Марана Костромила: Фамильяр

Когда я проснулась снова, в палате никого не оказалось. Я попыталась подняться и почувствовала легкое головокружение и слабость. В двери аккуратно постучались и приоткрыли. Петли возмущенно скрипнули, но все же подчинились. В палату вошла Мария. На лице ведьмы сияла самая искренняя улыбка. Я улыбнулась в ответ. - Проснулась? Как себя чувствуешь? – спросила подруга, подходя к моей пастели. - Хорошо. Только голова немного кружится. – призналась я. - Это нормально для твоего состояния. Сейчас попьем чайку с тортиком и станет легче. С этими словами подруга поставила коробку на стол, в которой, как я предположила, был тот самый торт. - Только с чаем придется подождать. – продолжила Ястребова. – Лена вспомнила про забытый сверток уже у дверей больницы, так что ей пришлось вернуться в общежитие. Меня эта новость даже порадовала, ведь у меня были некоторые очень важные вопросы. - Мария. – позвала я подругу. Ястребова повернулась ко мне и подошла быстрым шагом. - Что такое? Тебе что-нибудь нужно? Может у тебя что-нибудь болит? Я смотрела на ведьму и думала: как правильно задать вопрос. Ведь я не знала: а поняла ли Мария, что Любомир и Хэкк – это один и тот же человек? А то, что Хэкк черт? Я смотрела в глаза шатенки и пыталась подобрать слова. Но ведьме этого и не понадобилось. Совершенно каким-то невероятным и непонятным мне способом, она поняла что именно я хотела спросить. Подруга присела на край постели. - Наверно, ты хочешь узнать про Хэкка? Я кивнула, опуская глаза и терзая краюшек одеяла. Мария глубоко вздохнула и, выдержав небольшую паузу, начала свой рассказ: - Когда Любомир кинулся к тебе на помощь и, подхватив на руки, совершенно обезумевши, звал тебя по имени, я удивилась. Откуда такие эмоции? И вообще… Но потом, когда у парня появились рога и хвост, я все поняла. Конечно, я знала, что твой фамильяр – Кот Ученый, но тогда это было неважно. Для меня существовала только одна истина: Любомир – Белый Черт. И этот Черт – твой фамильяр. Копаться, искать ответы на вопросы: Как так? Почему ты это скрывала? – у меня не было времени. Думаю, ты и сама прекрасно понимаешь, что в тот момент было не до того. Я слушала подругу и кивнула, хотя прекрасно понимала, что моего подтверждения ей не требуется. - Когда все завершилось, лорд ЭльРей объяснил мне и Мору твою позицию и попросил сохранить твой секрет. Я подняла глаза на подругу и не решалась спросить о ее отношении ко мне теперь. К моему счастью, Ястребовой и теперь слов не понадобилось. Она улыбнулась и взяла меня за руку, отвечая на невысказанный вопрос: - Послушай, Марана. С одной стороны я на тебя обижена за то, что ты скрыла правду. Но, с другой стороны, когда я мысленно поставила себя на твое место, то поняла: поступила бы также. – подруга немного помолчала, а потом добавила. – Мы все знали, что ты темная. Знали изначально. Мы видели твои глаза, и все понимали. Но ведь мы общались с тобой, дружили. Мы видели какая ты. Искренняя, добрая, открытая. И будь твоим фамильяром хоть сам Дьявол, это не отменило бы того факта, что ты – это ты. В этот момент я почувствовала, как горячие слезы стекают по щекам. Невозможно описать словами то счастье и благодарность, которые я испытывала в тот момент. Стихийница протянула руку и вытерла мои слезы. - Ну вот. Расплакалась на ровном месте. Ну и какая ты темная после этого? – с насмешкой в голосе сказала подруга. Я не могла не улыбнуться. - Вот. Вот эта кровожадная улыбка чернейшего из некромантов. После этих слов я рассмеялась окончательно. Внезапно Ястребова стала серьезной: - Говорить ли Димитрию и Елене – решать тебе. Но мой тебе совет: скажи правду. И тебе самой станет легче от этого. Я не могу отвечать за ребят. Но почему-то я уверенна в том, что они скажут то же, что и я. Я кивнула. В глубине души и сама понимала, что Мария права, но все равно боялась, а потому пока не могла собраться с силами, чтобы признаться во всем. Ястребова улыбнулась, поднялась с постели и направилась к столику, чтобы распаковать торт. Запах свежей выпечки с шоколадной пропиткой мгновенно наполнил комнату. Аромат мне был хорошо знаком, ведь это был мой любимый торт. Я приподнялась на постели, но вновь почувствовала слабость и упала на подушку. Девушка спешно подошла ко мне, удобно расположила подушки так, чтобы я сидела не напрягаясь, и подала мне кусочек. Когда Елена вошла в палату, мы с Марией уже доедали первый кусочек, совершенно не заметив этого за шутками и взаимными подшучиваниями.