Абсолют.

Мэнор Лонгботтомов. Pov Беллатриcca.       Августа ждала нас прямо у камина. Я и братья вышли спокойно, а Барти бухнулся ей прямо в ноги. — Давно у меня молодые люди в ногах не валялись. — не преминула пошло пошутить старушка и картинно щёлкнула пальцами, призывая домовиков. Тут же в круг встали кресла с маленькими столиками рядом. На них появились чайные приборы и выпечка. — Садитесь, молодые люди, рассказывайте с чем пришли.       Мы переглянулись и заняли места. Я в центре, муж с братом по бокам. Барти взял чашку и по своей привычке приклеился к стене. — Собственно, леди Августа, я вам все рассказала ещё по камину. Том считает, что вашему внуку, как дитю пророчества, грозит опасность и попросил нас усилить охрану менора. Пригласите в гости на неделю? — Да? А вот Фрэнк и Алиса считают, что опасность исходит от вас. Даже какой-то ритуал защитный над Невиллом проводят. Тайнюков вон притащили.       Я вздохнула: — Леди Лонгботтом, давайте начистоту. Вы нам не верите? — Не верила — и на порог бы не пустила. Я считаю вы, преувеличиваете опасность. Если не от вас, от кого может исходить угроза? — Вы же знаете о том, как поливает грязью нас пресса? А это мордредово пророчество разошлось уже широко. Как бы наши неведомые оппоненты вновь не решились подставить нас, выкрав или убив детей. — Успокойтесь милочка. — Августа отхлебнула из чашки и аккуратно поставила её на стол. — Альбус ваш оппонент, тоже мне секрет. Создал какой-то орден Феникса из маглорожденных, полукровок и чистокровных обалдуев для противодействия вашей пропаганде.       Рудольфус похлопал меня по спине, дотянувшись со своего кресла. Блин, чай пошел не в то горло. Сбылись худшие наши опасения. Против нас играет именно Альбус! — Спасибо милый, — ласково улыбнулась я ему. Повернувшись к Августе: — И вы так спокойно об этом говорите? — Сами виноваты. Вы опираетесь на поддержку чистокровных родов, а их мало. Почему не работаете с маглорожденными и полукровками? — она предупреждающе подняла руку. — Знаю, что скажешь, работаете с достойными. Так их тоже мало. У вас — Визенгамот, у Альбуса и маглорожденных — министерство и аврорат. Даже мои дети его поддерживают. — Мы сильнее! — я была в растерянности, нужно срочно обсудить это с Лордом. — Что толку. — хмыкнула Августа. — Дракон — самый сильный зверь. Ни одному магу в одиночном бою не выстоять. Только ваш Лорд да Альбус возможно способны. А мы их на ингредиенты выращиваем!       Мы подавленно молчали. Сказать было нечего. — Не беспокойтесь молодые люди, Альбус ничего нам не сделает. Но ваши опасения я понимаю. Именно поэтому после вашего и господ невыразимцев ухода, я закрою менор для всех! Это вам не хиленький Фиделиус, под который раз пустив человека уже из списка не вычеркнешь. У меня и сова не пролетит. Так что пейте чай и поговорим о погоде. Вам не кажется, что для этого времени сильно тепло?       Именно этот момент выбрали для появления Фрэнк с Алисой и трое, как выразилась Августа, «господ невыразимцев». — Мама! — споткнулась о ковер горе-мамаша, чуть не выронив сына. — Что вы здесь делаете? — Живу я тут. — с ехидной улыбкой ответила леди. Алиса чуть не лопнула от злобы: — Я прекрасно знаю, что ты здесь живешь. Я спрашиваю, что ОНИ здесь с тобой делают? — А они пришли ко мне в гости. Дай сюда Невилла, разбудишь. — Августа тяжело поднялась из кресла и забрала ребенка. — Она Блэк! Тёмная! — ну всё, завела свою старую песню.       Я отставила чашку в сторону и встала: — И что? А ты, я смотрю, до сих пор жопу Дамблдору лижешь, повторяя его бредни? — Ах ты пожирательская подстилка! — Что, не можешь забыть, как твой Фрэнк за мной бегал? У меня вообще-то муж есть!       Неожиданно левую руку обожгло страшной болью и меня затопило чувство непоправимой потери. — Кто?! — почти крича спросил Рабастан.       Задрав рукав, я растерянно глядела на потускневшую метку. — Повелитель мёртв…       Мне прилетело в живот. Я рухнула на ковер, меня тошнило, хоть и особо было нечем. Внизу стало мокро. Позор. Алиса не успокаивалась, поднимая меня за волосы. Где же братья? — Что, сука. Не помог тебе твой Лорд? — Что ты знаешь? — лишь и сумела выдавить я. — Уж побольше твоего. Поперся поди твой ненаглядный к Поттерам, там его и… Не вставая я резким ударом головы сломала ей нос. Ох, как она завизжала. Сзади взлетели веревки, пеленая гадов, следом двумя невербальными «Де пульсо» впечатало в стену двоих невыразимцев. Братья наконец вступили в бой.       Встать, надо встать. Получилось. «Де пульсо» в оставшегося. Вынесло через окно. Хрен с ним. Со второго этажа — выживет, но уже не боец. Крауч пеленает «Инкарцеро» Августу, забрав Невилла.       И тут меня скрутило повторно. Внутри словно что-то оборвалось. Сунув руку под юбку я вытащила её, всю в крови и каких-то сгустках. Ребенок. Мой ребенок… Боевое безумие Блэков захлестнуло меня. Эти твари за всё ответят! — Круцио! — Алиса заорала на пару с Фрэнком. Магия свободно лилась через проводник широким потоком, захватывая сразу двоих. На лицах под кожей лопались от напряжения сосуды, превращая их в кровавую маску. Магические путы с них слетели. За моей спиной, как ангелы-хранители, встали муж и брат. — Говори, как вы это сделали! — Выкрикнула я, прекратив пытку. Надо понять, как им это удалось. Я вновь подняла палочку. — Не надо… там был Дамблдор. Они проводили такой же обряд. Твой… лорд видимо столкнулся с ним. — Он бы его в скалу закатал! Говори, что за обряд! — Ли-лишение силы. — Её голос окреп. — Вашему поганому лорду не видать наших детей. Не будут они ему служить! Жаль, что всё зря… — Что? — хором крикнули мы. Барти уже лихорадочно мостил артефактные очки на нос, положив всё ещё спящего ребенка на чудом уцелевший чайный столик.Нам оставалось только ждать, пока тот выписывал палочкой замысловатые фигуры. — Безнадежно. Он теперь сквиб. И похоже навсегда. -прозвучал приговор. — Нет! Обряд обратим! Смертельная опасность…       «Силенцио» заткнуло её, «Инкарцеро» вновь бросило на пол. Заодно и Фрэнку добавила, шевелиться начал. Не собираюсь слушать тварь способную так поступить с собственным дитем. — Барти, знаешь где алтарный зал? — тот кивнул. — Бегом туда, глянь что за обряд. Я медленно передвинула кресло, поставив напротив Августы. Та смотрела на меня, безмолвно плача. Вот в чем дело, и ей «Силенцио» досталось. — «Финита Инкантатем» — повела палочкой над телом теперь уже не леди, а старухи, снимая путы. Села. Поговорим? — К-к-как? — разлепила та сухие губы. — Как они решились на такое? — Кивок. — Вы слишком верили своим детям, дали им волю, забыв о долге чистокровного перед магией. И этот старый павлин Дамблдор задурил им голову. Вы упрекали нас в неумении работать с маглорожденными, а сами проспали своих детей?       Августа молчала.       Слезы сами полились из глаз. Я оплакивала своего не рожденного ребенка, этих «детей пророчества», своего Лорда, который подарил мне семью. Рудольфус не должен узнать про смерть дочери, это его убьет. Хорошо, что я ему не сказала о ней.       В дверях появился Барти, бледный, как шерсть единорога. — Обряд Герпия. — обескровленными губами сказал он. Нас подбросило. Их нельзя оставлять в живых. — У кого хватит сил на Аваду? — У меня. — откликнулся Рабастан, поднимая палочку. — Вам двоим и так досталось. Они все поняли! Рудольфус стоял шатаясь, чёрный от горя. — Прости любимый, не уберегла. — прошептали губы. Я начала падать, но он успел меня удержать. Обнял, прижав спиной к себе. — Нет, я сама. — раздался твердый голос за спиной, и сразу стало понятно за что её назвали Железной Августой. — Вам не хватит сил на «Аваду». — заметил Рабастан. — Мне и не надо. Есть другой способ. — она медленно навела палочку. Связанные Фрэнк и Алиса замычали, задергались. — «Обливэйт максима»… — Зачем?.. Они же теперь как овощи. Их заново придётся всему учить. — Не буду я их ничему учить. Как выяснилось я это не умею. — плечи её поникли. — Не хочу, чтобы Невилл был сиротой. А так — болеют они себе и болеют. Пусть рвётся, учится на колдомедика… — Августа, он сквиб. Какой медик? — Ты слышала Алису. Есть способ. Подвергнуть его смертельной опасности.       Я пожала плечами, даже не собираясь переубеждать её. Так тоже можно. Знание о страшном обряде уничтожено. — Защита с дома снята. Уходите аппарацией. Каминная сеть закрыта. — Спасибо… — мы с Августой обнялись, переживая каждый свою потерю. Наконец она оттолкнула меня. — Иди…       Пора. Отошла к своим, повернулась, прощаясь… Братья и я достали палочки, Барти, взяв всё ещё спящего Невилла понес его бабушке… Раздались хлопки аппарации. Мгновенно развернувшись мы успели впечатать троих обладателей красных плащей в стену.       «Экспеллиармус» — взревело несколько глоток. Палочка вылетела из моей руки…