Никогда больше не отпускать

Тихий вздох срывается с губ Юли, она морщит нос, когда ощущает прикосновение к своей щеке, которое пробуждает её из сна. Глаза всё ещё закрыты, она чувствует, как ей нежно заправляют локон за ухо. Она знает, это хрупкие пальцы Тины касаются её. И Юля не может контролировать свою улыбку, которая сразу растянула её губы. — Просыпайся, соня. Она слышит слова прежде, чем открывает глаза и видит комнату, заполненную ярким светом и Тину, которая лежит буквально в сантиметре от неё. Волосы хаотично раскинулись по подушке, касаясь лица. Тина не накрашена, и Юля думает, что она идеальна. Она хочет запомнить её именно такой. Наготу Тины прикрывает лишь легкая простынь, которой она укрыта. Она плотно облегает её упругую грудь, а изящная, не прикрытая нога почти касается бедра Юли. Яркий, дневной свет просачивается сквозь незашторенные окна и создаёт магическое сияние вокруг Тины. Её голубые глаза сосредоточены на глазах Юли, и последняя, не может сдержаться: — Боже, — бормочет она, — ты такая красивая. Тина тихо смеётся и наклоняется, чтобы поцеловать голую, острую ключицу Юли. Затем она поднимается выше и касается губами её шеи. Юля такая мягкая и податливая, что Тине больно от того, насколько она зависима. Тина продолжает нежно целовать область шеи, а Юля не может оторвать взгляд от девушки. Дыхание застывает где-то между рёбрами, но она чувствует себя живее, чем когда-либо. Внезапно Тина резко перевернулась и опустилась на колени, вокруг тела Юли. Она широко улыбнулась, а Юля подняла брови. Тина оперлась на локтях, закрыла глаза и прикоснулась лбом ко лбу Юли. И в этот момент Юля чувствует, как её грудь увеличивается, а сердце готово разорваться. — Тин. Тина промычала на шёпот её имени, но не открыла глаза. Она медленно начала целовать лицо Юли. И остановившись, сказала: — Так, значит, я оставила, — нежный поцелуй в щеку, — очень приятные о себе ощущения. — Тин. Снова поцелуй. — Так, значит, мы должны дружить. Тина улыбнулась и приподнялась, глядя на Юлю сверху вниз. Юля берёт Тину за руку и тянет к себе назад за поцелуем. Она целует затаившую дыхание Тину, целует её со всей нежностью, на которую только способна. Когда они отстраняются, Юля мягко касается подбородка Тины, и улыбаясь, целует её снова. Сладкие поцелуи разрушают барьеры между ними, и Юля чувствует, как дрожит её сердце. Она чувствует пальцы Тины на своих ключицах, как она скользит ими по её шее к волосам. Руки Юли покрыты мурашками, когда она переворачивает Тину на спину и захватывает в ладони её щёки. — Значит, вы посмотрели моё интервью, Тина Григорьевна, — прошептала она, касаясь большим пальцем нижней губы девушки. — Вы были очень красноречивы, — Тина и посмотрела на Юлю так, словно она — произведение искусства. Она целует скользящий по её губам палец. — Касаемо меня. — Я не могла иначе, — говорит Юля, нежно поглаживая указательным пальцем щеку Тины. — Ты же знаешь. — Я рада, что ты так сказала. Юля качает головой, целуя Тину снова и снова. — Я всегда буду так говорить о тебе. Их руки находят друг друга сами по себе, словно они магниты. Тина скользит пальцами между пальцев Юли и шепчет: — Мне так хорошо с тобой. Комната, кажется, трясётся вокруг Юли, слова эхом раздаются в её голове и откликаются где-то под рёбрами. Такое чувство, что земля уходит из-под ног и, кажется, будто она оказывается в свободном падении. Глаза Тины светятся, Юля может почувствовать, как её чувства бурлят в груди. Она смотрит в её глаза, медленно дыша, после чего обхватывает лицо Тины руками и впивается в неё страстным поцелуем. Он мокрый, глубокий и горячий. Он заканчивается тем, что Тина вбирает в себя нижнюю губу Юли, и слегка кусает. Тихий стон вырывается из горла Юли, и Тина готова умереть прямо здесь. В этой кровати. С этой женщиной. Юля опускается с поцелуями от губ до шеи Тины, от шеи к нагой груди. Кончик носа скользит между грудью, и Юля вдыхает прекрасный аромат. — Боже, как ты пахнешь. Она влажным поцелуем касается груди Тины, покусывая её. Тина вскрикивает, прижимаясь к ней, и бёдра Юли резко прижимаются к бёдрам Тины. Тина прижимается бедром между ног Юли, и берет её за руку. Она медленно кладёт руку Юли между их телами, между пульсирующим лоном и бедром. Юля сжимает руку и закрывает глаза, впитывая эти чувства, а в следующее мгновение рука Тины прижимается к лону самой Юли. — Я хочу чувствовать тебя, — шепчет Тина. Юля скользит пальцами вверх и вниз, собирая всю влагу Тины, а затем два пальца глубоко входят в девушку, словно возвращаясь домой. Стон срывается из губ Тины, а затем она повторяет действия Юли и начинает медленно двигаться внутри неё. Тина прижимает бедро к задней части руки, что заставляет Юлю на время потеряться в моменте. Жарко. Слишком жарко, мир словно исчез вокруг них, оставив им лишь громкие вздохи и звук входящих и выходящих пальцев. — Ты моя Вселенная, — шепчет Тина, и Юля закрывает глаза, полностью окунувшись в слова и ощущение Тины на своих пальцах, на своем теле и в своей голове. Глядя на Тину под собой, она кажется Юле не сбывшейся мечтой, вырванным кусочком из любимого сна, но это лучше. Гораздо лучше, ведь это реальность. Здесь и сейчас, и Юля переполнена желанием остаться здесь с ней. Она переполнена желанием остановить этот момент во времени, этот драгоценный момент и этот взгляд, который говорит так много. Он говорит «Єдина в кого я готова бути закохана — це Юля Саніна». Он говорит о дуэте, который они обещали друг другу, и который, наконец, случился. Он говорит «Нереальна ти» и «Юля ти всесвіт», и «Прекрасна», и «Вогонь у тобі», и «Муза», и «Ти магніт». Всё это — в одном моменте, связано в их переплетённых руках и ногах, в дрожащих губах и полных слёз глазах. Слёзы касаются ладоней Юли, когда Тина, сквозь слёзы, улыбается на её прикосновения. Она касается губами губ Юли, теплыми, нежными и медленными поцелуями прижимаясь к ней, целует каждую частичку её лица, с каждым прикосновением плача всё сильнее и сильнее, и Юля лишь держит её. Так сильно, как только может. Она держит её и закрывает глаза, обещая себе никогда больше не отпускать.