sonder.

      Энни отходит, делая короткий шаг вперёд от Нэнэ и, вовсе поникшая от горечи сожаления, сжимает пальцы в замок, прикладывая их в область груди, крепко-крепко сдавливая в этом месте. Будто ей больно, а она таким глупым способом пытается утомить боль, веря, что так и будет. Ясиро удивлённо выдыхает затхлый воздух этого места, не веря, что теперь она останется наедине с этой девушкой, от которой веет не только холодом и смертью, но и страхом, страхом, который продвигается по каждой частичке тела Нэнэ, пленя её разум. — Я не хочу оставаться здесь одна... — Энни, кажется, плачет, ведь Ясиро точно видит, как из пустых глаз течёт прозрачная жидкость. — Но теперь у меня есть ты. Рыжая копна волос спадает на плечи девушки от легкого ветра, что мгновенно проносится между стеллажей. Свечи, которые расставлены по бокам красных дорожек, на миг затухают, повлекая это и без того тёмное место в мрак. Теперь вокруг лишь темнота и звуки. Только фонарик Энни, что до сих пор смиренно горит, даёт увидеть хоть что-то. Ясиро слышит, как девушка поднимается на ноги, пробегая меж всех светильников, хлюпая босыми ступнями по лужам, которых не так много, но они всё же есть. Энни начинает смеяться, и Нэнэ вскидывает брови, не понимая такой быстрой перемены настроения. Зрачки клубничных глаз на мгновенье расширяются — дыхание прерывается на полу вдохе, и Ясиро пятиться назад. — Смотри, смотри, — Энни вплотную подбегает к Нэнэ, протягивая той чёрное перо, с волокон которого стекает розовая жидкость. — Птицы теперь точно не оставят нас в покое! Ни за что. Розовые капли падают на щёки Ясиро, а та, уже всхлипывая, слышит, как вдалеке кричат те самые птицы, о которых то и дело молвит Энни. Призрак легонько обнимает девушку, ладонью стирая вязкое пятно с лица Ясиро. Улыбка озаряет её губы, и теперь она выглядит не так пугающе, как раньше. — Всё в порядке, не плачь, тише, — успокаивает Энни девочку, держа ту за плечи. — Просто помоги мне найти книгу, птицы всё равно скоро умрут, ты так не думаешь? — призрак вертит в руках перо некой птички, убирая с него розовую кровь. — Такие странные, совсем не похожи на настоящих. Но они мне столько хлопот предоставили! Теперь из-за них ничего не вижу. Что же... Не будем задерживаться, у нас много работы! Энни, увлечённая предстоящими поисками, усадила Нэнэ за рядом стоящий столик, подвинув к ней стопку книг и подав той баночку чернил, чтобы Ясиро помечала те книги, которые не нужны. — Не разлей их, а то однажды я опрокинула банку, и тогда мне вдруг показалось, что эта тьма чернил разольётся по библиотеке, и я захлебнусь в них, не успев отыскать подтверждение. — у неё явно проблемы с воображением. Аой рассказывала про это. Энни отошла к стеллажу, сев на пол, подвинув под себя ноги. Девушка стащила книги с первой полки, раз за разом пролистывая каждую, чтобы убедиться, нужная ли эта книга. Но обычно она, не переставая улыбаться, откладывала книгу обратно, видимо, которая оказалась не той. — Извини, — Ясиро, вытирая слезы, позвала дрожащим голосом Энни. — Не могла бы ты объяснить, что за книгу я должна помочь тебе найти? — Разве ты уже не искала такие книги, когда хотела узнать о Седьмом немного больше? Ты такая глупышка. Нэнэ на мгновенье понимает суть существования духа Энни, видя, что в руках её находится чёрная книга. Оглядывается — вокруг точно такие же, только обложки у некоторых другие: красные или белые. Ясиро, качая головой, отбрасывает книгу, помня, что учитель Цучигомори говорил, что лучше не читать чужие книги, ведь это может привести к неминуемым последствиям. Об этом же ей хочется рассказать Энни, чтобы та наконец успокоилась и отпустила её обратно, на берег живых, перестав мучить её своими кошмарными галлюцинациями. Но поздно. Призрак стоит уже рядом с ней, явно чем-то обеспокоенная и разозлённая. — Энни-сан? — только и успевает произнести Нэнэ, как её шеи касаются пальцы девушки, которые испачканы чем-то чёрным, — чернила, — после чего чувствует, как горло сковывает неприятным давлением изнутри, будто она сейчас задохнётся... — Спи, глупенькая Нэнэ, — хихикает Энни. — У нас гости, и они могут забрать тебя у меня. Я сильно расстроюсь, если всё так и будет. И боль обитает всюду. (у берегов дальних и ближних) Она в душе, в мыслях, в сердце. (у призраков и живых) Она так устала от тишины, жертв и поисков обещаний в темноте. (Энни) Мы рождаемся с мечтами, но теряем их по пути. (Ханако) Мы рождаемся с крыльями, но когда падения становятся рутиной, тяжело стремиться к звездам. (Коу) Мы все здесь умираем в медленном шепоте и потраченных вздохах. (Ясиро) Мы все сломаны верой, предательством и призраками, которыми когда-то были. А теперь мы — никто. Но пока у неё есть шанс доказать о том, что она всё же существует, что она на самом деле есть, то она непременно воспользуется им, чего бы ей это не стоило. (Энни)       Коу, охваченный тревогой, пробежал весь старый корпус академии, пропустив урок, но так и не найдя Ханако, чтобы рассказать тому о огромной проблеме, за которую, кажется, Благородный Седьмой оторвёт ему голову. Паника появилась ещё в тот момент, когда парень не нашёл Нэнэ на втором этаже, а после того стало всё понятно — проделки призраков, иного не могло быть, Ясиро просто так не уйдёт, ничего не сказав, он знает и верит в это. Пока Минамото спешил в кабинет учителя Цучигомори, подозревая, что Ханако должен находиться у него, парень проклинал себя за то, что был слишком непредусмотрительным. Он ведь, чёрт возьми, обещал этому призраку приглядывать за ней! А что делать теперь? Учитель Цучигомори, приняв Ханако в гости ещё около часа назад, беседовал с ним, выслушивая проблемы мальчишки и иногда затрагивая темы насчёт нового совета и принятия важных решений в мире школьных тайн, но Седьмой лишь отмахивался, меняя тему, ведь ему нет дела до каких-то решений. — Хочешь сказать, что тебя не волнует прилив новых явлений? — Цучигомори закурил трубку, положив ногу на ногу. — Знай, я в одиночку с ними не разберусь. У меня и так проблемы в библиотеке с одной дрянной девчонкой. Она не только забрала мою грань, но и шастает по моим стеллажам, пытаясь отыскать свою книгу. И я не могу её прогнать, пока её дух не успокоится и будет до конца удовлетворён. У неё нет ёрисиро, нет прошлого или будущего... — рассуждал вслух от привычки сенсей, но Ханако вовремя его перебил. Так бы учитель продолжал ещё долгое время болтать об этом: — Ха, я слышал о ней, — Ханако рассмеялся, подперев голову рукой. — Так отдай ей эту книгу, пусть почитает. Её дух успокоится, и она уйдёт на дальний берег, больше не беспокоя ни тебя, ни учеников этой школы. Сенсей обречённо вздохнул, покачав от усталости головой, и отвёл взгляд, не хотя стараясь рассказать этому глупому юнцу о смысле этих книг. — Ты такой смешной, Цучигомори, — Седьмой рассмеялся, подойдя ближе к мужчине. — Думаешь, я не знаю, что у таких явлений нет книг судьбы? Ох, сложно же с ней будет. Ухмылка с лица парнишки пропала в тот момент, когда Коу, как и с утра, влетел в кабинет, начав нести несумбурный бред. Ханако опешил, опустив руки и подлетая к парню. Услышав в его речи имя Ясиро, тот начал трясти Минамото за плечи, спрашивая, куда он дел его помощницу. — Она пропала в библиотеке, — Коу закусил губу, не решаясь поднять взгляд на Ханако. — Прости, я... — Я же говорил следить за ней... Глаза Седьмого потускнели, наполняясь горечью и тревогой за Ясиро. В следующий раз нужно будет быть намного сообразительнее и полагаться только на себя. В этот момент Ханако становится более серьезным, будто забывая об этой проблеме. Но только на вид. Мальчишка кидает на Цучигомори короткий взгляд, и учитель сразу же всё понимает. Вздыхая и утомленный созданными проблемами, сенсей открывает дверь, что прячется за одним из шкафов, пропуская Ханако и паренька внутрь другого помещения. — За теми полками начнется новая грань. Моя грань, которая теперь из-за отсутствия моего ёрисиро временно принадлежит психопатке. Будьте осторожнее, Благородный Седьмой. Призрак будто не слушает чужих слов, а лишь следует вперёд, приостанавливаясь только когда Коу просит его подождать. Дверь в грань Пятой Тайны, что могла открыться только в четыре часа вечера, теперь настежь открыта в любое время суток и теперь любой может перейти туда, на дальний берег. Только, увы, вместе с полуночными стеллажами вы ещё встретите странное явление, от которого сбежать вряд ли удастся без особых усилий.       Коу, как только оба переступают порог, решает запереть двери, с опаской осматриваясь по сторонам. С их прихода огни на стенах загорелись малиновым светом, от которого сразу же захотелось прикрыть глаза. Ханако с самого начала почувствовал здесь присутствие некого призрака, а теперь сильнее убедился в этом, услышав издалека чей-то ехидный смех. Через пару секунд, проходя мимо лабиринта из стеллажей, Минамото вскрикнул от неожиданности, наступив на, видимо, мёртвую тушку птицы, из которой сочилось кровь неестественного розового оттенка. Благородный Седьмой нахмурился, ногой отшвырнув труп птички в сторону, подавая Минамото руку. — Главное не попадаться на её уловки, и тогда она не сможет затуманить твой разум, понял? — Ханако ждёт кивка и уверенного взгляда со стороны парня и только тогда продолжает путь. Поднимаясь по одной из лестниц, что ведёт также в лабиринт из стопок книг и стеллажей, Седьмой чувствует резкую перемену в освещении — здесь он не такой яркий и более тёплый, но цвет по-прежнему такой же. Только вот... — Вниз! — хватая за собой Коу, Ханако прыгает с лестницы, едва успев ускользнуть от стаи птиц, что в следующий момент пропала на первом этаже. — Уф... — поправляя свою шапку за козырек, Седьмой встаёт с пола, а Минамото вслед за ним, поднимая свой посох экзарциста. — Вы должны быть осторожны, — спускаясь по лестнице, Энни тихо хихикает, держа двумя руками небольшую баночку, наполненную чем-то тёмным. — А не то ненароком можете погрянуть здесь в этой непорочной жидкости! Коу в ярости вновь бежит к лестнице, чтобы наконец разобраться с этим призраком, но не успевает. Ноги будто сковывает что-то противное и вязкое. Черная жидкость поначалу маленькой струёй стекает по ступенькам, а потом превращается в огромную лужу, которая затягивает за собой практически всё. Энни смеётся, видя как на лице паренька отображается испуг и паника. Ей явно нравиться наблюдать за происходящем. — Парень, оставайся здесь, — кричит Ханако снизу, отчего-то повеселев в такой серьезной ситуации. — Ты отличная приманка на всяких духов! Только помни о чём я тебе говорил. Минамото лишь слышит смех Седьмого, понимая, что тот нарочно оставляет его здесь, наедине с безумным призраком. Энни в любом случае достаточно и этого...       Ханако скитается по углам библиотеки, пытаясь отыскать свою помощницу. Главное, чтобы с ней не случилось ничего серьезного — дальше он сам разберётся. Спотыкаясь о книги, которых, кажется, здесь несчитанно, призрак всё равно не теряет надежды. И всё кажется до жути бесполезным, бессмысленным, пока призрак не останавливается около одного столика, за котором сидит спящая Нэнэ. Ханако вмиг подлетает к девочке, крепко-крепко прижимая к себе до жути хрупкое тельце. Глаза девушки открыты, пусты и безжизненны. Тепло ладоней, что покой дарило такой болезненно нежно... Куда-то ушло, и теперь запястья и пальцы девушки до жути холодны. Она просто спит. Ханако знает. Сердце ещё бьётся. — Я здесь, Ясиро, — Седьмой, не отпуская от себя девушку, поглаживает её волосы, вновь и вновь обнимая. — Всё будет в порядке... Оставайся со мной, хорошо? Краем глаза Ханако замечает силуэт девушки в стороне, нехотя отстраняясь от Ясиро. Взяв в руки нож, направляя его в сторону Энни, Седьмой будто по щелчку пальцев сменяет мягкий, душевный образ на жестокий и хладнокровный. Призрак девушки уже не такой счастливый, каким она являлась при первой встрече с Ханако и Минамото. — Извините, Благородный Седьмой, — Энни падает на колени, руками опираясь о мокрый пол. — Создатель сказал, что моё время вышло. Ханако, явно не понимая, в чём дело, молчит, не убирая ножа в сторону. Энни хлопает в ладоши и тьма, что окутывала всё помещение, исчезает, превращая это дрянное место в грань Пятой Тайны. Её глаза грустны и печальны, а когда за её спиной слышатся шаги, та и вовсе начинает рыдать, моля его о чём-то. — Пора, Энни-сан, — Цукаса гладит девушку по щеке, успокаивающе улыбаясь. — Аманэ?! — видя брата в пару шагов от себя, восторженно восклицает призрак, направляясь прямиком к нему. Цукаса валит Ханако с ног, обнимая за плечи и шею, радостно улыбаясь. Ему невдомёк, что Аманэ находиться здесь, но так даже лучше. Он ведь для него эту игру придумал. — Создатель, — Энни, склонив голову, печально улыбнулась. — Мне... Пора, разве нет? — Ты наконец осознала, что ты никто? — уголки губ Цукасы приподнимаются в мягкой усмешке и тот, поднимаясь на ноги, подходит к девушке. — Умничка, не стоило такой цирк разводить ради того, чего у тебя нет. Пока, Энни. Ты хорошо постаралась. Правда, Аманэ? Ханако с ужасом смотрит на происходящее, не решаясь пошевелиться, боясь, что его брат вытворит что-то безумное. Так и происходит. Цукаса пальцем проводит по лбу Энни, успокаивающе поглаживая другой рукой по её спине. Призрак девушки кричит от боли в области груди, а потом, замирая, как кукла падает на пол. Вскоре её фальшивый образ и вовсе исчезает, отправляясь на вечное скитание на самый дальний берег. А ведь она просто хотела доказать, что также может иметь право на существование, хотя бы как призрак, отыскав свою книгу судьбы. Но, увы, жизнь коварна и подла. К сожалению. — Увидимся вновь, Аманэ, — вскоре Цукаса растворяется воздухе чёрной дымкой, и только после его исчезновения Ханако может спокойно вздохнуть. Проблема в виде странной девочки-призрака разрешилась сама. Теперь осталось найти Коу и привести Ясиро в чувства.       Цучигомори громко ругается на Благородного седьмого, за то, что тот нагло притащил в его кабинет Минамото, который по уши был чернилах, соответственно испачкав ему весь пол. Но Ханако, улыбаясь, успокаивает учителя, говоря, что в этой жизни проблемы могут быть и посложнее, а тот лишь выдыхает, отдавая парнишке ключи от медпункта, куда Ханако собирался отнести спящую Нэнэ. Коу в палату Седьмой не пускает, под упрёком того, что ему следовало бы сначала отмыться от чернил, а потом приходить навестить Ясиро. Но вообще призраку плевать на стерильность, и как воспримет Нэнэ Минамото всего чёрного, ему просто хочется побыть с девушкой наедине, сказать, что всё закончилось, как он и обещал, пока та была окутана грёзами безумного мира. Мальчишка, укладывая Ясиро на кровать, сначала он поправляет одеяло, а потом, улыбнувшись, бережно целует в лоб, чтобы та наконец очнулась. — Ханако-кун? — Нэнэ приоткрывает клубничные глаза, заливаясь краской от слишком маленького расстояния между ними. — Всё закончилось, Ясиро, — Седьмой присаживается у ног девушки, уже намереваясь что-то сказать, но... — Семпай! — вбегая в палату, Коу стремительно идёт к кровати, становясь рядом. — Ты в порядке? Ясиро мило улыбается, кивая парню, вскоре притягивая к себе Ханако и Минамото, заключая обоих в крепкие объятия.