня вольно или нет успокаивала, поэтому я продолжил уплетать всю еду, которая была на тарелке, за обе щеки. – Можно ли встретится с твоим отцом? – В ответ на свой вопрос я услышал лишь звон вилки, которая с шумом упала на пол. Не думал, что подобный вопрос может вызвать такую реакцию у Джесси. Подняв на него свой взгляд, я увидел на его лице неподдельное удивление, которое постепенно стало сменяться на… радость? Неужели этот парень был рад тому, что я задал ему подобный вопрос? Я ожидал увидеть более тусклую реакцию, в конце которой был бы отрицательный вариант ответа. Если Хоггарт ответит, что можно, то это будет выглядеть максимально странно. «Здравствуйте, сэр. Меня зовут Стивен Смит и я тот самый лечащий врач, который охмурил вашего сына.», – не думаю, что я смогу сказать подобное взрослому и здравомыслящему человеку. Конечно, можно будет опустить ту часть, где я говорю про «охмурил вашего сына», оставив только то, что я лечащий врач, чего будет вполне достаточно. Наверняка отец Джесси хочет знать, кто помог его сыну с проблемой, которая растянулась на целых два года. Наблюдая за реакцией сидящего напротив альфы, я не мог не ожидать того момента, когда он соизволит ответить мне на поставленный вопрос. Хоггарт сказал, что увидеться не получится, так как его отец сейчас в очередной командировке и вернётся только через две недели. Сделав вид, что мне очень жаль, я продолжил спокойно есть. На самом деле, я не надеялся на то, что из этого может что-то да выйти. Я задал этот вопрос чисто из личного интереса и вряд ли бы хотел встретиться с таким высокопоставленным альфой в ближайшем будущем. Однако следующие слова, сказанные Джесси, разрушили все мои надежды о том, что я продолжу чахнуть в своих четырёх стенах. «Я постараюсь связаться с ним, и тогда мы сможем встретиться, когда он приедет.», – я удивился, что Хоггарт поддерживает идею того, чтобы встретиться с его отцом: «Мне бы хотелось показать ему своего любимого человека». После этих слов я даже подавился от неожиданности. Никогда не думал, что такие слова будут сказаны так неожиданно, поэтому я высказался по этому поводу. – Надо предупреждать, когда ты говоришь подобное… Я даже подавился. – – Но разве вам не было приятно от моих слов, Стивен? Я не озвучивал этого до последнего, так как боялся, что Джейд попытается разрушить и наши отношения, но, – Джесси сделал небольшую паузу, – когда вы заговорили про встречу с моим отцом, я понял, что деваться некуда и можно ляпнуть что-то подобное. – А ведь действительно… Мне было приятно от слов Хоггарта. Моё сердце заколотилось быстрее, а ком встал в горле, из-за чего я долгое время не мог ничего сказать. Джесси же забавляло всё это и он долго наблюдал за моей реакцией. Если он настроен так серьёзно, то у меня действительно смогу осчастливить этого бедного альфу, который какое-то время назад ходил ко мне на сеансы с целью решить свою колоссальную проблему?