you are my drug

- Где ты? Голые стены, холодный пол и сквозняк, от которого по телу бегут мурашки. Мрачный пятиэтажный дом на отшибе. На улице время перевалило за полночь, но в этой квартире понятия времени не существует как такового. В углу маленькой комнаты сидит зеленоволосый тощий парень неопределенного возраста. На его огромной мятой футболке пятна слюны, крови, рвоты и прокисшего молока. Горит одинокая лампочка, освещая тусклым светом небольшую раскладушку, гору вещей и крохотный старый телевизор. Рядом с ним лежит единственный предмет, привлекающий внимание, - яркая фотография, на которой сидят в обнимку два парня. Изумрудные глаза парня тускнеют, взгляд затуманивается и перестает фокусироваться на предметах. Блаженная улыбка расплывается на лице, а сознание раскалывается на неясные кусочки, словно разбитое стекло. Они снова увидятся. В голове все перемешивается, появляются забавные узоры, все расплывается и играет яркими красками. Парня накрывает приятная эйфория, позволяющая ненадолго забыть о боли. - Мидория, какого хрена? - посреди комнаты раздается приятный низкий голос. - Шото? В комнате из ниоткуда появляется Тодороки. Он привычным движением поправляет наполовину красные - наполовину белые волосы рукой и смотрит на Изуку в упор. Этот взгляд… такой безразличный и тяжелый для других и такой теплый и родной для него. - Где ты был? Где? - в зеленых глазах появляются слезы, зрачки расширяются. - Я рядом, - до жути знакомый голос раздается над ухом. Мидория смотрит на парня с невообразимой нежностью. Он улавливает каждую черту лица, каждую складочку на одежде, каждый оттенок в разноцветных ясных глазах. Сердце отстукивает непонятный ритм, отдающийся по всему телу, голова немного тяжелеет, все вокруг становится прекрасным. - Шото, - Мидория смакует это имя на кончике языка, оно отдает родным запахом мяты и дерева. - Столько всего случилось! Мне так не терпится тебе рассказать! Изуку говорит без умолку, лишь бы не нарушить то, что сейчас так невесомо возникло между ними. Он смотрит на Тодороки и не может оторваться ни на секунду, хочется еще и еще. Вот он, шрам на лице, слегка торчащая прядь. Именно таким он его и запомнил. Вокруг парня витают цветные круги, незнакомые образы. Мидория говорит о чем-то, путается, спорит сам с собой и пускается в размышления. Эти часы монолога становятся для него несколькими секундами. - Я так скучал! Тодороки кун, я люблю тебя, - в глазах парня появляются слезы, он вскакивает с пола, шатается, хватается за стены, но идет к нему. К парню, изменившему его жизнь. Он знает, что нельзя, что нужно терпеть и наслаждаться лишь обликом, но не может. Мидория бросается на шею любимого, готовый ощутить тепло сильных рук. Но парень исчезает, растворяется в пространстве, словно призрак. Он не оставляет после себя ничего, кроме чувства горького противного одиночества, которое Изуку почувствует лишь к утру. Зеленоглазый оседает на пол, обхватывает колени руками и смотрит на стены, где перекрещиваются и распадаются цветные узоры, словно в детстве в калейдоскопе. В голове звучит родной низкий голос: - Пожалуйста, живи с улыбкой на лице и двигайся вперед. Ты не виноват, Изуку. Я люблю тебя. Мидория окончательно пришел в себя лишь к полудню. Его тело сковал озноб, его тошнило, а голова адски болела. Кто бы мог подумать, что преемник Всемогущего опустится до уровня жалкого наркомана? Но Изуку продолжал раз за разом употреблять, забывая о еде и об обычных человеческих потребностях. Его максимум - принять ледяной душ, сидя в желтой старой ванне, или выкурить сигарету, еле удерживая ее дрожащими пальцами. Но он продолжит губить себя и раз за разом приводить мозг в это беспорядочное состояние. Все это ради него. Ради Шото Тодороки. Это Изуку виноват. Во всем, что сломало его жизнь, виноват только он, бывший герой номер один. Да, все и впрямь случилось слишком быстро. Закончилось обучение в Юэй, всех из класса А судьба раскидала по миру. Но неизменной осталось парочка Деку и Тодороки. Они слишком долго скрывали свои чувства. Изуку издалека наблюдал за Шото. Они неловко ловили взгляды друг друга и улыбались, когда разговаривали о чем-то незначительном. Неожиданно Тодороки стал близким другом юного героя. Они вместе обедали, тренировались и проводили выходные. Разговоры становились все глубже и откровеннее, а их чувства друг к другу - крепче, но оба считали, что это не взаимно. Но потом парни первый раз поцеловались из-за фантазии девчонок, когда всем классом играли в “правду или действие”, И больше не смогли остановиться, падая все дальше в этот новый мир чувств. - Тодороки кун! - Называй меня по имени, Изуку. - Хорошо. Шото… я.. ну, в общем-то, как бы… ты мне нравишься вроде, - Мидория вспыхнул и неловко почесал затылок. - Если я тебе нет, останемся друзьями, да и забудь тот поцелуй вообще, извини. Ладно, прости, что побеспокоил. и… - Изуку. - А? Да? - Ты мне… тоже, - что? Тодороки улыбнулся? Они вдохновляли , поддерживали друг друга, шутили, иногда ругались и ссорились, даже дрались, но мирились. Ведь уже не представляли жизнь друг без друга. Внутри будто и правда порхали бабочки, хоть это такое избитое, но такое правильное сравнение. Это была истинная и чистая любовь. Они жили вместе, снимали одну квартирку на двоих. И оба были действительно счастливы. Возвращались домой после тяжелых смен, пекли их любимые булочки и засыпали в обнимку, чувствуя тепло друг друга. Изуку обожал лениво тянуться к губам Тодороки, а когда тот тянулся в ответ, игриво прятать лицо, не позволяя поцеловать себя. Тогда Шото собственнически поворачивал парня к себе и жадно целовал его, слегка кусая его губы и дразняще касаясь чужого языка. Зеленоволосый мгновенно покрывался ярким румянцем и неистово смущался, отводя взгляд, но собирался с мыслями и смотрел на любимого, буквально утопая в его глазах. Мидория искренне восхищался. Силой, храбростью, красотой Тодороки. В нем смешались огонь и лед, создавая невероятную комбинацию. Изуку знает этот запах. Иногда морозный и мятный, иногда похожий на потрескивающие поленья в костре и дым. Это его самый любимый в мире запах, его самые любимые руки, которыми Шото боится причинить боль, но заново учится касаться, обнимать и согревать его любимого Изуку. Но в жизни все не так просто. Их отправили на сложную миссию вдвоем. Если бы Деку знал, он бы никогда не разрешил Шото пойти с ним. Злодей оказался слишком сильным. Для Мидории эта битва была словно в тумане. Вот Тодороки отвлекает противника на себя, а Деку готовится к финальному удару, подключив сто процентов силы, но из укрытия появляются новые враги. Удар, еще удар, уклонение, резкая боль, падение, темнота. Оглушающий крик, прорывающийся сквозь тьму. Кровь, страх, слезы и ярость. Подмога. Победа. Скорая помощь. - Ранения слишком серьезные. Он потерял много крови, мы не в силах что-либо сделать, - врач отходит от пострадавшего и вздыхает. - Нет, такого не может быть! Тодороки кун очень сильный, он сможет! Если вам нужны деньги, попросите сколько угодно. Я уверен, есть способ вернуть его к жизни! - Мне очень жаль… Мидорию словно прошибает током. В глазах слезы, а сердце словно рвут на мелкие кусочки, все внутри него переворачивается. - Шото! Держись, ты же такой сильный! - Голос Мидории срывается, он берет руки героя в свои и покрывает их поцелуями.- Мы еще столько всего не успели сделать. Завести собаку, в Италию съездить, поздравить твою маму с праздниками. Не смей оставлять меня! Герои, пришедшие узнать о состоянии Тодороки, стояли молча. Некоторые из них обхватили голову руками, многие всхлипывали и вытирали слезы. - Изуку… - Шото еле-еле приоткрыл глаза и легонько сжал руку любимого. - Для героя честь - умереть на выполнении задания. Я уже ничего не могу сделать. Ты прекрасный и самый лучший герой. Я бы все отдал, чтобы хотя бы час побыть рядом с тобой. Пожалуйста, живи с улыбкой на лице и двигайся вперед. Ты не виноват, Изуку. Я люблю тебя. Парень обессиленно закрыл глаза и обмяк на подушках. Противно пищали медицинские приборы. Герои сказали ему последние слова и разошлись. Мидория же остался в палате, не отпуская его ни на секунду. Знакомые и друзья приносили ему еду и пищу, просили отдохнуть и съездить домой. Но Мидория не мог его оставить. Это он не смог защитить его. Свой единственный лучик света, свое счастье, из-за которого он просыпался по утрам. Если бы он был сильнее, быстрее, понятливее, Шото бы не лежал здесь! Изуку говорил с парнем, читал ему книги, целовал его и снова и снова признавался в любви. Но тот больше не пришел в сознание. Герой Шото Тодороки скончался через 2 дня. А злодей даже не подозревал, что одним ударом смог убить двоих. Изуку больше не мог плакать. На похоронах почти все плакали, даже Старатель не смог скрыть своих чувств. Он не мог. Он больше не чувствовал. Словно ему сломали ребра, вырвали сердце и оставили вместо него огромную зияющую дыру. Это был его самый близкий человек с разными глазами и редкой, но такой теплой и ободряющей улыбкой. По сравнению с ним все отходило на второй план. Деку любил в нем абсолютно все, даже ненавистный самому Шото шрам на лице и все его недостатки и дурные черты. Мидория не может по-другому. Только вперед, отдаваясь чувствам с головой. И он не смог его спасти. Что-то внутри него теперь болезненно ноет, и эта боль становится все тяжелее с каждым днем, а перед глазами - безжизненное тело, на устах которого покоится еле заметная улыбка. После этого случая он перестал геройствовать. Все СМИ пестрили заголовками о том, что величайший герой мира просто-напросто пропал. Изуку закрылся дома. После такого он не мог улыбаться. Но выход нашелся случайно. Просто какой-то барыга на улице увидел его, продал ему волшебное лекарство, упомянув, что станет легче. После приема Деку захлестнула эйфория, мир вокруг стал не таким ненавистным. И парень увидел его. Того, ради кого он жил, живет и продолжает (или не может) жить. Шото пришел к нему. Его самая желанная и любимая галлюцинация. И Деку продолжил употреблять, хоть и продолжал таять на глазах. Щеки его ввалились, глаза потускнели, кожа побелела и стала все сильнее натягиваться на скелет, обнажая острые ребра. Его силы слабели с каждым днем. Многие старались его поддержать и вытащить из этой пучины. Всемогущий, все друзья и геройское сообщество в целом пытались говорить с ним, насилу вытаскивали из дома, но ему становилось только хуже, начиналась ломка, выворачивающая его наизнанку. Друзья оставили его. - И как я могу не винить себя? Как я могу улыбаться? Мне незачем теперь жить, Шото, незачем! Ты заменил мне Всемогущего, стал моим вдохновителем, моим единственным лучиком счастья в этом жестоком и ужасном мире. Почему?.. Почему? - Мидория пытался достучаться до любимого, представлял его рядом, надеялся, что он магическим образом оживет. Россыпь веснушек на впалых щеках стала еще ярче, зелень в глазах увяла. Какой во всем этом смысл? Какой же из него герой если он не смог спасти главного человека в его жизни? Теперь Мидория ненавидит свое геройское имя, он хочет вывести мерзкое "Деку", стереть эту кличку с себя. Это был не он, не он подставил своего любимого. Но противное слово прицепилось к нему, прилипло и больше не отойдет. Виноват. Изуку виноват во всем этом, что бы кто ни говорил. И Деку продолжить убивать свое тело и сознание наркотиками, пока у него не закончатся деньги или силы идти за дозой. Таким образом он отдаст должное тому самому человеку, прикончив себя извращенным способом, и проведет с Шото последние, но такие счастливые часы своей жизни. - Прости… я не смог быть счастливым, - парень выдохнул, лежа в ледяной воде. - Я больше не умею улыбаться. Надеюсь ты не придешь посмотреть на это. Лезвие. Запястья. Порез. Кровь. Струи. Затуманившийся разум. Бессилие на грани с безумием. - Я люблю тебя. Надеюсь, на том свете встретятся герой и жалкий самоубийца. “Свежие новости. Спустя несколько дней после смерти в квартире нашли труп молодого известного героя Изуки Мидории, известного как Деку. Смерть произошла по причине самоубийства. В крови героя обнаружены следы запрещенных веществ. Истощенный труп был найден в крови и остатках воды со слабой улыбкой на лице”.